Часть 23

Шагаем по дорожке… в смысле, мы с Кирой шагаем, а Ленка с Миной нарезают вокруг нас круги и, сверкая глазёнками, поминутно переспрашивают:

— Точно-точно?

— Правда-правда?

— А большой?

— А насовсем?

— А чего так далеко?

И ещё сто тысяч подобных «А…?».

Это мы клуб идём смотреть. Школьное начальство раскачалось-таки (ну, или я там всех своим нытьём достал) и моей эскадре выделили помещение. Официально. «Для хранения эскадренного имущества и проведения внеклассных занятий». Хотя по факту клубы в Школе использовались как место для девичников и посиделок. В общаге-то особо не развернёшься — места мало, инструктора бдят, дежурные рычат, соседки бегают… зато в клубе можно собраться чисто своей эскадрой, попить чаю, посплетничать о знакомых, обсудить наряды (не те, что на кухню, а платья! кофточки!), и даже предаться самому разнузданному разврату (например, поваляться на диване… да-да, прямо днём! без кителя! с шоколадкой в зубах и книжкой в руках!)… В общем, штука жизненно необходимая.

Так, походу пришли. Вот только…

— Ой! — мелкие замерли, удивлённо вертя головами.

— Флагман… — остановившись рядом, Кира склонила голову набок, прикусив губу… — а мы зданием не ошиблись?

Да уж… кирпичная коробка метров пять высотой, подъёмные ворота на половину фасада, узкие щели окон под самой крышей… то ли гараж, то ли склад.

— Что дали, — вздохнул я, подбрасывая в ладони связку ключей. — Ладно, зайдём, посмотрим.

Повозившись с замком и подняв полотно двери (блин, могли бы нормальную поставить, а не это недоразумение, что сдвигается вверх, складываясь наподобие гармошки), наша компания вошла внутрь и остановилась на пороге, оглядывая заваленное всяким хламом помещение.

Ну точно, склад. Никаких перекрытий, лишь бетонные колонны, поддерживающие стропила из стальных балок, голые кирпичные стены, окна под потолком, плюс, в крыше несколько застеклённых квадратов. Хотя нет, ещё слева от входа на высоте двух с половиной метров сделана небольшая площадка из бетонных плит. Что-то вроде второго этажа в квартире-студии. И даже лестница туда… была, если я правильно опознал кучу металлолома в углу.

— Да уж, клуб… Представляю, как над нами смеяться будут, — уныло пробормотала Ленка, пинком откидывая с дороги старую автопокрышку.

— Это точно, — в тон ей вздохнула Мина, оглядываясь. — Проходу не дадут.

Падение боевого духа налицо. Мелкие выглядят так, словно сейчас разревутся, Кира хоть и молчит, но уголки губ опустились, глазёнки потухли… Чёрт, и что теперь делать? Снова докладные писать? А толку? В учебной части лишь руками злорадно разведут, мол, просила — получила, какие вопросы? Помещение нежилое? А вы что, курсант, жить там собрались? Клуб для внеклассных занятий предназначен!

Присев на корточки, я провёл рукой по полу, оценивая поверхность. Бетонный, но залит и выровнен качественно. То есть, можно прямо на него покрытие стелить. Со стенами хуже, весь этот кирпич штукатурить — офигеешь. С потолком вообще труба, даже подвесной не сделать, мы без света тогда останемся — одних лишь «бойниц» точно не хватит. В целом… хреново. Но выбора нет.

— Так, эскадра, слушай мою команду… — рыкнул я, выпрямляясь.

Уныло пинающие мусор девчонки подобрались, машинально выстроившись в шеренгу.

Отряхнув ладони от пыли, я прошёлся перед куцым строем, остановился, заложил руки за спину, обводя подчинённых суровым взглядом…

— Пораженческие настроения… отставить! Да, помещеньице так себе, но есть и плюсы.

Подчинённые в ответ наградили меня кислыми взглядами, типа: «назови хоть один».

— Во-первых, места много… — Я оглянулся. Не бальный зал, конечно, но десять метров в длину, восемь в ширину, до потолочных балок метров пять… в баскетбол играть можно. Вон, даже балкончик для комментаторской кабины есть. Н-да.

— А во-вторых? — тихо поинтересовалась Кира.

— А во-вторых, — я усмехнулся, — к нам точно не будут всяких проверяющих на экскурсии водить, так что можем плюнуть на парадно-нарядную мишуру и сделать всё тут исключительно для себя.

— Совсем-совсем плюнуть? — робко спросила Мина.

— Совсем-совсем, — твёрдо кивнул я, но увидев, как мелкие разом грустнеют мордашками, быстро добавил: — Только шкаф для ваших кубков за «Воскресную милю» поставим.

— А у Киры ещё вымпел за стрельбы, — несмело улыбнулась Минск. — На стену повесить можно.

— И эскадренный, за противолодочный поиск на прошлых учениях… — добавила Ленка деловито.

— Тот не считается, — Мина удрученно вздохнула. — Третье место всего.

— Считается! Японок мы сделали!

— Ага, а флетчеры нас.

— Ещё бы, — Ленка досадливо скривилась. — Им Сорочья бухта досталась, набились туда, как кильки в банку… самотопины сами повыскакивали — испугались, что затопчут. А нам поисковый квадрат в половину полигона и дура U-331, что аж на батиаль провалиться умудрилась (1).

— Тихо! — оборвал я препирательства. — Сейчас переодеваемся и вытаскиваем отсюда весь хлам. А потом… — я замолк на полуслове, обдумывая последствия пришедшей в голову идеи, но решив, что штабных мне нифига не жалко, зловеще продолжил: — А потом мы пригласим сюда тётю Марту, чтобы та нам взрослым советом обустроиться помогла.

У девчонок вытянулись лица, и лишь Кира (как самая добрая девочка в эскадре) неуверенно предложила:

— Флагман, а может, сначала похоронный венок к штабу принесем? Вдруг поймут?

Загрузка...