Охота на бабочек

3

Ужин оказался гораздо менее официальным, а атмосфера более непринужденной, чем Ева ожидала. Главная заслуга в этом принадлежала, разумеется, Конни, которая подобрала блюда, вина и темы для разговора практически на любой вкус.

Поскольку Еву усадили между Раундтри и Джулианом, нетрудно было заметить, что хозяева постарались чередовать людей с актерами, сыгравшими их в фильме. Пибоди сидела между Мэтью и Макнабом, Деннис – между Мирой и Энди Смайт, которая постоянно заливалась непристойным смехом, только добавлявшим ей очарования.

Раундтри умел получать удовольствие от жизни и прекрасно играл роль гостеприимного хозяина, веселя присутствующих бесконечными историями из мира кино. Большинство имен Ева слышала, но все же подумала, что следовало предварительно полистать справочник «Кто есть кто в Голливуде».

– Я прочел, что вы с Рорком познакомились, когда его подозревали в убийстве, – улыбнулся ей Джулиан. Наверное, от такой улыбки любая женщина растаяла бы.

А может, он и в самом деле искренний и душевный.

– Да, Рорк тоже был в разработке.

– Это так романтично!

– Вряд ли так уж романтично оказаться под подозрением в деле об убийстве.

– Если только его не расследует такой очаровательный коп. Рорку чертовски повезло!

– Повезло, что не он убил, – ответила Ева, немало рассмешив Джулиана.

– Я бы сказал, что повезло вам обоим.

– Вы правы. – Теперь Ева взглянула него по-новому.

– Как же вы стали полицейским?

– Закончила полицейскую академию.

– А почему вы поступили именно туда? – Он склонился к ней, держа в руке почти нетронутый бокал с вином. – Вы работаете в отделе по расследованию убийств. Мечтали об этом с юных лет?

Черт бы побрал Джулиана с его искренностью! Ева постаралась сдержать сарказм.

– Сколько себя помню, всегда хотела ловить преступников.

– Марла так и думала и на этом построила ваш образ. Знаете, она сыграла полицейского до мозга костей, энергичного и проницательного. Я пытаюсь применить тот же принцип к Рорку – изобразить влиятельного, богатого и загадочного дельца. Мы с Марлой с самого начала решили, что ваша история – сердце всего фильма. Так сказать, центральная линия.

– А я бы сказала, что в центре было дело Айконов.

– По меткому выражению Марлы, дело Айконов подобно раковой опухоли. Не знаю, – Джулиан пожал плечами, – мне кажется, что в центре всех событий должна быть история вашей любви.

– История нашей… – Ева опешила от ужаса и смущения.

– Тут нечего стыдиться, – Джулиан накрыл ее руку своей. – Настоящая любовь прекрасна и неподвластна логике и рассудку, не так ли?

– Джулиан ужасный романтик! – Сидевшая на другом конце стола между Раундтри и Рорком Марла ослепительно улыбнулась. – Но в чем-то он прав.

Джулиан в ответ заговорщицки улыбнулся ей и серьезно добавил:

– Любовь делает нашу жизнь более приятной и увлекательной.

– А ты – личность серьезно увлекающаяся, – слегка поддела его Марла.

– Вне всякого сомнения. И в этом сценарии мне больше всего нравятся именно любовные сцены.

– О господи! – только и смогла сказать Ева.

– Между героями есть искра, – заметил Раундтри. – Наш фильм будет иметь бешеный успех!

– О господи! – повторила Ева, а Рорк рассмеялся:

– Спокойно, лейтенант!

– Вы слышали, как он это сказал?! – восторженно воскликнул Джулиан, сжав руку Евы. Потом подался вперед, внимательно глядя на Рорка, и попытался скопировать его интонацию: – Лейтенант!.. У вас выходит одновременно нежно, страстно и очень душевно!

– Это всего лишь звание, – проворчала Ева.

Джулиан повернулся к Рорку:

– Вы цените ее работу так же сильно, как любите ее саму!

– Ну, не совсем.

– Да-да, вы правы! Хотя отчасти и я прав. Вы любите друг друга и доверяете Еве как себе самому. Подумать только, рискуя жизнью, вы спускаетесь с ней в секретную лабораторию и…

– Джулиан, бога ради, хватит уже ходить на задних лапках и вилять хвостом! – Кей-Ти залпом выпила бокал и стукнула им об стол. Потом щелкнула пальцами, подзывая официанта и требуя еще вина. – Отдохни хоть чуток, подлиза!

– Мы просто беседовали… – возразил Джулиан.

– Теперь это так называется? Думаешь, вы с Марлой единственные звезды в этой чертовой киношке? Да вы из кожи вон лезете, чтобы скопировать нашу сладкую парочку один в один, и ведете себя так, будто остальных не существует! Ей-богу, обидно! Если уж сильно приспичило, уединись с ними обеими как-нибудь на досуге, а нас избавь от этой мути! У меня кусок в горло не идет от твоего трепа.

За столом повисло гробовое молчание. Ева внимательно посмотрела на Кей-Ти через стол:

– Пибоди.

– Так точно! – ответила та, втянув голову в плечи.

– Ты знаешь, я иногда обещаю пнуть тебя как следует.

– Я бы даже сказала, что слишком часто.

– Тебе может представиться реальный шанс увидеть, как я отвешу пинка под зад лже-Пибоди, а твой собственный в это время будет в целости и сохранности. Цени момент!

– Да плевать я хотела! – ухмыльнулась Кей-Ти.

– Напрасно. Любой, кто так выпендривается на публике, рискует получить пенделя. Так что прикуси язык, детка, и не мешай взрослым разговаривать.

– Браво, лейтенант, – сказал Рорк, когда Ева снова откинулась на спинку стула и взяла вилку.

Джулиан схватил стакан и залпом осушил его. Разговор за столом кое-как возобновился.

– Мне очень жаль. – Официант налил еще вина, и Джулиан снова выпил. – Простите, я вовсе не пытался…

– Эй, приятель, расслабься. – Ева тем временем попробовала еще немного деликатесного омара. – Если бы ты попытался, Рорк давно бы тебе врезал. – Она усмехнулась, глядя на мужа. – Ведь истинная любовь прекрасна, загадочна и смертельно опасна.

– Я разберусь с ней, – сказал Раундтри ледяным голосом, не предвещавшим ничего хорошего.

– Право, не стоит. Благодаря Кей-Ти происходящее уже не кажется мне таким нереальным.

– Можно вас кое о чем попросить? – прошептала Марла, склонившись к Еве.

– Разумеется.

– Если все-таки надумаете отвесить ей пинка, пригласите и меня поглядеть!

– Больше народу, веселее поминки.

После ужина подали десерт, бренди, ликеры, кофе, сервировав фуршет в кинозале на нижнем этаже.

– Вот это да! – воскликнула Ева.

– Что ж, впечатляет. – Рорк внимательно оглядел огромный экран, удобные кожаные кресла и диваны, уютное освещение, бар.

– Догадываюсь, о чем ты подумал.

– Я тоже хотел сделать у себя кинозал, но так и не решил, как вписать его в обстановку.

– Тебе не дает покоя огромный экран. Вечно вы, мужчины, членами меряетесь.

– Вероятно, ты права. Хотя я порой не прочь свой побаловать.

– Еще бы. – Ева непринужденно скользнула взглядом по залу. – Как думаешь, куда Конни утащила Кей-Ти и сможет ли бедняга сидеть после этого разговора?

– Кто знает. Кстати, Джулиан и в самом деле к тебе клеился.

– По привычке, он ничего такого не имел в виду.

– Согласен, иначе бы ему не жить.

Тут подошла Надин в маленьком черном платье с ниткой жемчуга и чокнулась стаканом с бренди о чашку Евы.

– Раундтри обещает показать кое-что интересное на большом экране, однако вряд ли оно сравнится с той чудной сценкой за ужином.

– Фальшивая Пибоди – нахалка и идиотка. Нахальство еще куда ни шло, но в сочетании со слабоумием дает гремучую смесь. И как только я ей не врезала?!

– Не ты первая, не ты последняя. Много кто хочет ей наподдать. Раундтри терпит ее лишь потому, что, несмотря на склочный характер, она прекрасная актриса. Кстати, я видела несколько сцен из фильма, Кей-Ти – просто вылитая Пибоди!

– И давно у нее роман с Джулианом?

– Ты тоже заметила? Ничего серьезного, перепихнулись пару раз, и все. Джулиан красив как бог, обходителен и обаятелен. Он прекрасно справляется со своим амплуа, и ему все равно, где, когда и с кем. По сути, он жуткий бабник, зато очень милый!

– Знаешь по собственному опыту?

– Отнюдь, и вряд ли до этого дойдет. Мой отказ его удивил, но не обидел. – Надин пробежала глазами по залу, где гости оживленно беседовали, разбившись на группы и пары. – Джоэль сделал ставку на роман Дарн и Кросса. Обычный способ раскрутки фильма, который всегда срабатывает. Джулиан совсем не против, к тому же наверняка убедил себя, что влюблен в Марлу. Для него это часть рабочего процесса, так сказать. Без этого в кино никак.

– Так фильм эротический или детективный? – спросила Ева.

– И то и другое подогревает интерес публики, – откликнулся Рорк. – Кажется, хозяйка закончила показательную порку нахальной гостьи.

– Не вижу раскаяния на лице фальшивой Пибоди, – заметила Ева при виде входящих в зал женщин. – Выглядит злобной. И, по-моему, не против усугубить свое состояние.