Самостоятельная дырка

«Премьер-министр»

На те самые три дня, на которые гестапо позволило Степану Бандере основать украинско-немецкое самостоятельное и ни от кого не зависящее государство ⁸³, - Степан Бандера назначил на премьер-министра своего трёхдневного государства известного (ой, да ещё и как известного) самостоятельного политико-общественного деятеля Стецько. ⁸⁴

После смерти знаменитого украинского писателя Григория Квитки-Основьяненко ⁸⁵, который сватал своего Стецько в Харькове на Гончаровке ⁸⁶, Стецько, получив тыкву от Ульяны Шкуратовой, пошёл со Слобожанщины аж на Львовские земли, там поселился и стал родоначальником всех нынешних Стецько, к роду которых принадлежит и трёхдневный премьер трёхдневного самостоятельного украинско-немецкого государства - пан Стецько.

Премьер получил в наследство, по известному закону атавизма ⁸⁷, все свойства и таланты своего, прославленного Г. И. Квиткой-Основьяненко, прапрапрадеда.

Свойства те и те таланты Стецько прекрасно охарактеризовала Одарка Шкуратова, мать Ульяны, к дочери которой сватался Стецько:

«Нет клепки», «совсем пришибленный» - какого же ещё надо премьер-министра для самостоятельного и ни от кого не зависящего украинско-немецкого государства?!

Бандера сразу же отправил манифест о назначении Стецько на главу ни от кого не зависящего правительства.

Прибежал к Стецько дипломатический курьер:

- Вы назначены на премьера!

- А что у вас сегодня варили? - спрашивает Стецько.

- Кашу!

- Ги-ги-ги-ги! Каши хочу, каши, каши! - гаркнул премьер и сразу в пляс, от радости, что и премьер, и каша есть.

Да, подтанцовывая и подпевая:

И прибыл Стецько в пивную «Гальба» ⁸⁸, где имело резиденцию верховное правительство самостоятельного украинско-немецкого государства.

- Валяй, - говорит Бандера, - премьер, правительственную декларацию!

- Ги-ги-ги! Валяю! - говорит премьер.

- Валяй!

- Господа, - начал премьер, - Напечём лепешек, натолчём мак и намешаем с мёдом, и сядем, и будем есть (аплодисменты). Это основная задача! А что касается государственной промышленности и финансов, то здесь я уже не сумел пальцев пересчитать. Да и до чёрта же их на руках! Станешь их считать, так один другой опережает. За каким чёртом так много пальцев? Ага! А я знаю! Вот видишь, Бандера! Как бы ты с одним пальцем да сложил себе дулю? Да! Нельзя, потому что хоть как, но нельзя! О! Да, пойдём к гестапо... (Бандера: - Правильно!), а там и предоставят: кто сукна на шапку, кто пояс, кто ренского ⁸⁹, кто платок (аплодисменты). Но своего батька, Бандеру, будем уважать, потому что он же таки батька, «хоть и плохонький, будто лыком шитый, а всё-таки батько» (аплодисменты). Относительно образования, то такое себе пусть будет, мы весь мир узнали:

Я закончил (бурные аплодисменты всего украинско-немецкого самостоятельного правительства).

И стали править.

Хоть и не долго, всего только три дня и правили, однако такого правительства, такой правительственной декларации, как мир стоит, ещё не было.

Государственное самостоятельное правительство приняло резолюцию:

Так и получилось: пшик!

Резолюция, значит, правильная!

Такого правительства и такого премьера, я и говорю, нигде ещё не было.

Словом, Стецько такой, каким и должен быть премьер-министр украинско-немецкого самостоятельного и ни от кого не зависимого государства!