Псих. Одержимый мной

Глава 28

Дни проходили томительно медленно, подчёркивая своим однообразием отсутствие Марка. Несколько раз навещала вместе с Денисом его брата. Сердце разрывалось, видя несчастного больного ребёнка. Мальчику очень хотелось играть, но сил не хватало, от любой нагрузки, начинал задыхаться. Через знакомых обращалась в разные организации, помогающие таким детям. Надеялась получить спонсирование на пересадку, но на очереди множество других деток и, если будем ждать, то мальчик может просто не дождаться своей очереди. Денис оказался хорошим другом, очень помогал и после произошедшего ни разу не намекал на свои чувства, просто поддерживал меня.

К помощи младшему братика сотрудника подключилась вся редакция, даже директор не остался в стороне. Пока ждали ответа, я полетела в Москву на выписку Лизки. Подруга выглядела превосходно. Модница никуда не делась, нацепила на себя красивое платье и накрасилась, словно собралась на банкет.

— Наташ, ты действительно подумываешь заложить квартиру?

— Лиз, ему всего восемь. Я всё равно живу в Питере.

— Ты не обязана.

— Это всего лишь квадратные метры, а там на кону детская жизнь.

— Прекрати быть такой хорошей, хоть иногда подумай о себе.

— У меня и так есть всё необходимое. К тому же если буду платить исправно, квартиру никто не отберёт.

— Ага, до конца своих дней.

— Вместе с Денисом мы перекроем кредит раньше.

— Подруга, надеюсь ты расскажешь Марку о беременности.

Опустила глаза под её пытливым взглядом.

— Его нет в стране.

— Но он же рано или поздно вернётся.

— Лизка, давай поговорим о чём-нибудь другом.

Перевела разговор в безопасное русло для моего и без того разбитого сердца. Мы собрали вещи. Муж подруги приехал с работы, чтоб забрать нас. Внутри всё сжалось при виде оплаченных счетов. Эта больница напоминание о том, на что Псих пошёл ради меня. Постоянно прокручивала в голове те совместные дни и сильно страдала из-за разлуки. Да на душе была обида, но я понимала почему Марк так повёл себя в последнюю встречу. От осознания становилось только больнее.

У входа из клиники столкнулась с его психологом. Увидев меня ещё с лестниц, Николай Смирнов рванул ко мне. Не успела выйти из здания, стояли в приёмной.

— Наташа, здравствуйте! Как я рад вас видеть. — хоть мужчина по-настоящему радовался встрече, но отчего-то виновато отводил глаза.

— Здравствуйте! — нахмурилась, внимательно вглядываясь в лицо Смирнова.

— Мне очень нужно с вами поговорить. Пытался дозвониться ни раз, но вы сменили номер после переезда. Прошу уделить мне совсем немного времени.

— Я сейчас занята. Помогаю подруге.

Он перевёл взгляд на Лизу. Столько мольбы в глазах мужчины.

— Иди, мы сами справимся. Приедешь позже.

— Спасибо! — выдохнул психолог.

— Хорошо.

— Через дорогу кафе. Там в это время безлюдно, сможем спокойно поговорить.

Мы устроились за столиком у окна. Я заказала себе кофе, а мужчина чай. Он сидел нервно перебирая пальцы.

— Даже не знаю, как вам сказать.

Разволновалась. Неужели с Марком что-то случилось?

— Не тяните.

— Пожалуй, начну с извинений.

— С извинений?

— Да, простите за ошибочно поставленный диагноз.

— Не поняла.

— Помните, я вам сказал, что у Марка синдром…

— Адели Гюго. — закончила за него.

— Так вот, я ошибся. Гюго была уверена, что её любовь к офицеру взаимна и не замечала отсутствия чувств с его стороны. Она даже убеждала друзей и родных, что у них скоро свадьба. А Марк всегда сомневался в вашей любви к нему. Простите, что сомнения Фролова не принял во внимание. Был зациклен на других симптомах, не замечая простую истину. Он всего-навсего по-настоящему влюбился. А я разрушил ваши отношения.

Потрясённая сказанным, смотрела на него как на безумного.

— Адели жила в своих фантазиях, а Марк вами.

Закрыла глаза, понимая, что слёзы вот-вот хлынут по щекам.

— И у вас ещё хватает совести просить прощения. — еле сдерживала эмоции, сжимала стул под собой, боясь сорваться.

— Я очень виноват.

— Вы чертовски правы. — пелена злости застилала глаза. — Я уехала в никуда, чтоб спасти его, не имея там ни друзей, ни работы. Благо редакция согласилась перевести меня в Питерский филиал. Но и это ничего, по сравнению с болью, которая не отпускала три года. Время совершенно не лечило. Я бредила им.

— Вы не представляете, как мне стыдно. Он ведь для меня как сын, а я собственными руками отобрал у него счастье.

— Да, вас лицензии должны лишить.

— Я больше не принимаю пациентов.

— Вы не сказали ему, почему я уехала?

— Нет, боялся признаться, а потом он переехал в Санкт-Петербург. И я прекрасно знал зачем.

— Удобное для вас стечение обстоятельства. — сорвалось с языка, так и подмывало наговорить ему гадости.

— Если б я мог повернуть время вспять.

Слёзы стали капать на поверхность стола. Я не выдержала и разрыдалась. Столько боли, годы одиночества, а всё впустую. Зазря, а ведь мы могли быть счастливы.

Мужчина накрыл мою руку своей, но я её отдёрнула.

— Не смейте ко мне прикасаться. — и плевать на присутствующих в кафе, пусть пялятся. — Он думает, что бросила его, потому что не любила. А на самом деле хотела спасти. Только оказалось, не от чего было спасать.

— Наташа, он не переставал любить вас. Все эти годы Марк стремился стать лучше, лишь бы вы увидели в нём мужчину.

— Тогда ответьте. Откуда же его одержимость? — смотрела в окно.

Люди спешили по своим делам, у каждого свои заботы и проблемы, но сейчас мне казалось, что страшнее моей боли ничего не может быть.

— Избалованный родителями, Марк никогда ни в чём не знал отказа и потому к окружающим относился предвзято. Он любил только семью, а остальные так, дополнение к жизни. После смерти родных вообще ко всем стал относиться потребительски. Пока не появились вы. Марк решил поиграться немного, а в итоге сам попал. Он влюбился в вас и не готовый к таким чувствам, чрезмерно опекал, слишком боясь потерять.

— Он следил за мной.

— Оберегал. — исправил меня мужчина. — Ему чудилось, что опасность вас подстерегает везде. Марк провёл немало бессонных ночей в страхе, что судьба может отобрать и вас. Подростковая травма вылилась в одержимость. Выписывал ему успокоительные, чтоб мог выспаться, но он не принимал их. Иногда у него начиналась паранойя. Фролов пытался заглушить её, но не всегда получалось.

— Я даже и не подозревала, что всё было так серьёзно.

— Потому и подумал, что синдром Гюго. Когда вы уехали, первые месяцы Марк был сам не свой.

— Я же звонила вам, и вы сказали, что он согласился на лечение и занимается бизнесом.

— Не хотел, чтоб вы нервничали, и так от всего отказались ради него.

— Боже! — закрыла ладонями лицо.

Психолог коснулся моего плеча.

— День за днём он посещал сеансы, но молчал. Видимо ему просто не хотелось переживать свою боль в одиночестве. И я ничего не требовал от него, просто был рядом. Но однажды, понял, если так продолжится, Марк совсем закроется в себе.

Взглянула на мужчину. Уставшее лицо подчёркивало его переживания.

— Я читал ваше письмо. Тогда сказал ему, стать тем, кем вы хотели его видеть. И знаете, впервые за долгое время в потухших глазах стал разгораться огонь. На лице появилась прежняя хитрая ухмылка.

— Приподнял именно левый уголок рта. — улыбнулась, вспоминая как отреагировала на неё, когда увидела в том тёмном переулке.

— Марк шёл к своей цели упорно. Принимал все лекарства. Появилась уравновешенность в действиях, трезвость ума и серьёзность в мышлении. — видела гордость в глазах Николая.

— Мой Псих и правда очень изменился. Разве что остались некоторые старые замашки и несдержанность.

— Он нашёл вас.

— Только одержимость не прошла. Марк слишком ревнив.

— Если хотите быть с ним, придётся принять его таким, каков он есть.

Нахмурилась.

— У Марка есть невеста.

— И кто же? — искренне удивился мужчина.

— Только не говорите, что не слышали про Олю. У них скоро свадьба.

Смирнов рассмеялся.

— Впервые слышу о свадьбе. На ком он женится, так только на вас. Оля его подруга, между ними никогда не было никаких отношений.

— Да я застала их в туалете на горячем, ещё три года назад, когда мы только познакомились.

— Вот засранец. Он играл с вами.

— Играл?

— Да. Он не стал бы с ней спать. Она дочь партнёра его отца.

— Значит, Марк тогда использовал Олю в своих целях.

— Я же говорил, Фролов ко всем относился потребительски. Но уверен, она с удовольствием подыгрывала.

— Мне жаль её.

— А мне нет, та ещё гадина. Только перед ним строит из себя такую хорошую и правильную. Всегда помогала ему, но опять же ради себя. Она хотела заполучить его.

— Ну значит получилось. Раз представил её своей невестой.

— Что-то тут не чисто.

Совсем не вовремя стало мутить. Ну, малыш, почему именно сейчас?

— Вам не хорошо?

— Всё нормально.

Мужчина позвал официантку и попросил воды. Глотнув немного холодной жидкости, тошнота стала отступать.

— Вы не голодны? Может, закажем что-то кроме кофе?

Отрицательно покачала головой. Николай внимательно всматривался в лицо. Отвернулась, чтоб не сообразил.

— Просто перенервничала.

— Если Марк попытается с вами поговорить, прошу, выслушайте его.

— Как будто вы не знаете, что не выслушать, не получится. Он не из тех, кто даст такую возможность.

— Простите меня, пожалуйста! — Смирнов взял мою руку и крепко сжал. — Мне правда очень жаль. Я так виноват перед вами обоими.

— Пройденных лет не вернуть.

— Зато можно построить совместное будущее.

— Захочет ли Марк?

— Уверяю вас, в ближайшее время он даст о себе знать.

— Даст не даст, у него скоро свадьба, да и я на него очень обижена. Марк унизил меня в последнюю нашу встречу.

— На то, наверное, была причина, просто так бы он вас не обидел.

— Была. — облокотила голову на руку, тошнота стала набирать обороты.

— Давайте, отвезу вас к подруге.

— Хорошо. Спасибо!

Мы приехали к Лизке. Она быстро привела меня в чувства. Подруга давно хочет ребёнка, потому знает всё, что связано с токсикозом.

— Получается, вас разлучила ошибка психолога?

— Да! — выдохнула я.

— Дорогой, отвези меня снова в клинику. Оторву башку этому уроду.

Рассмеялась. В этом вся Лизка.

— А я оторву ему ноги и руки. — поддержал муж.

— Эй, зверюги, держите себя в руках.

— Убить его мало. — поджала она губы от злости. — Что будешь делать?

— Сейчас я намерена съесть огромный кусок твоего торта в честь выписки из больницы. Тот шоколадный цветок так и зазывает меня. — не могла оторвать глаз от крема.

Недолго думая, подруга соскребла все цветы на тарелку и протянула мне.

— На здоровье, родная. — и поцеловала меня в лоб.

Зазвонил телефон. Отреагировала моментально, надеясь, что может быть Марк, но высветило другое имя.

— Да, Денис.

— Наташ, я сейчас в аэропорту. Мы с братом летим за границу. Ему проведут трансплантацию. Спасибо, тебе, большое!

— Я ничего не сделала, ответ с банка ещё не пришёл.

— Позже объясню. Мне пора. Начинается посадка пассажиров. — сразу отключился.

Зависла с телефоном в руках, не понимая, что происходит.

— Брату Дениса проведут операцию.

— Как же здорово. — одновременно сказали супруги.

— Очень здорово! — выходя из ступора, порадовалась я. — Поеду лучше домой, надо разобраться. Он меня поблагодарил.

— А вот это странно.

— Угу.

Поехала к себе. По пути заскочила в магазин, закупила продуктов. Поднимаясь на второй этаж, услышала шорох на лестничной площадке. Подняла голову и увидела Марка, сидящего на верхней ступеньке, около двери моей квартиры.

— Здравствуй, Мышонок! — улыбнулся он.