Рил: Replay

Глава 19

За окном сменялись пейзажи весеннего Киева. Разгоряченная поцелуем Люда тщетно пыталась унять дрожь в руках. Не понимала даже, что чувства, что понемногу возвращались, никуда и не исчезали. Просто она запретила им быть. Еще тогда, когда Пашка отошел в сторону, уступив дорогу Савчуку.

«Почему ты не открыл мне глаза? Почему не стал бороться за меня? – думала Люда, глядя на его руки с длинными пальцами, уверенно сжимающие колесо руля. – Тебе же ничего не стоило тогда выжить Руслана из Киева, не заключать это глупое пари, а просто идти напролом»...

И в то же время прекрасно все понимала. Не тот человек Величко, чтобы хоть на миг позволить ей терзаться чувством вины и неопределенности. Благородство – не всегда синоним слабости. Он был сильнее всех парней, которых она знала. Иногда эта внутренняя сила рвалась из груди, вот как сегодня – нашла свое пристанище в поцелуе, который сместил планету Люды со своей прежней орбиты. Да и положа руку на сердце, если бы тогда, год назад, Пашка развернул боевые действия по ее завоеванию, она все равно бы выбрала Савчука. Просто потому, что было очень трудно на тот момент разобраться в себе и своих чувствах и понять, кого она хочет видеть рядом на самом деле.

И вот сейчас прозрение наконец настигло ее. Все начало потихоньку становиться на свои места. Все это время, пока она была с Русланом, ее мучило вовсе не чувство вины из-за того, что она обидела отказом такого хорошего человека, как Пашка. И не зря она стояла на своем, требуя, чтобы Величко оставался другом семьи. Все это время ее тянуло к нему, а с Савчуком было все покончено. Наверное в тот самым момент, когда она впервые застала его в постели Зойки.

Зойка. Сейчас Люда даже не испытывала к ней ненависти. Даже поймала себя на мысли, что хочет с ней встретиться за чашкой кофе и поговорить. Неприязнь осталась, но было ощущение, что бывшая подруга может сообщить ей что-то важное, то, что все время ускользало от ее внимания.

- Мне понравилось. Просто я... немного не в себе. Все стремительно, - ласково произнесла Полякова, поглаживая Пашку по плечу. – Я хотела узнать. На вечеринке, где вы сцепились с Русом, была девчонка, Зоя. Блондинка в синем платье на фото, вы там втроем – ты, этот Виктор и она. Мы учились вместе, она тогда с Русланом... ну ты помнишь. Я хотела бы с ней связаться как-то. Можешь узнать ее телефон?

- А, да, помню ее. Это любовница Витькиного шефа.

- Ничего себе! Далеко пошла...

- Я спрошу у Вити ее номер. Просто ты уверена, что тебе нужно с ней говорить?

- Нужно, - кивнула Люда. – Мне кажется, именно так я смогу поставить точку в своем прошлом и двигаться дальше. Закрыть гештальт, как говорят психологи.

- Хорошо, я тебе раздобуду ее контакты. О, приехали.

Припарковал автомобиль, галантно подал руку Людмиле, но не выпустил. Держась за руки, словно счастливая влюбленная пара, они вошли под своды торгового цента. Поднялись в зеркальной кабине лифта наверх, вошли в помещение «Львовской кофейни». Люда сразу усмотрела уютный столик у окна, из которого открывался изумительный вид на весенний Киев, расслабилась, ожидая Пашку, который пошел делать заказ. Все внутри нее сейчас ликовало. Весна бурлила в ее крови, краски окружающего мира стали прежними – яркими, насыщенными. Она и не задумывалась, что с Савчуком все видела в сером цвете. Списывала свое мироощущение на осень и зиму с их безрадостным ненастьем. И ведь если задуматься, когда-то ее весна не знала границ и тюльпаны цвели даже в январе...

- Держи, - Пашка протянул ей большое шоколадное сердце – здесь продавали сувениры из шоколада. – Сейчас заказ принесут. О, ты улыбаешься? Довольна моим подарком?

- Мне бы надо дать тебе по рукам за самодеятельность, но знаешь, да. Очень довольна. Я бы себе такой никогда не купила. Правда, я немного расстроена тем, что не могу подарить тебе равноценный подарок.

- Ну, мы не в Арабских Эмиратах, где в случае подарка ты по закону этики должна вернуть аналогичный. Когда освоишь фотошоп, сделаешь мне серию обложек к вайнам и видосам. Это будет самый лучший подарок!

- Я думаю пойти на курсы.

- Я помогу подобрать самые лучшие. Сама не ищи, шарлатанов тоже полно.

Принесли заказ. Люда картинно закатила глаза.

- Ну вот! Утром Лика со своими калорийными блинами, теперь ты с обилием шоколада. Ну куда мне два куска торта? А творожный десерт?

- Если не сможешь осилить, я доем. А теперь кушай, я же знаю, что в столовую забежать на перерыве не успела...

Девушка погрузила ложечку в шоколадную мякоть тортика и поднесла ко рту. Здесь действительно готовили шедеврально вкусные блюда. Молочный шоколад и нежный бисквит таяли на языке. И по закону жанра, именно этот момент сладкого блаженства был прерван, причем довольно бестактно.

- О, Пашка?! Это ты? Ты почему мне не перезвонил?

Люда едва не поперхнулась десертом. Поспешно проглотила, поднесла салфетку к губам, разглядывая возникшую из ниоткуда девицу с неподдельным потрясением.

Она была из тех, кого называют «холеными» и «ухоженными». Высокая, очень стройная – длинные ноги, плоский живот под облегающим золотистым платьем без грамма лишнего жира, гладкая матовая кожа, светлые волосы ниже плеч, закрученные в легкие волны. Неброский утонченный макияж в стиле «нюд», сдержанная бижутерия. И только глаза этой девушки странно диссонировали с совершенным внешним обликом: злые, надменные, презрительные, как будто все вокруг были ей ненавистны. Полякова вспомнила, где уже видела подобный взгляд. У Юли, когда они еще учились в Каменец-Подольском.

- О, Алина, - Величко отставил в сторону чашку с кофе и поднялся с кресла. – Хорошо выглядишь. Не ожидал тебя здесь встретить.

И словно в нехорошем сне, Люда смотрела, как Пашка поцеловал холодную красавицу в щеку и сдержанно улыбнулся, глядя ей в глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Приехала за купальником. Собираемся с девчонками на Ибицу. Одни большие размеры, на моделей уже шить, похоже, перестали. Пришлось ждать, когда привезут. Вот в кино думаю сходить, чтобы убить время. Ты как? А то одной скучно...

Нет, это уму непостижимо! Люда ощутила, как внутри поднимается цунами возмущения и даже ярости. Эта белобрысая шпала вела себя так, будто не замечала, что Пашка не один! А Величко тоже хорош, поплыл сразу, как увидел статусную девочку – мур-мур, тужур, цем-цем... Дать бы ему по голове его же подарком, жаль в машине остался!

- Познакомься, - вспомнил, надо же! Не прошло и полгода! – Это Люда. Люда, это Алина.

Полякова уже не замечала ничего: ни того, как трясутся руки, ни растерянного вида Пашки. Смотрела во все глаза на неизвестно откуда нарисовавшуюся соперницу, а в груди как будто пропасть образовалась. Пропасть, в которую с грохотом сыпались остатки ее хладнокровия и самовосприятия. Алина, почувствовав взгляд, презрительно скривила пухлые губы и даже склонила голову набок, демонстративно разглядывая в ответ. В ее глазах появилось такое глубокое презрение, будто Паша сейчас пил кофе с крокодилом.

- А... Привет, - хмыкнула, потеряв к Люде интерес. Но до этого, похоже, безошибочно прочла по глазам все ее эмоции. Поняла, что Люда ощутила себя серой мышкой на ее фоне, что сразу оценила свои шансы и проиграла в пух и прах, и все это отразилось на ее губах в виде злой, самодовольной улыбки. – Паш, ну так что, идем в кино? До свидания, Леся.

Пашка словно опомнился, не позволил наглой блондинке взять себя за руку.

- Мы собирались в кино, но ты уж извини, вместе с Людой. Был рад тебя видеть.

«Так тебе!» - подумала Полякова. Но Алина, судя по всему, проигрывать не привыкла.

- А, вы вместе, да? Какая жалость... Но проблемы я не вижу, пойдемте втроем! Потом можем выпить вместе и обсудить фильм.

- Нет, Алина. Ты уж извини, но мы хотели бы побыть вместе.

Блондинка задохнулась от возмущения, но быстро взяла себя в руки.

- А... ну что ж, извини. Я вернусь с отдыха, потусуемся? Наберу тебя. Пока, Пахман.

Смерила Люду испепеляющим надменным взглядом и быстро пошла прочь. А Полякова отпила кофе, чтобы прийти в себя, но аппетит пропал вместе с настроением. Что-то незнакомое, темное, убивающее изнутри вытеснило эйфорию и заставило краски солнечного дня за окном моментально поблекнуть. Она еще и сама не понимала, что именно так выглядит ревность.

- Извини за нее, - сухо произнес Паша. Он выглядел раздосадованным.

- Кто она? – не сдержавшись, выпалила Люда.

- Просто девчонка. Мы несколько раз встречались...

- А, понятно.

«А чего ты ожидала, дура? Что он будет сохнуть по тебе всю жизнь? Хранить тебе верность без права на взаимность? Ты забыла, кто он, а кто ты сама! Да у таких ребят, внешне привлекательных, состоятельных и успешных очередь гламурных красавиц, желающих если не завязать отношения, то согреть постель! И ты сама выбрала Руслана, Паша имел право спать с другими и даже строить пары!»

- Ты расстроена? В кино не пойдем?

При одной только мысли, что там будет находиться эта стерва Алина, Люда вскипела.

- Нет. Что-то мне нехорошо. Ты прав, надо было пообедать полноценно, а не сладкое точить. Отвези меня домой.

Величко все понял. Кивнул, попросил счет.

- Я поеду с тобой. Помогу разобраться с «Маком». В кино сходим в другой раз.

Всю дорогу Люда молчала, глядя в окно, а в душе бушевал ураган. Она ненавидела себя за то, что с ней происходит, кусала губы, сдерживала злые слезы, но ничего поделать не могла. Сегодняшнее откровение стало для нее ударом. Одно дело догадываться, что влюбленный в тебя парень имеет бешеный успех среди противоположного пола, и совсем другое – убедиться в этом воочию. Но почему это так больно? И не проходит, несмотря на то, что Пашка отшил эту стерву, дал понять, что они едва ли с Людой не пара. И логически все объяснимо – эта девица из его прошлого. Но эти доводы ни капли не спасают.

Два часа Пашка бился, настраивая свой подарок, устанавливая необходимые программы, а Люда едва сдерживалась, чтобы не кинуться ему на шею, не отдать всю свою нежность – все что угодно, только бы не думать, что Пашка может сейчас приехать домой и позвонить этой суке, чтобы сбросить напряжение. Сдержалась, понимая, как это будет выглядеть, если пойдет на поводу не столько у своих желаний, сколько у страхов...

На прощание он вновь поцеловал ее – так глубоко и страстно, как и в машине. Когда все закончилось и он ушел, Люда сползла по стене, обхватив колени, и разрыдалась.

В этом состоянии ее и нашла вернувшаяся с тренировки Лика.

- Нет, это еще что такое? Савчук? Этот урод звонил? Угрожал? Ну-ка встань, не сиди на плитке! Идем в гостиную... стоп, это что, «Макинтош»? Ничего себе, где такая акция на них? Тебе хватило?

Люда кое-как пояснила сквозь слезы, что это подарок Пашки. А затем, не сдержавшись, рассказала о инциденте в кофейне.

- Она его лапала, будто он ее собственность! А на меня смотрела, как на грязь, А Пашка... он ее еще целовал и сказал, что она хорошо выглядит! Вот поясни мне, как?! Что за хрень происходит?

Лика сощурилась и пристально посмотрела на сестру. А затем, подумать только – улыбнулась!

- Сердце заговорило, систа. Похоже, даже завопило на этот раз, чтобы ты его наконец-то услышала...