Перекресток судьбы. Пустышка. Книга десятая

Глава 7

Глава седьмая

— … на машине быстрее прибудем в Зимний дворец, чем пешком.

— А я хочу прогуляться. Выходим сильно загодя. К самому дворцу всё равно нас никто на машине не пропустят. Так что, какая разница, на чём туда на приём прибывать. Пройдёмся. А так и ноги разомнём, и ты мне про Питер немного расскажешь. Да и просто, в такой погожий зимний день, приятно с красивой девушкой пройтись по заснеженным улицам. Машина, пускай у дворца на площадке ждёт. Нам ведь часа хватит, чтобы неспешным шагом до Зимнего дойти?

Мой секретарь пытается меня вразумить, но всё тщетно. Вот захотелось мне прогуляться по заснеженному Петербургу. Несколько дней до сегодня, в городе шёл снег. Всю столицу засыпало толстым слоем белого покрывала, вокруг одни сугробы. Дороги ещё не почистили. Это тоже одна из причин, почему я не хочу ехать на машине, хотя и представительней таким образом прибыть на приём к её величеству. Но снег. Есть вариант, вообще где-нибудь в пробку попасть и опять опоздать, как уже бывало.

А так… пешком до метро. Там пару остановок проехать, и мы, считай, на месте. Это первый вариант.

Второй… весь путь от начала до конца пройти на своих двоих. Но тоже есть минус… вспотеешь или замёрзнешь. Так что более склоняюсь к первому варианту прогулки. Тем более мне нравится столичное метро.

Так Елизавете и сказал.

Она лишь покачала головой, но перечить не решилась. Очень покладистый у меня секретарь. Умный и опытный, многое про мою будущую учёбу рассказала.

Добирались до Питера из старой столицы мы на поезде. Поезд фирменный. Вагон СВ. Купе с личным душем, и умывальником с туалетом. Сервис. Вечером сели в поезд, утром следующего дня уже в главной столице империи. Там нас уже будут встречать. В соседнем купе, моя охрана и дворецкий. Больше я никого с собой не брал, и так таким табором перемещаемся.

У нас первый вечер, когда мы с Лизой одни проводим время вместе. И эти переодевания. Вначале я предложил, чтобы разделить доставшиеся нам купе по гендерному признаку. Мальчики налево, Девочки направо. Но понимания со стороны своих спутников не получил, причём больше всего выглядела возмущённой таким моим предложением, как раз-то Елизавета.

Общий ужин в ресторане. Пару часов там провели до самого закрытия.

Потом постояли немного в неотапливаемом тамбуре, немного остудив свои тела и лица, после выпитого спиртного. Девушки пили красное вино, мы же с Александром предпочитали водку… в умеренных количествах.

Весело провели время.

Затем по своим купе разошлись.

Тая… провокаторша, напомнила мне, что может перед сном сделать мне расслабляющий массаж. На что получила отповедь от Лизы. Та сказала, что и сама в совершенстве в своё время освоила, это, очень полезное оказывается, умение для семейной жизни.

Вот ведь, явно договорились передо мной эту сценку разыграть. Так что меня ждал массаж, причём впервые мне его будет делать мой личный секретарь.

И провокации на этом не закончились, ведь Тая упомянула, что она, в отличие от остальных, всегда, Его Сиятельству, то есть мне, делает массаж в полном неглиже. И что я, то есть господин граф, очень любит, когда его спину щекочут её оголённые, возбуждённые соски.

Га-а-адины…

На это замечание моей телохранительницы, мой секретарь ответила лишь презрительным пфыком. Явно наигранным и тщательно отрепетированным под руководством умелого руководителя в лице Таи. Уверен под присмотром и режиссурой афганской красавицы, и ответ был подготовлен ими, ошеломляющий для меня…

А тут ещё и выпитое спиртное, накладывает на нас свой отпечаток.

— Я умею работать грудью. Меня этому тоже учили великие мастера массажа. — заверяет её, великая княгиня Пожарская. — И соски у меня тоже крупные и острые…

Такие вот откровения…

И вот я раздетый, лёжа на широкой полке купе, получаю приятный массаж, от старающейся девушки, которая во, чтобы-то ни стало, хочет доставить мне райское блаженство. Жаль, что только массажем.

И вот под эти приятнейшие ощущения я вспоминал, как провёл в Москве эти незабываемые первые дни, своей взрослой, самостоятельной жизни…

Выгнать в обратный полёт Вилку оказалось непросто. Да чего там, она ещё сутки у меня в поместье гостила. Днём проводила время с девчонками, быстро, на удивление, сдружившись, и с Ингой, и с Лизой. С Таей, и так, у неё давно уже были отличные отношения.

Что там они между собой обсуждали мне даже Боря не хотел рассказывать. Как он выразился… просто пустой женский трёп.

Я же вместе со своим Александром и отцом Инги, бароном Бодровым Иваном Сергеевичем, управляющим моего московского поместья, обхожу свои владения. Есть причина этого дневного променада. Нужно определить место, куда императорский подарок установить. Причем, найти место, его первоначального нахождения в прошлом в имении.

Контролёр, конечно, всё уже указал… но не могу же я просто взять и приказать… что, мол, вот в это место, и поставьте бывший императорский трон первых династий, сославшись на то, что просто так хочу. Слишком подозрительно всё это будет выглядеть, да и своему аристократическому управляющему нужно тоже толику своего внимания уделить…

Саня при нём ведёт себя как нашкодивший кот. Молчит, глазками хлопает… не отсвечивает, одним словом… пьян вусмерть. Сходил он уже в дом, принадлежащий местным управляющим. Официально хотел попросить руку дочери барона. Всё, как полагается, сделал. Но слишком волновался и боялся, ведь он простолюдин, а замахнулся взять в жёны единственную дочь, представителя древней аристократической фамилии.

Видя состояние кандидата в мужья своей дочери Иван Сергеевич, как опытный управленец и знаток человеческих душ, просто выставил на стол фуршет. Ну, и накачал спиртным моего взволнованного дворецкого. В процессе распития дорогого коньяка, быстро обговорили, как они собираются жить дальше. А так же под предлогом того, что никогда не видел подобных мужских украшений, попросил показать поближе перстень на руке Александра.

Мне этом момент особо выделил Искин, сказав, что управляющий явно больше знает, чем хочет это показать. И барон был очень взволнован, и столь же огорчён. Искин считает, взволнованным Иван Сергеевич был потому, что видит впервые подобный артефакт, а огорчён тем, что у его рода таких перстней не было со дня основания усадьбы первыми императорами. При первых владельцах поместья их управляющие имели такие, не снимаемые артефакты. А вот последующие поколения, такое право утратили, по независящим от них причинам.

И вот перед глазами у Ивана Сергеевича, как напоминание из прошлого, древний артефакт. И, что самое невероятное, явно просматривается на нём герб Великих Князей Пожарских. И ещё присутствует в перстне, смутно знакомое изображение чьего-то герба. На заметочку.

И, кто самое главное, обладает таким даром, чтобы дарить подобные артефакты? Конечно же, барон подумал обо мне.

И, естественно, он примет в семью юного дворецкого. А про то, что он простолюдин? Так это неглавное, у барона аристократизма хватит на всех. Жаль только, что детей у него больше нет, кроме любимой дочери… а-то бы…

Мечтательная улыбка блуждает на лице барона, явно о будущих внуках думает. И, кто его знает, может, будут в семье баронов Бодровых рождаться теперь кроме дочерей, ещё и сыновья?

Вот теперь и бродим по поместью своей, чисто мужской компанией…

Я заставляю все помещения открывать, интересуюсь, что где находится. В своё первое посещение усадьбы я так с нею основательно и не познакомился…

— А что у нас в вон том, невзрачном здании? — уточняю я у Ивана Сергеевича, показывая на здание, смутно своими очертаниями напоминающее часовню.

— Древне строение. — отвечает тот. — Ветхое. Из оставшихся, дошедших до наших дней сказаний в моей семье, говорилось, что тут любил отдыхать первый глава рода Пожарских. Тут есть даже выход в подвал.

Конечно, хмыкаю я про себя, именно это здание указывал контролёр, как место, в зале которого нужно установить бывшее пилотское кресло космических путешественников от Джоре. И именно из этого подвала идёт подземный ход, в расположенный напротив моего поместья, если смотреть через реку, Московский Кремль императоров страны.

— Откроете. Я хочу посмотреть. — прошу его я.

— Я сейчас попрошу прислать сюда слесарей. Мы давно не открывали эти замки. Наверняка они заржавели. Там просто хлам всякий скидывали. — отвечает мой управляющий — Думали и вовсе сносить его, ведь со стороны смотрится задание совсем ветхим. Да всё не решались, всё же древняя постройка…

Киваю…

«И правильно, что не решились. — думаю я. — Полегли бы тут все. Вас бы контролёр, за такое решение, всех бы подчистил.»

— Давайте пока дальше пройдёмся, пока нам тут двери откроют. — предлагает Иван Сергеевич.

Киваю, соглашаясь. Саня же, как самбула за нами ходит. Улыбка блаженная на лице. Мыслями явно он уж точно не с нами.

На улице хорошая погода. Парк убран. Заснеженные деревья. И только островок выделяется из всего этого царства зимы. Снега, на месте наших пикников попросту нет. И водичка в приду не замёрзла, хотя на улице по ночам минус бывает весьма серьёзный. До минус тридцати опускается температура воздуха по ночам, а тут на островок зайдёшь, только с мостиков сойдёшь, и тут же тебя словно теплом обволакивает, словно и нет на улице сильного мороза.

Но, увы, находиться тут на долгое время могут немногие. Даже у управляющего такого права нет. Побыть тут минут пять, чтобы посмотреть, что нужно прибрать или подмести и всё. Без меня тут никому не усидеть. Разве что императрице позволил контролёр тут провести беседу с бывшим хозяином поместья.

А сейчас тут наши девочки, очередной пикник устроить собрались. С моего, конечно, позволения. Готовят на углях мясо. Столики сервируют Весело общаются. Есть у них, оказывается общие темы, и главные из них — это темы, касающиеся меня и Сани.

В итоге мы Александра оставили девчонкам помогать. Помогать — это так называется. Пожалели его… и я, и господин барон. Именно он предложил, чтобы его будущий зять присмотрел за процессом подготовки посиделок. Мало ли, что наши девочки упустят. Так завуалировано он дал понять, что Сане надобно немного проспаться, в удобном кресле под пледом, перед очередным загулом.

А также, что он будет не против, если его дочь пойдёт в храм, для венчания уже в положении и желательно беременной обязательно именно будущим внуком. Это он мне сказал уже, когда мы с ним вдвоём дальше пошли проводить обход поместья…

В итоге, пилотское кресло, после того как мы уедем в Питер, перенесут с островка, в выбранное мной здание. Там перед этим всё лишнее вынесут, убрав весь поломанный хлам, выметут мусор и вытрут пыль. При необходимости, вымоют полы

Не забыл задать вопрос Иван Сергеевич и о ремонте здания, на что получил от меня простой ответ…

— … пока не будем спешить. Не к спеху. — хотя я сам уже знал, что за нас всё сделает магия.

Опыт восстановления старых зданий в крымском поместье так и стоят у меня перед глазами. К тому же и тут старое здание, где находятся господские апартаменты, тоже были приведены в порядок, опять же не слугами со служанками, а заложенной в эти помещения, магией Древних.

И последнее… Лиза…

Все озадачены. Девушки заняты готовкой. Саня отдыхает в кресле на свежем воздухе. Укрыли девушки его тёплым одеялом. Хорошо ему, тепло.

Иван Сергеевич занят осмотром нужного мне здания, определяет фронт предстоящих работ.

Я же уселся в кресло рядом со спящим Саней, и тоже прикрыл глаза. С Борей беседую…

— … тебе надо обговорить со своим секретарём на счёт учёбы в местных учебных заведениях. Есть нюансы и они, увы, весьма существенные. — говорит Искин — Про то, как себя вести в этом террариуме, это ладно, научишься потом, а вот сейчас есть один нерешённый, немаловажный вопрос. В чём ты в этом учебном заведении перед глазами учащихся и преподавателей появишься? Одежда, обувь, причёска. Как себя подать? О чём можно говорить, а о чём уж точно не стоит? Всё это может, и должна объяснить тебе Лиза. А её с тобой в школе не будет, максим что возможно, чтобы она тебя встречала после занятий. Это допустимо. А вот остальное…

Угукаю в ответ, но всё же отвечаю развёрнуто, хоть и мысленно, что думаю по этому поводу…

— Одежда, в которой можно появиться в высшем свете, у меня есть. И это ваш с Катей мне подарок. Не думаю, что что-то лучшее можно найти в Питере. Это же касается и обуви. Как себя подать? Я же не блюдо, чтобы волноваться, как себя представить и главное, кому? Таким же детям, как и я сам? Перед кем там выделываться? С учёбой ты мне поможешь, так что, точно выделяться будем среди всех. Не думаю, что все там в этих школах учатся на одни пятёрки. Драки, как я понял, среди учеников не приняты. Поединки официально запрещены, во всяком случае, на магии и на кулаках. Но это я так думаю. А что касается Лизы? Как думаешь, взяв у неё клятву верности, как у моей служащей, стоит тогда и перстень принадлежности к клану моему, давать?

— Хороший вопрос. — задумчиво отвечает Боря — Так-то да, она же к тебе будет относиться, и ты за её поступки ответ держать будешь перед обществом. Но вначале, лучше об этом с ней самой переговорить. Да даже сейчас. Девчонки там что-то весело обсуждают. Разговор лёгкий ничего незначащий. Вилка, кстати, артефактами своими уже успела похвастаться. И, если Инга и Тая легко эту информацию восприняли, то вот Лиза задумалась. Понимает вообще-то, про что разговор идёт и насколько он важен. Но оторвать её от этих измышлений и подкинуть новую тему для обдумывания, думаю, можно. Она и так понимает, что всё это связано с тобой, что происходит с той же Виолеттой. Та ведь слишком резво по уровням поднялась. Очень сильно поднялась. И это, и Тая понимает, кстати. Но не понимает, как этого феномена добилась Виолетта, а сама Вилка наша, молчит. Кремень она в этом вопросе. Так, совет… Просто на коммуникатор скинь сообщение Лизе, что хочешь с ней прогуляться по зимнему парку. Там, во время прогулки и обговорите обо всём. Напишем, что про школу хочешь её о чём-то расспросить. А уединитесь, чтобы рядом лишних ушей не было, и вопрос затронешь верности, как своего служащего. Так я отправляю СМС?

— Да! — соглашаюсь я.

А потом была прогулка по заснеженному парку. Девчонки, когда мы уходили так завистливо похихикивали нам вслед, а со стороны Вилки я даже что-то на вроде зависти и чуточки ревности уловил. Вот же…

У самой муж есть, беременная уже от него, а я меня ревнует? Дела…

Думал, сложно у меня выйдет что-то ей объяснять, что я на самом деле от неё хочу, и про какую верность речь завёл. Но на удивление, отторжения моим требованиям с её стороны не получил. Наоборот, почувствовал страстное желание с её стороны, мне во всём угодить. Скажи я ей, наверное, тут с себя, на этом морозе всё снять, раздевшись догола, так бы и сделала. Однако…

Предупредил, чтобы после посиделок не уходила никуда. Тут на этом месте ритуал и проведём. Уточнил, есть ли какие-то жалобы у неё на здоровье. А так же, как она отнесётся к тому, если я подарю ей отличительный знак. Не снимаемый знак в виде красивого перстня. Признак её принадлежности к моему зарождающему клану, в качестве служащей.

Она радостным голосом уточнила.

— Такой, как у Таи?

Киваю…

А потом минут пять отдирал её от себя, и своей шеи, куда она не преминула закинуть свои руки, и получил авансом поцелуй, надо сказать, совсем недетский.

А дальше был вечер отдыха. Посиделки до трёх ночи. Даже Иван Сергеевич всё это время с нами сидел, веселился. Обсуждали, кстати, будущую свадьбу. И напутствие получал Александр от хорошо выпившего, опытного в прошлом семьянина, как нужно правильно делать внуков. И до этого у них дошло в их разговорах, после третьей бутылки водки.

Спровадив всех, остался один на один, на островке с Лизой. Усадил её в трон бывших императоров. Подбодрил и одновременно успокоил её, чмокнув в щёчку, при этом синхронно импульсом отключил её сознание. А потом с час, в компании с Борей и Али колдовали над доступным телом.

Прошёлся взглядом девушке. Затем Алишер помог с созданием артефакта. Перстень вышел красивым, единственно, что волнует меня, убрать или спрятать герб Салтыковых так и не получилось. Но ведь впереди у нас клятва. Напомню ей, что бывает с теми, кто рассказывает на стороне секреты о своём господине. Хотя…

Глеб Егорович тоже далеко не дурак. Он быстро визуально срисует изображение на перстне дочери, а там уж и до распознавания дойдёт.

Но не пойман, не вор. Будут спрашивать… будем всё отрицать. Пока сами не сознаемся, ничего никто не докажет…