Глава 1

— Моя королева, с вами хочет говорить посланник короля Сандера! — почтительно доложил Мар. — Гарш Рейл граф Дари прибыл в столицу сегодня утром и сразу же подал прошение об аудиенции.

— И где он? — спросила Ирина. — В приемной?

— Нет, моя королева, его светлость господин канцлер пригласил его к себе для беседы. Там он и дожидается вашего решения. Господину канцлеру показалось опасным…

— Довольно, Мар, я все поняла. Я ценю заботу герцога о своей персоне, но в данном случае это лишнее. Распорядитесь, чтобы графа доставили в мой кабинет.

Прежде, чем секретарь оповестил ее о приходе посланника, к Ирине наведался канцлер.

— Разумно ли принимать графа так, как он просит, — с глазу на глаз? — с порога сказал Лен. — Я, конечно, сомневаюсь, что Сандер решиться с тобой расправиться с помощью своего посланника, но что‑то мне неспокойно…

— Я не маленькая наивная девочка и приму меры предосторожности. Если он просит о личном свидании, значит, есть причины. Мы с вами хотели прояснить позицию Сандера, вот и проясним. Он вам что‑нибудь рассказал?

— Обычный светский треп, ничего важного.

— Ну а мне, похоже, скажет. Не будем это дело затягивать. Давайте сюда графа, а сами побудьте где‑нибудь поблизости, только не в приемной. Не стоит показывать посланнику Сандера, какое значение мы придаем его визиту. Уйдет, мы с вами сразу же и поговорим.

Граф Рейл оказался мужчиной лет пятидесяти с располагающей внешностью и безупречными манерами. Он почтительно подал ей письмо своего короля и тут же отступил назад.

— Мне не совсем понятны мотивы короля Сандера, которыми он руководствовался, посылая вас сюда, — сказала графу Ирина, прочитав письмо. — В письме об этом не сказано ни слова. Только общие рассуждения о налаживании добрососедских отношений. Не совсем понятно, что ему мешало их налаживать с моим посланником, вместо того, чтобы посылать к нему убийц. Не боитесь, что мы можем ответить тем же?

— Если бы боялся, вряд ли приехал бы сюда, ваше величество, — ответил граф. — Я не могу порицать или оправдывать моего короля, я вообще не могу давать оценку его действиям. Но мне кажется, что короли должны заботиться о благе своего королевства так, как они его понимают, учитывая при этом внешние обстоятельства. Если поведение короля Сандера резко изменилось, возможно, это связано с изменением этих обстоятельств. Наверное, вы его лучше поймете, если прочтете это.

С той же почтительностью граф положил на стол перед королевой еще одно письмо и сделал несколько шагов назад.

— Присядьте, граф, — велела Ирина, надрывая конверт. — Письмо толстое, так что нечего вам стоять столбом посреди кабинета. Берите стул и садитесь.

По мере того, как девушка читала письмо, ее лицо все больше бледнело. Дочитав его до конца, она взяла вложенный в письмо тонкий лист, видимо, аккуратно вырезанный из какой‑то старой книги и прочла так же его.

— Вы знаете, что в этом письме? — спросила она графа.

— Король мне в общих чертах рассказал, — кивнул тот. — Теперь вам понятно, почему мы прекратили все враждебные действия в отношении Тессона? Король Сандер обещает не вмешиваться в ваши дела и при необходимости оказать всю возможную помощь в борьбе с Урнаем.

— Хорошо, граф, я довольна. Вы намереваетесь открывать свое представительство?

— Да, ваше величество, мне выделены необходимые средства.

— Прощайте, граф, желаю вам хорошо устроиться в нашей столице. Письмо с ответом для вашего короля я передам позже.

— Ну и что? — спросил канцлер заходя в кабинет через пару минут после ухода посланника. — Что с тобой, Рина? Ты вся белая как мел!

— Он все знал! Этот сволочной, Сандер, знал, что моего мужа должны убить и ждал этого, чтобы окончательно проверить я это или не я! А теперь присылает посланника и пишет о добрососедстве! Знали бы вы, чего мне стоило не бросить это письмо в лицо графу!

— Если честно, ничего не понял! — сказал канцлер. — Ты можешь объяснить, в чем дело?

— Прочтите письмо.

Несколько минут, пока Лен читал письмо Сандера, она сидела в кресле, кусая губы, потом не выдержала, вскочила и начала нервно ходить по кабинету.

— Все прочитали? Теперь возьмите на столе лист первой части этого гадского пророчества. Теперь поняли? Он прочитал эту галиматью, испугался и решил на время затаиться и проверить все до конца! Сволочь! Причем прислал только первую часть, а вторую сжег! Это по его словам сжег, на самом деле наверняка оставил себе! Он, видите ли, печется обо мне! Человек не должен знать своей судьбы! Ну не гад?

— Гор, значит. Где‑то я читал о его пророчествах, но самих текстов у нас никогда не было. Книга очень старая, еще с побережья, наверное, ее просто не сохранили. А почему ты говоришь, что это галиматья? Кроме имени, все сходится один в один.

— Потому что я в это не верю!

— А на Сандера тогда чего злишься? Ну предупредил бы он тебя, и что дальше? Об опасности для вас обоих ты и так знала, а в пророчество не веришь. Да и не знал он ничего конкретно, ни времени, ни места. Нет там ничего такого, разве что намек на исполнителей.

— Где там этот намек?

— Да вот написано, что служители бога твоим же оружием…

— Да, верно, я это как‑то пропустила. Все равно сволочь!

— Типично женское рассуждение. А ты не просто женщина, ты королева. Что думаешь написать Сандеру?

— Напишу то, что думаю. Не принять его предложение — глупость, но он сам как был для меня мерзавцем, так и остался. Думаю, от героини пророчества он такие слова переживет, тем более что заслужил целиком и полностью!

— Надо будет поискать текст этого пророчества в библиотеках Талимы и Сантиллы, да и у герцогов поспрашивать.

— Не нужно! Во–первых, они могут догадаться, а обо мне ко всем прочим добавится еще один слух. А, во–вторых, почитайте внимательно, что он пишет. Вот, — она взяла в руки письмо. — Дважды в истории кайнов предпринимались попытки вмешаться в сбывающееся пророчество, и оба раза это привело к гораздо худшим последствиям, чем те, которые были предначертаны. Поэтому я считаю, что вам не стоит видеть вторую часть и придаю ее огню!

— Ты же в это не веришь?

— Я в это не хочу верить. Но если этот Гор каким‑то образом сумел заглянуть на пятьсот лет в будущее, то для меня это ничего не меняет. Это не он мне диктует, как поступать, а рассказывает другим о том, как я поступлю сама! Чувствуете разницу? А мне его писанину лучше не видеть. Мало того что все довольно заумно написано и становится полностью понятным только тогда, когда уже исполнилось, так я еще каждый раз, прежде чем что‑то сделать, буду сверяться с написанным и искать в нем скрытый смысл! На фига мне это надо? В этом Сандер прав: можно такого наворотить… Уж лучше я буду думать своей собственной головой без оглядки на древние тексты.

— Как хочешь. Ты не против, если я заберу письмо? Почитаю у себя еще раз, а потом помещу в свой архив.

— Забирайте. Лен, что у нас накопал Заг по убийцам?

— То, что у них были жреческие татуировки, ты знаешь. Мы привлекли Верховного жреца Ашуга, с помощью людей которого опознали четверых нападавших из семи. Один из них жрец храма в городе Радос, остальные трое из города Старин.

— Я же предупреждала Амера, чтобы почистил храм в Старине!

— Он и почистил, но, видно, не до конца. Слушай дальше. Наши амулеты они достали, убив мага и трех сопровождавших его гвардейцев, которые эти амулеты развозили страже. Все произошло в доме стражи, где перед этим убили и находившихся там троих стражников. Амулеты еще не были ни к кому привязаны, и настроить их на себя им было нетрудно. Это ведь жреческая магия. У стражи забрали три автомата и еще столько же у гвардейцев. Пистолет мага не тронули, видимо, не поняли, что это оружие, да и торопились уйти, пока не нагрянули остальные стражники.

— В Ландоре они взяли одиннадцать автоматов, да в доме стражи еще шесть. На площади было семь стрелков, значит, где‑то гуляют еще десять стволов. Вам нужно быть очень осторожным, Лен! Не хватало мне еще потерять вас. Не пора ли взяться за жрецов всерьез?

— Давайте вначале разберемся с герцогами. Король погиб, и по традиции ты должна передать трон его брату. Как, кстати, на это смотрит сам Олес?

— С ужасом он на это смотрит. До трона он еще не дорос во всех смыслах, тем более в нынешней ситуации. Когда будем собирать герцогов?

— Чуть позже. Мы вывели войска из Сардии, теперь их придется вводить обратно. Воспользуемся тем, что пока Сандер нам не противник, и заберем часть солдат из Ливены и из приграничных с Сенгалом провинций. Я не ожидаю большого сопротивления твоему правлении ни у нас, ни в Зартаке, а вот в Сардии поднимут вой. Если герцог Варде не появится и на этот раз, его надо будет арестовать вместе со всем семейством, и подготовиться к этому нужно заранее. Мы сохраним власть в любом случае, главное — постараться это сделать без кровопролития. А уже потом возьмемся за храмы.

Как канцлер предсказывал, так все и произошло. Герцогов собрали через три дня после визита посланника Сандера. Как и на день рождения Ирины их провели в столицу вратами маги королевы. Девятнадцать самых знатных людей нового государства из двадцати собрались в большом зале Совета в королевском дворце. Герцог Варде, как и праздник королевы, это мероприятие проигнорировал. Зал Совета был рассчитан на полторы сотни человек и сейчас казался пустым.

— Милорды! — обратилась к собравшимся королева. — Мой муж и ваш король подло убит заговорщиками из числа жрецов Ашуга. До этого покушения они совершили еще два нападения на дома стражи в двух небольших городах. Убиты пять стражников, мой маг и три гвардейца и похищено оружие и амулеты. Было проведено следствие с привлечением Верховного жреца столичного Храма, которое полностью доказало вину жрецов из храмов городов Радос и Старин. В самое ближайшее время мы свершим правосудие, и хочу вас заверить, что ни один виновный не уйдет от возмездия. По обычаям кайнов в случае смерти короля и отсутствия у него сына правит не королева, а ближайший ему родственник–мужчина. В обычное время я бы удалилась без спора, уступив трон принцу Олесу. В обычное, но не сейчас. Процесс нашего объединения не завершен, в ожидании вторжения кочевников и возможной войны с Сенгалом резко увеличена армия. Гвардия, армия и стража вооружены новым оружием, а маги королевства получили новые знания, делающие их сильней многократно. Естественно, что такую силу нужно контролировать, и средством такого контроля является магическая клятва верности моему покойному мужу и мне. Я не могу перевести эту клятву на принца Олеса, для этого он должен быть магом, причем не из слабых. Да и не хочет принц становиться королем. В моем родном мире есть пословица, что коней на переправе не меняют. Хотите вы этого или нет, но мне придется остаться у власти, пока я не найду того, кому смогу ее передать, иначе прольется слишком много крови.

— Ничего, ваше величество, — улыбнулся один из герцогов Сардии. — Мы это как‑нибудь переживем.

— Если и дальше будете ставить палки в колеса объединению кайнов, вы, герцог Делан даже сегодняшнего совещания можете не пережить, — вернула ему улыбку Ира, — или по несчастной случайности просто не доберетесь до родового замка. Я оказываю услуги своими магами только верным слугам трона, так что вы вполне можете попробовать добраться до дома самостоятельно. За декаду доедете, если по пути не нарветесь на разбойников или кого‑нибудь похуже.

— Правильно поступил Варде, что отказался сюда идти! — вскочил со своего места другой сардиец.

— К сведению Высокого собрания, — сказала Ира. — Сейчас, пока мы с вами здесь заседаем, мои люди посланы арестовать бывшего герцога Варде вместе со всем семейством и переправить в столицу. Провинция берется под королевское управление. Вы не просто так поставлены на свои земли. Помимо громких титулов и массы привилегий, у вас еще есть и обязанности. Так вот, чтобы ваши семьи и дальше вместе со мной правили государством, извольте свои обязанности выполнять. Можно на многое закрыть глаза в благополучном королевстве, окруженном добрыми соседями, но когда в доме пожар, а некоторые, вместо того чтобы его тушить вместе со всеми, подбрасывают в огонь дрова, этих некоторых будем наказывать, невзирая на чины и прежние заслуги. Я буду до последнего драться за своих друзей, но врагам я ничем не обязана. На том балконе убили не только моего мужа, там же умерла молодая и немного наивная девушка, готовая прощать людям их слабости и пороки. Последний год я как проклятая вкалывала без отдыха, помогая спасти этот народ от надвигающихся угроз, о многих из которых вы и понятия не имеете! И я никому не позволю все это пустить по ветру!

— А зачем нас здесь собрали, если все уже решено без нас? — спросил герцог Сарский.

— Да, мы с канцлером решили так, как посчитали лучше для всех, — ответила ему Ира. — Но вы вовсе не пустое место, мнение большинства из вас для нас очень важно. У нас с канцлером всего две головы, а вас здесь собралось девятнадцать. Предложите свой выход из сложившегося положения и, если он будет лучше нашего, клянусь, я сразу же уйду. Лично мне не нужны ни эта власть, ни бесконечный труд, ни изматывающая душу ответственность. Есть у кого‑нибудь из вас что предложить? Нет? Тогда на этом и закончим.

— Моя канцелярия в ближайшие пару дней размножит и разошлет во все магистраты сообщение о том, что вся полнота власти передана в твои руки Советом герцогов, — сказал канцлер, когда герцоги покинули зал Совета. — Теперь у тебя развязаны руки, и можно наконец заняться жрецами. Ядовитой гадине нужно побыстрее вырвать зубы, пока снова не укусила. Как думаешь действовать?

— Плохо, что эти храмы стоят в центре городов, — задумчиво сказала Ира. — Если жрецы упрутся и не захотят подчиниться королевскому правосудию, придется применить силу, а это может привести к тому, что пострадают горожане. Да и наше оружие у них еще должно остаться. Нам с тобой мало наказать виновных, важно это сделать так, чтобы об этом узнали все. Затевая убийство, они не просто подняли руку на своего короля, они замахнулись на жизни и благополучие многих тысяч его подданных. Так об этом и нужно говорить в народе. Нужно, чтобы люди поняли, откуда у нас жестокость. Хватит уже возиться с этим культом. В конце концов, сам Ашуг говорил, что ему храмы не нужны. Вычистим эти два, а остальных предупредим, что если с их стороны будет допущена хоть тень неповиновения, на нашей земле не останется больше ни одного храма этого бога.

— И как ты думаешь с ними поступить?

— Есть у меня возможность их всех уничтожить тихо, но боюсь, это не произведет должного впечатления.

— Это как?

— Напустить на них Малыша. Маг не совсем человек. Помимо массы достоинств, которые его отличают от человека, имеются и недостатки. Если у обычного человека отнять те жалкие крохи сил, которые у него есть, он просто будет себя неважно чувствовать, в крайнем случае может заболеть, а вот маг умрет, причем почти сразу же. А большинство жрецов именно маги, хотя сильных среди них мало, а в провинциальных храмах их нет совсем. Поэтому Арус их выпьет без труда. Сильный маг может какое‑то время продержаться и отбиться от Аруса обычным оружием, а эти перемрут сразу.

— Так в чем же дело? Или тебе их жалко?

— Будет мало шума, — пояснила Ира. — Хоть один из храмов надо уничтожить так, чтобы все вздрогнули, а в другой можно послать Малыша.

— А если они все же отдадутся королевскому правосудию?

— Значит, будем судить, но я в это не верю.

Опять усилился дождь, и поднявшийся холодный ветер задувал дождевые капли под капюшоны изготовившихся к бою солдат. Вода не успевала стекать в канавы и покрывала всю площадь перед храмом и прилегающие к ней улицы, заполненные сейчас солдатами. Единственным человеком, которому непогода не доставляла неприятностей, была королева. Она тоже надела плащ, но сейчас он ей был без надобности: и дождь, и ветер свободно проходили через ее тело.

— Всех жителей предупредили? — спросила она полного, низенького главу магистрата города Старина. — Долго нам еще здесь мокнуть?

— Предупредили всех, ваше величество! — подобострастно ответил тот. — Сейчас уходят последние. Как узнали, что вы будете разрушать храм, так и побежали, как тараканы.

— Ну тогда пойду и я, — сказала Ира. — Всем оттянуться немного назад, а то, если они начнут стрелять, может и вам достаться. И подтащите поближе сундук.

Площадь была гораздо меньше столичной, поэтому девушка быстро достигла ворот храма, где под козырьком стоял одинокий страж, со страхом наблюдавший за выглядывающими из‑за домов солдатами и спокойно идущей к нему королевой.

— Иди, передай всем жрецам, что они должны выйти из храма и пройти проверку моими магами, — сказала ему Ира. — Невиновные в покушении на короля и те, кто о нем не знал, не пострадают. Иди и скажи, что королева ждет их решения. И долго я ждать не намерена: у меня люди мокнут.

Страж открыл одну створку дверей и исчез внутри храма. Некоторое время ничего не происходило, потом на мостовую посыпались осколки выбитых стекол и из двух небольших выходящих на площадь окон по королеве открыли огонь сразу из двух автоматов.

«Так я и думала, — удовлетворенно подумала она. — Теперь все формальности соблюдены, и я могу ответить. Нет, ну что за козлы? Они меня совсем за дуру считают, думая, что я так подставлюсь?»

Повернувшись и не обращая внимание на стрельбу, девушка направилась обратно к солдатам. Жрецы стреляли недолго. Как только они поняли, что новое оружие не причиняет королеве вреда, огонь из автоматов прекратился, и в нее на всякий случай пару раз с тем же успехом выстрелили из арбалета. Свернув с площади на улицу, на которой лежал большой сундук, она первым делом лишила его веса.

— Приподнимите его невысоко над мостовой! — приказала она солдатам. — А теперь отойдите, дальше я сама.

Сделав сундук проницаемым, Ира ухватила его за свисающую веревку и пошла обратно к храму. Ее опять обстреляли, а потом встретили в коридоре, безуспешно пытаясь искромсать мечами. Стараясь не обращать внимания на перекошенные страхом и злобой лица и мелькающее перед глазами железо, она пошла в самое сердце храма, где располагался молельный зал. Кончик фитиля отсырел и некоторое время не хотел зажигаться, но когда она его достаточно хорошо просушила взглядом, занялся и с шипением исчез в сундуке. Дело было сделано. До взрыва оставалось три минуты и ни вскрыть, ни унести из храма сундук за это время жрецы не успеют. Вернув своей адской машине сначала обычные свойства, а потом и вес, девушка быстро пошла к выходу прямо сквозь жрецов, которые столпились в проходе и не успевали освободить ей дорогу. Выйдя из храма, Ира припустила бегом. Сам взрыв и осколки камней не могли причинить ей вреда, но она боялась в таком состоянии упасть от сотрясения мостовой. Девушка успела покинуть площадь и вернуть телу нормальные свойства, когда по ушам ударил грохот взрыва, а в центре площади вырос огромный столб дыма и пыли.

— Там всю площадь засыпало битым камнем, — рассказывала она позже канцлеру. — Да и прилегающим улицам досталось. Во всех домах в центре города нужно менять стекла. Магистрат должен выполнить все работы по очистке площади и ремонту домов, а мы все это оплатим.

— Теперь ты довольна? Или тебе мало шума?

— Достаточно шума. На второй храм я выпустила Малыша, так там остались в живых только пять мальчишек, которых недавно взяли на обучение. Там тоже предлагали жрецам выйти и сдаться на милость королевы, и они точно так же послали парламентера, разве что на этот раз обошлось без стрельбы, наверное, потому, что этим парламентером была не я. Потом при обыске у них нашли пару автоматов.

— Как ты думаешь, они угомонятся?

— Разве что на время. Боюсь, что добром мы с ними не разойдемся. И за это тоже нужно сказать спасибо нашему другу Сандеру.

— А он здесь при чем?

— А при том, Лен, что это он полвека назад разжег в жрецах Ашуга пламя ненависти к мастерам и жажду силы и власти. А нам с вами теперь по его милости работать пожарными. И фиг у нас что получится, пока мы не выведем всех жрецов этого культа, ну или почти всех.

Вызов амулета Марта прервал разговор.

— Я вас слушаю, Март, что у вас случилось?

— Миледи, к вам пришел Воронцов. Вы подойдете или мне переправить его к вам?

— Ты ему уже рассказал о том, что у нас случилось?

— Пока не успел, сразу связался с вами.

— Расскажи, а я пока переоденусь и сейчас подойду.

— Извините, что я пришел с делами в такое тяжелое для вас время! — с искренним сочувствием сказал Павел Игнатьевич, вставая при виде вошедшей Ирины. — Но мы с вами запустили процесс, который уже невозможно остановить, его можно лишь немного притормозить. Если вы сейчас не в силах…

— Мне тяжело, — прервала его Ира, — но дела это все, что сейчас осталось у меня в жизни и придает ей хоть какой‑то смысл. Я здесь выполнила самое первоочередное и теперь могу ненадолго уйти, поэтому давайте обговорим, что и когда мне нужно будет сделать. Рассчитывайте на пару дней, на большее время я не могу здесь все бросить.

Сообщение ТАСС

В период 1970 года в Советском Союзе были проведены масштабные работы по использованию высокотемпературной сверхпроводимости в промышленности, на транспорте и в других отраслях народного хозяйства, а так же в вооруженных силах. Исходные материалы для этих работ были получены из другого мира в результате торговых операций с одним из государств населяющей его человеческой цивилизации. Это государство является монархией и по уровню социального и технического развития соответствует странам Западной Европы периода классического средневековья. Связь с этим государством осуществляется без использования космических аппаратов средствами местного населения. Впервые был установлен контакт с бывшей жительницей Советского Союза Ириной Игоревной Волковой, которая попала в тот мир в возрасте тринадцати лет. Низкий уровень научно–технического прогресса в открытом мире в значительной мере компенсируется использованием частью его населения внутренней энергии организма человека. Наиболее близким по смыслу словом, характеризующим такие способности, является магия. Нужно отметить, что эти способности никоим образом не связаны с религиозными воззрениями самих магов. Ирина Волкова прошла обучение и стала таким магом. Удочеренная своей учительницей, она вошла в элиту правящих в королевстве сил и позже в возрасте шестнадцати лет сочеталась браком с королем. Несколько дней назад в результате покушения ее муж погиб, и сейчас королевство находится под ее управлением. Вчера между королевой Ириной (или Риной, как ее называют в королевстве) и Правительством Советского Союза подписан договор о дружбе и сотрудничестве, и соглашения в области торговли и обороны. Сегодня эти документы ратифицированы Верховным Советом СССР. Специально для лучшего ознакомления населения республик Советского Союза, а так же мирового сообщества был снят большой документальный фильм о наших партнерах, который будет широко показан в кинотеатрах и по Центральному телевидению. Советское правительство выражает уверенность, что подписанный договор поднимет наши отношения на качественно более высокий уровень на благо народов Советского Союза и населения королевства Тессон мира Альдегор.


— Что тебе, Деш? — спросил своего канцлера император Адой Пятый. — Вижу, что ты чем‑то взволнован, но неужели нельзя подождать? Не ланшоны же напали? Ну и слава богам! Мне, понимаешь, привели такую невольницу, что сделает стойку даже глубокий старик. Я уже тоже сделал, а тут ты с делами! Сам, что ли, не можешь решить?

— Это не могу.

— Ладно, говори, что случилось, — вздохнул император. — Только давай быстрее, а то длительное воздержание вредит телу.

— Прибыл капитан галеаса «Морская лошадь» Илем Радой.

— Тебя сейчас казнить или после утех с невольницей?

— Мой император, он нашел обширные земли. Это или очень большой остров или материк.

— Ну наконец‑то хоть один что‑то нашел в океане! — повеселел император. — Кто обитает на этих землях? Он там приставал?

— Вам было бы лучше послушать его самому. Молодой человек ожидает в малой приемной.

— Хорошо, послушаю. На какие только жертвы не приходится идти ради блага империи!

Малая приемная императора располагалась в двух шагах от его личных покоев и была малой только по названию. При появлении императора сидевший на стуле молодой капитан вскочил и замер, наклонив голову.

— Разрешаю поднять глаза! — сказал Адой. — Сидеть в моем присутствии тебе не по чину, так что докладывай стоя, что ты там нашел.

— Светлый император! — традиционно начал капитан. — Мы отправились в поиск в южном направлении. Оно традиционно считается опаснее остальных из‑за частых штормов, погубивших уже немало кораблей. Мы тоже пережили два шторма, но справились и поплыли дальше. Установилась хорошая погода, и дул попутный ветер, так что я берег силы гребцов и почти все время вел корабль под парусами. На двадцатый день впереди появилась суша. Берег везде был очень высокий, и подойти к нему не смогли из‑за множества рифов. Но наверху росла пышная зелень, и во множестве летали птицы. Мы подошли немного ближе, спустили паруса и дальше двинулись на веслах в восточном направлении в надежде найти более чистую воду и пологий берег. На пятый день прибрежного плавания рифов стало гораздо меньше, да и берег начал понижаться. Чем сильнее понижался берег, тем величественнее становился росший на нем лес. Скоро он уже стоял сплошной стеной, причем отдельные деревья были в четыре обхвата, а оценить их высоту я так и не смог. Мы сделали остановку, чтобы набрать пресной воды, осмотреться и немного поохотиться, поскольку взятые с собой продукты уже подходили к концу. Воду мы набрать успели, но с охотой ничего не получилось. Едва мы приблизились к лесу, как из него высыпала толпа людей, одетых в звериные шкуры, и обстреляла нас из луков. Убить они никого не убили, но ранили многих. Позже мы узнали, что это одно из племен дикарей–людоедов, которые во множестве живут в лесах. Они постоянно враждуют между собой, временно объединяясь для войны с соседями. Своих раненых и пленных они съедают. Их было гораздо больше и, несмотря на превосходство в вооружении и доспехи, я решил не рисковать и вернуться на корабль, потому что потеря даже нескольких гребцов могла привести нас к беде. Вскоре лес стал мельчать и наконец превратился в небольшие рощи из деревьев привычного нам вида, перемежающиеся лугами с высокой травой. Там же мы нашли людей. Нам повезло захватить вдали от берега небольшую рыбачью лодку. В ней муж с женой ловили сетью рыбу. Они ничего не опасались, были беспечны, и нам удалось их захватить. Женщину я отдал команде, а потом ее тело бросили в воду. Мужчиной занялся мой маг. Прежде чем он умер и отправился вслед за женой, мы успели многое узнать. Восточнее располагались обширные и богатые земли, которыми владели некогда сбежавшие от нас рахо. Они создали огромное королевство вроде Кортинии, изгнав с побережья обитавший там прежде народ. Плыть туда одним кораблем я не стал. Слишком велика была опасность попасться военным судам рахо. По словам пленного, они периодически патрулируют побережье. Поэтому мы пристали к небольшой, удобной бухте, на берегу которой жили эти рыбаки, забрали в их доме много вяленой рыбы и все остальные продукты. Забили и пятерых коз, которые были в небольшом загоне. Пока мы плыли назад, в прибрежных водах, удавалось ловить рыбу сетью, доставшейся нам от рыбаков. Обратное путешествие было трудным в основном из‑за недостатка пищи и небольшого встречного ветра, заставившего почти все время идти на веслах.

— Много людей потерял? — спросил император.

— Всего двоих, пресветлый император! Оба умерли после болезни живота от той воды, которую мы набрали в лесу. Маг ничего не смог сделать.

— Хорошо, иди! — сказал император. — Тебя наградят, вся команда тоже получит поощрение. Болтать о находке запрещаю под страхом смерти!

— Капитан будет молчать, — сказал канцлер. — А к команде на корабль я уже направил магов, так что они тоже никому ничего не скажут. Ну что, готовим армаду, пока ланшоны не пронюхали?

— Готовим. Я сейчас к невольнице, а ты распорядись, чтобы ко мне прибыл кто‑нибудь из толковых адмиралов из тех, кто не в плаванье.

Загрузка...