Псих. Одержимый мной

Глава 25

Со вчерашнего вечера, как мы прилетели в Москву, Марк не выпускал телефон из рук. Постоянные звонки, метания по коридору, разговоры на повышенных тонах и требования, которые на противоположном конце провода не могли не выполнить, он знал рычаг давления. К тому же деньги в наше время решают практически всё, а мой Псих не жалел их.

Меня в реанимацию не пускали, пока опять же Марк не устроил скандал и не убедил заведующего отделением, что организует ему серьёзные проблемы. Да такие, что ни один месяц понадобиться, чтоб вернуть клинике хорошее имя.

Когда увидела подругу в тяжёлом состоянии, не могла перестать плакать. Каждая моя слеза отражалась на лице Психа мукой. Иногда он даже отворачивался, не в силах смотреть, но при всхлипах всё равно вздрагивал. Мокрые ладони от моих рыданий Марк рассматривал с горечью и отказываясь принимать свою беспомощность. Он делал всё возможное, чтоб успокоить, но истерика в приёмной не прекращалась.

— Марк, она умрёт, и я снова останусь совершенно одна. — кричала, хватаясь за ворот белоснежной рубашки своего босса и вжимаясь лицом в крепкую, в тот момент, спасительную грудь.

Мне казалось только в объятиях Психа могла укрыться от боли, но она не уходила, не щадила бедное сердце, пронзая тысячами острых игл.

— Она всё хорошее, что есть в моей жизни. — голос срывался от долгих рыданий.

Искала в сердцебиении Марка спасение, но бешеный пульс заставлял нервничать. Чувствуя его волнение, волновалась только сильнее.

— Умоляю, не плачь, Мышка. Я с тобой. Общими силами мы спасём её. — он проводил рукой по моим растрёпанным волосам, покачивая в тёплых объятиях. А я всё плакала и плакала.

В конечном итоге мой организм не выдержал подобного стресса, и я потеряла сознание. Очнулась в палате. Марк спал рядом, сидя на стуле. Держал мою руку в своей большой ладони, сжимая так крепко, словно даже во сне боялся, что исчезну.

Красивое лицо осунулось от переживаний, чёрные круги под глазами, лёгкая щетина. Совсем другой, никогда не видела его таким. Будить не хотелось, потому лежала не шевелясь, чтоб не потревожить. Неожиданно зазвонил телефон. Псих резко подскочил, вытащил из кармана брюк сотовый и быстро нажал на сенсор.

— Слушаю. Да? Жду. — улыбка придала мягкости жёстким чертам.

Марк повернулся ко мне.

— Нам удалось, хирурги из Германии прилетят сегодня. Они лучшие из лучших.

Глядела на него, не зная, как выразить благодарность. На душе радость, а снаружи никаких проявлений. Вот всегда я так, слишком скупа на эмоции. Да и где гарантии, что они спасут Лизу.

— Улыбнись, родная. — просил он, склоняясь ко мне и нежно целуя в лоб.

— Почему ты так уверен, что он они смогут ей помочь? — не узнавала собственный голос.

— Потому что они вытаскивали пациентов, у которых вообще не было шансов выжить.

— Марк, я так боюсь.

— Не бойся. Обещаю тебе, всё будет хорошо. — он смотрел в глаза, видела в серой глубине своё отражение.

— Я хочу увидеть Лизу. — сейчас я настолько зациклена на страхе потерять её, что невольно холодна к нему.

— Хорошо, но немного позже. Сначала поешь и выпей успокоительное. Ладно?

Видела, как Псих беспокоится за меня, и только ради него согласилась. Пока он рядом, мне легче справляться с переживаниями. Марк хотел выйти, поговорить с медсестрой, но я схватила его за руку. Вцепилась мёртвой хваткой, боясь, что без его поддержки, боль сведёт с ума.

— Я ненадолго, кое-что узнаю и вернусь. — улыбнулся он. — Не брошу тебя одну.

Марк еле отцепил мою руку и нежно поцеловал пальцы. Только потом мой босс вышел.

Теперь зазвонил мой телефон. Нехотя подняла трубку. Вдруг что-то важное.

— Наташа, что случилось? Ты в порядке? Это правда? — засыпал вопросами Денис.

— Я в больнице. Извини, сейчас не до разговоров.

Собиралась повесить трубку, но услышала следующий вопрос.

— Помощь нужна? Разберусь на работе и сразу прилечу.

— Не беспокойся, поддержка у меня есть.

— Марк?

— Да! — не скрыла, ответила прямо.

Парень молчал в трубку, если б не дыхание, подумала бы, что нас разъединили.

— Держись, Наташ!

— Стараюсь.

Даже не попрощавшись, он отключился. Уставилась в окно на грозовые тучи. Погода только ухудшала и без того мрачное настроение.

Позже мы поели, я почти не говорила. Марк снова не выпускал телефон из рук. Ему звонили по поводу и без. Без него никто не рисковал принимать решения. Бизнесмен из Психа вышел отличный. Зная каждый нюанс, использовал навыками в пользу своих ресторанов, компании и редакции. Вслушивалась не из любопытства, просто видеть его таким было удивительно, всего три года, а столького достиг. Он уверен в себе и в своих действиях. Жизнь для Марка перестала быть игрой. Ответственно подходил к делам, не пытаясь переложить обязанности на помощников.

Он проводил меня до реанимации, сказал, будет ждать у двери. Зашла в палату. Множество трубок, бинты и аппараты отдались ознобом по телу. Не могла оторвать от Лизки взгляда. Подошла к больничной кровати, легонько коснулась бледных пальцев. Еле слышный писк оборудования и замедленный пульс на экране монитора вызывали у меня приступ удушения. Не хватало кислорода. Хотелось кинуться к ней и просить, чтоб не оставляла меня одну, но стояла вросшая в холодный белый пол, не в силах вдохнуть. Старалась не плакать, но слёзы предательски скатывались по лицу. Вылетела из палаты.

Марк поймал меня на выходе и притянул к себе. Спазм в груди не давал вдохнуть воздух.

— Совсем немного осталось. Скоро самолёт приземлится в Москве. Дыши, ради Бога. — он обхватил моё лицо ладонями, заставляя смотреть ему в глаза. — Лиза выживет. Ты веришь мне?

Кивнула, пытаясь восстановить дыхание. Псих обвил меня руками, прислоняя мою голову к своей груди. Чувствуя его запах, я переключалась, от страха к покою на душе.

Через часа два прибыла своего рода делегация. Два хирурга со своими ассистентами. Им заранее подготовили операционную. Они немного передохнули после перелёта и приступили к работе. Операция заняла несколько часов. Самых страшных часов в моей жизни. Сидеть и ждать ответа, как готовиться к приговору в суде. Её смерть для меня сродни смертной казни.

Марк не отходил от меня ни на секунду. Он постоянно обнимал и твердил, что всё будет хорошо. К счастью, операция прошла успешно. Остальное полностью зависело от организма Лизы. Сердце сильное, нагрузку выдержало. Оставалось только ждать. Фролов сказал хирургам, что отдельная благодарность в ближайшие часы прибудет на их счета. Я понимала, что ему много пришлось заплатить, но об отдельной плате и не подозревала. Похоже до конца своих дней буду обязана своему Психу.

Муж подруги ходил за ним хвостом, не зная, как выразить благодарность. Чтоб мы без Марка делали? Даже боюсь представить, чем бы всё закончилось. Сама не могла передать, как много значила для меня его помощь.

Весь следующий день сидела как на иголках. Никуда не выходила из клиники, приводила себя в порядок в палате. Благо было во что переодеться, ведь приехала в больницу прямо с аэропорта и вместе с багажом. Марк отлучался лишь пару раз, чтоб решить кое-какие проблемы с поставками в рестораны. Так прошло ещё пару дней, а потом Лизка очнулась. Врачи успокоили, теперь она в неопасности.

Влетела в палату и крепко обняла подругу.

— Эй, Наташка, у меня ж всё болит. Так и недолго задушить.

Быстро отстранилась.

— Как же ты меня напугала. — улыбалась сквозь слёзы радости.

— Знаешь, что самое страшное? — проговорила она серьёзно.

— Что?

— Теперь у меня большой шрам на животе.

— Дура! Главное жива. — встрял муж, целуя ей руки. — Чуть не умер вместе с тобой.

Она рассмеялась, скривившись от боли. Видеть их улыбающимися самое приятное, что я видела за последнее время. Парочка вообще огонь. Их любовь пример для подражания.

Марк стоял позади, молча наблюдая за происходящим. Лизка заметила его.

— Здравствуй, Псих! — левую бровь она вскинула, словно недовольна его присутствием.

— Здравствуй! — приподнял он уголок рта в своей коронной ухмылке.

— Как я поняла, тебя должна поблагодарить за вторую жизнь.

— Наташу!

Подруга перевела взгляд на меня.

— Ради неё я бы и не такое сделала. — сжала она мою руку. — Если обидишь, придушу.

— Это Наташа всегда меня обижает. — нахмурился Марк.

— Заслуживаешь. Ради тебя она и так от многого отказалась.

Увидев моё выражение лица, Лизка поняла, что ляпнула лишнего.

— Что ты имеешь в виду?

— Ваши отношения. — быстро нашла выход подруга. — Надеюсь прошлое осталось в прошлом.

В глазах Психа видела сомнение, но он промолчал. Лизка зевнула, и мы сразу направились к двери, давая ей передохнуть, на сегодня с неё хватит болтовни.

— Обезболивающее в действие. — прошептала подруга, закрывая глаза.

Марк взял меня за руку и вывел из палаты.

— Поехали ко мне. Выспишься нормально.

— Квартиранты недавно съехали. Лизка как раз искала новых. Мне есть куда пойти.

Грусть заполнила любимые глаза.

— Я отвезу тебя.

В этом ему отказать не могла.

Через пол часа мы заехали в арку, ведущую в мой двор. Сердце волнительно забилось. Осмотрелась по сторонам, ничего не изменилось, будто и не уезжала вовсе. Мы поднялись ко мне. Марк помог донести вещи. Войдя в квартиру, оба замерли у проёма, ведущего в гостиную. Перед глазами всплывало много воспоминаний, связанных с нашим общим прошлым. Страстным, бурным и очень красочным. Любой предмет напоминание о наших отношениях. Вот ваза, которой пыталась огреть его перед первым сексом. Где-то тикает будильник, оставивший шишку на голове Психа. А там на кухонной полке парные чашки, с которых пили утренний кофе. Некоторые воспоминания болезненные, но чаще дерзкие и яркие. Даже боль того времени, приятным тянущим чувством отдавалась в груди.

Марк подошёл к дивану, положил сумку и присел, разглядывая его. Разнообразие эмоций на лице, подсказывало о чём он сейчас думал. Наша первая совместная ночь.

Предложила кофе. Он кивнул, всё ещё разглядывая квартиру. Стояла у плиты, когда Марк приобнял сзади и положил голову ко мне на плечо.

— Ты любила меня, Мышонок? — в голосе выражались вся печаль и боль, до сих пор мучающие его.

— Очень сильно. — прошептала, не рискуя говорить вслух.

Он развернул меня к себе.

— Тогда почему ты бросила меня?

— На то была серьёзная причина.

— Какая? — вглядывался он в глаза.

— Уже неважно. Прошлого не вернуть и не исправить.

— Ты хотела, чтоб я повзрослел, стал более ответственным. Вот он я, совсем другой. Эти годы сильно изменили меня, но ты по-прежнему отталкиваешь. Ощущаю стену между нами, о которую бьюсь изо дня в день, но она не рушится, даже трещина не появилась.

— Марк, я…

Не успела ничего сказать, зазвонил телефон Психа. На экране высветило имя его невесты. Он не стал отвечать, отключил звук, но я всё равно отошла. Села за стол и пригубила кофе, который чуть не сбежал на плиту из-за нашего разговора.

Смотрела в чашку с тёмным горьковатым напитком. Марк сел, напротив.

— Может поговорим нормально?

Подняла голову.

— Одно твоё слово, и я готов отказаться от всего.

— Прошу, не надо.

— Но почему? Ты ведь чувствуешь ко мне что-то, неправда? — он заискивал ответ на моём лице, а я думала об Оле. Не могла переступить через свою совесть.

— Марк, давай не будем об этом сейчас.

— Ты всегда так поступаешь со мной. Никогда не чувствовал себя любимым рядом с тобой. Даже в отношениях ты держала меня расстоянии.

Встала, не зная, что ответить, хотелось плюнуть на всё и пустить на самотёк. Но изнутри грыз тот самый эгоизм, не могла делить его с Олей и быть на вторых ролях. А просить бросить, не смела.

— Нам нужно прежде разобраться с настоящим.

— Я поговорю с Олей.

— Ты причинишь ей боль.

— Она знает, что никогда не любил её.

— Это жестоко.

Марк схватил меня за плечи.

— Жестоко то, как ты поступила со мной на вокзале.

— Прости!

— Не прощу! — он притянул меня к себе. — Та боль ещё со мной. Здесь. — он приложил мою руку к своей груди. — Не способен забыть.

— Я тоже. — обняв его, прижалась к нему так сильно, как только могла. — До сих пор мучаюсь.

Он поднял моё лицо за подбородок и поцеловал. Мгновенно ответила. Его губы не будили в данный момент страсть, а заставляли понять, что забыть Марка я никогда не смогу, сколько бы не старалась. Слеза скатилась по моей щеке, и дело не в боли. Проявляя такую нежность, он делал меня счастливой. Может это всего лишь данное нам мгновение, но большего сейчас и не нужно было.

Приподнялась на цыпочки, запуская пальцы в его густые волосы. Сколько всего творилось внутри. Но желание было на задворках остальных чувств, мы целовались не потому что хотели заняться сексом, а потому что хотели раствориться друг в друге. Погружались в любовь, а не похоть. Псих искал мои губы вновь и вновь, боясь потерять миг нашего единения. Слова, сказанные сегодня, помогли мне многое понять. Я оторвалась от него, чтоб видеть глаза. Они зеркало его души, в них всегда видела больше, чем Псих говорил.

Марк проводил ладонями по моим щекам и искренне улыбался. Не могла оторвать взгляда от красивого лица. Но сердце предчувствовало, что скоро всё закончится. Ему придётся выйти за дверь, и это станет очередным концом. Ведь стоит мне испытать счастье, беда не заставляет себя ждать.