18

Брайан увидел ее совершенно случайно. Причем именно в тот момент, когда меньше всего этого ожидал, да еще при таких обстоятельствах, которые были ему крайне неприятны, – Глэдис танцевала с Дереком Оуэном!

Это происходило на рождественской вечеринке, устроенной в кафетерии их офиса, щедро украшенном новогодними гирляндами и веточками омелы. Играла музыка, вспыхивали разноцветные огни, и Глэдис выглядела совершенно беззаботной, танцуя легко и непринужденно. Более того, она даже склонила голову на плечо своего партнера.

Все эти дни, прошедшие после достопамятного разговора с Агнессой, Брайан чувствовал себя прескверно. Пожалуй, впервые в жизни он так сильно переживал из-за женщины. И эти переживания заметно отразились на его внешности, о чем ему не преминул сообщить глава «Бенджамен энтерпрайзис» Кевин Бенджамен, с которым Брайан еще утром столкнулся в лифте.

– Ты болен или у тебя серьезные неприятности? – спросил Кевин, едва они обменялись рукопожатиями.

– Со мной все в порядке, – неохотно ответил Брайан. – А почему ты спрашиваешь?

– У тебя вид несчастного влюбленного, – усмехнулся босс. – Темные круги под глазами и постоянное беспокойство во взгляде. Я ее знаю?

Ситуация была очень щекотливой. Еще секунду – и Кевин поинтересуется, уж не Глэдис ли тому причиной. И это притом, что в кабине находились еще несколько человек, с любопытством прислушивающихся к их разговору.

К счастью, лифт остановился и Брайану не пришлось отвечать на неприятный вопрос.

– Зайди ко мне в конце дня, чтобы обсудить планы реализации контракта, который ты подписал в Оттаве, – попросил Кевин, перед тем как они расстались.

– Обязательно зайду, – пообещал Брайан, подавив вздох облегчения.

Этот короткий разговор привел к самым неожиданным последствиям. Благодаря иронии судьбы, словно задумавшей совершить несколько пикантных рождественских проказ, уже сам Брайан поставил босса в крайне щекотливое положение.

После окончания укороченного рабочего дня он покинул свой – в отсутствии Глэдис такой неуютный и мрачный – офис, после чего вспомнил о своем утреннем обещании и направился к Кевину. По дороге ему пришла в голову мысль поздравить босса с наступающим Рождеством и подарить ему ту самую паркеровскую ручку, которую он получил в подарок от Глэдис. Ручку эту Брайан просто не мог видеть, поскольку она напоминала ему о том, что, наверное, можно было бы назвать утраченным счастьем…

Пройдя по опустевшему коридору и миновав два поворота, Брайан вошел в приемную Кевина. Секретарши на месте не оказалось, верхний свет был потушен, и комнату освещала только люминесцентная лампа, горящая над большим аквариумом, в котором плавали, неторопливо шевеля плавниками, разноцветные экзотические рыбы.

Брайан решил, что босс его не дождался и ушел. Он уже хотел было отправиться домой, как вдруг ему показалось, что из-за двери, которая вела в огромный кабинет Кевина, раздаются приглушенные голоса.

Возможно, там еще кто-то есть, подумал Брайан, нерешительно поворачивая дверную ручку и переступая порог полутемного кабинета. Увиденная сцена настолько поразила его, что, вместо того чтобы выйти прежде, чем его заметят, Брайан застыл на месте с отвисшей челюстью.

Кристина с задранным до пояса платьем лежала на краю длинного стола, а Кевин стоял перед ней, спустив брюки до лодыжек.

Услышав звук открываемой двери, оба замерли и, одновременно повернув головы, молча уставились на Брайана, который в этот момент чувствовал себя полным идиотом. А тут еще Кристина, нимало не смущаясь, помахала ему рукой.

– Привет, Брайан! Счастливого Рождества!

– Подожди в приемной, – в тон ей сказал Кевин. – И мы вместе выпьем шампанского.

– Извините, – с трудом выдавил из себя Брайан, как ошпаренный выскакивая из кабинета и с шумом захлопывая за собой дверь.

Черт! И надо же ему было влезть туда в самый неподходящий момент! Впрочем, Кевин тоже хорош, не потрудился запереть дверь!

Когда потрясение прошло и Брайан успокоился, он с усмешкой подумал о своем сладострастном боссе: «Так вот, значит, женщин какого типа он предпочитает в это время суток».

Но больше всего его восхитило самообладание Кристины. Эта женщина обладала той пикантной самоуверенностью, которая заставляет мужчину забыть о том, что он с ней вытворял, ровно через минуту после того, как она вышла из ванной и оделась. Какие-то полчаса назад Кристина могла вести себя как настоящая шлюха, но затем тон ее голоса, манера держаться и выражение глаз столь резко менялись, что трудно было даже осмелиться положить руку ей на колено!

Впрочем, какими бы «достоинствами» ни наделила эту женщину природа, Брайана это уже не волновало.

Если до сего момента у него не было ни малейшего желания оставаться на вечеринку, то теперь он решил заглянуть туда хотя бы на пару минут, чтобы немного выпить и расслабиться. Каково же было его удивление при виде Глэдис – оживленной, очаровательной Глэдис, которая, как ни в чем не бывало, танцевала среди других веселящихся пар, положив обе руки на плечи Дереку Оуэну!

На ней была короткая светло-коричневая юбка, бежевая блузка из полупрозрачного шелка и изящные черные туфли на высоких каблуках. Благодаря эффектному макияжу и красиво уложенным волосам она выглядела настолько восхитительно, что Брайан почувствовал себя уязвленным до глубины души.

Как она смеет веселиться, когда он непрерывно думает о ней и при этом места себе не находит!

И это та самая, скромная и целомудренная по уверениям Агнессы, девушка, которую он якобы смертельно оскорбил своим предложением провести ночь вместе! О, женское коварство!..

Глэдис заметила Брайана, стоящего у стойки бара с бокалом в руке, и на мгновение у нее болезненно сжалось сердце: настолько одиноким и несчастным он выглядел. Ей нестерпимо захотелось отделаться от надоевшего партнера, который осыпал ее пошлыми комплиментами, и броситься к Брайану, забыв про все предостережения Агнессы вроде: «Большинство женщин губит именно жалость!»

Да пусть ее погубит жалость, лишь бы потом не измучила совесть!

Отчаянным усилием воли она сдержала свой порыв и продолжила танцевать, напряженно улыбаясь Дереку, который воспринимал все происходящее за чистую монету и становился все более развязным.

– Пожалуйста, – попросил он, когда музыка кончилась и они остановились посреди зала, – подними голову и посмотри вверх.

– Ну и что? – мельком взглянув на украшенный гирляндами потолок, спросила Глэдис.

– Мы стоим прямо под веточкой омелы, а потому, согласно старинной традиции, должны поцеловаться!

Глэдис испуганно оглянулась на мрачного, словно настоящий демон, Брайана, но не успела ничего возразить, как губы Дерека начали неумолимо приближаться к ее плотно сжатым губам. Лишь в самый последний момент она успела отвернуть голову, и ему ничего не оставалось, как пылко чмокнуть ее в щеку.

– Куда ты все время смотришь? – обиженно спросил Оуэн. – И почему у тебя такой встревоженный вид, будто ты увидела привидение?

– Нет, она всего лишь увидела меня, – раздался за его спиной суровый голос Брайана. – Позволь теперь и мне потанцевать с твоей дамой, – не столько попросил, сколько потребовал он, властно положив руку на плечо Дерека.

– Не уверен, что Глэдис этого хочется, – невольно поежившись под его тяжелым взглядом, возразил Оуэн. – Кроме того, она обещала мне еще один танец…

– Ты, кажется, собрался со мной спорить?

Повисла напряженная пауза. И тогда Глэдис сочла нужным вмешаться.

– Пожалуйста, Дерек, не сердись, – обратилась она к своему партнеру. – Мы с тобой сегодня еще обязательно потанцуем, обещаю.

Тот нехотя кивнул и отошел в сторону, стараясь сохранять невозмутимый вид.

– Напрасно ты ему это пообещала, – сказал Брайан, стоило заиграть музыке.

– Почему?

– Да потому, что больше ты сегодня с ним танцевать не будешь!

– Кто это решил? – мгновенно вспылила Глэдис. – Ты? А по какому праву, хотела бы я знать? Я не ваша собственность, мистер Кроуфорд! Более того, начиная с Нового года, я уже и не ваша сотрудница, имейте это в виду!

– Ты переходишь в другой отдел?

– Нет, я вообще увольняюсь из корпорации, поскольку уже нашла другую работу!

Это заявление оказалось для Брайана настолько неожиданным, что он внезапно остановился, и на них тут же налетела другая пара.

– Ты это твердо решила? – спросил он, когда после взаимных извинений танец продолжился.

– Да, твердо, – опустив голову и не глядя ему в глаза, кивнула Глэдис.

– А куда ты устроилась?

– Не твое дело!

– Но почему?

Она ничего не ответила. И тогда Брайан дрогнувшим голосом предположил:

– Это все из-за меня, да? Точнее, из-за того злополучного вечера, когда я повел себя совсем не по-джентльменски?

Глэдис упорно молчала и избегала его настойчивого взгляда. Поэтому ему захотелось с силой встряхнуть ее за плечи, чтобы хоть таким варварским способом получить ответ. Однако Брайан избрал другой путь.

– В тот вечер ты сказала, что ждешь от меня любви, – начал он. – Но не объяснила, что подразумеваешь под этим словом.

– А разве слово «любовь» можно понимать по-разному? – удивилась Глэдис.

– Можно, и я тебе сейчас это докажу. Вот вы, женщины, называете любовью некое возвышенное, неземное чувство, не так ли?

– Пожалуй.

– А я недавно прочитал в одном научном журнале о том, что происходит в организме мужчины, когда он встречает понравившуюся ему женщину. Оказывается, все очень просто: из маленькой железы выделяется адреналин, который, поступая в кровь, воздействует на расположенный в мозгу центр эмоций. Тот в свою очередь раздражает гипофиз, а гипофиз выбрасывает в кровь мужской гормон, называемый тестостероном. Это порождает и томное расширение зрачков, и приподнятое настроение, и повышенную чувствительность к самым невинным прикосновениям. Скажи мне, что это не проявления любви!

– Но ведь это же биохимия, – возмутилась Глэдис. – А когда влюбляются по-настоящему, то пишут стихи!

– Под воздействием того же тестостерона! – тут же возразил Брайан.

– К чему ты ведешь?

Ответить он не успел, поскольку танец закончился и им пришлось остановиться. Брайан поднял голову и криво усмехнулся.

– А тебе везет на поцелуи! Прямо над нами ветка омелы…

– Я больше не собираюсь с тобой целоваться, – сухо сказала Глэдис, на которую весьма неприятно подействовал этот странный разговор. – И вообще я неважно себя чувствую и хочу уехать домой.

Брайан насторожился. Его охватило такое волнение, что, прежде чем задать следующий вопрос, ему пришлось облизать внезапно пересохшие губы.

– Хочешь, я тебя отвезу?

– Пожалуйста…

Они начали протискиваться сквозь веселящуюся толпу к выходу. Случайно получилось так, что Глэдис оказалась рядом с Дереком Оуэном, который явно собрался ей что-то сказать. Но Брайан зыркнул на него таким яростным взглядом, что тот мгновенно смешался и затерялся среди сослуживцев.

– Продолжаешь играть роль репеллента, отпугивающего моих поклонников? – холодно поинтересовалась Глэдис, когда они оказались в лифте.

Брайан посмотрел на нее так, словно пытался что-то вспомнить. Ну конечно, совсем недавно она задавала ему аналогичный вопрос, и это тоже было в лифте, когда к ним присоединилась Кристина. Только тогда Глэдис спрашивала, с какой стати он использует ее в качестве репеллента против блондинок, – теперь они поменялись ролями…

Но зачем она спросила? Неужели Глэдис нравится демонстрировать свою власть над ним, да еще попутно унижать его этим холодным тоном?

Не на шутку озадаченный столь резкой переменой, произошедшей с девушкой, которую он, казалось бы, хорошо знал, Брайан украдкой посмотрел на ее спокойное лицо. Как жаль, что он не обладает способностью читать чужие мысли!

Глэдис заметила его взгляд, но истолковала его по-своему. Ей вдруг показалось, что Брайан воспринял разрешение проводить ее домой как полное всепрощение, поэтому вполне может возобновить свои прежние попытки… О Боже, только этого ей сейчас и не хватало!

Глэдис попыталась принять как можно более неприступный вид, чтобы отбить у него даже мысль о каких-либо поцелуях! Она надменно вздернула подбородок, приосанилась и краем глаза заметила, что Брайан заметно погрустнел.

Они покинули здание и вновь, как и три недели назад, прошли мимо активистов «Армии спасения», которые все так же распевали рождественские песенки напротив автостоянки. Но на этот раз Брайан был настолько мрачен и задумчив, что не обратил на них никакого внимания. И тогда Глэдис, чтобы исправить это упущение, немного поотстала от него и украдкой положила в коробку для сбора пожертвований двадцать долларов.

Через пару минут они уже сидели в его «ягуаре» и пристегивали ремни.

– Как ты себя чувствуешь? – неожиданно спросил Брайан, заводя мотор.

– Все в порядке, – пожала плечами Глэдис. – А почему ты спросил?

– Я вдруг подумал, что если уж мы ушли с вечеринки в самый разгар веселья, то почему бы нам не заехать в какой-нибудь ресторан поужинать?

Предложение было настолько неудачным, что Глэдис даже передернуло от отвращения. Одно только слово «ужин» – само по себе совершенно безобидное – сразу напомнило ей гостиницу «Эксельсиор» в Оттаве. Обилие вина, свечи, а затем затемненную спальню, где возбужденный Брайан так настойчиво пытался стянуть с нее платье, не обращая внимания на ее сопротивление.

Нет уж, чем такие ужины, лучше ложиться спать натощак!

– Я не голодна, – коротко ответила она, поскольку Брайан ждал ответа.

– Ну что ж… – вздохнул он, берясь за руль и плавно выжимая сцепление.

«Ягуар» тронулся с места и медленно вырулил с автостоянки. Почти всю дорогу они молчали, думая каждый о своем.

А за окнами теплой, уютной и мощной машины шумел и веселился ярко освещенный Торонто, украшенный многочисленными елками, гирляндами и санта-клаусами, которые были буквально повсюду – на улицах и в витринах магазинов, перед входами в здания и даже на крышах. Разумеется, в виде гигантских рекламных изображений.

Самая большая елка, привезенная с севера страны, стояла на главной площади города, мимо которой они сейчас проезжали. Под этой елкой, приплясывая на морозе, играл небольшой оркестр.

Как грустно, что посреди всеобщего веселья только у них двоих совсем не праздничное настроение, думала Глэдис, судорожно кусая губы, чтобы не расплакаться. Скорей бы оказаться дома и постараться обо всем забыть…

Наконец Брайан свернул с основной магистрали, въехал во двор и притормозил у ее дома. Не сказав ни слова, он выключил мотор, отстегнул ремень, вылез из машины и открыл перед ней дверцу.

Прежде чем подавать ему руку, Глэдис на какое-то мгновение заколебалась. А вдруг он снова начнет напрашиваться в гости? Честно говоря, сейчас ей было не до выяснения отношений, и получилось бы просто замечательно, если бы он сам это понял.

Но Брайан упорно молчал даже тогда, когда они, опустив головы и хрустя по свежевыпавшему снегу, подошли к ее крыльцу. Глэдис уже хотела проститься, как вдруг ее окликнул мужской голос.

Они с Брайаном повернулись почти одновременно, чтобы увидеть подходящего к ним Кристиана.

– Привет, Глэдис, как же я рад тебя видеть! – весело заговорил сосед. – Здравствуйте, Брайан, как вы? – Он не стал протягивать руки, а Брайан проигнорировал его словесное приветствие, поэтому между мужчинами сразу возникла атмосфера неприкрытой враждебности.

– Здравствуй, Кристиан, – ответила удивленная Глэдис. Судя по всему, сосед дожидался ее возвращения, хотя они ни о чем таком не договаривались. – Как поживаешь?

– Прекрасно! Знаешь, мне пришла в голову чудесная мысль: пригласить тебя на Рождество к моим родителям. Они у меня славные старики и живут в замечательном доме у подножия горы Робсон. Места там очень красивые, и тебе обязательно понравится. Ну, что ты на это скажешь?

Больше всего Глэдис хотелось сказать, что для своего приглашения Кристиан выбрал самый неподходящий момент, который только можно было придумать. Но она не успела и рта раскрыть, как в разговор вступил насупившийся Брайан.

Держа руки в карманах пальто, он шагнул вперед и мрачно заявил:

– Глэдис никуда с тобой не поедет, поскольку встречает Рождество со мной.

– Это правда? – обратился к ней Кристиан, с лица которого сбежала улыбка.

Глэдис неопределенно пожала плечами, переводя растерянный взгляд с одного поклонника на другого. Никогда в жизни она еще не оказывалась в подобной ситуации, а потому даже не знала, пугаться ей или радоваться?

– Правда, – вместо нее подтвердил Брайан. – Попрощайся с ним, детка, и пойдем в дом.

Для большей убедительности он даже взял ее за локоть. Однако этот жест, равно как и повелительные нотки, прозвучавшие в его голосе, так не понравились Глэдис, что она отдернула руку.

– Послушайте, мистер Брайан, – холодно заявил Кристиан, не сводя глаз с соседки, – сдается мне, что вы несколько поторопились, поскольку девушка еще ничего не решила. Не так ли, Глэдис?

– Я, кажется, ясно вам все объяснил? – И Брайан, загородив собой Глэдис и вынув руки из карманов, надвинулся на Кристиана. – Она встречает Рождество со мной!

Однако атлетически сложенный сосед был совсем не чета субтильному и нерешительному Дереку Оуэну. Более того, он не был подчиненным Брайана, а потому нисколько не испугался его угрожающего вида.

– Я не люблю, когда со мной разговаривают подобным тоном, – заявил Кристиан, сжимая кулаки и делая шаг навстречу Брайану. – Смею заметить, что вы ведете себя как неандерталец! Вы являетесь боссом Глэдис – прекрасно! Но мне вы, к счастью, не босс! Мне известно, что у вас с ней все уже кончено, поэтому вам лучше убраться отсюда!

Это было уже слишком, и Брайан не смог больше сдерживаться.

– Придется мне надрать тебе задницу, щенок! – грозно заявил он. – Но помни, ты сам меня к этому вынудил!

С этими словами он бросился на Кристиана, который уже ожидал его нападения, а потому успел занять боевую стойку. В итоге ни один из мощных ударов Брайана не достиг цели. Более того, он оказался с такой силой отброшен назад, что едва устоял на ногах.

Подобная неудача его изрядно удивила, поскольку, имея за плечами боевое прошлое, а в морской пехоте учат всем видам рукопашного боя, и регулярно посещая тренажерный зал, он рассчитывал на легкую победу. Впрочем, обдумывать причину неудачи было еще рано, поэтому Брайан повторил нападение.

– Поосторожнее, мистер! – ловко уклоняясь от града его ударов, прокричал Кристиан. – Да будет вам известно, что я тоже кое-что умею!

– Так покажи это, ублюдок!

– Ах так!

И они сошлись в яростном клинче, словно боксеры на ринге. Вот только судьи, чтобы вовремя их разнять, поблизости не оказалось…

Все дальнейшее произошло настолько стремительно, что окончательно растерявшаяся Глэдис, с неподдельным ужасом наблюдавшая за дракой мужчин, не успела вмешаться или позвать на помощь. Кристиан нанес Брайану три сильных удара, пришедшихся в грудь и в подбородок, после чего тот рухнул навзничь прямо в сугроб и уже не смог подняться…

– Что ты наделал! – отчаянно закричала Глэдис, подбегая к Брайану и пытаясь приподнять его запорошенную снегом голову. – Ты же мог его убить!

– Но он первым на меня набросился, – растерянно ответил Кристиан. – Не волнуйся ты так, сейчас он очнется…

Загрузка...