Глава первая

Не полагайся на физическое влечение, возникшее между тобой и мужчиной. Сексуальная страсть мимолетна.

Цитата из «Руководства»

Элайз поднесла к губам бокал и сделала глоток тоника. Потом окинула взглядом зал для приемов в отеле. Вокруг суетились гостеприимные официанты и прохаживались толстосумы. Для этого вечера она особенно тщательно оделась.

Конечно, любимое «маленькое черное платье» и помада нового оттенка под названием «Соблазн».

Если вы платите 35 долларов за тюбик помады, производители не могут назвать ее просто «Алая».

Элайз терпеть не могла мероприятий подобного рода. Но «Недвижимость у моря» купила ей билет. Ее работа здесь — улыбаться, потягивать тоник и болтать, высматривая потенциальных клиентов. За последние несколько лет она столько раз бывала на подобных мероприятиях, что знала наизусть программу предстоящего вечера.

Она заведет легкий разговор с людьми, которых не знает. Потом погоняет по тарелке пересушенного цыпленка и переваренные зеленые бобы, послушает скучные речи и пойдет домой. Там съест пакетик попкорна и посмотрит ночное ток-шоу.

Но сегодня все должно быть чуть-чуть по-другому. Она ощущала это всем телом, от макушки модно покрашенной головы до кончиков новых туфель. У нее есть цель. Она будет общаться с мужчинами, выставлять им баллы и подыскивать кандидата на роль мужа.

Она заметила Лиз Джефферсон в узком черном платье, которая направлялась к ней. По дороге Лиз допила бокал вина — вероятно, не первый.

Элайз восхищалась способностью Лиз не пьянеть. Сама она никогда не пила на людях. Не потому, что была против алкоголя. Просто вино заставляло ее совершать глупости. Один бокал, и она начинала рассказывать любому, кто хотел ее слушать, как она ребенком всегда мечтала иметь щенка. Но это было невозможно: щенок мог испортить белый ковер отца.

Элайз вдруг вспомнила, что в ее доме тоже белый ковер.

А не собака.

Как далека ее жизнь от той, какую она хотела бы прожить!

— Привет, крошка, — подплыла к ней Лиз.

Элайз догадалась, что платье слишком тесное и не позволяет подруге свободно двигаться. — Видела кого-нибудь стоящего?

— Все старые знакомые, насколько могу судить, — ответила Элайз.

Повсюду мелькали мужчины в смокингах.

Многих из них Элайз знала. С некоторыми у нее даже были свидания. Вот Джо Кенеш, который на второй встрече по-дурацки признался Элайз, что он НЕ СОВСЕМ разведен. Бобби Рент выхлебал свой раковый суп и засвистел носом, как всегда, когда нервничал. И конечно, на обед явились Алекс Борторф, известный врач, Марк Рэнг, владелец большого супермаркета… список бесконечен. С некоторыми мужчинами и Лиз, и Элайз встречались поочередно, но не в одно и то же время.

Элайз вздохнула. Она вдруг почувствовала, что ей нечего тут делать. Чем этот самоучитель лучше женских журналов? Лучше поехать домой и приготовить попкорн. Кроме того, новые туфли жмут.

— Смотри. — Лиз кивнула в сторону входа в зал. — Новое лицо в час ночи. И на пальце нет кольца.

Лиз лучше, чем Элайз, распознавала женатых мужчин. Элайз устремила взгляд на незнакомца.

Мужчина взял с подноса официанта ломтик хлеба с икрой. Ему сильно за тридцать. Натуральный, выгоревший на солнце блондин с прической «плохого парня». Волосы длиннее к ушам и к затылку. Загорелое лицо, но явно без помощи масла для загара. Высокий, но не слишком. Хорошо сложен, но вряд ли подолгу пропадает в гимнастических залах. Смокинг сидит на нем точно влитой. Ясно, что это его смокинг, а не взятый напрокат, который надо вернуть в химчистку завтра утром.

Мужчина обернулся и встретился взглядом с Элайз. Она удивилась, почувствовав, как загорелись щеки. Она и не подозревала, что все еще может краснеть.

— Он мой, — толкнула ее локтем Лиз. — Я его первая заметила.

Адонис смотрел прямо на Элайз. Чувственные губы расплылись в улыбке. Интересно, он слышал, что сказала Лиз? Или он привык, что одинокие женщины отчаянно кокетничает с ним?

Элайз смотрела на него во все глаза. И тут он внезапно направился к ней.

— Привет, — сказал блондин, останавливаясь рядом.

Элайз крепче обхватила бокал. Она знакомилась с миллионом мужчин. С большинством из них встречалась. Что было в этом мужчине такого, что неожиданно лишило ее дара речи? Обычно она только радовалась случайному разговору.

— Привет, — удалось ей наконец выговорить.

— Меня зовут Зейн. Зейн Китон, — протянул он руку.

Лиз посмотрела на Элайз, на Зейна, потом снова на Элайз.

— Вижу, я здесь лишняя. Не утруждайся, можешь меня не представлять, — бойко протараторила она. — Увидимся позже, крошка.

Зейн смотрел в глаза Элайз, пока она пожимала его руку.

— Ладно. — Она улыбнулась. — Меня зовут Элайз Монтгомери.

— Приятно познакомиться. Подруги называют вас Элли?

— В настоящее время никто меня так не называет. — Она наклонила голову набок.

— Я бы называл вас только Элли. — Наступила его очередь улыбнуться.

Если бы эти слова произнес любой другой незнакомец, Элайз посчитала бы их глупостью. В самом крайнем случае — неудачной попыткой поддержать разговор. Но сейчас она чувствовала себя странно польщенной. Никто не называл ее Элли, хотя она всегда об этом мечтала.

— И часто вы ходите на такого рода тусовки?

Зейн стоял рядом с ней, оглядывая зал.

— Слишком часто, — призналась молодая женщина.

— Я тоже. — Он ухмыльнулся. — Я предполагал появиться здесь с одной милой девушкой, но в последнюю минуту она отказалась.

Элайз обратила внимание, что он не сказал «с моей девушкой».

— Грипп?

— Может быть, — согласился он. — А может, она не любит длинные скучные речи и пересушенных цыплят.

Элайз закинула голову и засмеялась. Получилось громче, чем она бы хотела. Рядом стояли мужчина и женщина. Оба одеты в черное. Они не повернули головы и продолжали смотреть перед собой.

— Все подумают, что я слишком много выпила, прошептала Элайз, смущенно закрывая рот ладошкой. — Не заставляйте меня так смеяться.

— Какой смысл в жизни, если вы не можете хоть иногда от души посмеяться? — усмехнулся Зейн.

Она внимательно посмотрела на собеседника.

Не снится ли он ей? Симпатичный, очаровательный и веселый? Она посмотрела на его левую руку. Лиз сказала, что кольца нет. Но надо самой проверить. Нет ли белой полоски там, где обычно бывает обручальное кольцо? Полоски нет.

— Если знакомая подвела вас, почему вы все же пришли?

Их взгляды опять встретились. В его глазах сверкнули искры.

— Это моя сестра Меган. Предполагалось, что она пойдет со мной. Наш дедушка был одним из главных меценатов, когда в шестидесятые годы строилась эта больница. — Он пожал плечами. Сейчас дедушка болен и не может прийти. Вместо него пришел я. Принес его чек.

Элайз не знала, что и сказать. Мужчина с семейными традициями? Мужчина, который выполняет волю дедушки? Элайз даже не слыхала о своих дедушках и бабушках.

— Это так мило с вашей стороны — прийти сюда.

— Да, — Зейн вздохнул, — я сказал деду, что пойду, но не обещал, что останусь надолго. Я здесь уже час, каждому члену комитета пожал руку.

Съел несколько маленьких бутербродиков неизвестно с чем. Теперь мне скучно. Пора смываться. А как вы? — Он вскинул одну бровь.

— Продолжу наслаждаться пересушенными цыплятами и скучными речами.

— Вы абсолютно правы, — кивнул он. — Мы можем пойти в зал, где накрыты столы, и посмотреть на цыплят. И послушать речи или… — Тон изменился, будто он делился секретом только с ней.

— Или? — распятая его взглядом, промурлыкала Элайз.

— Или можем улизнуть отсюда и погулять по берегу. Если вы проголодаетесь, я куплю вам чизбургер. Я знаю одно потрясающее кафе.

Элайз с недоверием посмотрела на собеседника. Улизнуть отсюда? Она провела больше часа, готовясь к этому мероприятию. Купила новые туфли и помаду «Соблазн». «Недвижимость у моря» заплатила за ее билет пятьсот долларов, чтобы ее видели сегодня весь вечер. Она не может уйти… Или может?

Хотя по правде, компания платила вовсе не за цыпленка. Ведь так? Чек на пятьсот долларов просто вклад в благотворительный фонд строительства нового здания для отделения матери и ребенка.

Улыбка заиграла у нее на губах. Удрать сейчас поступок абсолютно не в ее характере. Элайз Монтгомери всегда следовала правилам. И правила гласили: если твой босс заплатил пятьсот долларов за плохого цыпленка, ты обязана его съесть. Она уже поняла, что Зейн Китон не тот мужчина, который играет по правилам.

— Зейн, так ты нашел ее? — К ним подошел Ричард Милтон, уважаемый местный адвокат.

Зейн вскинул брови.

— Элайз Монтгомери — тот самый агент по торговле недвижимостью, о которой я тебе говорил.

Ты ведь хотел купить участок в этом графстве?

Элайз почувствовала, как у нее загорелось лицо от неловкости.

— Вы агент по торговле недвижимостью? спросил Зейн, глядя на нее так, будто не поверил Милтону.

— Да, это так, — кивнула она.

— Ну, теперь я вас оставлю. Позвони мне, Зейн, если Элайз найдет тебе что-нибудь подходящее, — уходя, бросил Милтон.

— Так вы ищете земельный участок? — улыбнулась Элайз.

— Может быть. — Он поднял одно плечо. — Вы в игре?

— В игре? — удивилась она.

— Я имею в виду побег отсюда. — Он показал на дверь. — Пойдемте, Элли. Это будет так забавно, — прошептал он. Его дыхание согревало ей ухо. — Вы только чуть-чуть нарушите правила.

Скажите, разве не приятно один раз в жизни нарушить правила?

Она уставилась на Зейна. А он подмигнул ей.

Мужчина подмигнул… Ну прямо как в старых мелодрамах, которые она так любила смотреть в полдень по воскресеньям, когда ей не полагалось работать.

— Хорошо, — выдохнула она, загипнотизированная мыслью о прогулке. — Но мне нужно сказать Лиз, моей подруге, что я ухожу. Она привезла меня сюда.

Он взял у нее из рук пустой бокал и поставил на поднос проходившего мимо официанта.

— Скажите ей, что вас не нужно везти домой. Он повернулся к ней. — Даю вам две минуты.

Встретимся у двери. И сбежим.

Элайз в оцепенении проводила глазами уходившего Зейна.

— Меня не нужно отвозить домой. — Она нашла Лиз в баре.

— Он соответствует твоим требованиям? — усмехнулась Лиз.

— Пока еще рано судить, — призналась Элайз.

Но сердце ее бухало, словно молот. Пульс то мчался невесть куда, то замирал. Она не помнила, когда последний раз мужчина приводил ее в такое состояние.

— Потом позвоню тебе, — с видом заговорщика пробормотала Лиз.

Элайз направилась к двери. Она не могла поверить, что решилась на такой шаг. Безумие! Но такое сладкое безумие…

Зейн ждал ее в холле отеля, где уже никого не интересовали гости. Он предложил ей руку. И улыбку, от которой она почувствовала себя красоткой на миллион долларов.

— Я спланировал потрясающий побег, — сообщил он. — Мы отправимся на пляж и побежим босиком к воде.

— Честно говоря, я не смогу бегать босиком, засмеялась Элайз, кивнув на свои туфли.

— Так снимите их. — Он открыл дверь, ведущую на веранду отеля.

Снять? Элайз почувствовала внутреннее напряжение. Стоять на одной ноге и при нем стягивать колготки?

Зейн провел ее по веранде в викторианском стиле, потом они спустились по ступенькам и оказались на пляже.

— Ладно. Двадцать вопросов.

— Что?

— Давайте играть в двадцать вопросов. Итак, моя версия. — Он вернулся к лестнице и сбросил сначала один ботинок, потом другой. — Я задаю вопрос и предлагаю вам ответ, а вы предлагаете мне свой.

Она осторожно сняла одну туфлю на шпильке, потом другую. Песок даже сквозь капрон показался восхитительно теплым.

— Какие вопросы? — подозрительно спросила она. Обычно на первом свидании — а прогулку она решила классифицировать как свидание Элайз заводила безопасный разговор. Вроде того, в какой колледж ходила и чем занимается в своей компании.

— Легкие, — успокоил ее Зейн. — К примеру, ваш любимый цвет. Мой — черный.

— Черный?

— Вот именно. Черный, словно безлунная ночь.

Черный, словно спина пингвина. Какой ваш?

— Мой — зеленый, — засмеялась она. — Зеленый, после паузы продолжила Элайз, — как лицо мужчины, попробовавшего картофельный салат тещи.

Он расхохотался.

— Ваш ход. Продолжайте. — Зейн перевел взгляд на ее ноги. — Да сбросьте вы эти колготки. Клянусь, не знаю, как вы, женщины, носите такие вещи!

Она ухватилась за перила и остановилась в нерешительности. Засунуть руки под юбку и попытаться стянуть колготки?

Зейн встал к ней спиной.

— Ну, начинайте. Стягивайте, стягивайте, никто не смотрит. — Он занялся закатыванием брюк.

Элайз сделала глубокий вдох и залезла под платье. Стянула резинку колготок с талии на бедра и подняла одну ногу.

— Bay! — Она потеряла равновесие и чуть не шлепнулась в мягкий песок. Зейн подхватил ее раньше, чем она коснулась земли.

— Держитесь за меня. — Он комически зажмурился.

Опираясь на сильную руку Зейна, Элайз быстро высвободилась из колготок.

— Сделано, — объявила она, испытывая такую гордость, будто только что продала недвижимость, стоящую полмиллиона долларов. Наконец она засунула колготки в одну из туфлей.

— Готово? — спросил он.

Элайз кивнула.

— Хорошо. — Он схватил ее за руку и потащил вперед. — Вопрос номер два. Шоколад или ванильное мороженое?

— Мягкое?

Зейн усмехнулся.

— Конечно, мягкое, — согласился он. — Вы мне уже нравитесь.

Пока они шли по пляжу к воде, им удалось расправиться с тремя или четырьмя вопросами.

Вот наконец и кромка холодного, покрытого пеной океана. Элайз хотелось, чтобы скорей наступила ее очередь задавать вопросы.

— Хорошо, — засмеялась она после своего последнего ответа. — Теперь вы отвечайте. Какой вид спорта любите смотреть? Я — бейсбол.

Он с явным удивлением посмотрел на нее.

Они двинулись по берегу дальше.

— Не фигурное катание? Все женщины, которых я когда-либо знал, любили коньки.

— С самого рождения я болельщик «Ориолес», независимо от того, играет ли за них Кол Рипкенм-ладший или нет.

— Вы хотите выйти замуж? — неожиданно спросил Зейн.

Она засмеялась. Он, конечно, шутил, но она почувствовала дрожь возбуждения. Очевидно, он не принадлежал к тем мужчинам, которые категорически против института брака.

— Следующий вопрос, — попросила она.

— Чашку хлопьев с сушеными фруктами или без них?

— С изюмом, — сморщила она нос.

— Свадьба откладывается. — Зейн шел по воде, поднимая брызги мокрыми ступнями. — Больше никаких серьезных тем. Имя вашей первой учительницы?

Вопросы продолжались и скоро перешагнули за двадцать. Солнце садилось у них за левым плечом прямо в залив. Наконец они повернули и пошли обратно к отелю. Элайз, не переставая, смеялась не только над некоторыми безумными ответами Зейна, но и над его манерой говорить. Зейн так безгранично доверял себе. Был так самоуверен. Пока они шли по пляжу к отелю, он тянул ее за руку, помогая вытягивать ноги из мягкого песка.

— Я проголодался. Этими крошечными бутербродами меня не накормишь. — Он посмотрел на нее. — Хотите потягаться с бургером, Элли, перед тем, как я отвезу вас домой?

ЭЛЛИ. Он снова назвал ее Элли. Ей нравилось возникавшее волнение, когда он так называл ее.

— Бургер — это прекрасно. Я составлю вам компанию, — она показала на брошенные туфли, — если смогу снова влезть в эти колготки.

Он захохотал, поднял туфли и протянул ей.

— Моя машина тут рядом, под холмом.

Они быстро добрались до парковки. Объясняя правила изготовления хорошего гамбургера, Зейн подвел ее к темно-зеленой «БМВ» и открыл дверцу со стороны пассажирского сиденья.

Джентльмен — и водит «БМВ»? У этого мужчины три дополнительных балла…

Элайз бросила полные песка колготки в корзину для белья. Я стреляла и набрала баллы! победно объявила она себе.

— Зейн Китон — ее главный приз.

В атласной пижаме Элайз через холл направилась к гостевой спальне, которую использовала как кабинет. Провела рукой по стене, нашла выключатель. Мягкий свет заполнил комнату в бежевых тонах. Элайз достала из стола листок бледно-голубой бумаги и ручку. Потом склонилась над столом и написала на верхней строчке листка: Зейн Китон. Заправив за ухо прядь светлых волос, принялась заполнять строчки, касающиеся внешности кандидата.

Рост 186; волосы светлые; глаза голубые. Как определить их свидание? Официальная встреча?

Деловой ужин? Как бы там ни было, вечер с Зейном был лучшим свиданием в ее жизни.

Элайз взяла свой листок и ручку и спустилась в холл. Взгляд упал на заголовок «КАРЬЕРА».

Она застыла посреди холла. Невозможно поверить. Она не спросила Зейна, как он зарабатывает на жизнь. Хотя провела с ним целый вечер.

Время пролетело как один миг. Она веселилась так, будто ела нескончаемую плитку шоколада. И в итоге не спросила Зейна, чем он занимается.

Отец пришел бы в ужас.

Ручка застыла над рубрикой «КАРЬЕРА»: наемный работник, предприниматель, другое. Она выбрала «другое». Не могла же она оставить строчку пустой. Элайз не выносила незаполненные строчки. Они будто обвинители смотрели на нее. В конце концов, какое это имеет значение, как он зарабатывает на жизнь? Зейн набрал достаточно баллов, чтобы обеспечить себе второе свидание.

Зазвонил телефон. Она посмотрела на часы на другом конце стола. Почти полночь. В Техасе одиннадцать. Для отца слишком поздно — он рано вставал. Она потянулась к телефону. Лиз сказала, что позвонит, чтобы узнать, как все прошло.

Элайз жутко хотелось рассказать подруге о замечательном вечере. О том, как она ходила босиком.

И о том, как Зейн настоял, чтобы она съела не только бургер, но и картошку фри. В один присест она поглотила дневную норму калорий. И это ее ни капли не беспокоило.

— Лиз, — взволнованно выдохнула она в трубку.

— Элли?

Мужской голос ошеломил ее.

Он снова назвал ее Элли.

— Зейн?

— Я знал, что ты еще не в постели. — Голос низкий, сексуальный.

Элайз снова посмотрела на часы. Она вернулась домой не больше получаса назад. Он, должно быть, вошел к себе и тут же позвонил ей.

Элайз не знала, что сказать. Мужчины, с которыми она встречалась, обычно не звонили через полчаса после того, как расстались с ней. Иногда вообще больше не звонили.

— Нет-нет, я не сплю, — проговорила Элайз и села на обтянутую бледно-зеленым дамасским шелком кушетку. Она провела рукой по обивке.

Слишком дорогая вещь, чтобы пользоваться ею постоянно. Лучше старый кожаный диван с откидной спинкой. Она привезла его из дома и поставила в кабинет. Он был с ней, когда она училась в колледже, потом на ее первой квартире. Ей нравился запах старой кожи. — Я только… — Элайз посмотрела на стопку бумаги в конце стола и почувствовала укол совести. — Только прибрала немного, перед тем как пойти спать, — бодро солгала она.

— Я хотел сказать, что доволен вечером, проведенным с тобой.

— Да, я тоже.

— Значит, я тебе понравился.

Она затаила дыхание. Ей было все равно, что говорится в книге о физическом влечении. В данную минуту она чувствовала себя чертовски хорошо.

— Мы сможем встретиться в конце этой недели?

— Конечно. — Хорошо бы убавить в голосе энтузиазма.

— Я мог бы рассказать тебе, какой участок мне нужен. А ты бы присмотрела что-нибудь подходящее.

Элайз почувствовала разочарование. Он собирался говорить с ней о недвижимости.

— Ммм, уверена, что смогу тебе помочь.

— На этой неделе у меня много разъездов. Пятница подходит?

— Хорошо, в пятницу.

— Я позвоню тебе в конце недели.

— Хорошо, буду рада. — Она пыталась сохранить в голосе бодрость.


— Спокойной ночи, Элли, — сказал Зейн тем же сексуальным голосом, от которого ее обдало волной тепла.

— Спокойной ночи, Зейн.

Едва Элайз положила трубку, как снова раздался звонок. На этот раз, должно быть, Лиз.

— Это ты, Лиз?

— А ты ждала Леонардо ди Каприо или Бреда Питта? — В голосе Лиз, как обычно, сквозил сарказм.

Элайз устроилась на кушетке, поджав под себя ноги.

— Ты не поверишь, какой я провела вечер, — начала она, не зная, смеяться или плакать.

— Хороший?

— По-моему, да. Зейн только что звонил. Он сказал, что хотел бы встретиться в конце недели.

— Замечательно! — воскликнула Лиз.

— Чтобы поговорить о недвижимости.

— О. — Голос Лиз упал.

— Но вообще-то он мне нравится, — мягко призналась Элайз. — И он отвечает некоторым моим требованиям.

— Надо встретиться с ним. Поговорить о недвижимости. Позволь ему узнать тебя. Бизнес-ланч всегда может перерасти в романтическое свидание. Ты и не заметишь, как это случится.

— Спасибо, Лиз. Увидимся в понедельник, улыбнулась Элайз.

Загрузка...