Просто Он

Глава 65. Женя

Наверное, я знала, что рано или поздно тема отца выплывет и снова станет мешать моей жизни. Я смотрю прямо перед собой, просто в пустоту. Не зная, что сказать…

А что скажешь? Очень приятно признаваться семье любимого человека в том, что в своей семье ты стала лишней и ненужной? Что папа изменился в одночасье, превратившись из теплого, родного, любящего и любимого в холодного, мрачного, осуждающего и абсолютно чужого?

Когда это произошло, я не знаю. Сейчас, став старше, я понимаю, что заслуга мамы была в том, что папа был именно таким, каким был — добрым к нам с Костиком, любящим, настоящим. Это мама направляла его, мама следила за его словами и поступками. Мама объясняла, как общаться с нами, как нас воспитывать. Она делала это мягко и ненавязчиво. И потом… он очень сильно ее любил.

Сейчас, когда я смотрю на отношения родителей Алекса я вижу в них отражение отношений моих папы и мамы. Папа тоже помолчал бы, если бы мама попросила, и так же метнулся бы принести ей стакан воды, понимая, что ее просьба это лишь попытка отвлечь его внимание.

У меня даже сердце кольнуло, когда я увидела их вместе, рядом, как они смотрели друг на друга. Настоящая семья, люди, любящие и уважающие друг друга…

А может, это я рисовала в своей голове образ идеальной пары моих родителей? Ведь все-таки уже в последние годы жизни мамы отец стал меняться…

Да, его изменили большие деньги, изменила власть. И мама уже с трудом справлялась с ним. А потом пришла болезнь… Если бы папа любил, если бы был более внимателен к ней! Ведь она начала чувствовать себя неважно задолго до того, как был поставлен диагноз. А потом… Каково был отцу узнать, что вся его власть и все его деньги не помогут, просто потому, что есть вещи, которые нельзя купить? Время и здоровье. Время было упущено. Здоровье… Лучшие врачи лучших клиник развели руками, сначала у нас, потом на Западе. А потом мама просто сказала — хватит, я устала. Да, она устала лечиться, зная, что конец все равно один и он неизбежен.

— Женя, с тобой все в порядке? — Алекс опускает руку на мою ладонь, словно вытаскивая меня из моего внутреннего хаоса.

— Простите. Я… задумалась.

Он пожимает мне руку, и одобрительно улыбается.

— Я думаю, что для Ульяны обязательно нужно устроить большой праздник, и для Жени тоже. А кого приглашать — это ее личное дело.

— Мой отец вряд ли сможет приехать. Он живет за границей.

— Да, я в курсе. И что же, даже на день рождения внучки не сподобится прилететь?

— Нет.

— Женечка, нам нужно встретиться отдельно и все обсудить, может быть мы поговорим об этом завтра, прямо с утра? Дашуля, детка, ты же свободна? — Татьяна явно пытается заставить своего супруга притормозить с расспросами.

— Да, мам, если Женя не против.

— Я не против, если я не нужна буду завтра Алексу…

— Ты мне всегда нужна.

— Я имела ввиду, на работе.

— А вы продолжаете работать? — Владимир Андреевич спрашивает вроде бы между делом, но… Я помню наш разговор с Алексом, и с Викторией.

— Пап, Женя продолжает заниматься переводами, но я думаю, завтра она сможет это сделать из дома, без проблем. Виктория просто перешлет ей все документы. Объем не слишком большой, я думаю.

— Я был уверен, что ты не захочешь, чтобы Женя работала, тем более, ей нужно заниматься малышкой, но…

— Пап, зачем нам искать человека со стороны, когда есть Женя и она прекрасно справляется со своими обязанностями?

Я прекрасно понимаю, куда клонит Владимир Андреевич. Он мне не доверяет. Я уверена, это связано с моим отцом. Вернее, с их совместной работой в прошлом. Ну, что ж… Исправить я ничего не могу. Нужно смириться.

Татьяна ловко уводит разговор в сторону, погружаясь в воспоминания о праздниках, которые она когда-то устраивала для своих детей. Я много нового узнала об Алексе, о том, что он был фанатом «Звездных войн» и даже требовал костюм джедая, который ей пришлось шить самой из подручных материалов.

— Пришлось вспомнить школьные уроки труда, последний раз я шила именно там. Несколько раз распарывала этот несчастный халат! С поясом намучилась, а потом увидела костюм этого… главного злодея…

— Дарта Вейдера, мам…

— Точно, и поняла, что я еще легким испугом отделалась!

— А кто ты был? Юный падаван, или Оби Ван Кеноби?

— Собирательный образ. Просто джедай.

— Хорошо, что не малыш Йода, — Даша смеется, шлепая Алекса по руке.

— Малышом Йодой тогда была ты!

— Да ладно! Мне уже было лет семь… или пять!

Дальше ужин проходит без неприятных для меня вопросов, правда, несколько раз я ловлю на себе задумчивый, изучающий взгляд отца Алекса. Мне кажется, он хочет со мной поговорить, но не знает, как подобраться. А может, я себя накручиваю.

— Женя, давай пойдем, посмотрим, как там Ульяна? — Алекс улыбается, и я сразу забываю и о своем отце, и о том, что может думать обо мне отец Алекса.

Даша с удовольствием провожает нас в детскую — это комната ее младшей дочери Тани. Комната — мечта маленькой принцессы. Таня спит в своей кроватке, а моя Ульяна в кроватке-манеже.

— Маленький ангелочек, смотрю на нее и думаю, что в моем доме давно не было грудничка. — Даша нежно смотрит на Ульяну, — пора объявить папе Дэну, что в стране демографический кризис.

— Даша, спасибо тебе за то, что ты помогла Алексу с детской.

— Тебе все понравилось?

— Да, очень, все такое… в общем, о таком я и мечтала…

— Ну и славно. Мне было приятно, я вошла во вкус и… Вот теперь правда, сама думаю, что пора родить еще.

— Давай, сестренка, не затягивай, будете с Женей на пару…

— А что, ты уже? Подожди, вы же вроде, только что…

— Мы пока не знаем, но я работаю над этим вопросом очень активно.

— Представляю!

Дарья тихо смеется, чтобы не разбудить детвору. Мы выходим из детской, Алекс наклоняется ко мне.

— Выйдем на террасу? Подышим воздухом?

— Хорошо…

Он берет для меня бокал шампанского, и мы выходим.

На улице уже темно, территория вокруг дома красиво подсвечена фонариками. Алекс обнимает меня сзади, притягивая к груди.

— В выходные поедем в мой дом, думаю, тебе там должно понравиться. Правда, там пока нет детской, но, уверен, ты сама сможешь все устроить, по своему вкусу.

— Хорошо.

— Жень, ты не обижайся на отца. Просто… Он, видимо, опасается того, что у нас все так стремительно.

— Он опасается другого, и я знаю, чего именно. Он знал моего отца, так что…

— Что?

— Алекс, я тоже хорошо знаю своего отца. Знаю, чем он занимался после смерти мамы, знаю, что был не чист на руку и… в бизнесе тоже был не слишком-то чист. Твой папа сказал, что они были знакомы, наверняка у них были общие дела, так что… Я могу понять, почему твой отец мне не доверяет.

— Малыш, главное, что тебе доверяю я.

— А ты мне действительно доверяешь?