Отражение: другой 2007

Глава 18

Даже не пытаясь прогнать или обуздать страх, механическими движениями добрался до водительской двери, повернул ключ, отпустил сцепление. Где-то на фоне звучали крики и выстрелы.

— Это место можно объехать? — сухим деловым тоном спросила Инга.

— Да, вернёмся назад километров на десять, а потом — через пригород, — ответил столь же безэмоционально.

«Матиз» покатился туда, откуда приехал. Прямо над крышей пролетело человеческое тело — точнее, его половина. Брызги крови попали на капот и провисшее лобовое. По инерции включил дворники — они сделали пару движений в пустоте — и объехал упавшего на асфальт человека.

Некоторое время мы двигались в полном молчании. Наконец, не выдержал и открыл рот:

— Это что вообще за…

Инга жестом показала, что не настроена общаться. Прошло ещё несколько томительных минут, прежде чем она спросила:

— Лёш, что именно ты у них взял?

— То есть речь шла про меня? Но я не устраивал никаких засад… Наоборот, это они…

— Ответь на вопрос, — устало спросила Инга.

— Не уверен, что знаю, о каком предмете речь. Автомат я у них забрал. Ну и машину — ты её видела. Возможно, в ней что-то спрятано.

— Как именно ты её забрал? — недоверчиво уточнила девушка. — Ты что, положил весь конвой?

— Конвой искал меня по частному сектору. А я в это время наткнулся на их машину. Ключи были в замке. Сел и уехал.

— То есть они оставили свой невероятно ценный груз в открытой машине и побежали тебя ловить? — ухмыльнулась собеседница.

— Именно так, — кивнул. Неужели Инга не поверит?

— О да, это очень похоже на морских, — громко засмеялась моя спутница.

— Им теперь конец?

— Почему?

— То существо…

Инга легко постучала кулаком по моему плечу:

— То существо немного покромсало их кортеж, да. Но даже морячки не настолько тупые, чтобы с ним сражаться. Сели в свои ведра и укатились куда подальше.

— Так что это за тварь? Ее вообще никак не уничтожить?

— Это дачник. Или, как его ещё называют, пограничник. Думаю, что он далеко не бессмертен. Но мне не известны имена людей, которые убедились в этом на практике. Солнышка ясного не боится, от пуль не бежит. Людей не просто убивает, как охранники, а, кажется, ест. Интересная тварь, короче говоря.

Вести автомобиль с проломленным лобовым было непросто. Мало что видел перед собой, и это знатно напрягало. Немного успокаивало, что вряд ли встречу пешеходов.

— Инга, а что с угрозами моряков? Снайперские винтовки и вот это вот все? Это пустой трёп?

— О нет, вот это как раз очень серьёзно, — нахмурилась Инга. — Понимаешь, все противостояние с чернышами выстроено на пополнении Кармы. Мы частенько постреливаем в них, они — в нас, но это остается на уровне отдельных локаций. Никто не выходит драться стенка на стенку. Если они соберут все силы и забьют на Карму — получится настоящая война. Мы-то им, конечно, наваляем! А может и нет… Так что давай вернемся на базу и хорошенько поищем нужный Осколок.

Устав наблюдать паутину трещин вместо проезжей части, затормозил рядом с частным домом. Словно из вредности, «Матиз» впервые за день не развернулся боком.

У ворот дома стоял серебристый «Форд-Фокус». Без церемоний вынес боковое стекло, под любопытным взглядом Инги поковырял в замке и успешно завёл. Километры полетели значительно быстрее, и через сорок минут мы уже въезжали в ворота базы.

Костя стоял у «Кайена» и задумчиво чесал затылок. За утро мы успели осмотреть багажник, салон и подкапотку, сунуть нос в каждую нишу, снять покрытие пола, заглянуть под накладки порогов и дверные карты, оттопырить материал потолка. Тщетно. Удалось обнаружить неплохой складной нож, потрепанные четки и несколько сигарет, аккуратно завернутых в стодолларовую купюру. Все найденные предметы не были Осколками.

— Может Моряку сама машина нужна? — спросил у Инги, которая молча наблюдала за поисками. — Ну, знаешь ли, какие-то воспоминания с нею связаны. Первое свидание. Первый убитый красноглазый.

— Чушь, — отрезала Инга. — Здесь точно есть Осколок. Причем такой мощный, что ради него наш друг готов поднимать десятки своих людей и тащить на загородный пикник.

Костя щелкал кнопками магнитолы. Именно она лучше всего подходила на роль Осколка, но никаких особенностей не выдавала.

— Мы можем долго искать Осколок. Вдруг он отзывается только тогда, когда машина заведена. Или, например, когда идёт снег, — заявил Костя, скручивая крепление бампера.

— Тогда план такой. Мы отдадим Моряку «Кайен», — произнесла Инга и выдержала паузу, наслаждаясь эффектом. — Но не этот.

Вздохнул:

— Прекрасный план. Осталось всего-ничего — добыть второй «Кайен». В провинциальном городе. В две тысячи седьмом году.

— Я его вчера видела, — радостно отозвалась Инга. — Там, за городом. Стоял сбоку от магазинчика в одном селе. ещё подумала: «Такой, как у Лёхи».

— Так погнали скорее за ним, — нашелся Игорь. — Набьём его пластидом и передадим дорогому товарищу.

Между появлением идеи и началом ее воплощения прошло всего несколько минут. Короткие сборы — и вот мы с Ингой, Игорем, Костей и Садко уже катились на «Фокусе». Старался не вспоминать вчерашнего располовиненного черныша и воспринимать происходящее как большую прогулку.

— Морские ребята теперь кроют все основные дороги. Давай проулками, проулками, — направлял Игорь.

Просочился через несколько дворов, где автомобили были аккуратно припаркованы в грязных лужах вокруг детских площадок. Прохватил по улице, о существовании которой знали только местные жители и таксисты. Благодаря деревянному настилу переполз через рельсы. Пожалуй, в реальном мире эта часть города была также неопрятна и безлюдна.

После частного сектора началась лесополоса, на каждом втором дереве которой висел оранжевый воздушный фильтр от «классики». За прогнившей половинкой от «Волги» ГАЗ-21, которая величаво покоилась на кирпичах, заканчивался город и начинался бесконечный дачный кооператив. Выбрались.

Просёлки вывели на трассу, по которой ещё вчера в лучших традициях «Безумного Макса» мчался караван морских парней. Проехали место, где на этот самый караван накинулась чёрная тварь.

И ровно здесь под капотом раздался резкий звук, похожий то ли на удар сковородкой о сковородку, то ли обрыв небывало толстой струны. Пару раз в жизни уже его слышал, и трудно было спутать его с чем-то ещё. Открывая капот, уже догадывался, что там увижу.

Рядом материализовался Игорь:

— Ну что? Быстро починишь?

Кажется, он не представлял, какую функцию выполняет та или иная деталь. Это не помешало ему с важным видом посмотреть на крышку воздушного фильтра и смахнуть сухую листву с корпуса фары.

— Мы можем помочь? — спросил Костя, тоже заглядывая под капот.

— Конечно. Нужно всего лишь провести капитальный ремонт двигателя, — проговорил себе под нос и поднял глаза на ребят. — Порвался ремень ГРМ. Эта машина без капиталки не поедет. Ничего не поделаешь.

— Ничего изменить нельзя-я-я, — тихо пропела Инга, отрешенно глядя куда-то в сторону.

— Я вообще люблю вечерние прогулки, — почесал репу Игорь. — Но не такие продолжительные. Сколько там до вашего села?

— Может тридцать, может сорок километров, — вздохнул я. — И до города примерно столько же.

— До темноты не успеем, — нахмурилась Инга. — Если не встретим другой автомобиль, придётся искать укрытие.

— Бесполезная затея, тут кругом дачники… — отозвался Садко.

— В дачных домах могут быть подвалы. Заберёмся туда, задраим люк. ещё и солёными огурчиками угостимся. А если найдём домашнее вино, хоть неделю просидеть можно, — хохмил Игорь.

Ближайшее поселение — деревенька, плавно перерастающая в дачный кооператив — находилось буквально за холмом. Мы остановились в лесопосадке напротив первых домов. Стояла абсолютная тишина. Уже привык, что в Отражении это предвестник нехороших событий.

— Толпой не полезем. Есть доброволец в разведку? — спросила Инга, поочередно оглядывая наши кислые лица. — Никого? Тогда жребий.

Игорь быстро организовал горсть спичек, откусил у одной головку и протянул всем собравшимся. Инга вытянула длинную, Костя — тоже. Без колебаний вытащил свою спичку. Длинная! Игорь внимательно посмотрел на Садко, тот помешкал, поднял руку сначала над одной спичкой, потом резко выдернул другую. Короткая.

— Мои поздравления, — широко улыбнулся Игорь.

Садко мелкими перебежками приблизился к домам. Заглянул в один из дворов, быстро вышел оттуда. Чуть более смело прошагал вдоль нескольких соседних домиков, подергал ручку в одном из них, проник внутрь и… пропал.

Его не было две, три, четыре минуты. Наконец Садко показался на пороге, поднялся в полный рост и помахал нам рукой: «Чисто!»

В ту же секунду с другой стороны дома появилась знакомая чёрная тварь. Ме-е-едленными осторожными движениями она приближалась к Садко. Инга вскочила и замахала: «Беги! Беги!»

Садко не понял сигнала и продолжил настаивать: «Чисто, чисто!» Тварь подкрадывалась все ближе.

Рядом со мной грохнул выстрел. Это Игорь решил отвлечь существо, не дожидаясь развязки. Пуля ударила куда-то под брюхо. Тварь остановилась и будто бы с обидой повернулась в нашу сторону. А потом ломанулась прямо на Садко во всю прыть, уже не скрывая своего присутствия.

Тот нырнул в дом. Тварь попыталась протиснуться во входную дверь, но просто не поместилась. Отошла на несколько шагов назад, разбежалась и лихо вынесла дверную коробку. Садко вывалился из окна с другой стороны дома и побежал прочь. Вскоре из того же окна появились лапы-кинжалы. Выламывать окно тварь уже не стала — выбралась наружу тем же путём, каким заходила.

— Тридцать вторая директива, — проговорила Инга. — Бежим. Садко теперь сам по себе.

Возражений не последовало — все отлично понимали, что бронированная тварь без особых усилий сломит сопротивление как одного, так и пятерых.

Убегали полями, перелесками. Ноги проваливались в грязные лужи, спрятавшиеся под жухлой травой. На лицо и одежду налипала паутина. Возникала мысль, что к ее созданию причастно фантастическое существо, оставшееся позади. Однако на нитях висели самые обыкновенные пауки.

Казалось, что прямого преследования не было. Время от времени мы снижали темп, прислушивались — и улавливали шуршание травы то справа, то слева. Тогда марш-бросок продолжался.

Рабочие ботинки, выданные Костей на складе завода, не очень-то подходили для многокилометровых пробежек. Чувствовал это каждым сантиметром своих стоп. Ребята тоже заметно выдохлись. Хуже всего пришлось Игорю. Здоровяк то краснел, то зеленел, постоянно спотыкался и вообще готов был вот-вот рухнуть посреди тропинки.

Наконец мы увидели одинокий ангар с массивными металлическими воротами.

— Кто-в-раз-вед-ку? — обрывисто проговорила Инга, пытаясь отдышаться.

Игорь облокотился на дерево и уже потянулся за спичками. Я вспомнил, как мы оставили Садко, почувствовал прилив злости. поднял автомат и выдавил:

— Нахрен жребий, я пойду.

Приблизился к ангару. Просунул в приоткрытую створку ствол автомата и повел в сторону, чтобы расширить проход. Скрип прозвучал на всю округу. Отлично, разведчик. Если в ангаре кто-то есть — он о тебе уже знает.

Подождал пару минут, стараясь не дышать. Просочился внутрь. По центру помещения стоял огромный красный комбайн. Кажется, он был совсем новым, потому что краска блестела даже под слоем пыли.

Услышал слева едва уловимый шорох. Развернулся, готовясь нажать курок.

— Садко! — с удивлением воскликнул я, — Чуть было тебя не хлопнул…

— Тут вопрос, кто ещё кого… — проговорил Садко, и я увидел, что он держит у пояса обрез. Обоим несказанно повезло.

— Как ты тут очутился? Мы бежали без остановки.

— Я тоже. Только я бежал вдоль дороги. А вы, получается, сделали крюк.

— Тварь отстала?

— Думал, что она за вами пошла.

Вскоре все обнимали Садко, избежавшего гибели, и всё же прятали глаза — бросили мы его, бросили…

— Место выглядит спокойным. Мы могли бы пересидеть тут ночь, — заявил Игорь. Он немного отдохнул после пробежки и заметно повеселел.

— Но это серая локация. Что, если за комбайном придут охры? Вдруг они решат убрать соседнее поле… — выразил сомнение Садко.

— Или не решат. Ты что, снова хочешь изучить какую-то из ближайших деревень? — Игорь ткнул Садко локтем. — Давайте не рыпаться. Отсидимся, а с рассветом пойдем за машиной. Завтра в то же время будем песни петь на Винзаводе.

Мы закрыли ангар изнутри тяжелым засовом и разместились у комбайна. После пережитого стресса Садко вырубился и негромко захрапел. Костя принялся считать патроны. Инга разглядывала потемневшее небо через маленькое окошко под потолком ангара. Игорь стоял у огромных жвал комбайна и аккуратно трогал пальцем кончики зубьев. Я забрался в кабину и начал изучать пиктограммы на многочисленных рычагах.

— Товарищ механик, а ты управлял когда-нибудь такой штукой? — спросил Игорь.

— Увы, нет. Но тут вроде бы не так сложно. Поднимайся, покажу. Обычный руль — да миллиард рычагов.

Игорь тут же просунул голову в кабину:

— А где тут полный вперёд?

— Вот.

— Ну а больше и не нужно ничего.

Игорь забрался внутрь и потрогал случайный рычаг.

— Знаешь, что больше всего угнетает меня в Отражении? — вдруг спросил здоровяк.

— Бесконечное повторение? День сурка? — нашелся я.

— Не угадал. Забвение. Все мы — воины, которые противостоят злой, мощной, никем не изученной силе. Мы первооткрыватели, мореплаватели, мы долбаные космонавты. Но о наших подвигах никто не узнает. Мы не попадем ни в легенды, ни в учебники. Рано или поздно начнется ночь, которую мы не переживем. (Возможно, она уже наступила.) Одним чудесным утром охранники уберут наши тела, и… Все. Потом придут новые отраженные.

— Вдруг как раз во всем этом кроется замысел этого пространства?

— Замысел? — Игорь едко усмехнулся. — Ты ведь не первый день здесь, а ещё не понял? Замысла нет. Здесь какой-то закуток мироздания, тупичок времени и пространства. Если бы я верил в некие Высшие Силы, то сказал бы, что им наплевать на это место.

— Игорь, хватит нудить, — оборвала Инга. — Мы выживем, откроем Настоящее Зеркало, пройдем через него, и уже дома за чашечкой чая будем рассуждать, что это нахрен такое было…

— Что это нахрен такое было? — встревоженно повторил Садко, выпрыгивая из сна. Ворота ангара дрожали — кто-то пытался их открыть.