О чем снятся сны? Как с помощью сновидений лучше понять себя и обрести внутреннюю устойчивость

В этой части вы узнаете:

– где рождаются сновидения с точки зрения психоанализа,

– для чего нам снятся сны,

– почему неверно задавать вопрос «К чему приснился сон?»,

– почему не стоить пользоваться сонниками,

– какие есть способы расшифровки посланий сновидений,

– почему один и тот же образ (например, белая лошадь) несет разный смысл для разных людей,

– есть ли у снов срок годности,

– можно ли полностью разгадать значение сна.

Глава 1. Ключ 1. Время сновидения

Когда в 1933 году доктор Т. М. Дэви не смог определить причину странных симптомов своей пациентки, он решил поискать ответы в ее снах. В научный круг уже вошла революционная идея Фрейда – Дэви знал, что телесные симптомы могут вызывать не только физические проблемы, но и эмоциональные. Он предположил, что причиной симптомов стал психологический конфликт, и решил проконсультироваться с доктором Юнгом. Чтобы разобраться, он рассказал сон пациентки:

«Кто-то рядом со мной все повторял вопрос о смазке механизмов. Лучшим смазочным материалом называли молоко. Но я думала, что илистая слизь – более подходящий вариант. Затем пруд осушили, и посреди ила обнаружили двух вымерших животных. Один из них – крошечный мастодонт. Второго я забыла»[27].

Юнг не знал о пациентке и ее истории ничего, кроме этого сновидения. К удивлению Дэви, он заключил, что причиной недуга были не психологические, а органические нарушения – застой спинномозговой жидкости в мозге. Теперь Дэви знал, где искать проблему, и смог диагностировать неврологическое нарушение в третьем желудочке головного мозга – разновидность эпилепсии. Два года спустя он описал этот случай в научной статье, которую посвятил эпилепсии. Ее опубликовали в журнале The British Medical Journal.

К сожалению, сам Юнг не оставил нам подробного разбора. Лишь заметил: чтобы объяснить свои выводы, ему пришлось бы прочесть курс по символизму не меньше четырех семестров. Но как у него это получилось?

Предлагаю включиться в расследование. Давайте попробуем восстановить ход анализа, как настоящие сыщики – только не преступлений, а сновидений. Юнг – это психологическая глыба. И чтобы у нас получилось понять логику его рассуждений, нужно учитывать знание английского и латинского языков, немного анатомии и, конечно, интуицию.

Во сне поднимаются две темы: выбор смазки и осушение пруда, в котором находят скелет мастодонта. Как будто сновидение намекает: в теле – сбой. Где-то «высохло» то, что должно было быть смазанным. В каком же органе может не хватать «смазки»?

Подсказка – в мастодонте. Что в теле человека сохранилось почти в первозданном виде с доисторических времен? Ответ дает нейрохирург Харви Кушинг: «Промежуточный мозг – это древняя часть мозга, которая остается практически неизменной у всех существ, у которых вообще есть мозг».

Значит, действуем дальше. Где именно в промежуточном мозге может быть эта «сухость»? Тут на помощь приходит лингвистика. Прислушайтесь: английское pituitary – «гипофиз» – звучит подозрительно похоже на латинское pituita – «слизь».

Неслучайно. Спинномозговая жидкость, эта «смазка мозга», омывает полости, включая зону, где расположены гипоталамус и гипофиз. А теперь вспомним: пруд во сне – осушен. Там, где была жизнь, осталась только кость.

Вывод? Возможно, именно гипоталамус и гипофиз «обезвожены», – и в них что-то нарушено.

Название «мастодонт» происходит от греческих mastos («грудь») и odontos («зуб») – из-за сосцевидных выступов на зубах. В теле человека мамиллярные (сосцевидные) тела – это структуры гипоталамуса, расположенные у основания третьего желудочка мозга. Значит, мастодонт в осушенном пруду символически указывает на эту зону мозга. А образы пруда и смазки намекают на застой спинномозговой жидкости именно в этом месте. Что ж, кажется, мы разгадали тайну!

На примере этого сновидения мы, с одной стороны, видим, насколько широки возможности анализа, а с другой – насколько непросто установить прямую связь между символами сна и телесными симптомами. Поэтому буквальная трактовка – когда образ из сновидения напрямую проецируют на тело – чаще всего оказывается ошибочной.

Иногда по сновидениям действительно можно предположить телесный диагноз. Это возможно потому, что знание о болезни уже присутствует в теле задолго до того, как симптом становится осознанным. Но это знание зашифровано – оно приходит в виде образов, похожих на ребус, который нужно перевести на язык сознания с опорой на медицинские знания. Если сновидец, например, интересуется восточной медициной, его симптомы могут быть закодированы через образы, знакомые именно этой системе диагностики.

В моей практике был сон, в котором мужчина протыкал себе ногу. Во время работы со сном оказалось, что место «ранения» совпадает с зоной одного из органов по атласу иглоукалывания. Как раз с этим органом у сновидца были хронические проблемы – сон как будто подсказывал: пора заняться здоровьем и пересмотреть питание.

Почти век спустя после сновидения о высохшем пруду в мой кабинет пришла клиентка со сном о затопленном мосте. Она толковала сон, опираясь на сонник и суеверия. Думаю, многие, тоже напугались бы, если бы им приснилось подобное.

«Сначала я долго ходила по коридорам, что-то искала. Потом подошла к точке, из которой было совсем близко добраться до нужного места. Там был мост, он затоплен. Я встала на него. Увидела в воде рыб и водную живность. И тут почувствовала, что к спине кто-то прицепился в районе почек. Я отцепила его и бросила в реку. Это было темно-зеленое существо, типа рака. Я смотрела на затопленный мост и понимала: если по нему пойти, придется погружаться с головой в воду. Но это самый короткий путь: перейду мост – и на месте. Есть другой вариант – вернуться по длинному маршруту. Я думала о своих ногах: они устали, натерты. Это тяжело. Я выбрала длинный маршрут. Идея пройти по мосту, погрузившись с головой в воду, мне совсем не нравилась».

Клиентка испугалась: она увидела в образе рака прямое указание на онкологию. Сон показался ей пугающим предупреждением о болезни, как будто это был роковой вестник из будущего – о раке почки.

Это типичное толкование. С детства мы слышим: если во сне моешь пол, видишь землю или выпавшие зубы – это к болезни или даже смерти. Такие толкования передавались от мам и бабушек как нечто само собой разумеющееся. Если заглянуть в исследования антропологов и фольклористов, в деревнях почти все символы трактовали однозначно: это к беде.

Раньше сон толковали, чтобы ответить на вопрос, к чему он приснился. Его считали предвестником хорошего или плохого, предупреждением о том, что вот-вот произойдет. На этих убеждениях строились целые ритуалы – чтобы повлиять на плохой исход и попытаться его «отменить».

Неудивительно, что клиентка испугалась: увидела во сне существо, похожее на рака, и провела прямую связь с заболеванием. Так обычно реагируют те, кто не знаком с аналитическим подходом к сновидениям.

Но что, если отбросить суеверный ужас, присмотреться к сну и изучить контекст пугающего символа? Станет заметно, что болезнь не нанесет вреда сновидице – ведь она сбрасывает его со своего тела. Существо не укусило, не проникло внутрь – не было ничего, что напоминало развитие онкологического заболевания, когда раковые клетки захватывают и поражают организм. Как видите, даже небольшой сдвиг – от отдельных символов к контексту – может стать полезным. Со временем и практикой даже из такого сна можно сделать более точный вывод – его я и озвучила клиентке.

Сон и правда содержит признаки начинающегося заболевания – пузырно-мочеточникового рефлюкса. Образ рака тоже неслучаен, но трактовать его стоит не через сходство с болезнью, а глубже – через понимание, каким это существо бывает по своей природе. Когда рак пугается, он начинает отступать назад, при этом его хвост взбалтывает ил. Именно этот образ осадка, «пятящегося назад» – в почки, – точно передает суть пузырно-мочеточникового рефлюкса.

Следующую встречу с клиенткой пришлось отменить: при первых симптомах воспаления мочеполовой системы она не стала пить назначенные лекарства, и у нее случился серьезный приступ пузырно-мочеточникового рефлюкса. Его можно было бы избежать, если бы она выбрала идти вперед – а не пятиться назад, откладывая лечение. Этот болезненный опыт научил ее доверять своим снам, а значит, и самой себе.

В этом сне, как и в болезни, есть и психологическая составляющая – выбор пятиться назад, вместо того чтобы нырнуть с головой и пойти коротким путем. Клиентка выбирала такую стратегию не только внутри нашего анализа и лечения, но и в личной жизни. Но соматическая часть сна была особенно яркой и легко поддавалась анализу, поэтому я выбрала его, чтобы показать, как работает анализ сновидений.

Обратите внимание: сновидение не предсказывало будущее. Оно показывало, как могли бы развиваться события, исходя из текущей ситуации. Это похоже на то, как врач делает вывод о возможном развитии болезни, опираясь на результаты обследования. Если ничего не менять – прогноз развития такой. Но если прислушаться к тому, что показывает диагностика, результат может стать совсем другим.

Итак, первый важный шаг в работе со сновидением – перестать воспринимать его как вестника из будущего. Не спрашивайте, к чему он приснился. Верните себе точку отсчета времени в здесь и сейчас. Задайте вопросы: «О чем снится сон? Что нового я узнаю о себе сейчас?».

Первый ключ к анализу сновидений: сновидение – посланник из прошлого и настоящего, а не из будущего. Его расшифровка отвечает на вопрос «О чем снится сон?», а не «К чему приснился сон?». Ответ на этот вопрос важен именно для настоящего, хотя он может уходить корнями в прошлое и пунктиром намечать возможное развитие событий в будущем. Но это прогноз, а не предсказание будущего.

Опора на этот вывод позволяет снизить градус напряжения и не испытывать суеверную тревогу перед сюжетом и символами сновидений.

Сон подсказывает, что может произойти, если все останется как есть, но это не приговор. В нем почти всегда скрыты намеки на то, как можно изменить ситуацию. Нужно лишь быть внимательным к деталям и научиться переводить ночные послания. В расшифровке нам помогут исследования аналитических психологов, немного – лингвистика и антропология, но главное – собственные ощущения.

Глава 2. Ключ 2. Место рождения сновидений

Осенью 1925 года Зигмунду Фрейду попадается на глаза «волшебный, или вечный, блокнот». Его аналоги можно до сих пор можно найти в магазинах для детей. В этом блокноте писали деревянной палочкой по верхнему слою – записи оставались, пока не отклеивался верхний лист. Стоило слоям разойтись – и все написанное исчезало, как будто его и не было. Так в этом «волшебном» блокноте можно было писать гораздо больше, чем в обычном.

Фрейд заметил, что на самом нижнем восковом слое сохранялись следы всего, что когда-либо было написано. Они наслаивались, путались и плохо читались – чтобы восстановить их историю, приходилось немало потрудиться. Эти наблюдения привели Фрейда к попытке сформулировать вопросы о кратковременной и долговременной памяти и их взаимоотношениях.

Представьте: поверхность вечного блокнота – это наше восприятие. Все, что на ней написано, попадает в кратковременную память. Но человек воспринимает гораздо больше, чем способен обработать.

В начале XXI века физиологи впервые оценили, сколько информации человек воспринимает за день. Пропускная способность нашей центральной нервной системы находится в интервале 10⁹ бит/секунду – 10^11[i] бит в секунду[28]. В этот объем входят как внешнее восприятие от кожи, органов зрения, слуха, обоняния, так и импульсы от внутренних органов. Мы осознаем лишь мизерную часть от поступающего потока информации.

Тогда возникает логичный вопрос: что происходит с той информацией, которую мы не успели обработать и осознать? А также с той информацией, которую мы осознали, но посчитали ненужной или опасной, чтобы запомнить?

Именно такие вопросы занимали Фрейда. Результатом его размышлений и исследований стало новое направление в лечении пациентов – психоанализ.

Объем кратковременной памяти ограничен, поэтому она регулярно «очищается», чтобы освободить место для новых данных. Часть информации отправляется в долговременную память. Как «вечный блокнот» стирает верхний слой, чтобы на нем снова можно было писать. Но следы прежних записей сохраняются на нижнем слое блокнота. Что же является аналогом этого нижнего слоя со следами всех записей в памяти человека?

В долговременную память попадает лишь часть информации. Например, мы помним немногое из детства и вряд ли сможем подробно воспроизвести события даже годичной давности. Кроме того, мы можем забыть, что делали всего несколько часов назад – выключили ли утюг или плиту.

Значит, есть еще более глубокая структура, куда попадает информация, которая не осталась ни в кратковременной, ни в долговременной памяти.

До Фрейда многие философы – Лейбниц, Шопенгауэр и другие – размышляли о глубинных слоях человеческой психики. Но именно Фрейд заговорил о «психической реальности» и впервые описал ее как пространство, где существуют «предсознательное» и «бессознательное». Он не отделяет бессознательное от остальной психики. Напротив – показывает, что оно связано с сознанием и постоянно с ним взаимодействует. Это не мусорное ведро для забытых или ненужных фактов, а живая часть нашей внутренней жизни.

Со временем идея бессознательного получила широкий отклик. Разные школы переосмысляли ее, адаптировали под свои цели и задачи, вносили изменения. Так возник и популярный образ «подсознания, которое может все» – его корни тоже уходят в психоанализ. Но важно понимать: то, как описывают «подсознание, исполняющее желания», сильно отличается от бессознательного в психоаналитической теории. Хотя речь идет об одной и той же структуре психики. В этой книге мы опираемся на психоаналитическое понимание этой загадочной структуры.

Итак, все, что не требуется сознанию здесь и сейчас, уходит в предсознательное или бессознательное.

Предсознательное – условно место, откуда довольно легко можно «достать» забытое. К примеру, стоит услышать знакомый голос или запах – и забытые имена или истории тут же всплывают в памяти.

Бессознательное – структура с гораздо бо́льшими объемами, в которую входит:

– все, что человек не осознал в момент восприятия;

– все, что он не заметил или чему не придал значения;

– все, что в какой-то момент вытеснил из памяти и сознания;

– и, наконец, то, что оказалось настолько болезненным или неприемлемым, что на него наложено внутреннее табу – запрет на признание и осознание. Некоторые ужасные события из детства напрочь забываются, но во взрослом возрасте возвращаются в виде флешбэков.

Ни в коем случае не воспринимайте бессознательное как свалку ненужного и болезненного! Забываются не только травмы, но и приятные воспоминания, достижения и сильные стороны, спрятанные под гнетом чужих слов и ожиданий.

Представим бессознательное, предсознательное и сознание как разные уровни хранения информации. Бессознательное – как облачное хранилище с практически безграничным объемом памяти. Сознание – как оперативную память компьютера, в которой происходит вся активная работа. А предсознательное – как нечто вроде папки «Актуальное» внутри бессознательного. Если из сознания поступает запрос, он сначала обращается именно туда – к информации, которая пока не в фокусе внимания, но доступна без особых усилий.

Важное свойство этих психических структур – постоянное взаимодействие и внутренняя динамика.

Эти взаимодействия приводят к изменениям, которые мы зачастую не осознаем, но которые все же оказывают влияние на нашу повседневную жизнь – через чувства, выборы, реакции.

Например, мужчина сорока лет не переносит колокольчики – но сам не может объяснить почему. Когда он видит эти полевые цветы – на рисунке или в букете, – тело реагирует мгновенно: учащается пульс, поднимается волна раздражения, появляется гнев и агрессия в адрес человека, с которым они связаны. В сознании мужчины укоренилось четкое убеждение: колокольчики – это зло. Однажды он рассматривал с дочкой старые детские фотографии. Та неожиданно спросила: «Пап, а почему в детстве ты любил колокольчики, а сейчас – нет?» Мужчина удивился: он не помнил, чтобы любил эти цветы, и не понимал, откуда у дочери такое впечатление. Пока она не показала на узор на обоях, еле заметный на фоне одной из фотографий. Колокольчики. И в этот момент на мужчину обрушились воспоминания: когда отец напивался, он приходил в его комнату, бил его и ставил в угол на всю ночь. Маленький, он стоял в темноте, со слезами на глазах, уткнувшись взглядом в колокольчики на обоях.

События и боль детства были вытеснены в бессознательное как способ психики защититься от слишком сильных переживаний. Но в сознании остался след: стойкое, ничем не объяснимое отвращение к колокольчикам. Таких следов в сознании очень много – это все, о чем вы можете сказать: «Головой понимаю, как правильно, но ничего не могу с собой поделать».

Такое спонтанное воспоминание (флешбэк) – редкий способ проявления вытесненного материала из бессознательного, которое не поддается нашему контролю.

Какая же сила руководит процессами в бессознательном? Вопрос интересный, но Фрейд, увы, не оставил гипотез на этот счет. Структура и законы бессознательного стали полем исследований и размышлений для его ученика – Карла Густава Юнга. Сам же Фрейд подчеркивал: главная трудность в изучении бессознательного в том, что мы можем обращаться к нему лишь опосредованно. Только в те моменты, когда бессознательное прорывается в сознание и становится доступным для контакта и осмысления. Эти спонтанные «вбросы» из бессознательного знакомы каждому. Психоанализ занимается тем, что изучает и расшифровывает такие проявления.

Например, если человек при встрече вместо «Здравствуйте!» вдруг говорит «До свидания!», это невольное высказывание может многое рассказать. Возможно, ему просто не хочется быть на этой встрече или он мысленно уже в каком-то другом, более приятном месте. Но он сам, конечно, озвучит рациональное объяснение оговорки. Убедить человека в том, что его оговорка что-то значит, будет очень непросто. Ведь это проявление бессознательного – то, что сознание и воля когда-то вытеснили как неприемлемое, но что все же прорвалось наружу.

Второй блок продуктов бессознательного – остроты.

Их значительно сложнее интерпретировать. Фрейд привел в своей работе простой пример:

«Мне рассказывали следующую остроту с техникой сгущения: один молодой человек, ведший до последнего времени развеселую жизнь на чужбине, посещает после долгого отсутствия местного приятеля, который, заметив обручальное кольцо на пальце гостя, удивленно воскликнул: “Как, вы женаты?” – “Да, – услышал он в ответ. – Венчально, но факт”. Превосходная острота; в слово “венчально” вошло два компонента: слово “венчание”, превратившееся в “венчально”, объединилось с предложением: “Печально, но факт”»[29].

Третий тип проявлений бессознательного – это случаи, когда его вторжение становится разрушительным и опасным для сознания. Речь о галлюцинациях, видениях и состояниях, вызванных употреблением алкоголя, запрещенных или психотропных веществ. В таких состояниях уровень сознания понижается, граница между ним и бессознательным становится тоньше и происходит мощный прорыв хаотичного, вытесненного материала. Если этот поток окажется сильнее, чем способность сознания его выдержать и переработать, может наступить состояние, которое называют поглощением. В подобных случаях помощь может оказать только психиатр. К сожалению, даже работа со специалистом не всегда может быть успешна.

Отдельно стоит упомянуть такие формы вторжений из бессознательного, как необъяснимые события, явления синхроничности и психосоматические заболевания. В последнем случае телесный симптом становится посланием – тем, что сознание не может распознать, сформулировать и выразить словами.

И наконец, самая безопасная и одновременно наиболее богатая возможностями форма контакта с бессознательным – это сновидения. Их нередко называют «королевской дорогой к бессознательному», поскольку именно через них возможен осмысленный и бережный диалог между различными частями психики.

Сновидения – это послание из бессознательного к сознанию в «культурной» форме. Как письмо к личности. В этом письме рассказывается что-то важное, нужное и актуальное, но на символическом языке – языке бессознательного. И это второй ключ к анализу сновидений.

Второй ключ: сновидение – это часть бессознательного, которое становится осознанным и поэтому доступным в момент снови́дения. Если сон – это физиологический процесс тела, то снови́дение – психический процесс.

Актуальность – одно из ключевых качеств сновидений. В отличие от других проявлений бессознательного, которые выскакивают как чертик из табакерки и могут нарушить привычный ход жизни.

Даже если вам приснилось далекое детство – знайте: этот сон пришел неслучайно. Он уместен именно сейчас, потому что в настоящем активизировалось переживание, корни которого уходят в то самое время, откуда пришел сон.

В сновидениях могут появляться символы телесного заболевания, которое только начинает развиваться и пока еще не ощущается. Даже кошмарные сны имеют свою актуальность – почему именно, мы поговорим об этом позже.

Отдельно подчеркну, что эти возможности сновидения – не суеверие или самосбывающееся пророчество, а четкое логичное письмо, которое нужно только правильно расшифровать, перевести на язык сознания. Здесь нам поможет интуиция Зигмунда Фрейда. Он описал механизм шифрования сновидений; опыт лингвистов, использующих сравнительный и логико-комбинаторный методы для расшифровки неизвестных языков; наработки Карла Юнга с его техникой амплификации (расширение значения образа за счет мифов, сказок и т. п.). А главное – ваши собственные ощущения и воспоминания.

Глава 3. Ключ 3. Язык сновидения

Фрейд сознательно не прибегал к методам лингвистики и языкознания при анализе сновидений. В то время эти подходы лишь начинали формулироваться и еще не получили широкой известности в научной среде.

Фрейд был первым «переводчиком» с языка сновидений и обнаружил его базовые принципы. Их можно сравнить с правилами пунктуации или орфографии. Психоаналитик назвал эти принципы «работа сновидения» и выделил 4 основных механизма: символизация, цензура, сгущение и смещение[30]. Предлагаю обсудить каждый из них подробней.

Важно не воспринимать буквально то, что приснилось. Сознание и сновидения «говорят» на разных языках. Образ, который приходит во сне, не имеет одного точного значения – за ним может скрываться целый спектр смыслов и интерпретаций. Символ всегда меньше своего содержания, поэтому его невозможно привязать только к одному значению.

Даже обычное слово меньше своего значения. Если я скажу слово «стол» – что вы представите первым? Возможно, свой письменный стол с чашкой кофе и ноутбуком. Или кухонный – с вазой фруктов. Или тот, что стоит возле кровати и завален книгами. Каждый вспомнит что-то свое, хотя слово одно и то же. Тот же принцип работает для любого языка. В лингвистике его сформулировал Фердинанд де Соссюр[31] в двух положениях:

1. Любой язык – это система знаков. Каждый знак состоит из двух частей – формы и содержания. Форма – это то, как слово выглядит на письме или звучит вслух. Это то, что лингвист Фердинанд де Соссюр называл «означающим». А содержание – это тот образ или смысл, который мы связываем с этим словом. Это «означаемое».

Возьмем слово «стол». Само слово – его написание или произношение – это означающее. А то, что вы представляете себе, когда слышите это слово (письменный стол, обеденный или, может быть, прикроватный), – это означаемое.

Даже если слово одно и то же, у каждого человека возникает свой образ – потому что восприятие зависит от личного опыта и ассоциаций. Отсюда следует второе важное для нас положение.

2. Динамика значений. Значение слова зависит не только от него самого, но и от других слов рядом. В разных контекстах одно и то же слово может означать разное.

Сравните: рабочий стол, обеденный стол, операционный стол, антикварный стол. Чувствуете разницу? Все это примеры того, как контекст меняет значение одного и того же слова.

А бывают ситуации, когда без контекста вообще непонятно, о чем идет речь. Например, когда мы говорим о словах-омонимах. Лук – оружие или растение? Мотив – мелодия или повод для действия? Мы не поймем, если рядом нет вспомогательных значений.

Что это может означать для анализа сновидений? Все просто: любой образ из сна не может иметь универсального значения для всех. Каждый образ раскрывается только внутри контекста. Именно поэтому невозможно создать единый толковый словарь образов сновидений.

В обычной жизни слова напрямую передают смысл – мы слышим слово и сразу понимаем, о чем речь. А во сне все устроено наоборот: смысл не лежит на поверхности, он спрятан в образах. Это как в «Алисе в Зазеркалье» – все перевернуто и зашифровано. Вместо того чтобы прямо сказать, сновидение показывает картинку или символ. И нам уже нужно расшифровать, что за мысль или чувство в нем спрятано.

Как будто вы играете в «Крокодила», где нужно нарисовать загаданное слово. Представьте, что вы хотите подыграть другу, которого хорошо знаете. Если слово не слишком сложное, вы найдете понятный ему образ. Например, если нужно изобразить слово «пельмени», вы, зная, что он обожает бабушкину кухню, нарисуете деревянный стол, тесто и скалку – и он сразу поймет, о чем речь.

Но как изобразить слова, которые обозначают состояния или сложные эмоции? Как нарисовать ужас или брезгливость? Как передать напряжение от ожидания или вдохновение?

Если вы хорошо знаете, чего боится ваш друг, можете нарисовать именно это, чтобы он угадал слово «страх». Это и будет личное значение символа – понятное одному, но необязательно доступное другим. Например, если друг боится стоматолога, можно нарисовать больной зуб и врача рядом. А если вы не знаете его личного отношения, то, скорее всего, прибегнете к общеизвестным образам – из сказок, пословиц, фильмов. Например, изобразите яблоко и змея, чтобы угадали слово «искушение», или корону и трон как атрибуты «власти». Это уже коллективные значения символов, которые будут понятны не только вашему другу, а всей компании.

Итак, значения символов и образов в сновидениях могут быть индивидуальными и коллективными.

Индивидуальные значения возникают из воспоминаний и жизненного опыта сновидца. Например, символ «яблоко» может быть триггером, чтобы вы вспомнили добрую бабушку, которая готовила варенье и компот из яблок каждую осень, рассказывая вам сказки. Личное значение в этом случае ресурсное – оно напоминает об уюте, семейном очаге и заботе.

Но кому-то другому этот символ напомнит о злой бабушке, которая запрещала внукам срывать яблоки с деревьев и наказывала, если они нарушали запрет. В этом случае яблоки вызывают противоположные ассоциации: наказание, запрет, жадность, семья как место конфликтов, а не поддержки.

Личные ассоциации к символам сновидений у каждого свои – именно поэтому сонники бессильны в толковании. Попытка навязать символу одно-единственное значение неизбежно обречена на провал.

Второй уровень ассоциаций – это коллективные, архетипические значения. Они одинаковы для группы людей или культуры в целом. Например, корона – символ власти, а сердце – символ любви.

«Так вот же они, коллективные ассоциации! Именно в них мы найдем универсальное значение символа. Можно опираться на него для анализа снов, как в соннике». Признайтесь, у вас промелькнула такая мысль? Но спешу вас расстроить: на самом деле это не так.

Архетипические значения символов не зависят от времени и места. При работе с этим уровнем ассоциаций важно собрать целый ряд коллективных смыслов – разных, порой противоречивых, но вместе образующих объемное, многогранное значение. Для примера рассмотрим слово «ворон». Его архетипическое значение для современной русской культуры негативное – вызывает ассоциации с кладбищем и птицей Бабы-яги. Но для славян это уже мудрая вещая птица, как и в скандинавской мифологии, где ворон – птица знающая и помнящая.

Архетипические ассоциации расширяют и обогащают символ – в этом их функция. Но они несут разнообразные значения и не могут быть привязаны только к одному. Змея может быть как символом яда и смерти, так и медицины; как обмана, так и мудрости. Чтобы разобраться, какое же значение подходит для сновидения, необходимо обратиться к его контексту.

Глава 4. Ключ 4. Контекст как дешифратор

«Лошадь снится к успеху, финансовому благополучию. Белая лошадь – к увеличению состояния. Видеть сон о лошади, которую вы схватили под уздцы, – к хорошим жизненным переменам. Приснилась мертвая лошадь – к душевному спокойствию. Если приснилась лошадь с жеребенком – к удачному завершению начатых дел. Снились лошади большим табуном – к любви».

Это цитата из сонника Миллера. Как видите, он обещает позитивное будущее каждому, кто увидел во сне лошадь. Здесь мы сталкиваемся с упрощенной универсальной трактовкой: любая лошадь – к благоприятным переменам.

Так ли это на самом деле? Чтобы ответить на этот вопрос, давайте рассмотрим разные сны с образом лошади и сравним впечатления от них, учитывая контекст.

Сновидение, которое приснилось сторожу 56 лет:

«Я нахожусь в каком-то городе, где все передвигаются на лошадях. Я верхом на белой лошади, легко преодолеваю барьеры, чувствую себя уверенно. Я проезжаю мимо таможенников, они не могут меня остановить, потому что на моей лошади какой-то важный герб. Я проскакиваю мимо, и грязь из-под копыт обдает их».

Другой сон приснился успешному инвестору в начале 2022 года.

«Я нахожусь на скачках, держу лошадь под уздцы. Я – жокей. У меня прекрасная лошадь, на нас много ставок. Мои шансы на победу 1:2. Начинается забег, мы бодро стартуем. Я отрываюсь, финиш уже близко. Внезапно появляется трещина в земле. Моя лошадь не успевает сориентироваться и падает. Вероятно, ломает ногу. Соперники, которые отставали, смогли перепрыгнуть трещину и обогнуть меня. Я не смог завершить забег. Скорее всего, моя лошадь мертва».

В обоих сновидениях появляется один и тот же образ – лошадь. Согласно соннику, он предсказывает обоим сновидцам благоприятное развитие событий.

Но одинаковое ли послевкусие остается после этих снов? Если бы вы смотрели эти сновидения как коротенькие фильмы, смогли бы предсказать позитивный прогноз для обоих героев?

В сновидении сторожа белая лошадь создает образ, который недоступен сновидцу в реальности, – образ уверенности, «принца» на белом коне. Этот сон становится вектором развития для сознания, авансом уверенности, обычно недоступной из-за комплекса неполноценности.

Второй сон – метафора краха ожиданий из-за обстоятельства, которое не зависит от сновидца, стихийного разлома. Иногда все наши усилия ничего не стоят, потому что обстоятельства оказываются сильнее. Сновидение предлагает учитывать риск внешнего разлома.

Инвестор уже планировал перевести деньги из рынка недвижимости в опционы. План уже был в сознании, и ответ сна комментировал это решение. Сновидец предпочел позитивную трактовку сонника и перевел инвестиции в опционы. В марте 2022 его финансовое положение «сломало ногу», и он потерял бо́льшую часть капитала.

Вы все еще верите в благоприятный прогноз, который «предсказывает» белая лошадь? Эти примеры наглядно показывают, что один и тот же символ в разных контекстах может приобретать противоположные значения. Поэтому при работе с анализом сновидений нельзя использовать сонники.

Сравните анализ похожих снов у людей с разными личными ассоциациями:

«Я приехала в заповедник. Здесь много разных животных. Я вижу обезьян, их здесь много. Я улыбаюсь и хочу с ними сфотографироваться».

Эта женщина воспринимает обезьян как милых, активных существ, которые умеют добывать для себя что угодно и вызывают улыбку у людей. Они ближе всех к человеку, но сохранили свободу естественного выражения себя. Вспоминается образ обезьяны из фильма «Джордж из джунглей», где шимпанзе был умнее главного героя. С такими ассоциациями образ обезьяны приобретает позитивный смысл и может напоминать сновидице, что возвращение в свою жизнь естественности, присущей обезьянам, подарит ей ощущение свободы и радости.

А вот ассоциации от схожего сна другой девушки:

«Я приехала в заповедник. Здесь много разных животных. Я вижу обезьян, их здесь много. Мне предлагают с ними сфотографироваться…».

Я опустила финал этого сновидения, чтобы он не отвлекал от ассоциаций. Для этой клиентки обезьяны – пугающий образ настырных, наглых существ, которые могут что-то украсть или укусить – тогда придется ставить прививки от бешенства. Актуальный образ – мультфильм «Осторожно, обезьянки!», где мама пытается уследить за детенышами, которые все время попадают в неприятности и усложняют ей жизнь.

Очевидно, что при таком восприятии животного психика не могла использовать его как позитивный символ. В этом случае прежде всего возникает подозрение, что в реальной жизни сновидица сталкивается с чем-то, что воспринимается как угроза или источник заражения, – чем-то, что вторгается извне и навязывается ей. Как и в сновидении, где фотографироваться с животным ей предлагают, а не она сама делает этот выбор.

Мы пришли к выводу, что образ обезьян во сне олицетворяет двух племянниц сновидицы, которые время от времени живут у нее и устраивают вечеринки с друзьями без ее разрешения. Эти визиты осложняют ей жизнь, но одновременно вызывают у нее скрытую зависть к их инстинктивному поведению – умению делать то, что хочется, не оглядываясь на правила и чувства других. Клиентке самой хотелось бы, пусть и в меньшей степени, обладать такой же внутренней свободой и уверенностью в праве на собственные желания.

Как видите, один и тот же образ несет разные послания в зависимости от контекста и личных ассоциаций. Именно поэтому неправильно пользоваться готовыми сборниками значений символов. Нам предстоит тонкая работа по дешифровке, которая будет опираться на структуру, сюжет и идею сновидения. Именно они помогут выбрать нужное значение символа в каждом конкретном случае.

Но зачем нужны все эти сложности по зашифровке?

Зачем так сложно маскировать некое послание для себя же?

Ответ на эти вопросы заключен во втором принципе работы сновидений, который открыл Фрейд, – цензуре сновидения. Именно в ней скрыта цель сна.

Глава 5. Ключ 5. Цель сновидений

Итак, мы разобрались: сны появляются из бессознательного – внутреннего хранилища, куда складываются впечатления, мысли и переживания из сознания и восприятия. Ночью снижается активность участков, которые отвечают за контроль и реакцию на внешнее, и граница между сознанием и бессознательным становится тоньше. И тогда то, что обычно скрыто, может проявиться, хотя бы частично, в образах сновидения.

Но этот материал не выходит наружу в чистом виде – мозг его обрабатывает, и довольно интенсивно. Поэтому сны такие причудливые, фантастичные и каждый раз разные. То, что приходит из глубин бессознательного, не подается нам прямым текстом – оно преобразуется в метафоры, образы и символы.

Когда-то цензура решила: эта информация слишком неприятна или болезненна – и вытеснила ее в бессознательное. Теперь она не пускает ее обратно в сознание в чистом виде. Каждый раз, когда что-то начинает всплывать, цензура снова это прячет. Единственный способ показать сознанию эту информацию – несколько изменить ее.

Самая простая аналогия – цензура в СМИ. Если слово запрещено, его «запикивают» или заменяют на что-то похожее, но помягче. Но зрители все равно понимают по контексту, о чем речь.

Более сложный пример – литература ХХ века. Булгакову пришлось обратиться к религиозным мотивам, фантастическим и любовным линиям, чтобы замаскировать свою политическую позицию и остаться на свободе.

Точно так же и наше бессознательное вынуждено использовать символы и метафоры, чтобы вернуть в сознание то, что было когда-то отправлено «в ссылку». Все из-за цензуры, которая стремится вытеснить неугодное. И чем важнее и травматичнее послание, тем больше сновидения похожи на рассказы Кафки или картины сюрреалистов.

Каждый день мозг вырабатывает автоматические схемы поведения, чтобы мы не тратили слишком много сил на привычные действия. Поэтому мы можем готовить завтрак, чистить зубы или закрывать дверь на замок почти не задумываясь – все происходит на автомате. Практики осознанности предлагают уменьшать этот автоматизм. Но если вы хотя бы раз пробовали медитировать, то помните, насколько сложно быть осознанным. Мозг сопротивляется такой трате энергии, но в то же время выделяет ее на сновидения.

Физиологически все люди видят сны каждую ночь. Исключения составляют случаи органических заболеваний мозга и тяжелой депрессии. Почему же некоторые из нас не помнят свои сны наутро? Одна из причин – физиологическая усталость. Мозг экономит ресурсы, и эта экономия «стирает» воспоминания о сновидениях.

Другая причина забывания – предубежденность и обесценивание. Мозг вытесняет то, что считает неважным и ненужным.

Но как только вы зададитесь целью помнить свои сны, сразу заметите разницу. Вы действительно начнете их запоминать.

Сон важен для тела, а сновидения – для психики. Первый помогает восстановиться физически, вторые – улучшить психическое здоровье.

Первые исследователи сновидений, Зигмунд Фрейд и Карл Юнг, отмечали, что основная функция сновидений – компенсировать сознательную установку сновидца, чтобы сделать ее более адаптивной, здоровой.

Все то, что цензура отправляла в бессознательное, было неприемлемо для личности именно в тот промежуток времени. Чаще всего это касается детских историй, которые ребенок не мог нормально прожить из-за незрелости психического аппарата и физиологии мозга – он «вырастает» только к 25 годам. Поэтому в тот момент действия цензуры были правильными. Но вам уже не 5 лет, и спустя время требуется другой подход, чтобы более полно владеть информацией о своей жизни.

Для пятилетнего ребенка запрет на спички – полезная мера безопасности. Но если к 18 годам он все еще боится зажечь огонь, это уже ограничение, которое мешает жить.

Поведенческую цензуру от родителей со временем заменяют правила общества и реальность – жизнь сама расставляет рамки. А вот внутреннюю, психическую цензуру так просто не отменить. Сны помогают обойти ее, возвращая то, что сознание не смогло удержать, – важные чувства, воспоминания, смыслы. Таким образом, сны преследуют важную цель – вернуть утраченную информацию личности о самом себе.

Исследователи сходились в том, что основная функция сновидений компенсаторная (за исключением снов о травме – см. главу «Кошмары»). Но они рассматривали понятие компенсации по-разному.

Для Фрейда сновидения восполняют то, чего человек не смог получить в реальности. Особенно это видно у детей: если днем в парке ребенку не досталось достаточно мороженого, ночью он может увидеть сон, где ест его сколько захочет – вместе с ватой и бесконечными катаниями на карусели.

Но такие простые компенсации характерны только для детей. Во снах взрослых всплывают такие желания, в которых сложно себе признаться, – именно поэтому они и вытесняются. Более того, даже если человек их распознает, он приведет десятки аргументов, чтобы отвергнуть это. Если бы он мог признаться себе в этих побуждениях, сновидение попросту не понадобилось бы. Сознание часто боится желания, о котором сообщает сон. Эта функция похожа на фильм Тарковского «Сталкер»: комната исполняет желание, но не то, которое ты озвучишь, а глубокое, спрятанное. Даже если его исполнение может быть ужасным.