Омега для альф

Глава 16

Завтрак заканчивается, и я наблюдаю за Алексом, который быстро выбегает на улицу. Он превращается в огромного серого волка и начинает выть, его голос полон тоски и неудовлетворённости. Я провожаю его взглядом, чувствуя, как тоска заполняет моё сердце.

Алекс исчезает в лесу, и я перевожу свой взгляд на Кристиана. Я вижу, как его лицо становится каменным, и холод пронизывает всё моё существо.

— Что это с ним? — спрашиваю в моём голосе слышится тревога и жалость. Я не могу оторвать взгляд от места, где исчез Алекс, и это приводит меня в беспокойство.

— Он испытывает те же потребности, что и я сейчас, — отвечает Кристиан холодным тоном, и его слова наполнены ревностью и собственничеством. Он подчёркивает, что я — его собственность.

— Но понимает, что сейчас не может подойти к тебе, — заканчивает он, и его слова звучат как предупреждение. Я понимаю, что они оба меня хотят.

— Волчьи заскоки? — спрашиваю, пытаясь рассмеяться, но мой голос дрожит от напряжения. Я пытаюсь отшутиться, но я чувствую его силу.

— Инстинкты, — отвечает он, и его слова резки, как пощёчина. — Если я буду позволять всё подряд подходить к своей паре, которая ожидает потомства, я не альфа. — Его голос наполнен властью, и он показывает своё доминирование.

Его слова, как ледяной душ, обжигают меня. «Своей паре, которая ожидает потомства» — звучит так, будто я — всего лишь сосуд, а не личность. И как он смеет говорить об «инстинктах», как о чём-то низменном. Я знаю свою природу, но она не определяет меня целиком. Я чувствую, как моя волчья сущность не даёт мне подчиниться и огрызается в ответ.

— Я тебе не вещь, чтобы распоряжаться мной как пожелаешь, — рычу в ответ, мои слова наполнены гневом и негодованием. Я встаю со стула, готовясь к сражению.

— Ты волчица, не забывай об этом, — пресекает меня Кристиан, и его тон холоден, как сталь. Он смотрит на меня, прожигая взглядом, как хищник, оценивающий жертву.

— Клэри, ты забываешь это, уступая место чувствам, — произносит, и его слова звучат как упрёк, словно я — марионетка, подчиняющаяся своим инстинктам.

— Лучше быть такой, как ты? — повышаю голос, в нём слышится вызов и презрение. Я ненавижу его самоконтроль и его ледяное спокойствие.

Кристиан делает шаг ко мне, касается моего подбородка, дрожь пробегает по моему телу. Его пальцы фиксируют моё лицо, смотрю в его глаза, в которых плещется желание и власть. Опускает взгляд на мои губы, дыхание учащается. Хочу его поцеловать, но я не могу сдаться.

Каждое его касание вызывает дрожь, чувствую, что теряю контроль. Моё тело предаёт меня, желает его, но разум кричит об опасности.

— Ты забавная, — произносит Кристиан, голос звучит с лёгкой насмешкой, как будто он играет со мной. Отпускает, уходит на второй этаж.

Осматриваюсь, и отчаяние захлёстывает меня. Я должна бежать, пока есть шанс. Открываю дверь на задний двор. Запах леса такой манящий, словно зов родины. Свобода так близко, но моё тело меня не слушается.

Ноги не двигаются, словно прикованные к земле. Что-то держит меня на месте, и это что-то — моя волчица.

Тело лихорадит, осознаю ужасную правду: я не могу сбежать, пока она этого не захочет. Между мной и моей волчицей — пропасть.

— Зря стараешься, — слышу голос Кристиана, и он звучит за моей спиной, как приговор.

— Почему? — хриплю от бессилия, мои слова — просьба и признание поражения. Чувствую, как слёзы подступают к глазам.

— Потому что она, в отличие от тебя, знает, что нужно защищать потомство, — произносит Кристиан надменно и спокойно, его слова — удар в самое сердце.

— С чего ты это взял? — рычу на него, разворачиваясь к нему лицом, пытаясь сохранить хоть какое-то достоинство.

— Мне не нужно это знать, — отвечает с ухмылкой, вижу в его глазах торжество и власть.

— Ненавижу тебя, ненавижу, — произношу, и слёзы стекают по щекам. Оседаю на землю, понимая, что побеждена.

Кристиан сокращает между нами дистанцию, ощущаю его силу. Он берёт меня на руки и несёт обратно в дом.

Он усаживает меня на диван, как будто я — хрупкая статуэтка. Его руки сжимают мои ладони, заставляя смотреть ему в глаза. Стараюсь сдержать свой страх, но моё тело дрожит от его прикосновений.

— Зачем ты бежишь? — произносит спокойным голосом, его интонация мягкая и заботливая. Я теряюсь на мгновение, не ожидая такой перемены в поведении.

Его внезапная забота сбивает меня с толку, и мой ум словно цепенеет. Мне хочется довериться ему, но я не могу позволить себе слабость.

— Мне нужно домой, — произношу тихо.

— Там что-то случилось? — спрашивает беспристрастно.

— Нет, мне нужны мои вещи, — отвечаю, стирая слезу со щеки, взгляд опускается на мою условную одежду.

Кристиан резким движением поднимает меня на ноги и ведёт в гараж к своей машине.

Мотор заводится, и машина начинает вибрировать. Кристиан усаживает меня на переднее сиденье, его движения уверенные и четкие. Он садится за руль, не глядя на меня, заполняя пространство вокруг своим присутствием.

Он трогается с места, чувствую, как машина начинает двигаться. Все происходит так быстро и неожиданно, что я не решаюсь что-либо спрашивать. Мой разум лихорадочно пытается разобраться в происходящем.

— Если ты объяснишь зачем, то я всегда могу тебе помочь, — произносит Кристиан, его голос нарушает тишину в машине. Смотрит на дорогу, взгляд спокойный и уверенный. Лишь иногда скользит по мне, прожигая, как пламя.

Смотрю на него с недоверием, не верю своим ушам.

— Вот так просто? — переспрашиваю, слова наполнены скепсисом и надеждой.

— В разумных пределах, — уточняет звучит как предупреждение. — Я не тиран и могу тебя понять и услышать, — добавляет.

— С трудом в это верится, — ворчу, вспоминая, чем закончилась наша последняя встреча в их офисе. Мои воспоминания о том, как я отдалась ему, жгут меня.

— Ты проиграла спор, последствия не заставили себя долго ждать, — комментирует Кристиан, и в его голосе нет ни капли раскаяния. Он подчёркивает моё поражение и его власть над ситуацией.