Няня-Пышка, Мифутка-малышка для вредного олигарха

Глава 7

Ой, думала я, что после вчерашнего застревания в дверном проеме хуже уже быть не может! Ан нет, может! Потому что сегодня я решила покорить умную технику в доме олигарха! А она, зараза, решила покорить меня!

Началось все с невинного желания постирать Анюткины вещички. Ну подумаешь, стиральная машина! У нас в общаге тоже есть — старенькая, но честная. Кнопка "пуск", кнопка "стоп", и все дела!

А тут... Господи Боже мой, тут космический корабль какой-то! Кнопок больше чем в самолете, дисплей как у компьютера, и все на английском языке! Стою я перед этим чудом техники как корова перед новыми воротами!

— Анютка, — говорю я, — а как эта штука работает?

— Не знаю, — честно отвечает малышка. — Папа всегда в прачечную отдает.

В прачечную! Конечно! У олигархов же на все службы есть! А я, дура деревенская, думала сама стирать!

— А может, попробуем разобраться? — предлагаю я. — Вместе ведь сообразим!

— Давай! — радуется Анютка. — Я буду помогать!

Ну и помощничек! Четырехлетняя мифутка, которая от техники понимает столько же, сколько я от квантовой физики!

Засовываю я вещи в барабан, насыпаю порошок... А куда насыпать? В общаге все просто было — один отсек для порошка! А тут отсеков три! И на каждом значки непонятные!

— Люся, а что это за калтинки? — спрашивает Анютка, показывая на панель.

— Это... — изучаю я иероглифы. — Это, наверное, программы стирки.

— А что такое плогламмы стилки?

Отличный вопрос! В деревне программа стирки была одна — намылить, потереть, прополоскать. А тут их штук двадцать!

— Это разные способы стирать, — объясняю я, сама ничего не понимая.

— А какой нам нужен?

— Обычный, — говорю я и нажимаю на кнопку с надписью "Cotton".

Хлопок — это понятно! Анюткина маечка же хлопковая!

Машина заурчала, забулькала, и я облегченно вздохнула. Ну вот, не так страшен черт, как его малюют!

А зря радовалась...

Через полчаса иду мимо ванной и слышу какой-то странный звук. Как будто машина икает. Заглядываю — а из-под машины лужа ползет! Целое озеро!

— Анютка! — кричу я. — Беда!

— Какая беда? — прибегает малышка.

— Машина сломалась! Вода везде!

— Ой! — ахает Анютка. — А что делать?

Что делать? Я же не техник! Я деревенская девочка, которая от стиральных машин понимает как свинья в апельсинах!

Бегу к машине, тыкаю во все кнопки подряд. Машина булькает еще громче, вода льется еще больше!

— Выключи ее! — кричит Анютка.

— Где выключать?!

— Вон там класная кнопка!

Нажимаю красную кнопку. Машина замолкает, но вода-то уже разлилась! Весь пол в ванной как в аквариуме!

— Люся, а папа будет ругаться? — тихо спрашивает Анютка.

А я стою посреди потопа и думаю: "Люська, ну и влипла ты! Вчера в двери застряла, сегодня потоп устроила! Завтра что, дом сожжешь?"

— Не будет, — говорю я неуверенно. — Мы все уберем!

— А как?

Хороший вопрос! Как убирать потоп в квартире олигарха? Швабры нет, тряпок нормальных нет... Есть только полотенца размером с простыню и ценой с мою стипендию!

— Полотенцами, — решаю я. — Будем воду собирать!

И началась эпопея под названием "Как две дуры воевали с потопом"!

Я ползаю по полу с полотенцами, Анютка помогает — носит миску, в которую я воду отжимаю. Полотенца промокают насквозь, я их выжимаю, снова кладу на пол...

— Люся, а вода все лавно течет! — говорит Анютка.

Правда! Из-под машины все еще сочится! Лезу я под машину — а там хомут какой-то отвалился! Трубка болтается, из нее и льет!

— Ничего себе, — бормочу я. — Надо починить.

— А ты умеешь чинить? — спрашивает Анютка.

— Не умею, — честно признаюсь я. — Но попробую!

Беру трубку, пытаюсь надеть на штуцер. Не лезет! Как назло, не лезет! А хомут где-то под машиной укатился!

Ползаю я под машиной как крот, ищу этот проклятый хомут. Анютка мне фонариком светит.

— Нашла! — радуюсь я, выползая с хомутом в руке.

— А теперь что?

— Теперь одеваем и затягиваем!

Легко сказать! Лезу обратно под машину, пытаюсь надеть хомут. Руки дрожат, пальцы скользят... А тут еще и места мало! Я же не худышка, чтобы под машиной ползать!

— Люся, ты там как? — спрашивает Анютка.

— Нормально, — пыхчу я. — Почти получается!

Наконец надеваю трубку, затягиваю хомут. Вроде держится!

— Ура! — кричу я, выползая из-под машины. — Починила!

— А теперь что?

— Теперь убираем воду!

И снова ползаем с полотенцами! Но воды-то много! Целый океан! И чем больше убираем, тем больше кажется!

А тут, как назло, дверь хлопает! Максим Игоревич пришел!

— Люся, папа! — шепчет Анютка. — Что скажем?

— Правду, — вздыхаю я. — Что я опять напортачила.

Слышу шаги по коридору. Все, приехали! Сейчас зайдет и увидит меня, ползающую по полу с мокрыми полотенцами!

— Люся? Анютка? — зовет он.

— Мы в ванной! — отвечаю я дрожащим голосом.

Заходит он, оглядывает картину разгрома — меня на четвереньках с полотенцем, Анютку с миской, лужи на полу...

Стоит и молчит. А я краснею как рак и жду вердикта.

— Интересно, — говорит он наконец. — А что произошло сегодня?

— Стиральная машина сломалась, — быстро говорю я. — Я хотела постирать Анюткины вещи, а она потекла! Но я починила! Честное слово, починила!

— Поздравляю, — сухо отвечает он. — Теперь у меня дома есть сантехник. Многофункциональный персонал — это хорошо.

Не знаю, издевается он или хвалит. У него такое лицо, что не разберешь! Красивое лицо. Мужественное, такое, что во рту пересыхает и сердце о ребра тук-тук, так что дышать трудно. Нет-нет-нет только не влюбиться!

— Максим Игоревич, я все уберу! — говорю я виновато. — Вытру, высушу...

— Вижу, что убираете, — кивает он. — Только делаете это... своеобразно.

— А как правильно?

— Правильно — вызвать клининг-службу. А еще правильнее — не ломать технику.

Ой, вот оно! Сейчас скажет, что я неумеха, что таких нянь не держат!

— Но вы же не специально, — добавляет он, и в голосе появляется что-то мягкое. — Техника сложная, можно было инструкцию прочитать.

— А где инструкция?

— В тумбочке. На английском, правда.

— А я английский не знаю, — признаюсь я.

— Понятно. В следующий раз спрашивайте. Я объясню.

В следующий раз! Значит, не увольняет!

— Спасибо, — шепчу я.

— А сейчас давайте разбираться с потопом, — говорит он, закатывая рукава. — Показывайте, что тут у нас.

И вот представьте картину: олигарх в дорогой рубашке ползает по полу ванной комнаты, вытирает воду полотенцами! А рядом толстая няня и четырехлетняя мифутка!

— Максим Игоревич, вы же испачкаетесь! — волнуюсь я.

— Уже испачкался, — отвечает он. — Теперь главное — убрать воду, пока она в соседнюю квартиру не протекла.

К соседям! Ой, я ж не подумала! Что если вода к ним затечет?

— А если уже затекла? — пугаюсь я.

— Тогда будем извиняться и платить за ремонт, — спокойно говорит он.

Платить за ремонт! У соседей олигарха ремонт наверняка стоит как самолет!

— Ой, — всхлипываю я. — Может, я лучше уйду? А то еще что-нибудь сломаю...

— Люся, не уходи! — тут же кричит Анютка. — Мы тебя починим!

— Как это починим? — удивляется папа.

— Ну, научим не ломать! Как машину научили!

Максим смотрит на дочь, потом на меня, и вдруг усмехается:

— А идея неплохая. Будем няню обучать технике безопасности.

— Правда? — робею я.

— Правда. Альтернатива — постоянно вызывать аварийные службы. А это дорого даже для олигарха.

Убираем мы воду втроем. Анютка носит чистые полотенца, я ползаю по углам.

— А почему машина сломалась? — спрашивает Анютка.

— Хомут ослаб, — объясняет папа. — Трубка отвалилась.

— А почему хомут ослаб?

— Время. Или вибрация от неправильного режима стирки.

— А какой лежим правильный?

— Зависит от ткани. Хлопок стирают при одной температуре, шелк — при другой.

— А Люся не знала!

— Люся училась на других машинах, — заступается за меня Максим. — Там все проще.

Ой, как приятно, что он меня защищает! А я думала, будет ругать!

— А теперь Люся будет знать? — продолжает допрос Анютка.

— Будет. Я ей покажу, — обещает папа.

— А еще что покажешь?

— Все, что нужно. Кофемашину, посудомойку, духовку...

— А плиту?

— И плиту. Хотя с плитой Люся уже знакома, — усмехается он.

Да уж, знакома! После позавчерашних сгоревших блинов!

Убрали мы наконец всю воду, включили вентилятор сушить. Максим проверил машину — работает!

— Ну что, технику изучать будем? — спрашивает он.

— Будем! — соглашаюсь я. — Очень будем!

И начался урок "Техника для чайников"!

Максим показывает кнопки на стиральной машине, объясняет режимы. Я слушаю как прилежная ученица, записываю в блокнот.

— Хлопок — 60 градусов, синтетика — 40, деликатные ткани — 30, — бубню я.

— Правильно. А это что? — показывает он на значок.

— Отжим?

— Верно. А это?

— Дополнительное полоскание!

— Молодец! — хвалит Анютка. — Люся умная!

Переходим к кофемашине. Тут вообще космос! Кнопок как в самолете, трубочек как в химической лаборатории!

— Ой, — вздыхаю я. — А это обязательно учить?

— Необязательно, — говорит Максим. — Но если хотите угостить гостей кофе...

— А гости будут?

— Рано или поздно будут.

— Тогда учим! — решаю я.

Показывает он мне, как молоть зерна, как взбивать молоко, как настраивать крепость. Я пытаюсь запомнить, но в голове каша!

— А можно я попробую? — прошу я.

— Попробуйте. Только осторожно.

Делаю все как он показывал. Насыпаю зерна, нажимаю кнопки... Машина заурчала, забулькала...

И выдала какую-то бурду! Не кофе, а помои!

— Ой, — расстраиваюсь я. — Опять не получилось!

— Ничего, — успокаивает Максим. — С первого раза редко получается. Попробуйте еще.

Пробую еще раз. Опять бурда!

— Может, я безнадежная? — вздыхаю я.

— Никто не безнадежен, — говорит он. — Просто нужна практика.

— А сколько практики?

— У всех по-разному. Главное — не сдаваться.

Вот так мы и провели вечер — изучали технику! Максим объяснял, я училась, Анютка помогала. И знаете что? Оказалось, что техника не такая страшная! Просто нужно понимать, как она работает!

— Люся, а завтра еще учиться будем? — спрашивает Анютка перед сном.

— Будем, — киваю я. — Пока все не выучим!

— А папа будет помогать?

— Буду, — обещает Максим. — Понемногу, после работы.

— А если опять что-то сломается?

— Тогда будем чинить, — спокойно отвечает он. — Главное — не бояться.

Не бояться! Легко сказать! Когда живешь в доме, где каждая вещь стоит дороже твоего годового бюджета!

— А вы не боитесь, что я еще что-нибудь испорчу? — робко спрашиваю я.

— Боюсь, — честно отвечает он. — Но не настолько, чтобы отказаться от ваших услуг.

— Почему?

— Потому что вы учитесь. А тот, кто учится, не может не ошибаться.

— А если ошибок будет много?

— Тогда будет много уроков, — улыбается он. — Я терпеливый учитель.

Терпеливый учитель! А я думала, он только вредный босс!

— Спасибо, — шепчу я.

— За что?

— За то, что не выгнали. За то, что учите. За то, что... терпите меня.

— Люся, — серьезно говорит он, — вы даете Анютке то, чего я дать не могу. Дом, тепло, заботу. А техника — это мелочи. Технику можно выучить. А уют нужно чувствовать. А вы чувствуете.

Ой, как приятно! Оказывается, я умею чувствовать уют! А я думала, умею только все ломать!

— Ладно, — говорит Максим, — пора спать. Завтра новый день, новые подвиги.

— А новые поломки? — хихикает Анютка.

— Надеюсь, без поломок, — вздыхает папа. — Хотя с нашей няней никогда не знаешь.

«нашей» как приятно, а ж в носу щекочет и сердце снова ухает в груди.

— Постараюсь ничего не сломать! — обещаю я.

— Постарайтесь, — усмехается он. — А если сломаете — зовите меня. Будем чинить вместе.

Вместе! Как это звучит! Не "вы сломали — сами и чините", а "будем чинить вместе"!

Иду я спать и думаю: "Люська, да ты попала не к олигарху-монстру! Ты попала к человеку! Строгому, вредному иногда, но справедливому! И терпеливому! И... и очень даже ничего!"