Глава 9

Эрин

Я все-таки попыталась перевести наш разговор в нормальное русло, потому что когда тебя соблазняют сразу два опытных мужика, думать очень сложно, а уж тем более о серьезных вещах. Конечно, до моего сведения любезно довели, что просто так неинтересно, и посему занимательное действо продолжится. Чтоб вас, братцы-кролики, причем практически в прямом смысле! А вот когда Оллер снова попытался сжульничать с моим вопросом про леди Тонвуд, я всерьез рассердилась, злость на время разогнала розовый флер желания, и меня осчастливили ответом, что тут тоже замешаны Лесные.

– Да чтоб вас!.. – не сдержалась я, услышав очередную краткую реплику ушлого золотоглазого.

Спокойно, Эрин, зато у нас еще один кусочек ценных сведений. Так, уже два факта к этим Лесным относятся: что нужна разноцветная в невесты, и выбирать, кому она достанется, будет Ниалона. Это решали Лесные, так получается? А почему? Главное, не забыть, что мой следующий вопрос будет о проклятии, и вот фигушки вам, драгоценные, я попрошу объяснить, в чем суть проклятия! Не отвертитесь от нормального ответа, а то игра в одни ворота получается!

– Пить хочешь, Эрин? – поинтересовался рыжеволосый объект моих молчаливых ругательств, и до меня донесся звук наливаемого вина.

Ну в общем неплохо бы, а то от этих переживаний горло превратилось в наждачную бумагу. Я приоткрыла рот, ожидая, когда Оллер поднесет край бокала, но… Он меня снова поцеловал. И заодно вином напоил, ага. Я такое раньше только в кино видела, и мне всегда было интересно, как героини не захлебывались? Отвечаю: нормально не захлебывались. Я успела проглотить сладковатую, с пряным привкусом жидкость, прежде чем Оллер начал целовать всерьез. М-да, то, что было с фруктом, можно сказать, даже не цветочки, так, бутончики… Похоже, Темный тоже слегка слетел с катушек, потому что под его натиском все мысли о сопротивлении моментально вылетели из головы, и меня можно было брать тепленькой. Ничего не оставалось, как ответить, алкоголь вперемешку с взметнувшимися эмоциями пронесся по телу огненным шквалом, и я послушно прижалась к Олли, шалея от поцелуя. От дразнящего, настойчивого, уверенно изучавшего мой рот языка он становился то нежным, игривым, то напористым, почти жестким. Зуб даю, губы будут опухшие после таких сумасшествий… И самое удручающее, я не хотела, чтобы Оллер отпускал! Мои ладони, дернувшиеся в первый момент, чтобы упереться в грудь принца, мягко скользнули по ней вверх, я нащупала плечи и провела по ним до затылка, и пальцы зарылись в длинные, густые волосы, с удовольствием перебирая шелковистые пряди.

А ничего так рыжий шевелюру отрастил, мне нравилось, когда у мужчин ухоженные и не слишком короткие волосы. Кажется, я почти легла на руку Олли, от меня остался невесомый сгусток одних ощущений и чувств, я куда-то плыла легким облачком, пока не раздалось красноречивое покашливание Йена. Уф… Щеки опалило от вспыхнувшего румянца, едва осознала, что все это время Светлый беззастенчиво смотрел, и… и смаковал, наверное… Признаться, про блондинистого брата я почти забыла, Темный действительно мастер поцелуев. Не, я, конечно, женщина взрослая и опытная, однако, черт, привыкла, что подобные пикантные приключения совершались в компании одного мужчины!

– Я начинаю завидовать. – Тем не менее несмотря на явное смущение, недовольный голос второго принца заставил меня расплыться в довольной улыбке.

Оллер, оставив в покое мои горящие от безумного поцелуя губы, тихонько рассмеялся и погладил их пальцами, осторожно, едва касаясь.

– Эрин, ты такая нежная, страстная, просто находка. – Судя по тому, что лицо что-то защекотало и голос Темного слышался близко, он наклонился ко мне, проигнорировав замечание брата. – И так здорово целуешься, мм… – А вот это уже совсем шепотом, и губ коснулось его горячее дыхание.

Чуть не вырвался вопрос – находка для кого? Придержала не в меру говорливый язык в последний момент. Черт. Что я творю?! Что они творят?! Что вообще происходит, куда нас несет… Почему, кто бы сказал, мне приятно слышать, что Йен… эм… ревнует, нет? Или мечтает оказаться на месте Олли, а я почему-то и не слишком против? Дурдом, полный. Ладно, раз пошла такая пьянка. Поймала за шиворот разомлевшие и попрятавшиеся по углам сознания мысли, разыскала нужную и озвучила следующий вопрос, ответ на который принадлежал Йену.

– Что за проклятие, объясните?

Братцы, конечно, грамотно вели игру, давая ровно столько информации, сколько нужно, чтобы растянуть приятное времяпрепровождение, да только я тоже умею делать выводы и учиться на ошибках. И всякие сногсшибательные поцелуи не собьют меня с толку… Надеюсь. Ибо дыхание до сих пор подчинялось какому-то своему ритму, который никак не вписывался в нормальный. Услышав вздох Йена, полный неприкрытого сожаления, возликовала: уела, уела, ура! Теперь придется рассказывать, а не отделываться односложным ответом! Получи, светлоглазый искуситель!

– Хитренькая Эрин, – хмыкнул Йен, а у меня вдруг мелькнула совершенно детская и напрочь хулиганистая мысль показать ему язык. Но ведь могу огрести, кто их, этих принцев, знает, поэтому сдержалась. – Ладно, объясню, любопытная моя.

А вот предвкушение в его голосе категорически не понравилось! Он, что ли, тоже вознамерился поцеловать меня?! Еще одного подобного поцелуя я точно не перенесу и сгорю в огне собственных взбесившихся желаний, аки птица феникс…

– Ниалона прокляла нас с Оллером, сказав, что или кто-то из нас женится на ней, и она станет королевой, или ни одна из женщин не сможет стать нашей женой.

Так! Вот оно, наконец-то полезная информация и повод для размышления! Мозг тут же напрягся и послушно заработал на повышенных оборотах, я на время выкинула из головы притязания братьев на мою скромную персону. Получается, Ниалона сама претендовала на место рядом с одним из принцев, а теперь решает вопрос их женитьбы на другой? В чем ее выгода? Хотя… Я вспомнила про смерти разноцветных, и вдоль спины зазмеился холодок, слегка отрезвив разомлевшую меня. Всплыл следующий вопрос – сколько их было, этих разноцветных, скольких уже угробила леди Распорядительница? В том, что это она виновата, я не сомневалась, и пусть сколько угодно заливает про естественные причины! Моя пятая точка уверена, все мастерски подстроено. Неужели до принцев не дошло такое простое объяснение? Или как обычно, самое простое одновременно и самое незаметное? И вот еще, интересно, как это у дражайшей леди Тонвуд получилось проклятие повесить на братьев, а? Вариант только один, собственно.

– Ниалона – маг? – вырвалось у меня совершенно на автомате, и я, спохватившись, тут же зажала ладонью рот.

Поздравляю, Эрин, ты болваниха. Ну или болванка, это кому как удобнее.

– Нет, – выдохнул на ухо Оллер, и я поняла, что вот теперь можно начать паниковать, ибо наступил полный попадос.

Ответили оба, причем Йен еще не успел получить свою плату за ответ. И… это значило, что очень возможен тот самый вариант одновременного выполнения оговоренного условия. Так, так, нет, я не согласна с тем, что мне нравятся сразу двое мужчин, это как-то неправильно! А вообще, я же ничего не знаю об институте брака в Оймири, вдруг здесь расклады на троих нормальное явление?! Успела только испуганно вздохнуть, дальнейшее вызвало полный улет и отказ систем торможения – все нервные переживания переплавились в переживания иного рода. Серебряноглазый вновь поймал мою ладонь, обмакнул пальцы во что-то густое и наверняка сладкое и начал неторопливо слизывать лакомство. Решил повременить с поцелуями, или целовать меня на коленях Оллера не слишком удобно? Судя по тому, как крепко держит рыжий, отпускать он не намерен, даже к брату.

Е-е-о-о-о-о… От шаловливого и очень умелого язычка Йена, тщательно избавлявшего мои пальцы от варенья, подушечки буквально загорелись, став болезненно чувствительными, и я «поплыла» окончательно. Шарф на лице очень кстати лишил ненужного сейчас зрения, и все внимание сосредоточилось на ощущениях, остро приправленных осознанием пикантности ситуации. В прошлой жизни за мной не наблюдалось таких вспышек страсти, даже если любовник достаточно опытный, а сейчас… Неужели виновата такая маленькая деталь, как невинность бывшей владелицы этого тела? Что к нему еще никто не прикасался, кроме принцев, и оно не успело растратить весь свой потенциал? Ну и вообще, восемнадцать-девятнадцать отличный возраст для вступления в полноценно взрослую жизнь, и психика и физиология дозревают окончательно.

Лихорадочная попытка отвлечься от соблазнителей ни к чему не привела по одной простой причине: шустрые пальчики Оллера начали медленно вынимать шпильки из волос, а горячие губы Йена продолжили творить форменное безобразие с моими конечностями. Гордость и упрямство сели в обнимку в самом дальнем углу и с горя, что они уже на фиг не нужны, запили горькую. Я на полном серьезе задумалась, не махнуть ли рукой на свои принципы, да и нырнуть в волнующие и яркие ощущения с головой, позволив братьям делать что хотят… Соображалка тоже спешно паковала чемоданы, оставляя меня на растерзание инстинктам и желаниям.

Оллер закончил с волосами, затылку определенно стало легче, а мне – не сказала бы. Ладонь рыжего зарылась в них и начала тихонько массировать основание шеи, и моя голова сама откинулась, прижимаясь ближе к ласкающим пальцам. Ау, здравый смысл, вернись, я все прощу…

– У тебя просто восхитительные волосы, птичка моя, – мурлыкнул низким и ну очень довольным голосом Олли. – Не надо их закалывать больше, пожалуйста.

Ну вот, опять он про птичку. Но спрашивать сейчас чревато неизвестно какими последствиями, а у меня стоп-кран, похоже, сорван напрочь, и педаль тормоза вырвана с мясом. Бож-ж-ж-ж-же мой, я что, нимфоманка?! Как можно так остро реагировать на столь простые ласки?!

И, это, самый главный вопрос: я, конечно, все понимаю, вспыхнувшая страсть и все такое, но… неужели, кроме постели, я этих орлов больше не интересую никак? Здравая мысль, конкретно так задевавшая мою гордость, появилась очень вовремя, чтобы я собрала остатки силы воли в дрожащий кулак и аккуратно, настойчиво высвободила руку из загребущих лапок Йена.

– Х-хватит… – Спасибо автопилоту, благодаря ему голос прозвучал хоть и предательски сипло, но решительно.

Да, действительно, хватит. Все эти игры уже порядком надоели, если честно, и вымотали до предела. Пора прекращать безобразие, пока не поздно и я не пожалела о своей несдержанности. Стол вместо постели меня категорически не устраивает, если уж угораздило получить шанс на вторую жизнь в теле девственницы, то… А пусть-ка постараются, любовнички, пусть моя первая ночь любви в этом мире будет действительно волшебной! И не важно, кто из них будет в роли мужа. В прошлой жизни у меня все было просто до банальности: желание таки узнать, что за зверь такой, секс, вполне созревшее к девятнадцати годам, добренькие подруженции, подстроившие встречу с давним приятелем, который мне когда-то нравился, ну и… Поскольку ждать, пока появится постоянный молодой человек, терпения не хватило, я решила – почему нет. Парнишка симпатичный, претензий ко мне потом не будет, как и у меня к нему… В общем, было приятно, да, и хорошо. Но не до звездочек в глазах, и свой первый оргазм я получила гораздо позднее, чем стала женщиной.

Более того, прежде чем допущу до комиссарского тела, сначала разберусь, что за чертовщина тут творится. Поэтому решительно выпрямилась, переплела пальцы – ну, вдруг Йену придет нездоровая мысль снова измываться над ними! – и прочистила горло.

– Что такое, маленькая? – с легким беспокойством поинтересовался Оллер. – Мм, испугалась?

Да если бы, шустрый ты мой.

– Нет, – кратко ответила я и в который раз за этот вечер смела веничком обрывки мыслей. – Кстати, сколько времени? Мне не пора домой-то? Между прочим, меня там папа ждет!

– А у тебя больше вопросов нет? – с таким искренним удивлением спросил Йен, что я почти повелась.

– Я не планировала посвятить этот вечер исполнению ваших самых… сокровенных желаний, – ну очень выразительным голосом произнесла, с облегчением подмечая, что взбудораженные чувства и эмоции потихоньку возвращаются в норму, хотя то тут, то там в теле вспыхивали горячие звездочки, а от воспоминаний о поцелуе Оллера губы начинало покалывать.

– Давай по последнему вопросу, и поедешь, ладно? – вкрадчивым голосом змея-искусителя предложил Олли, снова прижавшись к моей щеке.

Ну… по последнему, ладно.

– Тогда моя очередь, так? – Голос Йена звучал спокойно, и вот это заставило настороженно замереть.

Однозначно, что-то задумал, хитрец блондинистый! Но задать еще пару вопросиков звучало так заманчиво… Ну-с, братцы, финальный раунд, да? Начнем.

– Если Ниалона не маг, то каким образом у нее получилось повесить на вас проклятие? – Я вовремя сдержалась и не задала вслед второй вопрос про количество прежних попыток.

Успеется.

– Она обладает определенными способностями, позволяющими ей это сделать, – и прежде, чем я успела поинтересоваться про эти способности, – Оллер же сказал, она не маг! – мое предплечье аккуратно сжали чьи-то пальцы. – Темный, отпусти ее. Иди-ка ко мне, Эрин.

А… О… я мявкнуть не успела, как оказалась на коленях Йена, и в следующий момент его губы накрыли мои, настойчиво, жадно, и без всякой нежности. Все мое с таким трудом восстановленное равновесие разлетелось сверкающей пылью, от страстного поцелуя в голове словно фейерверк взорвался. Не помню, как мои руки оказались на шее Йена, я задыхалась, жаждая, чтобы он не отпускал, и отвечая с восторгом путника, посреди пустыни дорвавшегося до оазиса с водой. Вот черт, а, верните педаль тормоза! И чей это, интересно, стон? Да еще такой томный, протяжный, полный наслаждения… Мой? Ой, кажется, мы увлеклись. И кстати, а почему это рука Йена уже в районе моей коленки, слава богу, поверх юбки? Эрин, я сказала, отпусти его шею и прекрати так прижиматься, сама потом пожалеешь, что не остановилась вовремя!

Не знаю, где у меня нашлись силы, но я со всхлипом откинула голову и уперлась ладошками в грудь Светлому, дыша, как марафонский бегун у финиша. Так. Надо всерьез поразмыслить, как окоротить аппетиты принцев, в самом деле.

– Весь вечер мечтал об этом, страстная моя. – Дыхание Йена обожгло ухо, и я непроизвольно дернулась. – Ш-ш-ш, Эрианор, ну что ты, – тихо рассмеялся он, и его наглые губы легонько коснулись шеи чуть пониже мочки. – Ты просто восхитительна, Оллер прав. Даже удивительно для девушки, выросшей вдали от столицы…

Ой. А вот тут да, мой просчет. Как бы реагировала на происходящее обычная восемнадцатилетняя девица? Да еще прожившая всю жизнь в глуши? Зашлась бы в истерике еще тогда, когда Оллер первый раз поцеловал меня. А уж при появлении Йена вообще ушла бы в себя без всякой надежды на возвращение и общение. Я же что творила? Огрызалась, отстаивала свои права, согласилась на сделку с принцами в угоду своему любопытству! Эм, дорогая моя, палимся, и сильно. Но тут уже ничего не поделать, надеюсь, братья спишут это на мою вольную жизнь вне надзора папеньки Кайла.

– Какая есть, – не слишком дружелюбно отозвалась я, скрестив руки на груди.

– И меня лично ты такой полностью устраиваешь. – От нежности в его тоне я чуть не растаяла, но вовремя дала себе волшебного пенделя.

Кто кого и каким устраивает, мы разберемся позже. Итак, последний на сегодня вопрос. Какой бы выбрать? Наверное, самый простой, потому что голова уже не варит, надо разложить информацию по полочкам и понять, чего еще я не знаю, а о чем можно и догадаться. И избавиться от ненужных и слишком сильных эмоций… Я устало вздохнула.

– Почему мне нельзя видеть ваших лиц?

– Эрин, птичка моя, не поверишь, – что-то как-то слишком много виноватых ноток, я опять начала напрягаться, – но это тоже условие Лесных.

– Офигеть, – сердито фыркнула и повернула голову предположительно в ту сторону, откуда слышался ответ Темного.

Все, мне пора домой, реально. Мозг пухнет, по телу бродят всякие желания, в памяти вспыхивают картинки этого нереального вечера на троих… Хочу в тишину своей спальни, где нет озабоченных принцев и их нездоровых поползновений!

– Ну, что на этот раз? – Я и не думала скрывать утомленность насыщенным свиданием.

Хм, судя по молчанию, кажется, проняло обоих забавников. Да, милые мои, вот так. Страсть страстью, но голову включать я тоже умею.

– На этот раз ничего, Эрианор, – тихим, задумчивым голосом отозвался Оллер, и я почувствовала, как он заботливо убрал прядь за ухо. – Твой вопрос был просто вопрос, а мой – просто ответ. Без всяких условий.

Да ладно?! Я недоверчиво хмыкнула. С чего бы это рыжему быть таким милым, а? Видно, что-то отразилось на моем лице, потому что Оллер тут же снова заговорил:

– В следующий раз, лианоссе, я бы тоже хотел задать вам кое-какие вопросы. – И хотя его голос звучал мягко, в нем слышалась непреклонность.

Очень тянуло ехидно осведомиться, а на каких условиях я должна буду отвечать, но удержалась. Что-то подсказывало, ответ Темного мне бы не понравился.

– Как и я, кстати, Эрин, – добавил нервных переживаний Йен, в данный момент обнимавший так же крепко, как недавно его брат.

Вот любопытные, а. Чего им так про меня хочется знать? И да, следующий раз – значит, мне готовиться к очередному волнительному свиданию? И тоже втроем или как? Не, домой, срочно. Словно в ответ на мои мысли, Йен встал, и я оказалась у него на руках. Ну… в данный момент мне уже все равно, честно. И так удобнее, учитывая завязанные глаза.

– Я распоряжусь насчет экипажа. – Захрустел гравий, и Оллер ушел быстрее нас.

Разговаривать настроения не было, навалилась вдруг легкая меланхолия и запоздалая неловкость за собственную необузданность, причем на трезвую голову, что еще грустнее. Ведь подумают, что я только для виду ломаюсь, и на самом деле такая легкодоступная…

– Так что, Эрин, теперь можешь сказать, кто из нас лучше целуется? – раздался веселый голос Йена.

Я не разделяла его хорошего настроения.

– Йен, скажите, а вот когда тому из вас, кто женится на мне, я надоем в качестве постельной игрушки, что будет? – тихо спросила я. – Пойдете искать новых ощущений и впечатлений на стороне?

Светлый явно не ожидал от меня подобного заявления, я даже с повязкой на глазах почувствовала его удивленный взгляд.

– Эрин… – озадаченно произнес он, но Остапа понесло, и я уже не могла остановиться, высказывая наболевшее.

– И что, неужели к прошлым разноцветным тоже так же клеиться сразу начинали, а? – Мой голос звучал ровно и так же тихо, без эмоций. Все эмоции выпили эти два вампира, свалившиеся на мою голову, видимо, за прошлые грехи, что воротила нос от мужиков… – И в постель укладывать? И тоже сразу вдвоем, Йен? Неужели все, на что хватает вашей фантазии в плане ухаживания за девушкой, – это поздний ужин, плавно переходящий в ранний завтрак, да страстные поцелуи в уединенных уголках? А потом еще и выспрашивать, кто лучше, вы или брат? Считаете, так можно завоевать внимание девушки?

Я выдохлась, и даже если зарвалась, плевать. Вот так, твое высочество, получи и распишись. И потом с братиком своим поделись, обязательно, может, зашевелится в мозгу хоть одна извилина-то, если она вообще там есть! А то, похоже, мальчики думают только нижней головой. Судя по молчанию Йена, варианта два: или обиделся на мою отповедь, или задумался. Хорошо, если второе. Если первое – ну и на фиг тогда, буду искать способы избежать свадьбы и затолкаю поглубже сожаление, что дальше поцелуев дело не зашло. Ведь на самом деле страсть пройдет, и… и что?

– Кстати, измен я не потерплю, – негромко добавила, чтобы уж совсем добить.

А то знаю, фаворитки всякие, ехидно-сочувствующие взгляды в спину, не надо мне такого сомнительного счастья! И еще призрак смерти, о нем не забываем…

– Лично я не настолько бессовестный, – ровным голосом отозвался Йен.

Ой ли, дорогой мой, ты еще не был в положении женатого, которому стало скучно с женой! Сколько я наблюдала таких вариантов в прошлой жизни, когда женились на волне страсти, а потом, через пару-тройку лет, расходились. Вот, кстати, про разводы можно у Кайла спросить, уж на этот-то вопрос он наверняка ответит.

Тем временем мы, кажется, уже пришли к дворцу – меня аккуратно поставили на пол и крепко сжали ладонь. До выхода шли молча, а там уже ждали Оллер и экипаж. Я сжала зубы: кто-то из них точно поедет меня провожать и, не дай бог, позволит себе лишнее! Вот тут церемониться не буду и заряжу по физиономии, невзирая на титулы! Хватит с обоих клубнички.

– Эрин, кто-то из нас должен с тобой поехать, – подтверждая мои мысли, заговорил Йен. – У тебя есть пожелания?

О как. Проняла моя речь начинающей феминистки, или надеешься, что тебя выберу? Я мысленно улыбнулась.

– Знаете, если по-честному, так я лучше бы одна добралась. – Сделала красноречивую паузу, давая принцам в полной мере осознать намек, и потом продолжила: – Но, поскольку Оллер получил сегодня чуть больше, чем вы, Йен, я не против вашей компании. И без комментариев, прошу вас! – повысив голос, добавила, предвосхищая всякие ехидные шуточки и подколки.

Боюсь, не удержалась бы от грубости. Наступил отходняк, и я с трудом сдерживала нервную дрожь, очень хотелось уже оказаться в экипаже и – в своей спальне.

– До свидания, лианоссе. – Голос Оллера звучал непривычно ласково, он взял мою холодную ладонь и поцеловал. – Спокойной ночи.

Йен помог мне забраться в экипаж, и – слава всем местным богам! – садиться рядом не стал, устроился напротив. Откинувшись на спинку сиденья, попыталась привести в порядок растрепанные не меньше цветных волос мысли, но получалось плохо. В памяти еще бродили картинки прошедшего вечера и отголоски обуревавших чувств и эмоций, а в сознании царила пустота. Господи, Эрин, что это было, а? Приквел к занимательному немецкому фильму для тех, кому уже есть восемнадцать? Здравый смысл пока не оправился от шока, но скромность уже вернулась, заставляя щеки алеть румянцем от воспоминаний. Да, мне тридцать, и закостенелостью морали не отличаюсь, но… Нет, два мужика сразу это не моя заветная мечта! И правильно сделала, что осадила Йена, больше не позволю таких… таких безобразий! Все равно моим мужем станет – если станет – только один из них.

Экипаж остановился, я услышала скрип ворот. Мы приехали, аллилуйя. Только собралась на ощупь вылезать, как мою руку поймали, и Йен поинтересовался убийственно серьезным тоном:

– Эрин, ну а если начистоту, тебе понравился вечер?

Я задумалась на несколько секунд, а потом честно ответила:

– Знаете, для короткого и страстного романа вы действовали правильно, оба. Но для каких-то длительных и серьезных отношений – провал по всем фронтам. Спокойной ночи, ваше высочество.

И с чувством выполненного долга я осторожно спустилась по ступенькам, наконец с облегчением сняв мешавший шарф. Желания оглянуться не возникло, я торопилась к себе. Кайл не ждал на пороге, время было десять вечера, и я быстренько поднялась в свои покои, мечтая об одном: горячая ванна и что-нибудь пожевать. На свидании толком не поела, а сейчас, после нервных переживаний, прорезался аппетит. Пока набирала ванну, вызвала Илию и попросила собрать перекусить, сама же разделась и полчаса блаженствовала в душистой горячей воде, выкинув из головы все мысли о прошедшем вечере – на время.

Когда же вылезла, закутавшись в халат и пребывая в более-менее благодушном настроении, узрела в спальне Кайла.

– Вернулась? – озвучил он очевидное. – Ну и как свидание?

– Хуже, чем думала, – буркнула я и села за стол, где уже ждал поздний ужин. – Тебе в подробностях или как?

Кайл усмехнулся и окинул меня снисходительным взглядом.

– Что, приставал сильно?

Я метнула на него мрачный взгляд. Хочешь пикантных подробностей – а вот фиг тебе! Я не нанималась подрабатывать заменителем журналов для мужчин.

– Их там двое было, – кратко ответила я и принялась за еду. – И мы разговаривали, – добавила, прожевав кусок мяса. – И вообще, Кайл, давай завтра пообщаемся за завтраком? Я на самом деле устала и спать хочу.

– Как хочешь. – Он пожал плечами и встал. – Спокойной ночи, Эрин.

Мне показалось, или он вел себя не в пример ровнее, чем в первые дни? Действительно поверил, что я смирилась со своей участью? Наивный чукотский парень, а? Я просто ушла в подполье, белорусские партизаны – это сила!!! Почему белорусские? А фиг знает, пришло чего-то в голову… Доев, я переоделась в ночнушку, заплела длинную косу, и для меня этот долгий и утомительный вечер наконец закончился. Подумаю обо всем утром.


Ниалона жалела, что не может вслух высказать то, что вертелось на языке. Тысячи проклятий на голову этой разноцветной! Она все-таки поехала во дворец к принцам! И обратно, по словам Рогена, ее сопровождал Йен! И ужинала она, судя опять же по докладу, тоже с двумя, иначе с чего бы рядом с девчонкой торчать сразу обоим братьям?! Леди Тонвуд изнывала от нездорового любопытства, что же было между ними во дворце, но, увы, попасть за ограду королевского парка не представлялось возможным. Зная их высочества и наблюдая на балу повышенный интерес к Эрианор, Ниа готова была прозакладывать что угодно, вечер не остался в рамках вежливого разговора о музыке и книгах. И грудь терзали острые когти ревности, хотелось немедленно что-то сделать с разноцветной, не дожидаясь последней Игры и свадебного обряда. Ясно ведь, она не согласится на условие Распорядительницы – где это видано, чтобы девушка отказывалась от внимания особ королевской крови! Ну а смерть – наверняка Эрин надеется, что избежит ее.

Губы леди Тонвуд растянула улыбка, не коснувшаяся глаз. Похоже, в этот раз надо действовать решительнее, чем с прошлыми невестами. Эта Эрианор не так глупа, как могло показаться, за ней глаз да глаз нужен. А еще следует тщательно продумать, как укоротить интерес разноцветной к принцам. Не хватало, чтобы она получала от общения с ними удовольствие! Надо поручить Рогену с самого утра установить наблюдение за домом разноцветной, а еще паре людей – за дворцом. Ниалона хотела точно знать планы принцев и этой Эрианор, от них зависели ее дальнейшие шаги по устранению с пути неугодной соперницы. Эта попытка братьев не должна увенчаться успехом, как и предыдущие! И отлично будет, если разноцветная пропадет сразу перед последним балом Игры… А до этого… До этого можно поиграть с девчонкой. Чтобы знала свое место.


Оллер

Пока Йен ездил провожать певунью – удивительно, но от ее выбора я не испытал такого сильного раздражения, как ожидал, – устроился в гостиной, обдумать вечер. Признаться, впечатления и эмоции обуревали самые разнообразные. Ну, начнем раскладывать по полочкам.

Эрин. Маленькая лианоссе ЛасГаллен. На моих губах тут же поселилась мечтательная улыбка, а перед глазами завертелись картинки. Смелая, гордая, упрямая. Нежная, страстная, любопытная. И умненькая ко всему, Йен правильно подметил. Как лихо она вопросы-то задавала, и как в точку, главное! Интересно, какие выводы сделает? А вечер уже завтра, отлично! Обязательно поговорю, только без условий – хватит с Эрианор моей необузданной страсти, пожалуй. Признаться, в самом конце, когда она спрашивала про повязку и потом интересовалась платой, мне немного неловко стало. Всего парой слов разноцветная ухитрилась выразить столь многое… Во мне зашевелилось что-то, подозрительно похожее на чувство вины: а не перегнул ли палку со своими неуемными желаниями?

Хотя по-честному, испуганной или смущенной Эрианор не выглядела. Скорее, раздраженной и уставшей. Я так и не понял, понравился ей вечер или нет, может, она что-то Йену сказала? И что же конкретно вызвало ее недовольство, наша с братом настойчивость или то, что Йен остался на ужине? А вообще, конечно, чем дольше я думал о поведении Эрин и ее интересе к ситуации вокруг Игры и нашей женитьбы, тем больше мне это казалось… Не то чтобы странным, но дочь Кайла очень сильно отличалась от остальных разноцветных, которых я знал до нее. Раньше они не спрашивали, им было все равно. Сначала привлекал титул королевы, а потом, когда случились первые три смерти, уже и пугал. Что творилось в разноцветной головке у Эрин, пока непонятно. Про прежних невест она не говорила, значит, знает, что с ними случилось. А вот про Ниалону и остальное очень даже любопытствовала. И вот теперь главное: сколько можно ей рассказать? Светлый говорил, Лесные должны в ближайшие дни прийти с ответом о том, кто будет принимать решение о выборе. Отлично, при разговоре точно поприсутствую.

И да, то, как Эрин отзывалась на поцелуи, на ласки… Додумать мысль не успел, появился Йен, необычно серьезный.

– Поговорим? – с ходу предложил он, плюхнувшись в кресло напротив и закинув ноги на стол.

– Поговорим, – согласно кивнул я. – Только недолго, – смачно зевнул и с хрустом потянулся. – Завтра, возможно, Лесные заглянут, а вечером второй бал Игры. Подготовиться надо.

– Олли, признайся, почему ты не сильно возражал против моего присутствия на этом вечере? – с ходу озадачил братец тихим и ну оч-ч-чень задумчивым голосом.

Я поднял брови и смерил Светлого взглядом.

– А был бы толк, Йен? Ты ясно высказался, что не намерен уходить. Мне что, звать стражу, чтобы унесла тебя оттуда? – Я не удержался от ехидства.

Он невольно улыбнулся – видимо, представил в красках эту сцену.

– Ладно, допустим, но я что-то не видел особого недовольства, даже когда прикасался к Эрин. – Йен сделал паузу, внимательно глядя на меня. – Или целовал. А ты смотрел на это.

Соединил кончики пальцев и посмотрел на собеседника, склонив голову.

– Ты к чему ведешь, Светлый? – кротко осведомился, уже начиная догадываться.

– Тебе нравилось происходящее, Олли, – негромко и уверенно ответил Йен. – И знаешь, вот честно, мне тоже.

Мы уставились друг на друга, я осмысливал откровение брата и пытался понять, насколько он прав. Еще раз прокрутил в голове события вечера… Иррохова печенка. У меня совершенно пропал интерес дальше соперничать с Йеном, а судя по тому, что Эрин, хоть и демонстрировала раздражение, особо не возражала против нашего со Светлым внимания, она тоже не сильно против встречи втроем.

– Только маленький нюанс, – продолжил Йен. – Знаешь, что я услышал, пока нес ее из парка?

– Пока не знаю. – Я плеснул себе морса – вино пить на ночь не хотелось, и так взбудораженные чувства успокаивались очень неохотно.

– Так вот, у меня поинтересовались, что будет, когда иссякнет интерес к ней, как к постельной игрушке, – выдал Йен, и я чуть не поперхнулся от неожиданности. – И еще нас с тобой обвинили в том, что мы не умеем ухаживать за девушками. Если хотим чего-то серьезного, то стоит так же серьезно подумать над изменением нашего поведения. Как тебе?

– Ну-у-у-у-у-у. – Я обдумал услышанное. – Как ни прискорбно, Светлый, маленькая лианоссе права, – задумчиво протянул и взглянул ему прямо в глаза. – Ты когда последний раз нормально за девушкой ухаживал? Не просто хотел уложить в постель, а завоевать ее внимание и чувства?

Ага, Йен озадачился.

– Есть над чем подумать, да? – Я прислонился затылком к спинке кресла и уставился в узоры на потолке. – Я вот тоже сижу и думаю, в кого Эрин такая умненькая и здравомыслящая выросла, в этой своей глуши. Что за книжки она там читала, в библиотеке, что знает, как мужчины должны ухаживать за девушками? И чем постельный интерес отличается от серьезного?

– И не пугается такого откровенного внимания к себе? – подхватил Йен. – Любая другая, едва оказавшись у тебя на коленях с завязанными глазами, такой визг подняла бы, полгорода сбежалось.

– Мм… – Я подумал, покрутил его слова и так и эдак. – Ведешь к тому, что у Эрин уже был опыт общения с мужчинами? – чуть нахмурился.

Неприятно, если так. Я бы не хотел, чтобы к моей разноцветной прикасался кто-то еще, кроме меня.

– Возможно, в поцелуях точно, – хмыкнул Йен. – В остальном затрудняюсь. Разве что у нее напрямую спросить…

– По физиономии схлопочешь, – со смешком прервал его я. – Вот такого вопроса Эрин тебе точно не простит, и твой титул ее не остановит.

– А еще незнакомый язык. – Светлый принялся загибать пальцы. – Любопытство к тому, что раньше наших потенциальных невест не интересовало, смелое поведение и главное, она пошла против Правил. – Он помолчал. – Не говоря о том, что Ниа впервые заговорила с разноцветной и позволила сначала ей, а потом и нам отступить от Правил.

– Какая интересная дочка выросла у Кайла, – протянул я, прищурившись. – Я бы сказал, очень необычная девочка. Знаешь, Йен, а я бы поговорил с ней уже безо всяких условий. Соблазнить всегда успеется…

– А я бы даже не стал торопиться с последним вообще. – Светлый улыбнулся уголком губ. – Как тебе вариант, Олли, не действовать столь грубо, как сегодня, а? Эрианор дельную мысль подкинула, почему бы не поухаживать за ней, не расположить к себе не наглыми приставаниями, а чем-нибудь другим?

Я покосился на Йена и небрежным тоном уточнил:

– Ты сейчас говоришь о нас, брат, или обо мне и себе по отдельности?

Он помолчал, так же глядя на меня, и похлопал пальцами по губам.

– Олли? Я сейчас тебя правильно понял? – осторожно переспросил он, и я чуть не рассмеялся его нерешительности.

Заложил руки за голову, еще разок прокрутил ту мысль, что возникла у меня еще в парке, когда туда заявился Йен, и кивнул сам себе. Идея со всех сторон выглядела привлекательной и решала вопрос с соперничеством.

– Я не хочу проигрывать, ты тоже, – начал терпеливо объяснять я. – Как выяснилось сегодня, ревности друг к другу мы не испытываем. Эрин тоже не особо испугалась. В чем проблема? Мы же все равно не собирались больше слушаться Ниалону. – Я весело ухмыльнулся. – Так почему бы не попробовать?

Йен моргнул и вдруг расплылся в ответной усмешке, щелкнув пальцами.

– Темный, Ирроховы потроха, а ведь верно мыслишь! Пророчество Лесных помнишь? – Я кивнул, еще не понимая, к чему он ведет. – Выбор без выбора? Вот же он! И Эрин не умрет, потому что все будет правильно сделано! Мы должны решать, а не Ниа, не знаю уж, чего там шаманы Лесных увидели, но они ошиблись! – Лицо Йена светилось от удовольствия. – Вот увидишь, наверняка нам завтра это же скажут!

– Ну, возможно, твоя идея имеет право на жизнь, – согласился я, не торопясь разделять энтузиазм брата. – Но давай не будем спешить с выводами? Остановимся пока на том, что, – вот тут я снова улыбнулся, – ухаживать за Эрин начнем вдвоем.

Признаться, когда я наблюдал за Эрин сегодня, особенно за тем, как она реагировала на довольно невинные ласки Йена, меня это не раздражало, даже наоборот. С трудом удержался, чтобы не присоединиться… Но все, больше никаких вольностей, если Эрин сама не захочет. Конечно, трудно будет держать себя в руках, но ведь есть много других способов подвести девушку к нужному решению. Просто я давно ими не пользовался, в самом деле, до сих пор как-то не приходилось уговаривать, женщины радовались любому вниманию с моей стороны или Йена. Да уж, расслабились мы. Ну ничего, зато вдвойне интереснее будет.

– Итак, тогда завтра утром Лесные, надеюсь, они все же завтра придут, а не через несколько дней, в обед я заскочу в Службу, проверю, что там уже узнали про Эрианор. – Светлый широко зевнул. – А потом обсудим вечер, да, Олли?

– Угу. – Я допил морс и встал. – И про Ниа не забывай, наблюдение с ее дома не снимать ни днем ни ночью.

– Да уж понимаю, не дурак, – проворчал брат и направился к себе. – До завтра, Оллер.

– Спокойной ночи, Йен. – Я сцедил очередной зевок в кулак.

Вечер удался… наверное. По крайней мере, мы с Йеном приняли интересное решение, которое будет очень весело осуществлять.

Утром, к одиннадцати, мы ждали Лесных в кабинете – вот не покидала меня уверенность, что они именно сегодня появятся с важными сведениями. Я нетерпеливо мерил шагами комнату, Светлый развалился в кресле, с легкой усмешкой наблюдая за мной.

– Да перестань мельтешить, все нормально пройдет, – хмыкнул он, когда я в очередной раз мазнул взглядом по часам. – Сядь уже, можно подумать, решается вопрос о твоей жизни и смерти.

– Вообще-то решается вопрос о жизни Эрин, – ворчливо отозвался я. – И для меня она важна не меньше, чем собственная!

– Если маленькая замешана в пророчестве Лесных, ничего с ней не случится, – негромко и уже серьезно ответил Йен.

– Там не написано ее имя, между прочим, просто – разноцветная! – возразил я и остановился напротив стола. – Откуда ты знаешь, может, это и не к Эрин относится, а… к той, которая за ней будет?!

– Не психуй. – Йен поморщился, а я срочно взял себя в руки – срываться на истерику не стоило в самом деле, что-то я слишком разволновался. – Не будет никаких следующих, и никто за нас выбирать тоже не будет. Хватит.

Я наклонился вперед, не сводя с брата пристального взгляда.

– Не забывай, кроме пророчества еще существует проклятие, – напомнил я. – И Эрин пока удовлетворяет только одному условию, которое может его обойти, она разноцветная. Не блондинка, не брюнетка, не рыжая.

Йен улыбнулся и поднял два пальца.

– Второе, дражайший братец, тоже есть, она не знает, как мы выглядим. И третье даже, мы увидели ее раньше первого бала Игры. – Улыбка стала шире. – Лесные же сказали, если обойдем как можно больше условий проклятия, оно исчезнет.

Ответить не успел, в дверь раздался стук. А вот и наши Лесные гости, я не ошибся в своих ожиданиях. Выпрямился, занял кресло рядом с Йеном и выжидающе уставился на вход. И что нам сейчас расскажут? Появился сначала слуга.

– Шаман Лесных, ваши высочества, он сказал, его ждут.

– Да, – кратко отозвался Йен, я же просто кивнул.

О как, даже один из шаманов. Видать, важные сведения! Я внутренне подобрался. Слуга отошел в сторону, пропуская посланника из Леса Одмари.

– Доброго утра, – вежливо поздоровался я и махнул в сторону стула. – Присаживайтесь.

– Благодарю, – раздался скрипучий голос, и шаман опустился на сиденье.

– Итак. – Йен соединил кончики пальцев. – Что с условиями освобождения от проклятия Ниалоны, и как это связано с вашим пророчеством?

Ответ оказался, мягко говоря, не совсем таким, какого мы с братом ожидали.

– Распорядительница по-прежнему имеет право решать, Камень Печати цел, значит, она не нарушала договора, – прошелестел шаман, а градус моего раздражения существенно подскочил. Судя по тому, как заиграли желваки на лице Йена, ему тоже ответ не понравился. – Выбор без выбора должен быть сделан на последнем балу Игры, и в присутствии Лесного заключен брак. Когда пророчество исполнится, мы получим знак, в тот же день. Когда проклятие будет снято, у вас исчезнет знак, в тот же день.

В кабинете воцарилась тяжелая тишина. Мы переваривали слова шамана и пытались не дать прорваться злости. Ненавижу, когда в рамки загоняют!

– Наши действия как-то могут повлиять на исполнение пророчества и проклятия? – ровным голосом поинтересовался Йен.

Шаман помолчал, словно прислушивался к чему-то, потом косматая голова качнулась.

– Вы вольны делать в отношении разноцветной, что посчитаете нужным, – скрипуче ответил он. – С Правилами решает Распорядительница.

– Вот спасибо, – язвительно отозвался я. – Значит, Эрин так же может грозить смерть, как и остальным, если и дальше окончательный выбор за Ниалоной?!

– Возможно, – медленно ответил шаман. – А возможно, и нет. Если она выживет и если мы получим знак, значит, все совпало.

– А если мы не хотим, чтобы она досталась кому-то одному из нас? – тихо спросил Йен, внимательно глядя на гостя.

Снова пугающее молчание.

– Все должно идти так, как идет, – бесстрастный ответ ходячего дерева. – Выбор должен быть сделан на последнем балу Игры.

М-да. Короче, от Лесных никакой поддержки, и с Ниалоной, похоже, разбираться будем сами. Ну и пусть…

– Вы говорили, мы должны обойти как можно больше условий проклятия, чтобы оно исчезло, – холодно произнес Йен.

– Да, – подтвердил шаман.

Брат улыбнулся, но улыбка осталась только на губах.

– Хорошо, – неожиданно кротким голосом ответил он. – Мы поняли, спасибо.

Шаман встал, поклонился – мне даже показалось, я расслышал тихий скрип его одеревеневших суставов, – и вышел. Едва за ним закрылась дверь, Йен повернулся ко мне.

– А теперь, Темный, слушай, что мы сделаем, – прищурив глаза, известил он.

– Я весь внимание, – буркнул, скрестив руки на груди.

– Первое, продолжаем следить за Ниалоной. Она наверняка подметила наш повышенный интерес и, возможно, забеспокоилась, значит, надо ждать гадостей. – Йен загнул палец. – Второе, Эрин не оставлять без присмотра вообще и поговорить с ней при первой же возможности, сдерживая собственные порывы.

В светлых глазах брата промелькнули веселые искорки.

– Третье, подумать, как деликатно донести до нее, что ухаживать мы будем вдвоем, и определяться, кому из нас она достанется, не собираемся. – А вот теперь снова появилась улыбка, но куда более теплая, чем несколько минут назад.

– И чихать на Ниалону, – добавил он. – Пусть себе решает сколько угодно. Не знаю, чего этим шаманам привиделось, но судьбу Эрин я в руки этой стервы не отдам. Ну и четвертое, подумать, как загладить наше, мм… не слишком деликатное поведение вчера вечером, – Йен усмехнулся. – Идеи есть?

– Ну так сразу не скажу. – Я развел руками. – Надо подумать, Правила полистать.

– Отлично, вот и займись, а я в Службу Наблюдения. – Светлый поднялся. – Встретимся в обед. Очень надеюсь, мои ребята нашли что-то интересное, и про Эрин и про Ниалону.

– Давай. – Я кивнул, согласный с таким планом, но не удержался от шпильки: – Снова на меня дела сваливаешь, Йен? Разленился что-то.

– Поязви еще, – добродушно проворчал он и направился к выходу. – У нас честное разделение обязанностей. Все, удачи в раздумьях.

Брат вышел, а я вздохнул и пока отодвинул размышления о вечере и Эрианор – дела не ждали.

Загрузка...