Самый богатый человек в Вавилоне

Самый богатый человек в Вавилоне

Жил когда-то в древнем Вавилоне очень богатый человек по имени Аркад. Повсюду он славился своим огромным состоянием. Еще он был известен щедростью. Он не скупился на пожертвования. Не жалел денег для семьи. Жил на широкую ногу. И все равно с каждым годом его состояние увеличивалось быстрее, чем он тратил.

Пришли к нему друзья юности и сказали:

— Тебе, Аркад, повезло больше, чем нам. Ты стал самым богатым человеком в Вавилоне, а мы боремся за существование. Ты носишь красивейшие наряды и наслаждаешься самыми изысканными яствами, а мы довольны, если у нас и у наших семей есть что надеть и есть чем утолить голод на сегодня. А ведь когда-то мы были равны. Мы учились у одного мастера. Играли в одни игры. Ни в учебе, ни в играх ты не превосходил нас. И в прошедшие годы мы были не менее достойными гражданами, чем ты. Да и работал ты не усерднее и не добросовестнее нас, как мы знаем. Так почему же капризная судьба выбрала тебя, чтобы ты наслаждался всеми жизненными благами, и игнорирует нас, хотя мы заслуживаем не меньше?

Тогда Аркад возразил им:

— Если за годы, прошедшие со времен нашей юности, вы добились лишь жалкого существования, значит, вы либо не усвоили законы, управляющие накоплением богатства, либо не соблюдаете их. Капризная судьба — зловредная богиня, она не сулит постоянного счастья никому. Напротив, она приносит разорение почти всем, кого одарила незаслуженным богатством. Она создает необузданных транжир. Те быстро проматывают все, что получили, и остаются с аппетитами и желаниями, которые они не в состоянии удовлетворить. Другие же, к кому она проявляет благосклонность, становятся скрягами и оберегают свое богатство, боятся потратить то, что имеют, потому что знают: они не способны это восполнить. Вдобавок они охвачены страхом перед грабителями и обрекают себя на жизнь, в которой есть лишь пустота и тайные страдания. Наверное, есть и другие, которые могут приумножить незаслуженно полученное богатство и оставаться счастливыми и довольными. Но таких очень мало, я знаю о них только понаслышке. Подумайте о тех, кто неожиданно получил наследство, и поймете, верны ли мои слова.

Друзья признали, что он прав и его слова подходят к их знакомым, которые унаследовали состояние. Они попросили его объяснить, как ему удалось добиться такого процветания, и он продолжил:

— В молодости я смотрел вокруг и видел все хорошее, что может принести счастье и радость. И я понял, что богатство придает всему этому еще большую силу. Богатство — это могущество. Оно дарит огромные возможности.

Можно украсить дом самой богатой мебелью. Можно отправиться в плавание по далеким морям.

Или наслаждаться диковинными заморскими яствами.

Или покупать украшения у золотых дел мастера и драгоценности у ювелира.

Или даже построить величественные храмы во славу богов.

Можно делать все это и многое другое, что несет наслаждение для чувств и радость для души.

И когда я понял все это, я решил, что обязательно получу свою долю жизненных благ. Я не из тех, кто стоит в стороне и завистливо смотрит, как другие радуются жизни. Я не буду довольствоваться самой дешевой одеждой, лишь бы она выглядела прилично. Меня не устраивает участь бедняка. Напротив, я сам стану гостем на этом пиру благополучия.

Как вы знаете, я был сыном скромного торговца, воспитывался в большой семье и не мог рассчитывать на наследство. Не был я наделен, как вы честно заметили, особыми способностями или мудростью, поэтому я решил, что для достижения желаемого мне потребуются время и учеба.

Времени у всех в избытке. Вы, каждый из вас, потеряли много времени, которое можно было потратить с умом, чтобы стать богатыми. Однако, по вашему признанию, вам нечего предъявить, кроме хороших семей, которыми вы можете по праву гордиться.

Что до учебы, разве наш мудрый учитель не говорил, что знания бывают двух видов: первый — то, чему мы научились и что знаем, а второй — умение найти то, чего мы не знаем?

Поэтому я решил выяснить, как можно накопить богатство, а когда выяснил — сделал это своей задачей, которую надо выполнить хорошо. Разве не мудро наслаждаться жизнью в сиянии солнечного света? А печали пусть нагрянут, когда мы уйдем в темноту мира духов.

Я нашел работу писца в городском архиве и каждый день часами корпел над глиняными табличками. Неделю за неделей, месяц за месяцем я трудился, но заработками похвастать не мог. Все деньги уходили на еду, одежду, подношения богам и еще какие-то мелочи, которых я не помню. Но решимость не оставляла меня.

И вот однажды в магистрат пришел ростовщик Альгамиш и заказал копию Девятого закона.

«Я должен получить ее через два дня, и если к тому времени задание будет выполнено, то дам тебе два медяка», — сказал он мне.

Я работал в поте лица, но закон был длинным, и, когда Альгамиш вернулся, задание не было выполнено.

Он разозлился, и будь я его рабом, он бы меня избил. Но я не боялся, зная, что магистр не позволит ему изувечить меня, поэтому сказал:

«Альгамиш, ты очень богат. Расскажи, как мне тоже стать богатым, и я всю ночь буду вырезать текст закона на глине — к восходу солнца копия будет готова».

Он улыбнулся и ответил:

«Ты отъявленный наглец, но я согласен — по рукам!»

Всю ночь я вырезал, хотя спина болела, от запаха фитиля раскалывалась голова, а глаза едва видели. Но когда он вернулся на рассвете, таблички были готовы.

«Теперь, — заявил я, — расскажи, что обещал».

«Ты выполнил свою часть сделки, сын мой, — ласково сказал он, — и я готов выполнить свою. Я расскажу тебе то, что ты хочешь знать, потому что я старею, а старый язык любит болтать. Когда юность приходит к старости за советом, то получает мудрость, проверенную годами. Но слишком часто молодость думает, что старость знает только мудрость дней минувших, от которой нет пользы. Запомни: солнце, которое светит сегодня, — это то же солнце, которое светило, когда родился твой отец, и все еще будет светить, когда твой последний внук уйдет во тьму.

Мысли молодости, — продолжал он, — это яркие огни, которые сияют подобно метеорам, часто озаряющим небо, но мудрость старости подобна недвижимым звездам, свет которых никогда не меняется, и моряк всегда может проложить курс, полагаясь на них. Хорошо запомни мои слова, иначе не сможешь постичь истину, которую я тебе поведаю, и будешь думать, что твоя ночная работа была напрасной».

Он пристально посмотрел на меня из-под косматых бровей и с напором произнес тихим голосом:

«Я нашел путь к богатству, когда решил, что часть всего, что я заработал, принадлежит мне. И ты тоже должен принять такое решение».

Он продолжал смотреть на меня взглядом, который, казалось, пронзал меня насквозь, но больше ничего не сказал.

«И это все?» — спросил я.

«Этого хватило, чтобы превратить сердце пастуха овец в сердце ростовщика», — ответил он.

«Но все, что я зарабатываю, и так принадлежит мне, разве нет?» — возразил я.

«Вовсе нет, — покачал головой он. — Разве ты не платишь портному? А обувщику? И за еду ты тоже платишь, так ведь? Можно ли жить в Вавилоне и ничего не тратить? Сколько ты заработал для себя за прошлый месяц? За прошлый год? Чем можешь похвастаться? Глупец! Ты платишь всем, кроме себя! Олух, ты горбатишься для других. С тем же успехом можешь быть рабом и работать за еду и одежду, которую тебе дает хозяин. Если бы ты оставлял себе десятую часть всех заработанных денег, сколько бы ты накопил за десять лет?»

Умение считать не подвело меня, и я ответил:

«Столько, сколько зарабатываю за год».

«Не совсем так, — возразил он. — Каждая сэкономленная тобой золотая монета — это раб, который будет работать на тебя. Каждый медяк, который она тебе принесет, станет ребенком твоего раба и тоже будет зарабатывать для тебя. Если ты хочешь стать богатым, все, что ты сэкономил, должно приносить доход, и дети сэкономленного тоже, и тогда все это даст тебе изобилие, которого ты так страстно желаешь».

«Тебе кажется, что я обманул тебя, не доплатил за твою долгую ночную работу, — продолжал он, — но если тебе хватит ума постичь ту истину, что я тебе предлагаю, то ты поймешь, что я заплатил тебе в тысячу раз больше.

Ты должен оставлять себе часть всего заработка — она принадлежит тебе. И она должна быть не меньше одной десятой, даже если ты зарабатываешь совсем мало. Или даже больше, если ты можешь себе это позволить. В первую очередь плати себе. Не трать у портного и обувщика больше, чем можешь заплатить из оставшейся части, из которой тебе также должно хватить на еду, милостыню и подношения богам.

Богатство, как дерево, вырастает из крошечного семечка. Первый медяк, который ты сэкономишь, — это семя, из которого вырастет твое дерево богатства. Чем раньше посадишь его, тем быстрее оно поднимется. Чем добросовестнее будешь питать и поливать дерево постоянными сбережениями, тем скорее сможешь нежиться под его сенью».

С этими словами он взял таблички и ушел.

Я много думал о том, что он мне сказал, и его слова показались мне разумными. Я решил попробовать. Каждый раз, получая плату, я брал один из десяти медяков и прятал подальше. И как ни странно, я не страдал от нехватки средств. Я не заметил особой разницы, ведь спокойно обходился без этого медяка. Часто, по мере того как мои накопления росли, меня охватывало искушение потратить их на какие-нибудь товары, которые купцы привозили на верблюдах и кораблях из страны финикийцев. Но я благоразумно воздерживался.

Двенадцать месяцев спустя Альгамиш пришел снова и спросил меня:

«Сынок, заплатил ли ты себе не меньше одной десятой части всего, что заработал за прошедший год?»

«Да, учитель», — гордо ответил я.

«Это хорошо, — просиял он. — И что же ты сделал с деньгами?»

«Я дал их Азмуру, кирпичнику. Он сказал, что отправляется в плавание по далеким морям и в Тире купит для меня редкие финикийские драгоценности. Когда он вернется, мы продадим их по высокой цене и разделим выручку».

«Каждый дурак должен учиться, — разозлился Альгамиш, — но зачем доверять знаниям каменщика о драгоценных камнях? Разве ты пойдешь к пекарю, чтобы узнать о звездах? Нет, клянусь своим плащом, ты пойдешь к звездочету, если способен соображать. Твои сбережения пропали, юноша, ты вырвал свое дерево богатства с корнем. Но посади другое. Попытайся еще раз. И в следующий раз, когда тебе понадобится совет насчет драгоценных камней, иди к ювелиру. Если захочешь узнать об овцах, отправляйся к скотоводу. Совет — единственное, что дается бесплатно, но принимать надо только действительно стоящие советы. Тому, кто слушает неопытного в таких вопросах человека, придется заплатить своими деньгами за доказательство ложности их мнения».

С этими словами он ушел.

И случилось так, как он сказал. Негодяи финикийцы продали Азмуру никчемные кусочки стекла, всего лишь похожие на драгоценные камни. Но, как велел мне Альгамиш, я снова стал откладывать каждый десятый медяк. Правда, теперь у меня выработалась привычка, и это уже не составляло труда.

Через двенадцать месяцев Альгамиш снова пришел в комнату писцов и обратился ко мне.

«Каких успехов ты добился с тех пор, как мы виделись в последний раз?»

«Я исправно платил себе, — ответил я, — а свои сбережения я доверил Аггеру, мастеру по изготовлению щитов. Он покупает на них бронзу и каждый четвертый месяц выплачивает мне проценты».

«Хорошо. А что ты делаешь с процентами?»

«Я устроил большой пир с медом, изысканным вином и пряными пирогами. Еще я купил себе алую тунику. А скоро возьму молодого осла и буду ездить верхом».

Тут Альгамиш рассмеялся.

«Ты поедаешь детей своих сбережений. Как же они будут работать на тебя? И как они смогут породить детей, которые тоже должны работать на тебя? Сначала собери себе армию золотых рабов, вот тогда сможешь закатывать богатые пиры и наслаждаться без сожаления».

И снова ушел.

Я не видел его два года. Когда он снова вернулся, его лицо было испещрено глубокими морщинами, глаза потухли. Он превращался в старика. И сказал он мне:

«Аркад, ты уже достиг богатства, о котором мечтал?»

«Пока еще не всего, о чем мечтал, — отвечал я, — но кое-что у меня есть и приносит доход, а этот доход приносит мне еще больше».

«И ты все еще прислушиваешься к советам кирпичников?»

«Они дают толковые советы насчет изготовления кирпича», — парировал я.

«Аркад, — продолжал Альгамиш, — ты хорошо усвоил урок. Сначала ты научился тратить меньше, чем зарабатываешь. Потом ты понял, что спрашивать совета надо у знающих людей, которые могут его дать исходя из своего опыта. И, наконец, ты заставил золото работать на тебя. Ты научился добывать деньги, сохранять их и пользоваться ими. Значит, ты годишься для ответственного поста. Я старею. Мои сыновья только тратят деньги и не думают, как заработать. Владения мои велики, боюсь, одному мне не справиться. Если бы ты согласился поехать в Ниппур и присмотреть за моими землями, я бы сделал тебя своим партнером и ты получил бы долю в моем имуществе».

И вот я отправился в Ниппур и принял управление его владениями, которые были огромны. А поскольку я был полон честолюбия и овладел тремя законами успешного обращения с богатством, я сумел существенно увеличить стоимость его имущества.

Итак, я преуспевал, и, когда душа Альгамиша отошла в темные сферы, я в самом деле получил долю в его имуществе согласно его законным распоряжениям.

Так говорил Аркад, и, когда он закончил свой рассказ, один из его друзей сказал:

— Тебе повезло, что Альгамиш сделал тебя наследником.

— Повезло лишь в том, что еще до встречи с ним я мечтал о процветании. Разве я за четыре года не доказал свою целеустремленность, откладывая десятую часть заработка? Ты же не назовешь везунчиком рыбака, который годами изучал повадки рыб, так что при каждой перемене ветра мог ставить сети туда, где их больше всего? Удача — надменная богиня и не станет попусту тратить время на тех, кто не готов.

— Сильная у тебя воля, раз ты смог продолжать после того, как потерял сбережения первого года. В этом ты не такой, как все, — заметил другой.

— Сила воли! — возразил Аркад. — Что за чушь! Думаешь, воля дает человеку силы, чтобы поднять ношу, которую не может нести верблюд, или тянуть груз, который не способны сдвинуть волы? Сила воли — это твердая решимость довести поставленную перед собой задачу до конца. Если я ставлю перед собой задачу, пусть и пустяковую, я доведу ее до конца. Иначе откуда у меня возьмется уверенность в себе для выполнения серьезных дел? Если я скажу себе: «В течение ста дней, когда я буду идти по мосту в город, я буду подбирать с дороги камешек и бросать его в реку», — я так и сделаю.

Если на седьмой день я пройду мимо и забуду про камешек, я не скажу себе: «Ничего страшного, завтра брошу два камешка». Нет, я вернусь и кину камешек. И на двадцатый день я не скажу себе: «Аркад, это бесполезно. Что толку бросать по камешку каждый день? Кинь сразу горсть, и дело с концом». Нет, я не скажу и не сделаю этого. Когда я ставлю перед собой задачу, я ее выполняю. Я стараюсь не браться за сложные и невыполнимые задачи, потому что люблю свободу и отдых.

Тогда слово взял еще один друг:

— Если все, что ты говоришь, правда и, как ты и сказал, разумно обосновано и раз это так просто, тогда, если бы все люди решили действовать так, богатства на всех не хватило бы.

— Богатство растет там, где люди прилагают усилия, — ответил Аркад. — Если богач строит себе новый дворец, разве золото, которое он заплатил за него, пропадает? Нет. Часть его получает кирпичник, часть — рабочий, часть — художник. Каждый, кто работал над созданием дворца, получает свою часть. А когда дворец достроен, разве он не стоит всех затрат? И разве земля не стоит больше, потому что он на ней стоит? И прилегающая земля не стоит больше, поскольку рядом дворец? Богатство растет волшебным образом. Ни один человек не может предсказать его пределы. Финикийцы построили большие города на бесплодных берегах благодаря богатствам, доставленным на их торговых кораблях по морю, разве не так?

— Что же ты посоветуешь нам? Как нам тоже стать богатыми? — спросил еще один друг. — Прошли годы, мы уже не молоды, нам нечего откладывать.

— Я советую вам воспользоваться мудростью Альгамиша и сказать себе: «Часть всего, что я заработал, принадлежит мне». Скажите это утром, как только откроете глаза. И днем. И вечером. Говорите это каждый час каждый день. Повторяйте, пока эти слова не будут стоять перед глазами, будто огненные буквы в небесах.

Пусть эта мысль отпечатается в вашем мозгу. Пусть завладеет вами. А потом возьмите ту часть, которая кажется вам разумной. Пусть она будет не меньше одной десятой. И отложите ее. Если надо, распределите другие свои расходы. Но сначала отложите эту часть. Вскоре вы поймете, какое это сильное чувство — владеть сокровищем, на которое имеете право только вы. По мере того как оно будет расти, оно станет стимулировать вас. Вас охватит новая радость жизни. Вы станете прилагать все больше усилий, чтобы заработать больше. Заработок возрастет, но откладывать-то вы будете такую же часть. Потом вы должны научиться тому, как заставить ваше сокровище работать на вас. Сделайте из него своего раба. Пусть его дети и дети их детей работают на вас.

Обеспечьте себе доход на будущее. Взгляните на стариков и не забывайте, что наступит день, когда вы окажетесь в их числе. Поэтому вкладывайте свои сбережения осторожно, чтобы не потерять их. Высокие проценты — это коварные сирены, которые заманивают доверчивых людей сладкоголосым пением на скалы потерь и раскаяния.

Позаботьтесь и о том, чтобы ваши семьи не нуждались, когда боги призовут вас. Для этой цели всегда можно выделить небольшие суммы, которые будут выплачиваться через равные промежутки времени. Предусмотрительный человек не станет медлить в таком мудром деле и ждать, когда появится крупная сумма.

Советуйтесь со знающими людьми. Идите за советом к тем, кто каждый день имеет дело с деньгами. Пусть они уберегут вас от ошибки, которую совершил я, доверив деньги кирпичнику Азмуру. Небольшая и надежная прибыль лучше, чем риск.

Радуйтесь жизни, пока вы живы. Не надрывайтесь и не пытайтесь накопить слишком много. Если вы спокойно можете отложить десятую часть всего, что зарабатываете, довольствуйтесь этим. В остальном живите по средствам, не скупитесь и не бойтесь тратить. Жизнь хороша, и в ней много достойных вещей, которыми можно наслаждаться.

Друзья поблагодарили его и ушли. Одни молчали, потому что им не хватало гибкости ума и они не смогли понять Аркада. Другие думали, что такой богатый человек мог бы поделиться со старыми друзьями, которым повезло меньше. Но на кого-то снизошло озарение. Они поняли, что Альгамиш каждый раз возвращался в комнату писцов, потому что замечал, как человек прокладывает себе путь из тьмы к свету. Когда же человек обрел свет, он нашел свое место. Никто не мог занять это место, пока он сам не выработал понимание, пока не был готов к возможности.

Именно эти, последние, потом часто навещали Аркада, который охотно принимал их. Он давал им советы и легко делился своей мудростью, как всегда с радостью поступают люди с богатым опытом. И он помогал им вкладывать сбережения, чтобы они приносили хороший, надежный доход, подсказывал, как уберечься от потерь и от вложений, не приносящих дивиденды.

Переломный момент в жизни этих людей наступил в тот день, когда они осознали истину, которая перешла от Альгамиша к Аркаду и от Аркада к ним.