Преданная

Глава 31. Возвращение Старой клячи

Глава 31. Возвращение Старой клячи

Чуть больше года спустя

Филин догадался, почему она пришла, ещё до того, как Нина сказала, что хочет уволиться. Ей было стыдно, будто она бросает его. Она не бросала, просто выбирала себя и свою жизнь. За этот год её глаза будто потухли от усталости и постоянного дедлайна. Нина успевала управлять алкогольным бизнесом Чернова и координировать дела Филина в офисе с помощью своей замены, которую нашла для него сама и даже не на сайте эскорта.

Нина будто вернулась к тому, с чего начала прошлый год - с образа старой загнанной клячи, для которой такие забеги были уже не по возрасту и здоровью. Она несколько раз переболела в этот год, будто организм подавал отчаянные сигналы, что надо бы притормозить.

- Я передала все дела новому управляющему. Миронова будет его контролировать. Теперь я хочу отдохнуть и спокойно подумать, что мне делать дальше.

- Обязательно для этого от меня увольняться? - с обидой в голосе сказал Филин. - Отдохните и возвращайтесь к нам.

- У вас тут слишком нервная обстановка, пусть и интересная. Сначала я была в эйфории, а сейчас жутко устала. Извините, Святослав, я не молодая девочка для разного рода потрясений.

- Понимаю, не осуждаю, отпускаю, мне было приятно с вами работать, и не только. Просто поговорить.

Они обнялись на прощание, как люди, которые никогда не станут друг другу чужими, потому что бок о бок пережили слишком много. Нина написала заявление, сразу получила расчёт и все премии на руки, потом заехала домой, который опустел без пушистого кота, с ним они скоротали множество вечеров.

На Камчатку Нина, конечно же, ни в прошлом году, ни в этом не поехала, да и вообще никуда не ездила. Только работала, зато теперь её подушка безопасности была набита под завязку.

Нина вложила часть своих средств в долгосрочные инвестиции на сытую пенсию, немного потратилась на ремонт, которым занялся Савелий, когда вернулся из армии и ему нечего было делать. После ремонта Нина пристроила его к Филину под крыло, чему тот очень удивился, когда она его об этом попросила.

- Саве не хватает мужского воспитания, а я его дать не могу, - пояснила Нина. - У вас в подчинении очень много сильных и достойных мужчин, мне будет спокойно, что Савелий среди них чему-то научится. Я бы хотела, если вы не против, чтобы он работал под началом Игоря, а то не хочется, чтобы Сава полысел раньше времени от этих заскоков звёздных, как наш бедный Антон.

- А если я отправлю вашего сыночка к Жорику? - насмешливо спросил Филин.

- Это будет очень хорошо, Жора - надёжный человек. К тому же у него такие прекрасные дочери, может, познакомит моего сына с ними да и породнимся.

Так Савелий стал работать на Филина и искать себя в жизни, а мама отошла в сторону, отселив его в квартиру своей свекрови. Сава сам за неё платил, да и жил тоже сам по себе, но часто звонил маме и они выкраивали время, чтобы провести его вместе.

После увольнения Нина решила потратить время на себя, как и деньги. Она намылилась в длительную поездку, собрала чемодан, перекрыла все вентили подачи воды в квартире и стала ждать Валеру, который должен был отвезти её в аэропорт.

За прошедший год у него случилось целых два счастья - он женил сына и родился первый внук. На свадьбу Нина поехать не смогла, да и с его сыновьями так и не была знакома. Валера тоже весь год провёл в поту и мыле, разводя мужей и жён по разные стороны их совместной жизни. На честно заработанные он прикупил себе домик на греческом побережье, куда и пригласил Нину провести её отпуск. Обещал присоединиться к ней примерно через месяц, когда закончит срочные дела.

*****

Нина приехала в маленький городок на берегу моря и заселилась в аккуратный домик с двумя спальнями и кухней-гостиной, который Валера в остальное время сдавал через агентство. Волкова быстро привыкла к хорошему - свежим фруктам и овощам с рынка, греческой кухне из рыбных ресторанчиков, ежедневным прогулкам по берегу моря. С каждым днём она будто набиралась сил жить заново и со вкусом, без гонки за место под солнцем, без ответственности на своих плечах. Нина восстановилась настолько, что решилась на маленькие путешествия на морском пароме по греческим островам, съездила на вулканический остров Санторини, который тоже видела когда-то в старом журнале отца про путешествия.

В один из дней к ней пожаловали гости, которые предупредили о своём визите заранее - два сына Валеры, один с девушкой, другой с женой и маленьким сыном. Нине было ужасно стыдно, что она заняла дом их отца, а им пришлось заселиться в отели, но они заверили её, что им так удобнее.

- Мы просто хотели с вами, наконец, познакомиться, а-то вы как будто от нас прячетесь или папа вас скрывает.

Сыновья Валеры были на него сильно похожи, как внешне, так и внутренне, они даже говорили его словами, хоть и с акцентом. Они много рассказывали о себе, своей работе, один был графическим дизайнером, другой архитектором. Нина поводилась с маленьким Александром, в нахмуренных бровях которого она безошибочно нашла генетический код его деда.

Глядя на спутниц сыновей Валеры, Нина поняла, как же важно, прививать семейный ценности в счастливой и полной семье на практике, а не в школьной теории. Тогда и получаются гармоничные пары, уважительное отношение, трепетные взгляды друг на друга, взаимная любовь.

Они провели большой компанией три дня, на последнем совместном ужине, старший сын Валеры высказал общее мнение:

- Мы очень рады, что папа выбрал жить дальше, а не прошлым. Ему было очень плохо без мамы, а с вами хорошо, - будто дал ей благословение старший сын Драгунова. - Надеюсь, будем видеться чаще и не по отдельности с папой. Он обещал, что на пенсии переедет поближе, но что-то я его на пенсии даже не представляю...

- Я тоже, - усмехнулась Нина.

Валера в это время работал в поте лица, чтобы как можно быстрее приехать к Нине. Она встретила его в аэропорту - загорела и с улыбкой до ушей. Они кинулись друг к другу на встречу и долго стояли посреди зала прилёта, пока другие пассажиры обходили их стороной и спешили на выход.

- Я так соскучился, Нин...

- Я тоже, Валер, очень сильно...

*****

Он держал её за руку будто боялся отпустить, пока они прогуливались по рыбацкой деревне, которую недавно нашла на карте Нина. Бесстрашная Волкова не сидела на одном месте весь этот месяц. Она брала в аренду компактную малолитражку и путешествовала, открывая для себя, а теперь и для него интересные места.

- Валер, ты любишь пещеры? Тут недалеко, поедем послезавтра?

- Поедем.

- А развалины амфитеатра, как тебе?

- Хорошо.

- Я ещё нашла такую классную оливковую рощу, поедем?

- Конечно.

- А вулканические озёра? Тут есть одно с рыбками, такое клёвое, поедем?

- Поедем, буду называть тебя Нина Вулкановна. Прямо тянет тебя туда, да?

Нина рассмеялась, а Валерий задержал дыхание, слыша её смех. За последний год Нина так мало смеялась, что он и забыл с каким задором она умеет это делать. Он обхватил её руку покрепче и они зашагали дальше, счастливые и довольные, что, наконец, воссоединились.

Валера будто обретал её заново, чуть не потеряв Нину за этот год, который выдался для неё не из лёгких. Драгунов злился на Филина, который взвалил на Нину такую ношу, зная, что она примет и не будет роптать на сложности, ведь надо помочь людям, которым ещё хуже.

Нина не жаловалась, но будто ускользала из рук Валеры, чтобы поспать в одиночестве в своей квартире в обнимку с котом Бурбоном. Драгунову только и оставалось, что подкармливать её обедами, про которые она часто забывала. У него самого был забот полон рот и он иногда захлёбывался, но как-то разгребал. Сейчас стало полегче, да и Нина к облегчению Валеры сказала, что увольняется от Филина, пока думает, чем заняться.

Они отдыхали, наслаждались морем и солнцем, а к вечеру Нина повела его пить вино и любоваться закатом на диком пляже.

Драгунов не стал тормозить, сразу после первого бокала предложил:

- Нина, пойдёшь ко мне работать?

- Я же не юрист.

- Будешь моим личным помощником, или хочешь на юриста выучиться?

- В моём-то возрасте ещё и учиться?

- А почему бы и нет? Так пойдёшь ко мне работать?

- Я подумаю. Скажи сначала, почему тебя зовут злой дядя Валера? Вдруг мне к тебе не стоит идти.

Драгунова звали так уже слишком давно, чтобы кто-то из участников тех событий разболтал, почему его так прозвали.

- Как-то у меня было заседание суда, я, естественно, на стороне жены, которая отказывалась от всех претензий на имущество и активы, только бы ей отдали дочь. Девочки двенадцать лет, а таким детям уже дают слово в суде, чтобы они выразили своё мнение. Папа на пару с новой любовницей науськали дочку, что надо сказать, иначе маме будет плохо. Девочка заявила, что хочет жить с папой, суд удовлетворил её просьбу, но когда новая мачеха, даже не выходя из зала суда шепнула девочке, что она маму больше не увидит и её мама теперь она, у неё случился нервный срыв и она потеряла сознание. Я немного вышел из себя и врезал её папаше, который тыкал пальцем в свою бывшую жену и кричал, что это она виновата, что ребёнок задыхается, а сам даже скорую не вызвал. В общем, дали мне пятнадцать суток и штраф. Я заплатил, вышел и на апелляции раскатал его так, что вместо половины общего имущества моя клиентка получила почти всё и дочь под единоличную опеку. С тех пор меня так и зовут - злой дядя Валера, которого лучше не доводить до апелляции.

- Ты знаешь, я что-то подобное ожидала, - рассмеялась Нина. - Тебя лучше не злить, злой и страшный серый волк.

- Как и тебя.

Нина разлила им обоим ещё вина по бокалам и любовалась последними отблесками заходящего в море солнца.

- Валер, а почему ты так рьяно защищаешь женщин от мужчин? Где твоя мужская солидарность?

- Я думал, ты тоже догадалась... - вздохнул Валера. - Потому что мою маму некому было защитить. Она подала на развод, когда узнала, что у отца есть вторая семья, жить с ней дружно не захотела. Мой отец был директором комбината, а она просто домохозяйка, которая с жиру бесилась, как он про неё говорил. Я тогда маленький был, так сразу и не понял, почему мама больше не приходит домой. Отец сказал она нас бросила и уехала с любовником, опозорив его разводом. Потом в нашей квартире появилась женщина с двумя детьми, которая стала его женой, а мне он велел называть её мамой, их обоих детей своими братьями. Когда стал чуть постарше, посчитал, сколько им лет и сколько мне, когда она их родила мой отец был женат на моей матери. Я был ребёнком, не знал, где искать маму, я её почти и не помнил, фотографий даже не было. Как-то в сентябре в школе появилась уборщица, которая всё мне конфеты пыталась всучить, ничего не говорила, только плакала иногда. Надо мной мальчишки смеялись и она перестала это делать, просто смотрела на меня издалека, так странно. Я не доучился в этой школе, отца перевели в Москву, а потом мы сильно поссорились, я из дома ушёл, отец Марины меня принял, нам едва по восемнадцать исполнилось, мы поженились. Я пытался найти мать, тесть мне помог, оказалось, её уже в живых нет, она была той самой уборщицей. Её соседка сказала умерла от тоски, когда отец мой переехал и сказал, что если ещё раз её увидит, то она даже уборщицей работу не найдёт. У отца были положительные характеристики с места работы, почётные грамоты и благодарности, у моей матери - ничего. Поэтому она и без сына осталась, так и не оправилась. Отрывать детей от матери это бесчеловечно, Нина. Как и настраивать детей против отца. Но бОльшее зло всегда творит тот, кому это позволяют ресурсы и кто на них помешан. Я защищаю только тех жён, которые борются за себя и будущее своих детей, а не за квадратные метры и накопления. Вот и вся история, Нина. Некоторым гордецам и самоуверенным мужчинам, развод будто по яйцам бьёт, которые раздувались только от того, что они держали чью-то жизнь под тотальным контролем. Например, жены и детей. Кто-то теряет любимых при разводе, но тех, кого развожу я, теряют только контроль и от этого бесятся, а когда ещё и теряют деньги, у них чердак рвёт. Я своему отцу был не нужен, ему хотелось сделать больно женщине, которая его унизила непослушанием. Разводится тогда было не принято, надо было терпеть. Мы с ним больше не виделись ни разу после того, как я ушёл из дома.

Нина крепко обняла его, мальчика, который пережил развод родителей по-своему, вот так - стал помогать тем, кто нуждается в помощи. Валера затих в её объятиях, они молча смотрели, как диск солнца окончательно тонет в горящей воде и наступает тишина перед скорыми сумерками.

В этой тишине, Валера услышал, стук собственного сердца, которое азбукой Морзе отстучало ему слова, которые нужно было сказать прямо сейчас, женщине, которая этого заслуживает и, может, даже ждёт. Но что-то его остановило. Валера был человеком слова, а слово «любить до гроба» он уже давал.

- Я согласна, Валера, давай попробуем поработать, - твёрдо сказала Нина. - Нам, моралистам, воспитанным на идеалах совести и чести надо держаться вместе.

Валера расплылся в улыбке - быть вместе и рядом это ведь тоже хорошо и вполне достаточно?