Однажды в Вавилоне

Глава 3

— Мистер, как быстро багажник этой машины стал, неожиданно, багажником моей машины! Я себе такую радость не заказывал! — Джа помотал головой и упёр указательный палец в своего собеседника. Где-то на уровни груди.

— Тебе не нравится машина?

— От машины я в восторге, но она не похожа на рефрижератор или катафалк, а трупы в машине не похожи на пакеты с подарками.

— Как насчёт ещё одного миллиона, Джасвиндер? — голос Волода стал искушающим. — Спасать меня — это очень выгодное занятие.

— Как будто у меня есть выбор!

Джа с раздражением вдавил свой сандаль в пол. Под капотом довольно взвыло.

— Вот, мистер Волод, ты мне скажи, ты сразу шёл туда убивать кого-то? Зачем меня ты обманывал?

— Джа, даю слово чести, я вообще не думал ничего такого! Просто в гостях у моего финансового поверенного я встретил милейшего человека, Кевина Джаспера, по прозвищу «Стекольщик». Этот милейший человек, вполне себе уважаемый местный аристо, координирует работу нескольких наёмничьих банд, что меня заказали. Они так удивились, и застыли на мгновение. Так и умерли.

— У тебя везде друзья, мистер Волод. А ты не думал, что, ну, поверенный, ну, раздаёт финансы разным людям?

— Тогда это глубочайший непрофессионализм в его исполнении. Когда работаешь с людьми такого уровня как я, надо очень хорошо знать кто мои враги, а кто друзья.

— Фатима, как в Нью-Йорке спрятать тело?

— А ты, кретин безмозглый, не подумал, что я вас, идиотов, сейчас копам сдам, вырожденцы с жидким дерьмом вместо мозгов! Да тебя спасают только служебные инструкции на этот счёт! Катись по ориентирам, скудоумный.

— И мы поедем по этому маршруту?

— Нет, ты че, прикалываешься? Это я так, обстановку разрядить… Эта дура построила маршрут к полицейскому участку! Спасибо, Фатима, я тебя тоже люблю. Я, кстати, эту фразу тёте не говорил ни разу!

— Мне нравится твоё чувство юмора, Джа!

— Ты мне лучше скажи, мистер, почему мы в клан не потащим тело?

— На таких, как он, — кивок в сторону багажника, — ставят метку, руна небольшая. Когда пациент идёт богов рассматривать или в любой ад, по его выбору, эта руна заряжает эдакий маяк. Он начинает светиться и вопить, различимо для всех, кто захочет услышать. Не хотелось бы выдавать всю цепь событий.

— А они, типа, не догадаются, если увидят Феррари с клановой символикой на крыльях!

— В этом случае всё расследование займёт время. На таких, как он, всегда есть следящие артефакты, их просто так не уничтожить. Так что пусть они хотя бы денёк поищут тела. С надеждой их найти.

— А чем плохо, если они сразу поймут?

— Могут погибнуть хорошие люди!

— А так можем погибнуть мы, мистер, а я, по-твоему, что, плохой человек?

— Ты везучий, Джасвиндер, у тебя твёрдая рука и благородное сердце!

— Да хрена лысого я везучий, с везучими людьми такие приключения не случаются!

— Думай о деньгах, Джа, думай о деньгах!

— Думай о деньгах, Джа, думай о больших деньгах! Да, ты прав, мистер, у тебя хорошие мантры, они на самом деле успокаивают!

На выезде из Манхеттена Волода снова замутило.

— Не-не-не, тут ещё десять миль остановка запрещена!

— У тебя есть… пакет…. — Волод прижал кулак ко рту.

— Блюй в панамку! Откуда у меня пакет?

— Blyat (вот незадача)! Я шляпу оставил в офисе покойного! Придётся возвращаться? — кажется, русский мгновенно забыл о своей тошноте.

— Тебе так дорога эта панамка? Мистер, не переживай, я знаю где купить другую!

— Дело в том, что я эту шляпу ношу уже четвёртый день, по ней легко порчу навести можно.

— Да, порча дело хорошее, это к гаитянам! В этом городе плохо быть мерзким человеком, мистер. А разве от порчи нельзя оберег, там, надеть? — Джа высматривал ориентиры на дороге.

— Не от всякой. Паскудное колдунство. Жаль, талант в другом мой… Ты не разворачиваешься?

Машина действительно летела по трассе на предельной скорости.

— Мы уже почти доехали, тут миль пять осталось. Давай не ездить по городу с трупами в багажнике. Кстати, а почему сумки четыре? Нет, молчи, я не хочу знать ответ на этот вопрос.

— Руки-ноги отдельно, тулово отдельно. После моих техник тела замечательно колются на части.

— И вот зачем мне эта информация?

— Ну мало ли… К слову, куда ты нас везёшь?

— В храм Кали благословенной, в Джерси! Ей можно принести в жертву своих врагов. Скажи, Волод, эти люди на самом деле заслужили смерти? Они были настоящими врагами?

— Ну… В целом, да.

— Тогда всё совсем хорошо! Тела обратятся на алтаре в пепел, а храм никому ничего не расскажет. Но если то не враги, тогда и копам могут сдать.

— То есть, ты предлагаешь мне пойти на поклон к чужим богам? — Волод нахмурился. — Может, всё же лучше послушаем совета машины? Твой вариант…

— Полное дерьмо! — рявкнула тачка так, что и Джа, и Волод непроизвольно пригнулись. — Тупые обезьяны, так уж и быть, сжалюсь над вашими жидкими мозгами, я включила кондиционер в багажнике. Очень скоро там будет минус два. Читайте инструкции, кретины!

— Спасибо, Фатима! — благодарно кивнул индус. — Ладно, расслабься, Волод, я прикалываюсь. Какой к хренам храм Кали в Джерси?

— И куда мы едем?

— Да есть тут одно место, не слишком популярное…

Десять минут спустя.

— Приют животных «Забота и милосердие»?

Волод прочитал вывеску с некоторой оторопью.

— Ага, это дочка местного герцога, не упомню как её звать, моча ей в голову ударилась, с местными дурочками связалась, которые Гринпис. Они сделали приют для собачек. Со свободным выгулом, — Джа выжал газ, и машина медленно въехала под вывеску. Узкая дорога вела куда-то в сторону пляжа, ныряла в хвойную рощу. — Даже закон приняли какой-то глупый, теперь бродячих собак отстреливать нельзя. Теперь их в приют помещают! Правда, только в Джерси.

За окнами машины простирался пустынный пейзаж.

— И как нам это поможет?

— Собачки на свободном выгуле. Все желающие могут их покормить. Типа, эко-ферма.

Машина достигла какого-то пустыря. Ниже плескалось ласковое море, но отдыхающих рядом не было видно. И понятно. На пустыре отдыхала стая собак. Да каких…

— Puda (пуда) четыре…

— Чего?

— Говорю, килограмм шестьдесят в каждой.

— Да, вот они какими разрастаются на вольном выгуле.

— Крутые зверюги, да, сейчас обоссусь от щастья. Волод, ты сам багажник открой, или типа того, я боюсь собак.

Волод только хмыкнул. Он отстегнул ремень.

— Джа, меня интересует буквально один вопрос: а почему эти звери не выйдут в город? Тут же ничего на забор похожего нет? — русский в третий раз ощупывал пояс не предмет огнестрела.

— А, там столбы стоят, они пищат так, что собаки скулят. Они за них не заходят. Да и зачем? Тут их и так неплохо кормят.

— Хорошо, а почему забор не стоит, чтобы никто не забредал? Они же натурально сожрать могут.

Волод открыл дверь машины и вышел под горячее солнце. Он не отрывал взгляда от животных.

— Да пёс их знает, Владимир, но я думаю тут есть какой-то хитрый процесс. Ну, там, волонтёры кормят собак, собаки кушают волонтёров, а корейцы иногда ловят самых жирных псов. Популяция стабильная, так сказать. Или, может, сюда просто таскают всех бездомных животных в городе, а эти их едят.

— И что предлагаешь делать? — уточнил Волод. Он открыл багажник. Оттуда вылетело облако пара.

— Ну, открой сумку, вытаскивай оттуда своего поверенного и гостя его, позови собачек, чтобы обрадовать, и едем обратно.

Волод открыл багажник, залез в сумку и оглушительно свистнул. Стая собак с интересом побрела в их сторону.

— Эй, ты что, совсем шуток не понимаешь, выкидывай трупы на хрен и погнали! Они же натурально дикие!

Волод тем временем кинул собакам руку в длинном рукаве, окрашенном в тёмно-зелёную клетку.

— С животными надо добрее. И они к тебе потянутся!

Князь продолжил раздавать замороженные куски тел собачкам. Животные благодарно виляли хвостами и принимали подношение.

— И чего я так распереживался? Вы там у себя в России ведь медведей разводите!

— Эй, слушай, что за предрассудки? Я же не говорю, что в Индии все слонов разводят?

— Но моя семья разводит слонов! Точнее, мой троюродный дядя, хорошая работа…

— Сдаюсь, сдаюсь, Джа, хорошо, собак я не боюсь, медведей тоже! — перебил собеседника Волод, и уселся на место. Давай, нам ещё шляпу мою забирать!

До Манхеттена доехали без приключений и совсем без нервотрёпки. Машину тоже припарковали на том же месте. Волод тяжело вздохнул, и отправился за головным убором. Вернулся он спустя десять минут, в руках его было четыре спортивных сумки, под весом которых Владимир заметно напрягал руки.

Сумки он снова положил в багажник.

— Да ты издеваешься! — только и вымолвил Джа. — И шляпу ты не забрал…

— Да бл…

Русский вернулся пять минут спустя. Что характерно, с такими же сумками. И снова четыре штуки.

— Я не знаю как это комментировать. Они все туда вообще влезут?

— Без паники, Джа, я просто вспомнил о земном. Там деньги.

— Сколько?

Джа сопоставил вес сумок и число купюр в них. Голос его пищал.

— Миллиона три. Или четыре. Я сгрёб всё, что лежало на видном месте. Сможешь домой отвезти? Половина — твоя. Вдвоём в набег ходили!

Волод был очень доволен собой.

— А… а… конечно, довезу, добрый мистер! Прямо сейчас и… аааа… два ляма налом, ahuet' (ахуеть)…

Машина стартовала по старому маршруту.

— Понимаешь, Джа, этого человека хватились очень быстро. Эти двое меня не узнали, но могли бы потом. Я сказал, что был тут утром на приёме и забыл свою шляпу. Они были так добры, что меня пропустили, и… — князь решил рассказать что случилось в офисе.

— А как ты понял, что это именно искать пришли твоего… наёмника?

— Так они в красную клетку были. Макмастеры, их родовые цвета. Это тот род, который в Америке имеет виды на мои фамильные активы.

— Это как?

— Грабить хотят.

— А, вот я про это и говорю, я вот иду в полицию, если меня грабят. Не помогут — хоть кофе напоят, посочувствуют. А ты вот… собачек кормишь.

— Да брось, Джасвиндер, не было бы власти силы, была бы власть денег. Кто-то всегда оказывается наверху и всегда попирает тех, кто ниже. Это человеческая природа. Кому-то всегда можно больше, чем остальным.

Джасвиндер горестно кивнул.

— А вот твои русские, они, то есть вы, в космос полетели. Тоже, небось, клановые?

Неожиданно уточнил индус.

— Эту часть истории мы не афишируем, — Волод грустно вздохнул. — Всю космическую программу исполнили обычные люди. Простецы. Они же первыми летели в космос. Потом, разумеется, героев приняли в клан… Но если тебе это важно, Джа, законы природы подчинили себе такие как ты, люди без дара.

— Ты меня прям обрадовал, Волод, честно! — Джа улыбнулся.

Волод польщённо кивнул.

— То есть, эти бедолаги хотели съебаться с планеты, у них почти получилось! Но потом вы их в себя зажевали. Отчаянные люди были, мистер. Я не такой. Увы.

Русский только глаза закатил.

В этот момент над дорогой пролетел полицейский вертолёт. И пошёл на посадку где-то вдалеке.

— Нас снова ловят, — с тоской протянул Джа, и свернул на ближайшем повороте.

— И у тебя есть план?

— Да с хрена у меня есть план, мистер! У меня в багажнике два трупа, четыре мешка денег и нелегал в салоне. Да полицаи меня сожрут без кетчупа своего любимого. Гадость редкостная!

— Тихо, Джа, тихо. Если что, я возьму на себя всю вину, — Волод помрачнел. — В конце концов, всегда есть способ договориться.

Такси остановилось в безлюдном переезде.

— Не с полным багажом покойников, мистер. Хотя… у меня идея! Ударь меня по лицу!

— Чего?

Русский удивился. Он все ещё ничего не понимал.

— Говорю, морду мне разбей, но не сильно, не убей ненароком. Чтобы если что — я твой заложник и ты меня…

Владимир коротко двинул собеседника по лицу.

— Ну и на хрена ты мне в глаз дал? Я ж им ни хрена не вижу теперь!

Простонал Джа. На его лице наливался синевой фингал, под левым глазом.

— Ну, что дальше? Тебя теперь не поймают, — Русский выжидательно уставился на индуса.

— Глаз болит!

— Джасвиндер, пожалуйста, не зли меня. Думай!

— Да какой тут…

— Джа, если ты сейчас что-то не придумаешь, я тебя убью.

Спокойно произнёс русский. В салоне ощутимо похолодало.

— Где-то я уже это читал.

Джа не выглядел испуганным. Но ныть перестал.

— Ты хороший человек, и я спасал тебе жизнь, ты не станешь убивать меня, Волод. Тебе будет стыдно, — рассудил Джа.

— Но я тебя могу основательно отметелить. Или зубы выбить. Я видел сколько тут стоит медицина! — нашёл довод русский.

— Разговоры о деньгах мне нравились больше! — индус побледнел, и от этого стал какого-то кофейного цвета.

— А может тут выкинем? Вроде безлюдно.

— Тут камеры, мистер…

— Хм… Кольцо, мы призовём медведя, пусть сожрёт тела…

— Как ты это себе представляешь, мистер, зверюга весит под две тонны. На зрелище «русский князь кормит своего медведя» сбегутся полгорода посмотреть. И телевизионщики.

— Скинем их в реку?

— Специально для таких умных набережная камерами перекрыта в два ряда. Проще сразу в полицию ехать. Там хоть покормят! — Джа утёр лицо платком.

— Тогда ещё думай, Джасвиндер, где на этом острове можно качественно потерять машину, с трупами и деньгами в багажнике?

— Да с деньгами можно хоть слона…

Джасвиндер замолчал. Лицо его приобрело очень несчастное выражение.

— Ну, мой друг, говори смелее. Я вижу печать вдохновения на душе твоей!

Голос русского стал вкрадчивым.

— Я… Я придумал как нам избавиться от тел, мистер, от тел и от денег. От моих денег, мистер!

— Хватит стенать, Джа, я дам тебе ещё. Ты даже не представляешь насколько я богат!

— Да? И насколько ты богат?

Машина тронулась с места, и Волод осторожно выдохнул.

— Моему роду принадлежат богатые рудные шахты.

— И на хрена ты тогда попёрся в Америку? Адреналина не хватает?

— Ты совершенно точно не хочешь знать мои семейные тайны, Джасвиндер.

— Ага…

Джа бросил короткий взгляд по сторонам, и вдавил в пол педаль газа.

За окном мелькнули красные иероглифы на высоких зданиях. Цветастые витрины магазинов не выползали к самой дороге, это всё же Манхеттен, но они нависали над улицами так, что в тени вывесок охотно спасалась от зноя молодёжь в кислотных футболках.

— Хааааа! — неожиданно взревел Джа и ещё ускорился.

— Что сл… — русский испуганно завертел головой, но не увидел опасности.

Индус дёрнул ручку под рулём. Багажник распахнулся, и его содержимое отправилось по крутой дуге наружу. Но машина разогналась почти до сотни миль. Одна из сумок врезалась в столб, и во все стороны разлетелось облако купюр.

Волод встретил представление с лицом, полным неверия.

— Что это сейчас было?

— Охренительный план, мистер, просто лучший из возможных! — Джасвиндер натурально рыдал.

— И почему ты плачешь? Да там просто облако денег, Джа, ты точно нас сейчас спасал? Или, может, ты уже крышей поехал?

Было видно, русский никак не может понять, как же ему реагировать.

— Я только что отдал китайцам два своих миллиона долларов. Ты ради них человеков убил, четырёх! А мы выбросили.

— Что это было? Ты какого чёрта там устроил? — взвыл Волод.

— Всю улицу засрал! Ты знаешь какой штраф за выброс мусора на дороге? — заворчало из динамиков машины.

— Заткнись! — рявкнул русский.

— Завали варежку, малахольный! — не осталась в долгу машина, но замолчала.

— Всё хорошо, мистер, всё хорошо.

Следующие пятнадцать минут ехали молча.

— А как же камеры?

Волод сидел бледный от злости. Его желваки то и дело гуляли.

— Это китайцы, мистер! Там, где-то в квартале, офис чистильщиков, это такие самые крутые тут парни, которые тела прячут. Они обязательно избавятся от тел… ну… чтобы не говорить, кто деньги унёс… И куда…

— То есть, ты слышал что в этом квартале есть офис банды, которая прячет тела, и ты выкинул там в центре два трупа и мешок денег в надежде, что никто ни о чем не узнает, а для надёжности раскидал деньги по всему кварталу? — под конец Волод шипел, а его английский становился всё менее разборчивым.

Полицейская машина в соседнем ряду взвыла сиренами, и перестроилась перед Феррари, даже не дав шанса Джасвиндеру дёрнуться.

Из машины вышла пара полицейских. Высокая крепкая женщина в солнцезащитных очках и форменной фуражке подошла к машине. Полицейская форма сидела на ней едва ли не вызывающе.

— Сэр, пожалуйста, выйдите из машины.

— Да… Хорошо, мэм, разрешите начинать исполнять ваши указания? Волод, у нас всё хорошо!

Джа нарочито медленно открыл дверь и вылез из салона.

— Сэр, откройте, пожалуйста, багажник.

— Да мэм, разрешите исполнять?

— Начинайте.

— Фатима! Открой багажник! Извините меня, пожалуйста, мне эта идея с голосом очень смешной показалась, я не сексист…

Багажник Феррари открылся, и офицер полиции осмотрела багажник, а потом взглянула туда же через слюдяную пластинку в пластиковом чехле.

— А что это за штука?

— Определяет кровь и другие телесные жидкости. Если тут перевозили труп, я это увижу.

Воцарилось молчание. Женщина тщательно осмотрела все щёлочки, а потом содрала обивку и посмотрела под ней.

— Всё чисто. Сэр, пожалуйста, предъявите документы на машину.

— Ах… да, конечно, они в салоне, можно я туда сяду?

— Да. Конечно.

— Ага… Вот! — Джа протянул прямоугольную карточку.

Полицейская просканировала карточку смартфоном в стальном чехле.

— Личное владение? Сэр, подойдите к нашей машине, мне надо проверить биометрию.

Служительница муниципалитета (полиция подчиняется непосредственного городу) достала из салона планшет, такой же монументальный, как и телефон у неё на поясе. Из планшета торчал толстый кабель, он уходил куда-то в недра машины.

— А… Да… Да, кончено…

Джа растерялся, процедура сильно отличалась от стандартной. Но индус подчинился.

На планшете светился стандартный полицейский интерфейс, и у крупной пиктограммы со значком «идентификация» светилась рамка, а под ней циклично проигрывался небольшой, буквально на пять секунд, ролик с объяснением куда надо и чем нажимать. Отдельно выделялась та часть, где было подробно показано «как и что делать не надо».

— Сэр? Вам всё понятно? Или дать пояснения?

Джасвиндер приложил палец.

— Да нет, мэм, спасибо, я просто думаю, а часто так хотят член вместо пальца…

Экран мигнул, и на нём высветилось новое сообщение:

Гражданин, если вам нужна помощь, нажмите 1.

Если вы находитесь под любым способом дистанционного контроля, нажмите 2.

Если пассажир представляет групповую опасность (одарённый, вооружён автоматическим оружием, взрывчатым веществом), нажмите 3.

В случае, если мощь вам не требуется, нажмите 4.

Джасвиндер благодарно улыбнулся, и нажал четвёрку.

— Спасибо, сэр, всё в порядке. Вы можете ехать.

Джа получил обратно документы. Служители закона сели в свою машину и отчалили.

— Пронесло…

Джасвиндер вытащил из двери пачку салфеток и бутылку воды. Он стал вытирать лицо от обильного пота.

— А у вас всегда так машины клановые свободно обыскивают?

Проговорил Волод. Русский был максимально собран, и готовился в любой момент начать драку. Непонятно, правда, с кем.

— Полиция финансируется из муниципалитета, а муниципалитету башляют кланы. Хорошая страна, мистер, они мне предложили защиту от тебя. Хорошая женщина, жаль, такие на меня смотрят только через сканер или прицел.

— Мощно. Джа, рули, нам надо отсюда быстрее убраться… А то вдруг эти китайцы не такие крутые, как ты о них там подумал. Скажи, кто-то до тебя делал нечто подобное в этом районе?

— А кто о таком расскажет, мистер? Китайцы не расскажут, в том и смысл. Сами заткнёмся, и тоже ничего страшного не будет.

— А где твой бонг, Джасвиндер?

— Хочешь курнуть, мистер? Как приедем обратно в резиденцию, я тебе заряжу. Сейчас если у нас дым из салона будет, копы не поймут. Давай не будем их нервировать? — индус успокаивался, и его трясло уже не так сильно.

— Проси твоего бога об удаче. Не хочу, чтобы ты потерял удачу только потому, что был недостаточно почтителен, — ворчливо ответил Русский и потёр подбородок.

Как раз был очередной светофор, и Джасвиндер отстегнул ремень безопасности и полез копаться в пространстве за сидениями. Там обнаружился ещё один небольшой багажник.

— На, обнимайся. Он сюда на торпеду не влезает, — в голосе Джа прозвучала вина.

— Давай тогда на остров. На сегодня я закончил свои дела.

— Ага, спасибо, но я тебя никуда больше и не повезу.

— Почему?

— Потому что у меня нервы сдают, мистер! В меня или стреляют, или я трупы вожу! Я не хочу в тюрьму, Волод! И очень не хочу умирать!

Джа вцепился в руль так, что пальцы побелели. Он пристально следил за всеми полицейскими автомобилями, которые то и дело сновали в потоке и тормозили случайные машины

— А деньги?

— У китайцев мои деньги. У тебя мои деньги. Мои деньги у всех, кроме меня! — кто-то загудел совсем рядом. Джа высунулся в окно. — ДА В ЖОПУ СЕБЕ ПОДУДИ, УРОД!

— Бесят? — Волод расслабленно развалился на сидении.

— Я на клановой тачке, поцарапают — я ж не расплачусь! Страховки нет ведь!

Манхеттен медленно прорастал пробкой, поток едва поплёлся по всем улицам.

— Джасвиндер, а может, всё же подумаешь о контракте? Если мы выберемся без приключений, я согласен рассмотреть почти любые твои условия, — Волод снова стал искушать собеседника.

— Нет! Деньги только отдай.

— Ну, пожалуйста! Джасвиндер, имей совесть, тебя просит настоящий князь. Обычно люди после такой просьбы падают ниц.

— Ну вот и ищи кто тебе ниц падать будет. Это не такая страна, мистер, тут человек может и отказаться от приглашения на работу! Я не единственный таксист в этом городе!

— Но единственный, кто смог выжить, когда меня пытались убить наёмники со всего города. И единственный, кто смог потерять в этом городе четыре трупа, пусть и пришлось с ними потерять два мешка денег. В нашей среде ценят результат. Нас до сих пор не вычислили.

— Ты думаешь это я всегда так делаю? Поссать вышел — и сразу что-то сделал выдающееся! Я просто хотел не сдохнуть! Чего и тебе желаю!

Русский наконец отстал от собеседника.

Для разнообразия, на место Феррари доехал без приключений. Джа с упрямым выражением на лице тошнил в правом ряду, соблюдая все возможные ограничения скорости. Чего раньше за ним замечено не было.

— Мы покурим твоей замечательной травы?

— Я тебе отдал фунт! Тебе пыхтеть полгода! Куда тебе столько?

Джа остановил машину.

— А если так?

Джа уставился на пачку денег в руках Волода с затаённым уважением.

— У меня совсем немного, — вздохнул индус.

— А нам хватит.

Джа, с ворчанием, полез в карман.

— Давай принесём дары и разделим дыхание с твоим богом. Он нас сегодня хранил, не иначе.

— Господин? — к машине подошёл охранник.

— Да?

— Вы пропустили обед, на телефон вы не отвечали, вас отправились искать. Лорд П…

Князь затянулся из бонга. Слуга, молодой парнишка с ужасно серьёзным лицом, осёкся. Волод передал бонг Джасвиндеру, и тот стал снова набивать трубку.

Воцарилось молчание. Князь выжидательно уставился на визитёра. Тот молчал.

— Пыхнёшь? — Волод достал яблоко из кармана и захрустел им.

— Нам запрещено…

Волод снова хрустнул яблоком.

— Джасвиндер, вот за это я обожаю своё положение. Сынок, я приказываю тебе. Кури!

Князь не отрывал взгляда от парнишки. Тот плавно менял цвет от бледно-розового к нежно-зелёному.

— Слушай, мистер, а может ему не надо? Он и так бледного поймал, а ещё даже и не…

Князю надоело ждать, и он сунул бонг в зубы собеседника. Тот затравленно огляделся.

Князь вытер руку от яблочного сока прям об штаны, и положил ладонь на плечо посыльного, наклонился к его уху и прошептал. Достаточно громко, так что услышал и Джа.

— Можешь им сказать, что я тебе угрожал, и даже бил. Больно, но аккуратно. Так что следов не осталось.

А теперь парнишка покраснел. Схватил бонг без всякого почтения к богу-статуэтке и затянулся. Князь заботливо подержал огонёк.

Посыльный от такого счастья снова порозовел. И сделал серьёзную попытку совладать с телом. Не вышло, его повело. А лицо заполнило отрешённо-испуганное выражение.

Князь ловко подхватил посыльного под локоть.

— Эк, брат, тебя взяло. Значит так, сегодня до конца дня за мной ходишь и меня охраняешь.

— А… А от кого?

— От мышей. Мыши — они такие. Могут унести. Джа, я тебе могу чем-то помочь ещё?

Джасвиндер нервно хохотнул.

— Я с тобой, Волод, больше курить не буду. Ты злой делаешься. И если это ты так помогал мне, то пожалуйста, мистер, больше не надо. Сжалься! И денег не надо!

— Джасвиндер! Ты хочешь меня оскорбить? Нет способа надёжнее, чем пенять человеку за скаредность…

Русский нахмурился. Ощутимо похолодало.

Индус упал на колени перед собеседником. И разрыдался.

— Какая скраденность, мистер! Ты щедрый человек, мистер, очень щедрый. На всё. На деньги, на пули, на расправу, на слово доброе! Я маленький человек, я на себе такое не унесу!

— О боги, как же с иностранцами непросто…

Волод схватил Джа за локоть, и поднял. Индус хотел было трепыхнуться, но понял, что едва не висит в воздухе. Князь оказался чудовищно силен.

— Всё, дружок, иди. Я в ближайшее время решу проблему финансов, и найду тебя. Спасибо, что помог, я щедро вознагражу… — Волод осёкся.

— Ты постоянно ему обещаешь награду. Шестой раз за сегодня! Пожалей мальчика, убивец! Не видишь, он жадный и страдает? У него два миллиона налички было, а сейчас тощая пачка баксов и даже машины нет! — взревел динамик Феррари противным голосом.

Волод, Джасвиндер и окосевший посыльный в немом изумлении уставились на машину.

— Спасибо, Фатима, ты такая заботливая.

— Не помри там, неудачник, — Ворчливо ответила машина и поехала в сторону открытой аппарели.

— Вот по этому я буду скучать! — Джа с грустью помахал тачке вслед.

— Я просто обязан посмотреть что ты там в редакторе накрутил.

Волод посмотрел на индуса очень внимательно.

— Ты полон сюрпризов, Джа!

— А ты неприятностей, Волод!

— Повторяешься, Джасвиндер. Спасибо! — Волод подошёл к индусу и крепко обнял его за плечи. — За мной должок.

Джа покинул поместье клана Блейд в обнимку со статуэткой бога. Он совершенно не чувствовал себя счастливым.