Глава 5

Начало недели пролетело незаметно. У меня за эти дни успел выработаться вполне нормальный распорядок. Вставал часов в восемь утра, затем следовал легкий перекус и пробежка до спортивной площадки. Там упражнения, и еще раз упражнения. Снова пробежка, теперь уже домой, душ и завтрак.

Затем я устраивался за столом и читал книги или занимался тем, что освежал знания по школьной программе. Многое приходилось перечитывать и заново понимать. Но в принципе, в моей памяти почти все необходимое для сдачи экзаменов уже присутствовало.

Днем я ложился на часик поспать, а пот ом занимался работой по дому. Делал уборку, ходил в магазины за продуктами, пытался готовить еду на ужин.

Первые дни тетя очень удивлялась произошедшим во мне переменам: Семи никогда не помогал по дому и даже не пытался готовить еду. Но вслух она ничего не говорила. С каждым днем приходила домой все мрачнее и мрачнее. Я так понял, у нее были большие проблемы на работе, и, судя по всему, из-за меня. Но она не спешила ими со мной делиться, а я старался не лезть и лишний раз не попадаться ей под горячую руку.

Работала тетя на государственном предприятии, занималась там какой-то бумажной работой – Семи особо не интересовался. Как маг тетя была единичкой и никаких перспектив не имела, что, в общем-то, еще сильнее осложняло наши и без того сложные отношения. Если она потеряет работу из-за газетной статьи, то найти новую будет весьма непросто.

Все изменилось в четверг вечером. Когда мы ужинали, раздался звонок в дверь. Я пошел открывать. За дверью, на узкой лестничной клетке, собралась толпа. Оттеснив меня с дороги, гости уверенно прошли в квартиру. Услышав шум, в прихожую выскочила тетя Линси.

– Проходите, проходите, – шокированно произнесла она, увидев, кто к нам пришел, и проводила их в гостиную. Сразу было видно, что нас посетили какие-то важные люди. Неприятно заныло в животе. Я предчувствовал грядущие проблемы. Из опыта своей прежней жизни я знал, что если на тебя обратили внимание сильные мира сего, то добром это вряд ли закончится.

– Позвольте представиться, – с вежливой улыбкой произнес невысокий сорокалетний мужчина. Он был слегка полноват – первый человек с лишним весом, которого я видел в этом городе. На голове были залысины, а улыбка выглядела чересчур слащавой. В общем, он мне с первого взгляда не понравился. – Я мэр этого города, Олег Сибуоорс.

– Я вас узнала, – почтительно ответила тетя и слегка поклонилась. В ее голосе слышалось подобострастие перед старшим по социальному статусу.

– Это мой помощник по департаменту магии, маг пятого уровня Ромуал Таироорс, – из-за плеча мэра вышел пожилой крепкий мужчина и изобразил легкий поклон. Он, в отличие от одетого в официальный костюм мэра, выглядел очень просто: широкие штаны и легкая рубашка. На нем даже не было куртки, хотя они только что пришли с морозной зимней улицы.

– Очень приятно, – маг улыбнулся тете, полностью проигнорировав меня. – Вы прекрасно выглядите, – учтиво проговорил он, оценивающе рассматривая тетю Линси. В ответ она слегка покраснела и скромно отвела взгляд.

– С нами также журналисты ежедневного издания, – мэр кивнул на двух ничем не примечательных мужчин, жмущихся у входа.

Он внимательно оглядел нашу гостиную. С лица его не сходила приветливая улыбка, но я заметил, как он слегка поморщился. Было видно, что мэру здесь не нравится и он хочет поскорее покончить с делами. Достав из портфеля тонкую кожаную папку, мэр вынул из нее пару листов и протянул их Линси. Тетя пыталась их взять, но мэр удерживал бумаги, пока один из журналистов фотографировал этот момент.

– Наше княжество, – начал мэр свою речь, приняв горделивую позу, – помнит и заботится о детях воинов, которые сложили головы, защищая нас всех.

И хотя это против правил, мы решили не ждать совершеннолетия Семюселя и вручить ему то, что полагается. – Он говорил, обращаясь к журналистам, продолжая игнорировать меня. – Город передает ему особняк взамен утраченного вашей семьей, также мы переводим Семюселя на обучение в дворянскую школу. Помни, это большая честь, – он повернулся ко мне и воздел палец к небу.

– Спасибо! – сложив руки на груди, как будто собираясь молиться, поклонилась тетя.

– Это еще не все! – мэр, как заправский оратор, выдержал паузу и, повернувшись ко мне, продолжил свое выступление: – Хоть ты и несовершеннолетний, но мы решили сделать исключение и выдать тебе индивидуальный браслет идентификации.

Ко мне подошел маг Ромуал Таироорс и защелкнул на моем запястье браслет. Затем, накрыв рукой, с помощью короткого магического импульса окончательно зафиксировал его.

– Поздравляю, – он протянул мне свою руку для рукопожатия. Я ошарашенно ответил на крепкое рукопожатие. Маг отступил от меня на пару шагов и потерял интерес ко всему происходящему. Он стоял, полностью отрешенный, иногда кидая заинтересованные взгляды на мою тетю.

– Все доступы и инструкции ты найдешь в браслете. Это поистине княжеский подарок. И от города мы решили вручить вам пару билетов в театр на ближайшую субботу. В мою личную лоджию, – закончил свою речь мэр и замолчал, ожидая нашей реакции.

Тетя стукнула меня по спине и прошипела в ухо:

– Что стоишь столбом? Благодари давай!

– Спасибо, – только и смог выдавить я и слегка поклонился.

Мэр, глядя на мои потуги изобразить благодарность, слегка поморщился и, развернувшись, отправился в прихожую, прощаясь на ходу. Когда за гостями закрылась дверь, тетя рухнула на стул и уставилась в одну точку.

– Да что же это такое? Что же теперь будет? – начала она причитать испуганным голосом.

– Да ну, что ты переживаешь? Что особенного произошло? – удивленно спросил я.

– Как что?! – она вскочила со стула и начала ходить по комнате. – Ты не понимаешь элементарных вещей? К нам пришел мэр с журналистами и подарил тебе подарки, тем самым признавая за собой вину. И я уверена: он этого не забудет!

Тетя прошла на кухню и стала хлопать дверцами шкафчика. Через некоторое время она вернулась с бокалом вина, по-прежнему очень озабоченная.

Я, в принципе, не очень понимал ее состояние. Ну, признал ошибку, но мы-то в этом не виноваты, это журналисты предали все огласке, с них и спрос. А вообще, во всех мирах одно и то же. Как там было у Грибоедова?

Минуй нас пуще всех печалей

И барский гнев, и барская любовь.

Тетя прогнала меня в комнату и, включив негромкую музыку в гостиной, осталась одна пить вино и успокаивать свои нервы.

Устроившись за столом, я с любопытством принялся исследовать свой первый настоящий ибри – индивидуальный браслет идентификации.

Ибри выдается всем совершеннолетним гражданам и заменяет им всё. Это и паспорт, и кошелек, и записная книжка, и даже простейший мессенджер.

У меня на руке до этого момента уже был небольшой браслет с моей идентификацией и ограниченным кошельком, максимум десять актов, – этакий детский вариант. А теперь у меня есть свой полноценный ибри! Выглядел он просто: медный браслет шириной примерно два сантиметра полностью охватывал мое запястье. Нет ни замочков, ни шва. Устанавливает его маг, и без него снять браслет невозможно.

Прикоснувшись к ибри пальцем, я вызвал небольшую голограмму меню, которая зависла передо мной в воздухе. Никто, кроме владельца, не мог увидеть то, что там написано – очень удобно. Первым делом я зашел в кошелек и удивленно присвистнул: на моем счету было пять тысяч актов. Это огромная сумма, по местным меркам. Например, зарплата у моей тети двести пятьдесят актов. То есть у меня на счету почти две ее годовые зарплаты!

Да, расскажу немного о местных деньгах. Основная денежная единица – это акты. В акте сто китов. Точнее будет сказать, сто китов составляют один актив. Вот актив – это уже деньги! Но в народе актив превратили в акт, так обычно все и говорят. Проезд на автобусе стоит десять китов. Хороший ужин или обед на двоих стоит от двух до пяти актов. В принципе, на тетину зарплату в двести пятьдесят актов мы худо-бедно выживали. И пяти тысяч нам должно хватить надолго.

Так, что там еще интересного у меня в ибри? Право владения домом. Тут побольше текста, причем очень любопытного: «Город Кируна, дом по адресу 2-я улица Мароорс, владение № 4». Право собственности – стоит статус «временное» и приписка «до полного вступления в права осталось 23 дня». Не знаю, что это значит, надо будет разобраться.

Так, идем по меню дальше. Ученик школы магии номер один, статус – действующий. Следующий пункт – ученик дворянской школы номер два, выпускной класс, статус – действующий. Ну, с этим все понятно: из школы магии меня еще не исключили, а в дворянской школе я уже числюсь. Листаем меню дальше. Список контактов и сообщений пуст. Вот еще интересно – информация обо мне: «Семюсель Баркоорс, возраст 13 лет, родители отсутствуют (погибли), попечитель Линси Обоорс. Магический статус 0, герцогский дворянин 2». Судя по всему, это означает второе поколение.

Вообще, в княжестве с дворянским сословием дело обстояло примерно так: есть княжеские дворяне – это потомственные дворяне, как у нас когда-то на Руси были столбовые дворяне. Как правило, обретаются они в столице и не очень богаты, поэтому трудятся там на благо княжества. Хотя князь до сих пор может жаловать княжеское дворянство за особые заслуги, но это происходит очень редко. Такими званиями не разбрасываются.

Далее идут бароны – это богатые княжеские дворяне. Например, наш город состоит, по сути, из пяти баронств. Это раньше они сидели по замкам, а теперь времена другие. Хотя нет, замки у них наверняка по-прежнему имеются, в родовых поместьях. Но проживать они предпочитают в городе, на своих территориях. Над баронами стоят герцоги. В герцогство входят обычно три-пять городов. Ну и над герцогом уже самая высшая власть – великий князь.

Я же являюсь герцогским дворянином второго поколения – самой младшей ветвью благородного сословия. Мои родители получили титул, отслужив положенные десять лет, при этом являясь магами выше третьего уровня. Но с этим дворянством есть одна проблема: оно действует только на моих родителей и их детей. В данном случае на меня. Но уже на моих детей оно распространяться не будет. Поэтому в моем статусе значится «герцогский дворянин, второе поколение». И это досадно: я практически в самом низу социальной лестницы, ниже только простолюдины. Хотя, если простолюдин – сильный маг, у него гораздо больше шансов подняться по социальной лестнице, чем у меня.

Мои размышления прервала тетя, неожиданно ворвавшаяся, как всегда, без стука, в мою комнату:

– Мы же в театр идем в субботу, а ты тут сидишь! О чем ты только думаешь? – начала она свою речь с обвинений, подозрительно глядя на меня.

– И… что? – я удивленно поднял на нее взгляд.

– У нас места в ложе мэра. И это послезавтра, если ты не понимаешь, о чем я!

– Ну да…

– В чем нам идти в театр? У меня нет одежды, подходящей для такого выхода. Да и ты из своего последнего нормального костюма давно вырос. Что же делать?

Она нервно начала мерить комнату шагами.

– Может, ну его, этот театр? – несмело предложил я.

– Как это «ну его»? Нас пригласил сам мэр! Я практически никогда не выходила в свет, а тут возможность пообщаться с такими людьми! – Она ткнула пальцем в потолок и, остановившись у моего шкафа с одеждой, заглянула в него. Минуту рылась там, что-то бормоча себе под нос. – Нет, ничего не подойдет. Позор, просто позор.

– Тетя, мы можем в субботу с утра пройтись по магазинам и все купить.

– Ты опять хочешь меня опозорить! Ну, за что же мне это все?! – Она картинно воздела глаза к потолку и взмахнула руками, потом замерла и медленно повернулась ко мне, наливаясь гневом. – Магазин, говоришь? А на какие деньги? Ты! Вообще! О чем вообще думаешь?!

– Подожди, подожди, – я успокаивающе поднял руки, – у нас теперь есть деньги, много денег. У меня на ибри пять тысяч актов!

Тетя устало села рядом на кровать и уставилась на меня.

– Сколько? – тихо и удивленно переспросила она.

– Пять тысяч. На магазин нам точно хватит.

– Может быть, это ошибка какая-то? Откуда такие деньги? – задумчиво произнесла она.

– Там есть пометка «на обустройство». Так что я уверен, что эти деньги выделили мне, ну, или нам. Хочешь, я тебе переведу часть? Ты столько для меня всего сделала…

В принципе, мне не жалко было расставаться с этими деньгами. Я еще слишком плохо знал окружающий мир и правила поведения в нем. А тетя, как ни крути, мой единственный родственник здесь. Не важно, что я считал ее немного долбанутой, перевоспитаем!

– Нет. Пусть деньги пока у тебя побудут. Там же еще дом какой-то непонятный. Может, он полностью развалился и даже этих денег нам не хватит, чтобы привести его в порядок, – на удивление адекватно ответила она.

– Давай так, – решительно сказал я, – сейчас переведу половину суммы, а оставшихся денег нам должно будет хватить и на переезд, и на одежду, и на ремонт. А если не хватит, ну, будем потихонечку приводить дом в порядок.

Тетя покачала головой и взлохматила мои волосы.

– Ты стал уже такой взрослый, – с грустью произнесла она, – и когда успел?

Через полчаса пререканий мы наконец-то приняли мой план. Воспользовавшись своим ибри, я перевел тете половину денег, и мы договорились в субботу отправиться за новой одеждой.

Вечер выдался на редкость нервным и тяжелым. Хоть я и был закаленным человеком – разные в моей жизни ситуации бывали, – но, как оказалось, все это осталось в прошлом. А в настоящем тело Семи реагировало совсем по-другому. Мне с трудом удавалось унять нервную дрожь, когда на меня кричала тетя. Я так и не смог смотреть прямо и смело в глаза мэру, как того хотелось лично мне. Выглядеть уверенным и независимым не получалось. «Придется работать над собой и в этом плане», – грустно заключил я и, устроившись поудобнее, погрузился в магическую медитацию: уж очень мне хотелось поделиться новостями с Семюселем!

Семи сидел в кресле перед камином и, как всегда, читал книгу. Рядом с ним, прямо на полу, стояла целая стопка толстых фолиантов.

– Привет, – он кивнул мне на соседнее кресло.

– Привет, – ответил я ему, осматриваясь, – смотрю, ты удобно тут устроился. Молодец!

– Спасибо, – немного смущенно ответил он. Тут его взгляд упал на мой новый браслет на руке, и глаза удивленно расширились. – Это ибри! Откуда у тебя?

Я недоуменно посмотрел на свою руку. Да, браслет был на месте. Я думал, что во внутренний мир вещи не пронести, а тут…

– У меня много новостей, – и я пересказал ему события сегодняшнего вечера.

Семи сидел и внимательно слушал меня, задавая уточняющие вопросы. Было видно, что ему очень интересно все то, что происходит со мной. Вообще, мне с ним повезло. У меня в голове обитал на редкость разумный подросток.

– Послушай, – обратился он ко мне, – ты говоришь, что пойдешь в другую школу?

– Да, дворянская школа номер два. Так в ибри указано, – и я махнул у него перед носом браслетом.

– Но ты еще числишься пока в магической, правильно?

– Да, и… – я не понимал, к чему он ведет, – думаю, как пойду в новую школу, в старой и перестану числиться.

– Тогда ты не сможешь посещать отдел с книгами по магии в главной библиотеке города. А там столько еще не прочитано и не изучено! – он завел глаза к потолку и грустно вздохнул.

– Зачем она нам нужна, эта библиотека? Ты же сам знаешь, что шансов стать магом практически нет! – удивленно спросил я.

– Шансы, что ты, являясь ноликом, сможешь попасть в магическую медитацию, тоже практически нулевые. Были нулевые, но вот мы с тобой здесь. А в свое подсознание сильные маги в лучшем случае попадают годам к тридцати-сорока. Так что надо продолжать учиться. Тем более, здесь я могу пользоваться магией.

– И зачем тебе здесь магия? От кого ты тут будешь щиты создавать и в кого файерболами кидаться? – ехидно спросил я.

– Ну… – он замялся, – мало ли. Все равно! Я тебе составлю список книг, которые надо прочесть. Ну, пожалуйста, тебе жалко, что ли? – он скорчил весьма жалостливое лицо. Мне ничего не оставалось, как согласиться на его условия.

Еще один вопрос мучил меня: почему здесь появился браслет? Ведь насколько я помню, вещи из реального мира невозможно взять с собой в магическую медитацию.

– Если бы ты покопался в своих воспоминаниях, ты бы сам понял, – стал объяснять Семи, глядя на меня, как на неуча. – Сюда вещи принести нельзя, но магические вещи оставляют свой след и проявляются в твоем подсознании в виде проекций этих вещей. Здесь с ними можно взаимодействовать и оперировать ими. Часто подсознание используют как некую лабораторию. Тренируются составлять заклинания, работать с артефактами и с рунами. Это очень удобное пространство.

– Любопытно, – проговорил я, что-то смутно припоминая, – маги вроде так и создают свои самые сильные заклинания. Мысленно рисуют здесь вязь рун, которые остаются с ними в реальном мире и их надо только запитать силой. Мы с тобой тоже можем так делать, правда, в реальном мире нам нечем их запитывать, – и я грустно развел руками.

Загрузка...