Поехавшие

Глава 21 - Утро добрым не бывает

Марк Тасманов проживал жизнь точно принц из сказки. Лучшие учителя, лучшие игрушки, любой каприз выполнялся незамедлительно. Сколько себя помнил, отец с матерью его обожали, дедушка души не чаял. Старался передать весь свой опыт единственному и долгожданному наследнику семьи Тасмановых/Кошкиных. Бабушка Инга учила рисовать картины, а бабушка Лариса рассказывала великолепные волшебные истории о приключениях вымышленных героев. Все они вырастили маленького эгоиста и настоящего принца.

Принца, который влюбился в свою принцессу, едва увидев ее совсем крошкой в кроватке.

Тогда еще не осознавал своих чувств, постепенно приходя к логическому выводу. Потому, когда Настя Канарейкина впервые объявила на него охоту, он уже знал, как все должно быть в его идеальном мире. Том, который для него выстроила собственная семья.

«Я никогда не говорил тебе, но твоя мама однажды спасла мне жизнь. Не буквально, именно благодаря ей я все еще дышу. Любовь делает нас слабыми, однако она же дарует невероятную силу, Марк. Не упусти ее, ведь это невероятно хрупкое чувство, которого можно лишится в одно мгновение, а вернуть не всегда возможно»

Перевернувшись в постели, Тасманов усмехнулся, почувствовав, как лежащая рядом девушка зашевелилась и перевернувшись, прижалась к нему крепче. Его рубашка на ней задралась до самых бедер, и она поморщилась, немного ежась во сне от прохлады. Потянулся пальцами к ее щеке, скользнув подушечками по нежной коже. Двинулся дальше к плечам, по талии, ниже – подхватил одеяло, натянув выше и поднялся с постели. Стрелки на шести утра - он спал от силы полтора часа, однако ощущал себя невероятно бодрым.

Спать совсем не хотелось, а вот дел было невпроворот. На телефоне десятки пропущенных вызовом, большая из которых от друзей и семьи. Набрав номер матери, двинулся на кухню, стараясь шуметь как можно тише.

«Наконец-то, мы с отцом чуть с ума не сошли», - сонный голос Раисы на том конце заставил Марка улыбнуться. Особенно, когда услышал отдалённое ворчание отца.

«Рысенок, я же говорил, что с ним все нормально. Только зря себя накрутила…»

- Я у себя в квартире, мам, - отозвался Марк, запуская на кухонной машине функцию приготовления кофе с чаем, подставив две кружки. Наблюдая за тем, как механизм отлажено забрасывает из специальных контейнеров в одну из специальных капсул чай, в другую перемолотые кофейнные зерна – повернулся, уставившись на разукрашенную им же стену.

«Настенка с тобой?»

Этот осторожный вопрос и на губах расцвела довольная улыбка.

- Ты сомневалась? – поинтересовался с любопытством, слыша негромкий оповещающий писк. Мигнул зеленый светодиод и, поставив кнопку поддержания оптимальной температуры для чая Насти, взял свою кружку, делая первый глоток.

«В тебе-то?», - казалось он слышал усмешку матери, слышал тихое фырканье отца в ответ на этот полный сомнения голос.

«Маленькая гиена просто не могла вырасти кем-то другим», - промурлыкала тепло, согревая изнутри лаской, прозвучавшей в голосе.

- Пока-пока родители, - попрощался, хихикая над этими словами.

«Пока-пока, Хвостик»

Прошелся взглядом по сообщениям из чата, затем по истории в Инстаграм. Ничего нового: после ресторана ребята ожидаемо отправились в «Адскую пасть», делая глупые селфи и веселясь. Когда-то давно вопрос на тему отношений между Настасьей Канарейкиной и Марком были решены сами собой с ее старшими братьями. Уже только ленивый не знал о его чувствах, ну, или сама Настя, предпочитавшая не замечать очевидное. Хотя после угроз оторвать ему все что можно, Марк с удивлением заметил, что стиль письма Елисея немного изменился. Если Антон отделался короткими емкими фразами, то неразборчивая чепуха от старшего Канарейкина удивила. Можно было списать на пьянство, однако просмотры более поздних записей истории только подтвердили его сомнения и Тасманов, нахмурившись, промотал списки контактов. Звонок Елисею отправил его прямо к автоответчику.

Два гудка, затем хриплый, усталый голос Антона Канарейкина.

- Где Лиса?

«Звонишь уже утром, нагло украв мою сестру? Наглость еще ниоткуда не прет?», - судя по всему парень еще даже не ложился спать, отчего внутреннее беспокойство еще больше охватило Марка и поставив на стол кружку с кофе, забрался на поверх, проговорил:

- Потом поиграешь в старшего брата. Че за фигню мне Елька прислал среди ночи? Он там в порядке? По сториз будто сейчас с ног свалится.

Минутное молчание и Марк нетерпеливо вздохнул, дождавшись ответа.

«Его накачали, Тасман. Какая-то девка протащила «бомбочку»* в клуб, бросила ему в бокал. Хер знает из каких побуждений, но штырило Лиса не по-детски. Алиса была с ним, когда у него передоз случился. Мы с Владом и его братьями девчонку выловили уже на выходе почти, благодаря камерам. Дура умудрилась потерять номерок и ее задержали до приезда кого-нибудь из родни или друзей, поскольку денег заплатить штраф не было. Сейчас в участке сидим, разбираемся. Врачи приехали быстро, поставили капельницу. Вроде нормально с ним все было, увезли в больницу, но все буде нормально»

- Ваши родители там? – спросил, оглянувшись, услышав шум неподалеку. Оглянувшись, заметил сонную Настю у самого порога. Будучи в его рубашке с взъерошенными темными волосами выглядела сейчас невероятной милой и абсолютно безобидной. Марк улыбнулся, протянув ей руку, переплетая их пальцы. Мгновение, и девушка оказалась в его объятиях, тихо мурча от удовольствия, уткнувшись носом в голую грудь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Папа приехал сюда в отдел. Из-за этой фигни сейчас начнут весь клуб шерстить на факт распространения наркоты. Еще пресса не в курсе, иначе уже бы полосы пестрели статьями вовсю. Мама поехала за Елисеем, нечему ему сейчас перед народом своей перекошенной мордой светить. Врач сказал, можно домой, угрозы жизни нет. Кстати, вам лучше поторопиться и приехать. Мы, конечно, вчера с три короба на уши лапши про ночную поездку по городу накидали, но отец тут демоном пышит. Лучше не рисковать, если пока не хочешь признаваться»

- Мы приедем скоро, - отозвался Марк, попрощавшись с Антоном и заглянув в сонные глаза Насти, озадаченно наклонившей голову.

- Лиса куда-то вляпался вместе с Татошкой? – не удержавшись от поцелуя, улыбнулась, почувствовав длинные пальцы в своих волосах и невольно потерлась о его ладонь, которая скользнула ей на щеку.

- Нам надо собираться, - с сожалением произнес Тасманов. От выражения глаз до лица Настя мигом проснулась, чуть отодвинувшись, хмуря темные брови и выдохнув:

- Что происходит, Марк?

Ехать в отдел не имело никакого смысла. Один телефонный звонок – Марк знал достаточно, чтобы повезти девушку сразу домой. За всю дорогу она едва с ума не сошла от беспокойства названивая то отцу, то брату, то матери, парочку раз сорвавшись на самом парне из-за слишком медленной езды. Тасманов не спорил, Настя не стала извиняться. Едва они оказались возле подъезда жилого комплекса, девушка пулей выскочила из машины раньше, чем он успел затормозить, бросившись прямо в его пиджаке поверх своего праздничного платья домой.

- Мама, - выдохнула Настя, бросаясь в объятия женщины, затем встрепанной Алисы. Выглядела она довольно странно, вся всколоченная, с подтеками косметики и очень бледная. Обе были уже в квартире Канарейкиных, где прямо из спальни родителей девушка услышала крики отца, разговаривающего с кем-то по телефону.

- Мне плевать, как вы будете это выяснять, ясно?! Как она, черт возьми, протащила это дерьмо в клуб? Где, бл*ть, была охрана в этот момент? Да я вас всех к чертям собачьим поувольняю! – вздрогнула, оглянувшись на Киру и вскинула брови, пока ее мать наливала Ежовой чай, кивая вошедшего следом Марку.

- Папа в бешенстве, милая, - тихо ответила на беззвучный вопрос женщина. – Елисей в спальне. Ему уже лучше, благо доза оказалась не очень большой. Антон с остальными сейчас проходят тесты для полиции. Стандартная процедура. Врач сказал, что ему нужен только покой.

- Откуда вообще взялась эта девка, разве вы не были вместе? – Марк перевел взор на Алису, втянувшую носом воздух, будто сама девушка сейчас была на грани самой настоящей истерики.

- Он выходил к бару, - она утерла нос тыльной стороной ладони, нервно проведя пальцами по всколоченным волосам. Едва заметные красные пятнышки на коже на секунду привлекли внимание Тасманова, едва Настя пулей вылетела с кухни, бросившись в комнату старшего брата. Светлые распущенные волосы вновь скрыли кожу девушки - будто бы ничего не было. Нахмурившись, прошелся взглядом по ее наряду и с интересом спросил:

- У тебя пробу брали?

- Марк! – возмутилась Кира, поглаживая ошарашенную девушку по голове. – Ты что такое говоришь?

- Просто спрашиваю, она же тоже там была, - пожал плечами, выжидающе уставившись на Алису, обнявшую себя руками.

- Врач взял, по приезду у самой первой, - качнула головой, пряча в ладонях лицо и раздался первый всхлип, а плечи девушки дрогнули в вырвавшейся наружу истерике. – Я даже не думала… не поняла, что он… просто вел себя чуть иначе, более…

- Все, тихо. Успокойся, - ласково прошептала Кира, обнимая Алису, притягивая к себе, поглаживая по спине. – Твоя мама скоро будет, и вы поедите домой.

В спальне Елисея было непривычно тихо. Обычно шумный брат, порой приходящий под самое утро с громких веселых вечеринок сейчас спокойно лежал под одеялом, несмотря на свои размеры, буквально завернувшись точно улитка. Он почти не шевелился, и Настя с трудом сглотнула, шагнув внутрь, оглядывая просторную комнату с мигающим светодиодом моноблока – единственным источником света. Поскольку шторы были предусмотрительно задернуты. На столе графин с водой и стакан рядом с рецептом витаминов да рекомендаций для улучшения самочувствия в последующем восстановлении.

Ходили слухи, что «бомбочка» на всех отражается по-разному – многое зависло от комплекции человека, его здоровья и даже душевного равновесия. Если врач отпустил из больницы, значит никаких опасений состояние Елисея не вызывало, хотя Канарейкина сейчас предпочла бы видеть его в палате. Просто из страха, что врачи могли что-то упустить, несмотря на современные методы исследования организма в подобных случаях.

- Я не умираю, - сонно отозвался Лиса откуда-то из горы наваленных шелковых подушек. Светлая взъерошенная макушка показалась наружу, едва матрас огромной кровати размера кинг-сайз прогнулся под весом Насти, и та потянула руку к его пальцам, выглядывающим из-под двух одеял.

- Еще бы ты умирал, дурень, - привычно огрызнулась, смахнув непрошенные слезы, выступившие на глазах, скользнув ладонью по руке, чувствуя стерильный пластырь там, где ставили промывающую капельницу. – Это все от дурости твоей и лазанья по всяким подозрительным бабам, - проворчала, укладывая рядом, прямо напротив выглянувшего из одеяла лица.

- Мне уже можно бить морду своему другу, или оставить такое дело отцу? – вместо ответа спросил со слабой улыбкой, моргнув с трудом. Белки глаз покраснели, зрачок по-прежнему был расширенным, а под глазами залегли тени. Вид неважный, состояние вялое, реакция на свет чувствительная – все симптомы отравления этой мерзостью.

Сквозь синие шторы едва пробивался утренний свет, заливающий темно-серый паркетный пол в спальне. Узкая полоска солнечного лучика от окна до двери, рассекающая комнату пополам. Одна сторона под кровать и отдельную дверь в гардеробную, другая компьютерный стол с креслом. Настя вздохнула, проследив за лучок солнца, подкладывая под голову подушу, дабы устроится с большим комфортом.

- Папа все решит, - Канарейкина все еще слышала отдаленно голос отца, решающего вопросы с кем-то по телефону. – Сучка из тюрьмы не выберется. Сядет как миленькая за распространение, а то вовсе попытку убийства пришлют, - кровожадно прошипела, сжав с силой серо-синюю шелковую ткань покрывала поверх одеял.

- Конечно решит, - хмыкнул Лиса, прикрывая глаза и пробормотал. – Знаешь, там девушка была…

- Девушка? – озадаченно приподняла голову, поправив одеяла на брате. – Еще одна?

- Не с наркотиками. Другая. Не могу вспомнить даже ее лица, - он сонно улыбнулся, медленно погружаясь в забытье, последние слова прошептав едва слышно, отчего пришлось наклониться почти вплотную. – Лишь образы, шепот и вздохи…классная… - рассмеялся и отключился, так не закончив свою мысль.

Настя нахмурилась, озадаченно оглядывая уснувшего Елисея, затем осторожно поднялась, выбравшись из комнаты в пустой коридор и наткнулась на стоящую в коридоре Алису. Прислонившись к стене, рассеяно смотрела перед собой прямо на причудливый едва заметный рисунок на обоях. Будто пытаясь что-то понять. На запястье точно такой де кусок стерильного пластыря, под который скрывался небольшой укол. Только сейчас Канарейкина смогла взглянуть на нее свежим взглядом: от оторванной лямки, держащейся на парочке ниток до растрепанных всколоченных волос и сорванной собачки на тайной молнии. Ее подруга словно из центрифуги выбралась.

- Одолжить что-нибудь? – спросила, подходя ближе и Алиса, вздрогнув, покосилась на Настю с какой-то опаской в глазах.

- Н-нет, не надо, - выдохнула с трудом, потянувшись к своей небольшой сумочке, принимаясь в ней рыться. Чем больше Ежова копошилась, тем подозрительнее становился взгляд Канарейкиной. Она поддалась вперед, вдохнув цветочный аромат духов подруги, прищурив глаза точно кошка.

- Что? – испуганно бросила на нее взгляд девушка, дернувшись в сторону, ударившись бедром об угол стоящей в коридоре тумбы. Несколько маленьких безделушек упали в свободное пространство между ней и антресолью, отчего Алиса дернулась, сжав расшитый серебристыми нитями бархатный клатч.

- Ты же была с Елисеем? – сложив на груди руки, поинтересовалась, сверля Ежову тяжелым взглядом. Послышался тихий вздох, а в ответ прозвучало нервное.

- Была. Когда ему плохо стало, - уточнила Алиса, отодвигаясь по стеночке от Насти подальше.

- А до этого? – почти агрессивно нависла, вновь оглядев ее с ног до головы. – Была, или нет?

- Я…, - запнулась девушка, в отчаянии закусив без тог припухшую губу. Именно этот факт привлек Настю, открывшую рот, затем тут же закрывшую его обратно и оглянувшуюся на комнату Елисея. Хотела выразить свои мысли в словесной форме, однако Ежова вдруг вцепилась с силой в ее руку, в отчаянии взвизгнув почти истерично:

- Не смей! Просто забудь, ясно? Ничего не было и быть не могло!

Попыталась освободиться, однако Алиса неожиданно крепко сжала пальцы, с отчаянием в голубых глазах смотря на подругу. Страшная догадка промелькнула видимо не только в голове Насти, но еще и глазах, написав на лице безмолвный вопрос, повисший в воздухе. Лишь качание головой, а затем яркие пятна на бледной коже от стыда заставили Канарейкину облегченно выдохнуть.

- Ну, хоть по согласию, - пробормотала, услышав тихий рык в ответ:

- Ни единой душе не говори. Особенно ему.

- Чего это? – озадаченно наклонила голову Канарейкина, возмущенно засопев. – А вдруг вы без предохра… - ладонь легла ей на губы, не давая произнести фразу до конца. Алиса дернула Настю к себе, зашипев в ухе, когда послышались голоса родителей девушки и Марка, разговаривающего с Павлом где-то в глубине квартиры.

- Убью, я серьезно! – и отпустила Канарейкину, снова прислонившись к стене и прикрыв устало глаза. С минуту они молчали, пока Настя, измученная любопытством, переживаниями и волнением, вновь не задала вопрос:

- Понравилось хоть?

- Настя!

- Да молчу я, чего орешь. Вот если бы не понравилось, я бы начала в умениях своего брата сомневаться, запросила бы лицензию на профпригодность…

- Канарейка, - прорычала подруга и в ответ получила широкую улыбку с очередным вопросом:

- А племянники у меня с каким цветом глаз родятся?

- Боже, я тебя реально убью.

Справочная информация*:

Бомбочка - наркотик нового поколения (в будущем), распространяемый в основном среди молодежи разных слоев населения. Существует в капсульной форме для рассасывания, и в виде быстрорастворимых таблеток. Не имеет окраса, запаха или вкуса. Во время приема наступает "эффект взрыва". Человек становится невероятно возбудимым, веселым и дезориентрованным на продолжительный период (от получаса до суток в зависимости от принятой дозы и самого организма). Механика движений нарушена, зрение слабеет, мозг начинает лихорадочно работать. Применяется для повышения активности в учебный период при большой нагрузке студентами, а также на закрытых вечеринках.

Распространение - незаконно. В малых дозах после полного растворения в крови человек становится вялым и сонным.

Симптомы передозировки: тошнота, рвота, повышенная температура тела, головокружение, потеря сознания, эпилептические приступы в случае тяжелой формы отравления.

Симптомы человека, принявшего наркотик: резкие перепады настроения, расширенные зрачки, нарушенная моторика, дезориентация в пространстве. Некоторые пациенты жалуются на "туман в голове" и легкую форму амнезии.

Крайне редко вызывает привыкание, плохо сочетается с алкогольными напитками градусом выше вина или слабоалкогольных коктейлей.