ЭПИЛОГ

ЗВЕРЕК ИЗ ДРУГИХ ВРЕМЕН

Все должно меняться, чтобы вернуться к началу.

Из выступления Хуана Неруньи в сенате.

Кафе «Ирис» нисколько не изменилось. Пожилые официанты разливают в пурпурном зале вино из кувшинов. Посетители в лиловых халатах ведут нескончаемые беседы. То и дело возникают новые темы — землетрясения, революции, арауканские нашествия, народные правительства — и тонут в водах воспоминаний. Ничего не случается. Никто не входит. Никто не встает с места. Вечный сигарный дым, вечный запах герани: похоже, о собравшихся здесь забыла сама смерть. Когда внесли чашу, источающую соблазнительный аромат, разговоры стихли: все, глоток за глотком, принялись смаковать горячий пунш. Языки развязались, на волнах алкоголя закачались легенды. Из самого дальнего угла послышался голос карабинера. Или крысы? Зверек, старыйста-рый, сидел на голове блюстителя порядка; казалось, он сросся с черепом. У обоих было одно и то же выражение лица (морды) и, возможно, одна душа. Человек, как и крыса, был очень стар, с кожей, изрытой морщинами. Не шевеля губами, карабинер рассказывал истории из незапамятных времен. Случились ли они на заре человеческой расы, ныне исчезнувшей? Или им суждено произойти в будущем? Или это — рассказ о том, что происходит прямо сейчас, в этот момент? Никто не задавался такими вопросами. Привязать событие ко времени было для завсегдатаев кафе святотатством. Важно не «когда», а «что».

— Да, — раздался голос карабинера (крысы?), — гигантская волна подхватила шестерых мужчин и одну женщину и понесла их в Антарктику с немыслимой скоростью. Они не боялись и не хотели умирать или жить. Они не бежали ниоткуда и никуда не стремились. Они просто были, не ведая, кто они такие. Они обладали единым сознанием, через которое в мир приходили космические силы. Когда все привыкли к реву волн, слившись с океаном, когда соленая вода запульсировала в том же ритме, что их кровь, когда тела их лишились отчетливых границ, — тогда в звуках пифильки стали различимы слова. Слова о чем? О том, что еще возможно достичь потерянного рая, легендарного Зеленого острова. Там без боязни живут неведомые создания, сохранившие первоначальный язык. И семеро странников решили отыскать этот Эдем. Сколько времени ушло у них на поиски? Как они сумели преодолеть барьер из льдов, мешающий подобраться к острову? Говорят, они высадились на берег со множеством пещер и были встречены огненным смерчем. Аурокан, когда-то поглощенный единой душой этих шестерых, помог им победить. Всепроникающий голос едва не оглушил путешественников. Слова, сказанные им, превратили людей в растения, животных, камни. Но они не отступили: ведь сознание осталось у них, а любую из оболочек можно было покинуть. Так они добрались до центра острова, откуда вытекали четыре реки. У их истока было видно существо, ростом и обликом похожее на человека, — но не человек. Оно говорило на Материнском Языке, и в воздухе возникали лучи, драгоценности, разные предметы. Земля была устлана зелеными перьями и птичьими скелетами. Подойдя ближе к волшебнику, путники увидели, что это — попугай, проживший не одну тысячу лет, бессмысленно повторявший заученные им слова. От него они научились остаткам божественной речи, смогли строить предложения. Тогда они вспомнили о далекой родине, Чили, и подарили ей жизнь. Полоса земли длиной в четыре тысячи двести километров взвилась, как змея, кусающая себя за хвост. Этот живой круг со всеми обитателями — отныне ангелами, полными высоких устремлений, — пронесся над Южной Америкой, подхватил братские народы для похода в Вену, синюю страну, где воцарится Белая Мачи, ибо оттуда она пришла когда-то… и так далее… и так далее.

Крыса закрыла глаза и заснула на середине повествования. Карабинер хотел было продолжить, но после немалого количества напрасных усилий залил свою немоту горячим вином. Пожилые официанты разливали темную жидкость. Иногда кто-нибудь умирал. Его укладывали на барную стойку. Назавтра его место займет новый старик, и ничего не изменится.


Загрузка...