10

Наступило утро. Мэри еще спала, а отец давно уже был на ногах. Предстоящая разлука с дочерью печалила его, но что он мог поделать? Николас бродил по дому, не находя себе места. Облегчение после исповеди перед дочерью, сменилось тревогой за дальнейшую ее судьбу. Коря себя за неудавшуюся жизнь, он не знал, как лучше поступить: сослаться на болезнь, чтобы удержать дочь, или смириться с ее отъездом и надеяться, что в скором времени она вернется?

Николас видел, как горячо она любит Соудека. Но чем ей помочь? Николас, познакомившись с Джо, понял, что ему также нужна поддержка, чтобы он понял все, что пережила Мэри, что творится сейчас в ее душе. Картер и сам только сейчас узнал обо всем. Постоянно следя за судьбой Мэри, он не проявлял беспокойства. В нем скорее жил полицейский, нежели любящий отец: ему ни разу не пришло в голову, что может твориться в душе маленькой девочки. За те несколько дней, что Мэри жила рядом, многое ему открылось. Он не найдет покоя, пока дочь не вернется, чтобы остаться с ним.

Измученный переживаниями, Николас вышел в сад и решил на прощание подарить дочери букет из лучших цветов. Он долго пытался вспомнить, какого цвета бутоны любит Мэри, но так и не смог, поэтому по собственному вкусу составил букет, в котором доминировали все оттенки фиолетового, от бледно-сиреневого до почти черного. Картеру припомнилось, как давно, в прежней жизни, он дарил цветы жене и дочери и как маленькая Мэри обожала рассматривать каждый цветок…

Когда он вернулся в дом, Мэри еще спала Осторожно, чтобы не разбудить дочь, Николас достал из серванта вазу и бережно поставил в нее цветы. Поджидая пробуждения дочери, он сидел и любовался ими. Красота растений успокаивала.

Мэри проснулась поздно. После разговора с Джузеппе она еще долго не могла уснуть. Стыд за свое поведение и анализ причин, вызвавших его, изменили ее решение не возвращаться больше в этот город. Она давала себе испытательный срок. В том, что Джо горячо любит ее, она не сомневалась. Тревогу вызывало у нее собственное непредсказуемое поведение. Кому нужна жена, живущая призраками безрадостного прошлого?!

Пробуждаясь ото сна, Мэри первым делом вспомнила о Джордже. Вчера, охваченная эмоциями, она не думала о том, что он чувствовал в течение всех этих часов. Мэри представила себе, что творилось в душе возлюбленного. Как он ждал ее до конца дня в ресторане, полагаясь на ее слово, как, встревоженный не на шутку, примчался сюда, выслушивал оскорбления, ничего не понимая! Мэри не представляла, как можно загладить вину, не объясняя мотивов своего поведения. Придется рассказать о многом, но когда? Она же сегодня улетает. Только сейчас Мэри сообразила, что у нее осталось совсем немного времени до отъезда. Взглянув на часы, Мэри ужаснулась тому, как долго она спала. Быстро встав и собрав вещи, Мэри направилась к отцу. Николас сидел в любимом кресле. Взволнованная предстоящим прощанием, Мэри в первый момент не заметила цветов.

— Доброе утро, Тан. — Взгляд Мэри упал на вазу с цветами. — Какая красота! Мои любимые цветы! — Позабыв обо всем, она склонилась к букету и стала его рассматривать. Необыкновенная радость охватила ее. Мэри поочередно брала стебельки и ставила их обратно. Любуясь ею, Николас тихо сказал:

— Утро доброе, Мэрилин, пусть и день будет таким!

— Какие они красивые и хрупкие! — повернулась она к отцу.

— Очень похожи на тебя.

— Нет… Они несут радость, а я… — Мэри не смогла договорить, она опять вспомнила о Джордже.

— Для меня ты всегда такая же, как они. — Отец кивнул в сторону цветов.

— Я надеюсь, что такой когда-нибудь стану для всех. Очень надеюсь. — Мэри посмотрела в глаза отца. — Ты уже завтракал? Я проснулась такая голодная, что не отказалась бы от пары бутербродов с кофе.

— Я сделал омлет, пока ты спала. Он поджидает нас.

Они отправились на кухню, и по дороге Мэри сказала:

— Тан, я сегодня улетаю. — Она заметила, как опустились плечи отца, словно он стал меньше ростом.

— Ты сразу поедешь в аэропорт или…

— Нет, я должна попрощаться с Соудеками, — перебила отца Мэри. — Вряд ли у меня на обратном пути найдется время сюда заехать, я все на свете проспала.

— Поступай как считаешь нужным.

— Надеюсь, что, может быть, в скором времени найду в себе силы вновь приехать сюда.

— Я буду ждать тебя, Мэри.

— В любом случае, если ты неважно себя почувствуешь, обязательно звони… — Мэри подала отцу кофе, руки ее так дрожали, что чашка постукивала о блюдце.

— Мэри. — Отец чуть помедлил, но, собравшись с силами, продолжил: — Лучше Джорджа мужа тебе не найти. Подожди, — он жестом остановил дочь, — я еще не все сказал. Я много лет работал там, где приходится изучать характеры людей. Поверь моему опыту: такие, как Джордж, рождаются однолюбами. В тебе — вся его жизнь. Ты должна помнить об этом. Существует только одна причина, которая могла бы оправдать твой разрыв с этим человеком: отсутствие чувства к нему.

Мэри ничего не ответила. Она молча допила кофе, поставила чашку на стол и, тяжело вздохнув, вышла. Николас остался сидеть на кухне. Ему не хотелось мешать дочери. Он проводит ее до машины, пусть пока окончательно соберется.

Неожиданно Мэри стремительно вошла в кухню.

— Я совсем забыла подготовить тебе лекарства!

— Не беспокойся, я справлюсь сам.

Не обращая внимания на возражение отца, Мэри методично расфасовала все таблетки в маленькие кулечки, надписывая каждый с указанием дня и часа приема. Положив кулечки на видное место, она обернулась к отцу:

— Главное, не забывай принимать! Все лекарства расписаны по дням и часам. Я положила их на самое видное место.

— Обещаю выполнять все указания доктора! — пытаясь шутить, ответил Николас.

— Я позвоню тебе сегодня вечером, — сказала Мэри, словно ненадолго уходила. Она подошла к отцу и быстро поцеловала его в щеку. Николас не успел ничего сказать, как она уже стояла на пороге с двумя дорожными сумками. — Я не люблю долгих прощаний. Пока, Тан! — И, не поворачивая головы, направилась к автомобилю.

Картер вышел на порог дома и взглядом провожал дочь. Уже отъезжая, она помахала ему рукой. Вскоре машина исчезла за поворотом…

Мэри следила за дорогой и старалась думать о предстоящем, хотя душой еще оставалась в доме отца. Успокоив себя тем, что Тан чувствует себя нормально, что миссия ее выполнена, она стала настраиваться на деловой тон, в котором рассчитывала поговорить с Джорджем. Подъезжая к стоянке, она нашла взглядом его автомобиль и, вспоминая слова Джо, обращенные к двум автомобилям, подумала: «У вас тоже сейчас будет расставание. Последний раз побудете рядом, как и мы с Джо».

Никто, кроме отца Мэри, не знал, что сегодня она улетает. Ресторан жил обычной жизнью. Представив себе суматоху, которая начнется, если она скажет, что уезжает, Мэри решила, что лучше никому ничего не говорить. Только Джо. Набравшись храбрости, она толкнула дверь, вновь очутившись в зале, который уже знала до мельчайших деталей. На привычном месте восседала Хэлен, делая какие-то пометки в меню, она не сразу заметила Мэри. В зале было довольно много посетителей, официантки работали быстро и красиво. Девушка следила за их безупречными движениями, пока не услышала:

— Мэри, дорогая! Как я рада тебя видеть. — Навстречу ей шла Хэлен, приветливая улыбка сияла на ее лице. — Что-нибудь заказать вкусненькое? Ты хочешь есть?

— Спасибо, Хэлен. Мы только что позавтракали с отцом.

— Так поздно?

— Да. Я спала как сурок. Никогда не думала, что так смогу.

— Мэри, ты так устала за последние дни, что я на твоем месте проспала бы целые сутки!

— Мне бы не хотелось, чтобы ты была на моем месте, — грустно сказала Мэри.

Женщина сделала вид, что не понимает, о чем идет речь. Удивленно вскинув брови, она спросила:

— У отца появились осложнения?

— С ним все нормально, но я вчера нагрубила Джорджу, — отводя взгляд, призналась девушка.

— Мэри, успокойся. Достойные мужчины должны прощать нам слабости, иначе они не мужчины. Ничего страшного, Джордж не злопамятен. Он вспыльчив, но уже через пять минут после ссоры забывает причину, ее вызвавшую.

— Хэлен, ради бога, не говори Джорджу, что я здесь!

— Ты не хочешь с ним увидеться?

— Хочу, но только попозже. Можно мне сейчас немного побыть с Лили? Ты не возражаешь?

— Лили тебя обожает! Она мне все уши прожужжала, спрашивая, когда ты придешь.

— А если мы с ней немного погуляем?

— Как может загруженная работой мать быть против такого предложения? Ребенку и родителям нужно иногда отдыхать друг от друга. Я бы даже не возражала, если бы Лили пожила в твоем доме, скажем, дня два!

Говоря это, Хэлен ломала голову над тем, как бы незаметно предупредить Джо, что Мэри уже пришла. Решив, что проще всего послать записку, вложенную в меню, Хэлен сказала Мэри:

— Подожди меня пару минут, я закончу с меню и освобожусь на полчаса. Мы с тобой вместе сходим к Лили.

Она усадила Мэри так, чтобы та не могла ее видеть, подошла к столу, раскрыла меню и крупными буквами на перечне блюд написала: «ПРИШЛА МЭРИ», затем подозвала официантку и громко, так, чтобы слышала гостья, сказала:

— Передай кому-нибудь на кухне, здесь все изменения. — Затем подойдя к Мэри, обняла ее за плечи и прошептала: — Брату повезло, что он встретил тебя.

Женщины встали и направились в комнату Лили. Мэри мысленно прощалась со всем, на что падал ее взгляд по пути. Неожиданно Хэлен обратилась к ней с просьбой:

— Дорогая, ты не могла бы меня завтра заменить? Работа несложная.

— Хэлен, я не обещаю, — уклончиво ответила Мэри. — Что-нибудь важное?

— Открою секрет. У меня будет второй ребенок. Стив еще не знает. Врач мне назначил прием на завтра. Жаль, если ты не сможешь меня подменить…

— Поздравляю, Хэлен! Ты, конечно, хочешь сына?

— Нет. Терпеть не могу мальчишек. Лучше всего, если у Лили будет сестра. И у меня уже есть опыт, как растить девочку.

— А я всегда хотела иметь и сына, и дочь, — сказала Мэри и помрачнела: она сама не ожидала, что расскажет об этом Хэлен, но интимный настрой их беседы заставил ее разговориться.

— Из Джорджа получится прекрасный отец. Он уже был им, когда мы росли.

— Я рада за него, — отстраненно ответила Мэри.

— Может быть, ты не поняла, я, как всегда, неясно выражаюсь. Джордж будет отцом только твоих детей, милая.

— Хэлен, умоляю тебя, не надо об этом!

— Мэри, я не собираюсь вмешиваться в ваши отношения, но не могу не сказать несколько слово о Джордже. Еще с тех пор, когда мы были детьми, брата отличала одна черта: если он за что-то брался, увлекался каким-то делом, можно было наверняка сказать, что он все доведет до конца. Его детское увлечение кухней превратилось в любимое дело на всю жизнь. Джо не умел никогда разбрасываться, а отец приучил его держать слово. Я хочу, чтобы ты знала, что значит для Джорджа дать слово. Он всегда будет настоящей опорой в жизни. Я, его сестра, завидую тебе: ты встретила настоящего спутника жизни.

— Хэлен, дорогая! Я сама уже поняла все, что ты мне говоришь о Джордже. Он для меня лучше всех на земле, но я не уверена, что смогу сделать Джо счастливым.

— Ты напомнила мне детство. Я и Элизабет очень часто отвечали Джорджу этими же словами: «Я не смогу». Знаешь, как он поступал? Вместе с нами принимался за работу, и нам казалось, что мы все сделали сами, а брат только наблюдал. Так постепенно мы становились самостоятельными. Когда он влюбился в тебя, я сначала не поверила глазам: жизнь его целиком была подчинена бизнесу и интересам семьи, я давно отчаялась, что когда-нибудь у него будет свой дом. Я всех своих подруг обязательно водила на кухню, надеясь, что Джо кто-то понравится, но потом поняла, что по своей натуре этот человек не способен увлекаться. Он никогда не сможет ухаживать ради времяпрепровождения. Иногда таких называют однолюбами, но мне не нравится это слово. Я считаю, что любовь всегда одна. Нет, как иногда говорят, первой, второй или еще какой-нибудь. Любовь — только одна. Для моего брата — ты, Мэри!

— Я благодарю судьбу за то, что вновь оказалась в этом городе и познакомилась с вашей прекрасной семьей. Вы окружили меня настоящей заботой. — Мэри почувствовала, что не сможет уехать, не сказав всех слов благодарности Хэлен. — Я никогда не забуду того тепла, которым вы одарили меня, вашей заботы о судьбе отца. Я безгранично благодарна твоему прекрасному мужу, Хэлен: отец рассказал мне об участии Стива в его судьбе. Я люблю свою племянницу Лили, — Мэри обняла Хэлен и расцеловала ее в обе щеки.

— Ты ничего не сказала о Джордже, — напомнила ей Хэлен.

— Я все скажу ему сама.


Официантка тем временем вошла на кухню и протянула Джорджу меню со словами:

— Миссис Хэлен просила передать, что изменений больше не будет.

— У меня заняты руки, положи, пожалуйста, на подоконник. Я посмотрю, как только освобожусь, — сказал Джордж, продолжая работать. Успокоенный Джузеппе, он сегодня не следил за часами, зная, что рано или поздно, но Мэри появится. Он решил приготовить так понравившиеся ей пряженцы без помощи Джузеппе. Джордж так увлекся, что уже через минуту после ухода официантки ни о каком меню уже не помнил…


Хэлен распахнула дверь со словами:

— Лили, посмотри-ка, кого я привела!

Девочка всплеснула руками и бросилась обнимать Мэри.

— Где ты была? Я тебя так ждала!

— Поэтому я и пришла. Помнишь, о чем мы договаривались?

— Ты вылечишь всех моих кукол, — Лили загибала пальцы, перечисляя все, что должна сделать Мэри, — пойдешь со мной гулять, расскажешь сказку и…

— Все, все, все! Этого нам с тобой хватит на сегодня, — взмолилась Мэри. — Кукол мы полечим после прогулки. Давай-ка, собирайся быстрее и пойдем!

Хэлен посмотрела на часы. Истекали немногие минуты отдыха, которые она с таким трудом выкроила. Джо не было. Видимо, он не стал смотреть меню. Как только за Мэри и Лили закрылась дверь, Хэлен поспешила на кухню.

— Сколько раз тебе говорить, Джордж, что меню надо просматривать сразу, а не откладывать в сторону, — набросилась она на брата.

— Успокойся, Хэлен! Ты же сама передала, что изменений больше не будет. У меня были грязные руки, и я не смог сразу просмотреть.

— Ты ничего не видишь, кроме горшков и печей!

— А ты вечно носишься с поправками! Никуда не денется твое меню. Вот освобожусь и посмотрю, — уперся Джордж.

Хэлен подбежала к окну, схватила папку, развернула и, тыкая пальцем в надпись, крикнула:

— Это твое меню, твое!!!

Джордж, озадаченный поведением сестры, подошел и взглянул ей через плечо. Увидев адресованные, ему слова, он воскликнул:

— Где она?!

— Ушла гулять с Лили. Попросила меня не говорить, что она в ресторане, не хотела отвлекать тебя от дел.

Джордж не слышал последних слов сестры: он сорвал колпак с фартуком и бросился искать любимую.


Лили крепко держала Мэри за руку. Они обогнули здание ресторана и направились в сторону большой детской площадки: девушка очень любила бывать там в детстве. Лили ни на минуту не закрывала рта. Ее все интересовало.

— Почему у тебя волосы черные, а у меня — светлые? — спрашивала девочка.

— Потому что все люди разные, — вспомнив слова Одри, отвечала Мэри.

— А сколько у тебя детей?

— У меня нет детей.

— Получается, что у тебя нет ни папы, ни мамы, да?

— Почему? — удивилась Мэри. — У меня есть и папа, и мама.

— Неправда, — топнула ногой девочка. — У дяди Джорджа тоже нет детей и у него нет мамы и папы. Значит, и у тебя нет.

Мэри рассмеялась, слушая рассуждения Лили. Они дошагали до детской площадки. Вспоминая собственную радость посещения этого места, Мэри позволила Лили делать все, что та захочет. Они начали с горок. Детский восторг передался девушке, и она, забыв, что ей двадцать восемь лет, окунулась в море детских забав. Они с Лили перебегали от каруселей к качелям, от горок к детской железной дороге, пока все не перепробовали. Мэри присела немного отдохнуть, Лили с удовольствием поглощала мороженое.

— Завтра мы опять придем сюда?

— Нет, Лили, завтра не получится… — Мэри взяла Лили за руку, и они направились обратно: оставалось совсем немного времени до отъезда. Они шагали, заодно рассматривая витрины магазинов, встречавшихся им по пути. Мэри пришла в голову идея подарить девочке куклу. Они зашли в магазин. Продавщица с улыбкой приветствовала их.

— Не найдется ли у вас кукла, похожая на меня, — спросила ее Мэри.

Пожимая плечами, продавщица предложила:

— Поищите сами, — и указала на длинные ряды всевозможных кукол.

Почти сразу она увидела маленькую куклу с черными кудрявыми волосами. Покрутив ее в руках, Мэри направилась к кассе. Лили была рядом. Протягивая ей куклу, Мэри пояснила:

— У этой куклы уже есть имя — Мэрилин. Она всегда будет с тобой, когда меня не будет рядом. Смотри, не обижай ее. Видишь, какая она маленькая.

Лили послушно это выслушала и проговорила:

— Мне не нравится это имя. Можно, я назову ее Мэри?

— Конечно, моя дорогая!

До ресторана оставалось с десяток метров, когда Мэри увидела бегущего им навстречу Джорджа. Рубашка его взмокла, на лбу блестели капли пота, Мэри почувствовала, как у нее бешено заколотилось сердце. Ей хотелось броситься на шею Джо и забыть обо всем на свете.

— Мэри, дорогая, где же вы были? Я обыскал все окрестности!

— Мы ходили на детскую площадку, — опередила ее Лили.

Джо присел на корточки перед девочкой и строго сказал:

— Лили, ступай к маме и скажи, что вы уже вернулись, но Мэри немножко погуляет с дядей Джорджем. — Он чмокнул девочку в щечку и проводил ее взглядом до дверей, затем повернулся к Мэри.

— Джо, я… Прости меня за вчерашнее… — Мэри била нервная дрожь, она не находила слов, чтобы объяснить любимому мотивы своего поведения накануне.

— Не надо ничего пояснять. Слава богу, что у нас с тобой есть Джузеппе. Я счастлив, что это недоразумение разъяснилось. Не вспоминай о вчерашнем дне!

— Это невозможно, — возразила Мэри. — Я должна тебе кое-что пояснить.

— Только не сейчас, чуть позже, — сказал Джо. — Я убежал с кухни, ни слова не сказав Джузеппе. Пойдем, успокоим его.

Мэри согласилась: она решила, что все оставшееся время она пробудет рядом с Джорджем и Джузеппе, ничего им не рассказывая, и сообщит об отъезде в последний момент.

Они вошли на кухню. Увидев Мэри, Джузеппе с широчайшей улыбкой поспешил навстречу:

— Детка, моя дорогая! Все о'кей? — Старик ласково обнял Мэри. Наклонившись к ее уху, он прошептал так, чтобы никто, не слышал: — Я запретил своей «разлучнице» сегодня здесь появляться! — Они с Мэри расхохотались, хотя девушка была смущена.

Джордж ничего не понял, но тоже засмеялся, радуясь своему счастью. Неожиданно в кухню вошла Хэлен:

— Джордж, можно тебя на минуту? Там клиент недоволен!

— Извини, дорогая, — обращаясь к Мэри, встревоженно сказал Джордж, — это для нас чрезвычайное происшествие, я сейчас. — И они вместе с Хэлен вышли.


Николас Картер, проводив дочь, вернулся в комнату, где стояли забытые ею цветы. Его начали терзать сомнения, правильно ли он поступил, не задержав ее. Николас бродил по дому, не находя себе места и думая, что можно сделать, чтобы задержать Мэри. Наконец, он не выдержал, набрал телефон полицейского участка и позвал к телефону Стива. Немного сбивчиво, но кратко Николас рассказал, как обстоят дела, Стив предложил ему поставить в известность Хэлен: ничего иного он придумать не смог. Таким образом, Хэлен через десять минут после звонка Николаса была уже в курсе. Она догадывалась о решении Мэри, и когда муж попросил помочь задержать девушку, Хэлен вызвала Джорджа, воспользовавшись не лучшим предлогом: ее слова взволновали всех, кто был на кухне.

Обеспокоенный Джордж выслушал сестру и обронил только два слова:

— Я догадывался. — Он повернулся и пошел обратно на кухню.

По выражению его лица Мэри поняла, что слова Хэлен были только поводом. Ясно, Джордж узнал о ее отъезде. Не дав ему ничего сказать, она подошла к нему и проговорила:

— Да, Джо! Это правда. Я сегодня улетаю и приехала сюда проститься.

Но Джордж повел себя несколько странно: он обратился к Джузеппе с неожиданной просьбой подменить его на кухне минут на пятнадцать.

— Мэри, я надеюсь, ты сможешь подождать эти несколько минут. К сожалению, мне надо отлучиться. — Он вышел, оставив девушку в полном недоумении.

Мэри не могла даже предположить, что он задумал: Джо. Она подошла к двери кухни и выглянула в зал, но Джорджа там не было, только Хэлен, как всегда, восседала на месте. Мэри ничего не понимала. Однако вскоре Джордж вернулся и подошел к ней. Обняв ее, он обратился к Джузеппе:

— Я сегодня не работник. Подмени меня еще раз, — попросил Джордж. У Мэри испуганно сжалось сердце. Что он задумал? — Любимая моя, пойдем погуляем в парке, там и поговорим.

Они вышли из ресторана, направляясь в сторону парка. Джордж заговорил первым:

— Я люблю тебя, и ты это знаешь. — Он остановился и посмотрел Мэри в глаза. — Я хочу видеть тебя своей женой!

— Знаю, Джордж, но я не могу…

— Ты не любишь меня?

— Люблю… Но, видишь ли, Джо, дорогой… — подбирая слова, начала объяснять Мэри.

— Тогда в чем же дело? — перебил ее Джордж.

— Я боюсь! — В эти два слова Мэри вложила всю боль прожитых лет и переживания последних дней. Они подошли к скамейке и присели.

— Чего ты боишься, дорогая? Не могу понять! — Джордж внимательно смотрел Мэри в глаза. Желание помочь ей, разогнать окружающих ее призраков прошлого переполняло его.

— Мое вчерашнее поведение — следствие этого страха. Я не смогу жить с ним в душе.

— Мы же договорились забыть вчерашний день.

— Нет, Джо, я не могу не вспоминать. Я вела себя ужасно. Развод родителей вселил в меня страх предательства.

— Ну почему ты все время думаешь об этом! В конце концов, это их жизнь, а не твоя!

— Я до сих пор помню, как звенел серебряный колокольчик, — мечтательно сказала Мэри.

— Мэри, любимая моя, единственная! Развод — скорее боль твоей матери, чем твоя.

— Нет, Джо, для меня это оказалось страшнее, чем для нее. Она нашла утешение во втором браке. Я же до сих пор не могу забыть тот ежедневный праздник, который начинался, как только входил отец. Чтобы я всегда знала, что он уже дома, Тан повесил в коридоре серебряный маленький колокольчик с нежным звоном. Каждый раз, приходя, он звонил в него, и я со всех ног неслась ему навстречу. Так было каждый день. Следом за мной выходила счастливая мать. Мне казалось, что на земле нет прекраснее людей, чем мои папа и мама. Дом каждый день был полон веселья и радости. Но однажды…

Мэри замолчала, сдерживая слезы, Джордж нежно обнимал ее, но она не ощущала его прикосновений. Мэри продолжала:

— …Однажды колокольчик не зазвонил. С того проклятого дня он уже никогда не звонил. Праздник ушел из нашего дома. Боюсь, что в моей жизни может наступить еще один такой же день.

— Любимая моя, мы с тобой еще не прожили вместе ни одного дня, но у нас нет никаких оснований бояться будущего!

— Джордж, любимый, что же мне делать?! Я хочу избавиться от этого страха!

— Я думаю, нам стоит рискнуть. Всегда легче справиться с препятствием вдвоем, чем в одиночку. — Джордж привлек Мэри к себе и начал нежно целовать. У нее текли слезы, слезы счастья: рядом с ней оказался человек, единственный на земле, который готов бороться за то, чтобы в ее душе воцарился мир.

Они медленно возвращались к ресторану. В их разговоре не прозвучало ни слова об отъезде Мэри. Они миновали входные двери, направляясь к стоянке, и у девушки мелькнула мысль, что она так и не попрощалась с Джузеппе. На стоянке не оказалось ни машины Мэри, ни машины Джо. Опешив, она подняла глаза на своего спутника. На лице его была широкая улыбка.

— Я отпустил наших лошадок пощипать травку!

— Так вот куда ты исчезал «на несколько минут»! Но я же улетаю!

— Ты уже соскучилась по Джону?

— Нет, но…

Джордж со счастливой улыбкой се перебил.

— Я думаю, что иногда следует слушать мужа.

Он легко подхватил Мэри на руки и через улицу и зал ресторана пронес на кухню.

Джузеппе и Хэлен, поспешившая вслед за братом, несущим Мэри, в один голос спросили:

— Мэри, у тебя что-то с ногой?!

Джордж, бережно опуская ее, заметил:

— Вот как реагируют давно женатые люди на то, что жених носит невесту на руках!

Хэлен переспросила:

— Я надеюсь, что не ослышалась, ты сказал: «невесту»?

— Да, Хэлен. Раньше у тебя не было проблем со слухом! — Джордж расцеловал сестру. — Мэри, мы должны благодарить Хэлен всю жизнь. Она у нас умница: вовремя предупредила, что ты собираешься удирать!

— Как ты узнала? — Мэри, раскрасневшаяся и лучащаяся счастьем, подошла к Хэлен.

— Мне позвонил Стив и предупредил, что дорога к аэропорту перекрыта. Велено Мэри из города не выпускать, — смеясь, ответила Хэлен. Она расцеловала девушку и продолжала: — Теперь я спокойна за Джорджа. Ты не представляешь, как мы все за вас переживали.

— Ты опять позвонила Элизабет? — Джордж подозрительно посмотрел на сестру. — Ну-ка, сознавайся!

— Я сделаю это сегодня вечером! Я не успела. От вас каждую минуту не знаешь, чего ожидать.

— Что будет через минуту, я действительно не знаю, но мне в точности известно, что Хэлен сейчас пойдет и вывесит табличку на двери ресторана…

— «Ресторан закрыт по техническим причинам», — продолжила за него Хэлен.

— Мэри, дорогая, — состроив плаксивую физиономию, сказал Джордж. — Нас с тобой называют «техническими причинами», ты только вслушайся, как звучит!

Мэри весело рассмеялась. Счастье настолько переполняло ее, что она могла только улыбаться, не отводя от Джорджа влюбленного взгляда.

Как только закрылась дверь за последним посетителем, в ресторане началась суматоха. В зале сдвинули несколько столов в форме буквы Т, официанты ставили приборы и тарелки. Все были в приподнятом настроении. Джузеппе отозвал Мэри в сторону:

— Детка моя дорогая, я бы очень хотел, чтобы Кора тоже была здесь, — просительно обратился он к девушке. Та удивленно вскинула брови.

— Джузеппе, я была уверена, что вы пошутили, когда говорили о том, что запретили дочери приходить в ресторан!

Старик смутился под ее взглядом:

— Мне стыдно, но я действительно дал маху.

— Ну так исправляйте скорее промах. Коре можно позвонить? — Джузеппе кивнул и направился к телефону. Мэри остановила его: — Я думаю, что будет лучше, если я сама ей позвоню. — Она набрала номер и, когда услышала голос в трубке, даже не выясняя, с кем разговаривает, сказала: — Кора, с вами говорит Мэри Картер. Я спешу загладить свою вину перед вами: если можете, приезжайте поскорее к Соудекам. Нет, ничего не случилось. Вернее, случилось, но я еще не осознала, что. — Мэри протянула трубку Джузеппе: — Кора попросила позвать вас к телефону.

Старик несколько раз повторил слово «да» и повесил трубку. Обращаясь к Мэри, он пояснил:

— Кора не сможет быстро подъехать: у нее на сегодня назначена важная встреча. Но она меня уверила, что непременно будет, как только освободится.

Джузеппе обнял Мэри, что-то прошептал ей на ухо, и они вернулись на кухню. Джордж творил чудеса. Он одновременно готовил все блюда, которые решил подать к столу. Старик с Мэри прошли мимо него, хитро поглядывая в его сторону. Через несколько секунд девушка предстала перед Джорджем в новом обличье: на ней был колпак и фартук.

— Нет, — заявил Джордж, глядя на невесту. — В нашем доме будет только один повар. Я не позволю, чтобы моя жена украла мое ремесло.

— Не беспокойся, Джо, — сквозь смех сказал Джузеппе. — Мэри мне поможет, пока ты будешь занят другим делом.

— Что ты задумал, Джузеппе? — спросил Джордж.

— Задумал ты, а я только стараюсь помочь, — старик продолжал хитро улыбаться: — И впрямь, влюбленные настолько глупеют, что не могут понять самых простых вещей. — Он окинул взглядом Джорджа и Мэри. — Муж и жена — это две половинки одного целого. Я специально попросил мою дорогую детку надеть поварской колпак, чтобы ты, Джордж, увидел свое отражение. Если ты думаешь, что я позволю вам с Мэри в таком виде сесть за праздничный стол, то ты не знаешь своего друга. А ну-ка, быстро переодеваться!

Молодые люди растерянно переглянулись. Спорить со стариком было бесполезно. Вспомнив, что он отогнал машины к своему дому, Джордж сказал:

— Но тогда вам придется подождать, пока мы съездим, переоденемся.

Он вызвал такси, и через несколько минут они с Мэри были возле его дома. Она была здесь впервые. Этот дом принадлежал родителям Джорджа. Он стоял на небольшом пригорке, чуть возвышаясь над остальными домами. С левой стороны его была большая открытая терраса, обращенная в сторону густого леса, начинавшегося сразу за изгородью. Клумбы с цветами напоминали лесную поляну, возникало ощущение, что сама природа охраняет этот дом. Вокруг царили идеальные чистота и порядок. Мэри даже предположить не могла, насколько красиво и уютно можно распланировать сад.

— Это Элизабет придумала такую планировку. Я не возражал: мне было интересно, что получится. Тебе нравится?

— Очень! Неужели ты успеваешь ухаживать за садом? Один, без помощников?

— Я с детства любил следить, как вырастают и распускаются цветы, каждое утро выбегал и смотрел, насколько они выросли за ночь. Я так их полюбил, что если бы не увлекся кулинарией, то обязательно стал бы садовником. Господи, какой я идиот! — Джордж стремительно бросился к клумбам и начал рвать цветы.

— Джо, ради бога, остановись! — воскликнула Мэри. — Пусть они живут! Не срывай, пожалуйста!

Джордж не слушал, продолжая набирать букет.

— Они нас поймут, — крикнул он.

У него в руках была огромная охапка цветов. Мэри бережно прижала их к груди, Джордж распахнул перед ней дверь:

— Прошу тебя, моя хозяйка, — сказал он и склонился в низком поклоне.

Позабыв обо всем на свете, они целовались в дверном проеме, и цветы медленно сыпались из рук Мэри к ее ногам.


В ресторане царила суматоха. Стив после обычного трудового дня стоял перед закрытыми дверями и читал наспех написанное объявление. На его стук долго никто не откликался. Он раздраженно пнул ногой в дверь, и вскоре подошла Хэлен.

— Что тут у вас еще стряслось? — раздраженно спросил Стив.

— Мэри приняла предложение Джо, — торжественно сообщила Хэлен ошеломляющую, как ей казалось, новость.

— Я не об этом, — начал было Стив, но, заметив перемены в зале, сообразил, почему закрыли ресторан. — Я и не предполагал, что в этом заведении так много ненормальных!

— Конечно, по-твоему только такие могут радоваться счастью Джорджа, — обиделась Хэлен.

— Только сумасшедшие могли подумать, что твой брат не настоит на своем!

Джузеппе, выглянувший из кухни, подозвал Стива, и через минуту отправил его за вином, которого не оказалось в ресторане. Стив обязан достать его хоть из-под земли, как выразился старый повар. Он напоминал главнокомандующего, отдающего приказы, которые должны точно выполняться. Коллектив работал четко и слаженно. Хэлен в роли поваренка орудовала на кухне. Джузеппе старался успеть все сделать до возвращения молодых. Что только он не включил в меню! Старику хотелось порадовать не только жениха и невесту, он желал, чтобы каждый участник этого праздника увидел на столе любимое блюдо. Память у Джузеппе была исключительной: он заставил официантку положить перед каждым креслом листок с именем и только после этого начал передавать ей уже приготовленные блюда со словами:

— Вот это поставишь перед Стивом, вот это — перед Корой, только не перепутай!

Он успел все приготовить до возвращения Джорджа и Мэри. Практически без помощи, не считая неловких попыток Хэлен, Джузеппе все сделал сам. Он припомнил, что нечто подобное по напряжению сил произошло с ним когда-то в молодости. Но тогда были только силы, а сейчас умение и вдохновение мастера.

Вернулся Стив и доложил, что задание выполнено. Его охватило общее волнение. Он всем предлагал помощь. Получив отказ, он закурил сигарету и набрал номер Картера.

— Николас, это Стив говорит. Тут, в общем, такие дела!..

— Не тяни, — перебил его Картер.

— Не тяну. Я тебя подготавливаю.

— К чему?!

— Ну, в общем, Мэри и Джордж…

— Ну! Говори!

— Мэри никуда не поехала! — выпалил Стив.

— Слава богу! Передай от меня Джорджу благодарность, но так, чтобы Мэри не слышала, понял?

— Будет сделано!

Николас положил трубку, по его щекам текли слезы, слезы раскаяния и радости. Джордж не подвел. Он сделал все так, как надо. Теперь можно не беспокоиться за судьбу дочери. Николас вышел на кухню, достал с полки бутылку виски, налил совсем немного в стакан, развел содовой и, забыв о всех рекомендациях врачей, выпил за здоровье дочери и Джорджа.

В ресторане стояла тишина. Все прислушивались к шуму проезжавших машин. Когда услышали звук хлопнувшей дверцы, все торжественно встали. В ресторан вошла Кора. Увидев разочарование на лицах присутствующих, она обиженно сказала:

— Никогда не думала, что мне так не рады!

— Мы ждем Джорджа и Мэри, — сгладил ситуацию Джузеппе.

— Где же они? — удивленно спросила Кора.

— Я отправил их принарядиться, — пояснил старик, — а мы сидим и ждем.

Кора прошла вдоль стола, не переставая поражаться искусству отца, и села рядом с Хэлен. Они не виделись после долгой разлуки, и им было о чем поговорить. Кора рассказала о своей беспокойной работе, Хэлен делилась с ней новостями — городскими и семейными.

Джузеппе волновался больше всех. Он тщательно проверил сервировку, что-то переставил, что-то еще поднес с кухни. Дочь, наблюдавшая за его манипуляциями, попыталась его успокоить:

— Отец, я и не предполагала, что ты у меня такой нервный!

Но это не подействовало. Старик не умел быть довольным собой. Он погнал официантку заменить подсвечники. Стало ясно, что чем дольше Джордж и Мэри задержатся, тем сильнее будет нервничать повар.

И вот неожиданно для всех на пороге появились будущие муж и жена, Джордж крепко держал нареченную за руку. Их внешний вид просто сразил присутствующих: в первую минуту никто не двинулся с места. Все молча смотрели, разглядывая нарядных молодых так, словно видели первый раз в жизни. Наконец, Джузеппе обрел дар речи:

— Мы уже потеряли надежду увидеть вас сегодня! Мэри, детка моя дорогая, ты не представляешь как я счастлив, что ты будешь женой Джорджа, и только я один знаю, какое сокровище досталось моему дорогому Джо. Я еще скажу свое напутственное слово, — усаживая Мэри, растроганно проговорил старик.

После того как все были рассажены, Джузеппе поднял бокал и обратился к Мэри:

— Я благодарю судьбу за то, что познакомила меня с этой замечательной девочкой! С этим сокровищем, на которое Джордж вначале не обратил никакого внимания!

— Неправда! — выкрикнул молодой человек.

— Не перебивай старика, — тронул его за плечо Джузеппе, — я еще не закончил. Ты, как всегда, изобретал новое блюдо, когда вошла Мэри, и, конечно, не заметил, насколько светлее сразу стало за твоим рабочим столом. Каждый вечер, когда мы вместе ужинали, нам светило твое солнышко, детка моя дорогая. Я счастлив, что это солнышко будет светить нам и дальше, — Джузеппе подошел и расцеловал Мэри. Все радостно подняли бокалы, но Джордж не выдержал и успел, прежде чем все выпили, заявить старику:

— Джузеппе, дружище, когда у нас родится сын, знаешь, как мы его назовем? Твоим именем!

Началось застолье. Когда первое волнение прошло, зазвучали восторги по поводу искусства кулинара. Каждый спешил выразить ему свою признательность за прекрасную еду на все вкусы. Джузеппе не забыл даже Лили, для которой приготовил фруктовое суфле в виде зебры. Принимая похвалы, старик сказал:

— Я хотел, чтобы не только молодые запомнили этот день, но и мы все!

Дошла очередь до Коры. Она взяла бокал и довольно строго обратилась к присутствующим:

— Благодаря вам всем я сегодня впервые по-настоящему узнала своего отца. В первую очередь благодаря тебе, Мэри. Я рада, что Джордж наконец встретил свою любовь, и я вдвойне рада, что ты, Мэри, такая замечательная! Я приготовила вам небольшой подарок. — Кора встала и протянула Джорджу и Мэри две тряпичные куклы, обнимающие друг друга. На самодельной этикетке было написано: «Муж и жена — сладкая парочка!» Все весело расхохотались.

Была уже почти полночь, когда веселье подходило к концу. Хэлен подошла к стоящим рядом Джорджу и Мэри:

— Знаете, что хочу вам сказать? Я забыла, когда видела Джо в костюме, а тебя, Мэри, такой нарядной вижу второй раз. Постарайтесь в семейной жизни почаще быть нарядными. Это очень хороший рецепт для многих житейских ситуаций.

Поздно ночью, лежа на руке Джорджа, Мэри позвонила отцу:

— Я никуда не уеду, Тан.

— Будь счастлива, дочка, — ответил отец и сразу положил трубку.

Проваливаясь в сон, Мэри шептала:

— Я люблю тебя, Джо!

Последними в ресторане оставались Джузеппе и Кора. Теперь, когда все было позади и гости разошлись, они наводили в зале порядок и беседовали:

— Теперь расскажи, как ты почувствовал ранимость Мэри. Мне она показалась не очень-то уязвимой, — допытывалась Кора.

— Видишь ли, доченька, — неспешно отвечал старик, — я не один раз в жизни встречал женщин, у которых развелись родители. Только в очень редких случаях, когда семья с самого начала не была благополучной, это не являлось трагедией для детей. Когда они с рождения не видели счастья в семье, то с самого начала занимали чью-то сторону, и любовь их, как правило, однобока: такой ребенок мог любить либо отца, либо мать. Когда же рушится счастливый брак, то на детях остается незримая печать грусти. Такую печать я увидел на лице Мэри. Сознаюсь тебе, что я не был до конца уверен в Джордже. Он никогда не сталкивался с подобным, и я думал, что парень не выдержит, сломается и не станет бороться за свою любовь. Но, к счастью, я ошибся: Джо оказался крепче, чем я думал. Их отношения с Мэри складывались таким образом, я не мог помочь ни одному из них. Но когда я убедился, что Джордж начал понимать, где источник той боли, которую он видел в глазах девушки, то успокоился, хотя вчера начал опять сомневаться. Им еще предстоит долгая работа, пока Мэри не поймет, что ее семейной жизни ничего не грозит. Я рад, что у моего воспитанника хватило терпения. Дай бог, дальше будет легче. Но, конечно, не сразу.

— Я думала, что она приревновала Джо ко мне. Ты же сам назвал меня разлучницей!

— Это просто шутка: Мэри не способна ревновать, она любит Джорджа, но боится предательства. Для нее не важно, в чем оно может заключаться. Как правило, при крушении счастливого брака не бывает измен. Чаще всего происходит перемена в самом человеке, и он уже не может прежними глазами смотреть на свою жизнь. Это можно сопоставить с переменой профессии, да и то очень отдаленно. Николас Картер не изменял жене. Он изменил самому себе и потерял дочь. Только собственный семейный опыт окончательно примирит ее с отцом. Я уверен, что и Николас лишь сейчас понял, какие последствия принес его поступок.

— И ты уверен, что у Джо хватит сил? — Кора недоверчиво смотрела в глаза отца.

— Наблюдая за ним, я убедился, что этот мальчик очень хорошо помнит свои собственные переживания, но держит их при себе. Он до сих пор переживает утрату родителей. Джо помнит, как ухаживал за ними в больнице, как учился терпеть капризы больного человека. В каком-то смысле Мэри больна, больна недоверием. Я убедился в том, что Джордж начал это понимать. Если ему, совсем молодому, тогда хватило сил, то спрашивается, почему сейчас не хватит?

Джузеппе проверил, все ли на месте, все ли убрано, остался доволен и, включая на кухне свет, сказал:

— Пора домой. Я устал сегодня, как никогда.

— Еще бы! — согласилась Кора, и они отправились домой.

На обратном пути она, словно невзначай, спросила отца:

— Ты долго еще собираешься работать в этом ресторане?

— Разве можно сейчас бросить Джорджа одного, у него прибавилось забот. Но почему ты спрашиваешь, Кора?

— Дело в том, что мой дорогой отец практически переехал жить к Соудекам, а мне бы хотелось, чтобы он стал домашним поваром хоть на пару лет, пока не подрастут малыши.

— Ты хочешь сказать, что собираешься привезти всю семью сюда?

— Мне бы очень этого хотелось, но при условии, что домашние заботы лягут на твои плечи, дорогой отец. Ты же знаешь, что мой рассеянный супруг нередко бывает таким беспомощным в быту!

— Надо подумать, детка моя дорогая, я сразу не могу дать тебе ответ, — старик задумался и остаток пути промолчал, что-то прокручивая в уме. Когда они были уже возле дома, он спросил: — Скоро ты планируешь их привезти?

— Все зависит от тебя, по моим прикидкам — примерно через полгода кончается срок контракта, но мне уже сейчас опротивела моя беспокойная работа. Сегодня мне предложили подписать контракт здесь с международной строительной фирмой. Они начинают работы через шесть месяцев. Так что время пока есть.

Кора вышла из автомобиля, помогла выйти отцу и остановилась в ожидании ответа.

— Полгода — срок немалый. За это время, я думаю, все образуется. Так ты примчалась на разведку, хитрюга? — Джузеппе ласково потрепал дочь по щеке.

Старику нравилась такая перспектива. Он проводил все время в заведении только потому, что терпеть не мог одиночества. Забота заглушала тоску, по дочери и внукам, но жить у них в небольшой городской квартирке он не хотел. Джузеппе не раз представлял себе, как было бы здорово, если бы его близкие жили в его собственном доме!

Они вошли в холл, обсуждая совершенно несущественные детали предстоящих перемен. Каждый из них это понимал, но они так соскучились друг по другу, что обоим казалось, что, если они упустят пустяковую мелочь, вся затея рухнет.


Хэлен и Стив добрались до дома уже за полночь. Дочку, спавшую на заднем сиденье, Стив вынес на руках. Но, как только Лили открыла глаза, она удивленно спросила:

— Где же моя Мэри? Мы забыли ее в ресторане?

Думая, что девочка имеет в виду Мэри Картер, Стив, смеясь, ответил:

— Твоя любимая Мэри сейчас у дяди Джо.

— У него есть своя Мэри! Куда вы дели мою?

Хэлен припомнила, что сегодня с прогулки Лили несла в руках какую-то куклу.

— Мэри — твоя кукла, которую тебе подарила тетя Мэри?

— Да! Я обещала тете Мэри, что, когда ее не будет, со мной всегда будет моя кукла. Она сегодня мне ее подарила, — сказала Лили и, не дождавшись ответа родителей, снова погрузилась в сон. Стив бережно уложил ее в кроватку, укрыл одеялом и осторожно, чтобы не разбудить, поцеловал.

В это время его жена уже набирала номер сестры. Стив вышел и, проходя мимо нее, иронично напомнил:

— Не забудь вставить свое любимое слово.

— Что ты имеешь в виду? — недоуменно посмотрела жена.

— У тебя все новости «ошеломляющие».

Хэлен отмахнулась от мужа, у нее не было времени на него обижаться: она спешила все рассказать Элизабет. Хэлен знала, что Джон и его жена всегда ложились спать очень поздно, поэтому не боялась никого разбудить. Взяла трубку, как всегда, Элизабет:

— Хэлен, ты? Не спишь так поздно? Что-нибудь случилось?!

— Я спешу тебе сообщить… — Хэлен взглянула на Стива, запнувшись на слове, которое после комментария мужа уже не могла произнести, — …потрясающую новость, — выкрутилась она, победно посмотрев на мужа. Тот захохотал. Показав ему кулак, Хэлен продолжала: — Мэри и Джордж сегодня объявили о своей помолвке. — Она услышала, как обрадовалась сестра, тут же пересказавшая эту новость Джону. Элизабет принялась расспрашивать Хэлен обо всех подробностях:

— Как они были одеты, кто присутствовал, как вела себя Мэри, как Джо?

Хэлен, пытаясь ответить на все вопросы, подробно излагала:

— На Мэри было замечательное голубое платье, довольно скромное, но цветок, украшавший его, настолько все изменил, что оно выглядело свадебным. Джо был в темно-синем костюме, помнишь, — он последний раз надевал его на мой день рождения? Они прекрасно выглядели. Были все, кто работает в ресторане, да еще Кора. Готовил Джузеппе. Мы только что вернулись, — выложив все новости, перевела дух Хэлен.

— Мэри сразу приняла предложение Джо? спросила Элизабет, пояснив, что это вопрос Джона.

— Что ты! Если бы не я… — Хэлен вновь посмотрела на Стива. Он нахмурился, что не предвещало ничего хорошего. — Если бы не все мы, — поправилась Хэлен, — то неизвестно, чем бы все закончилось: Мэри собиралась улетать, но полицейская разведка вовремя все разузнала. Она снова повернула голову в сторону мужа. Гроза прошла мимо. Стив спокойно читал газету.

— Передавай наши поздравления! Только ты, моя дорогая сестричка, можешь представить, как я рада за нашего любимого брата. Как только появится возможность, мы обязательно прилетим в гости. Джон спрашивает, как ее отец?

— Вроде бы все нормально, но его с нами вечером не было. Стив разговаривал с ним по телефону. Благодаря ее отцу мы и узнали, что Мэри надумала уехать. — Хэлен начала рассказывать, что привело девушку к такому решению. Сестры болтали до тех пор, пока Стив не положил этому конец. Он подошел, отнял у жены трубку и, пожелав Элизабет и Джону спокойной ночи, положил ее на аппарат.

— Ты можешь разговаривать до утра, а у меня завтра довольно напряженный рабочий день. Не пора ли нам отправиться спать, — с укоризной сказал он жене.

— Ты не дал мне сказать самую главную и очень важную для нас с тобой новость, — обиженно возражала Хэлен.

— Что же может быть для нас таким важным в час ночи? — недоуменно посмотрел на жену Стив. — Надеюсь, это касается только нашей с тобой жизни?

— Не только, — загадочно ответила Хэлен и влюбленным взглядом посмотрела на своего спутника жизни. — Стив, дорогой, у нас будет ребенок!

Долго ответной реакции ждать не пришлось. Стив обнял жену, счастливо посмотрел в ее глаза, взял на руки и точно так же, как несколько минут назад нес спящую дочь, понес в спальню. Хэлен шептала ему, как она его любит и очень хочет, чтобы родился сын, хотя совсем недавно хотела дочь.

Хэлен и Стив давно уже спали, а Джон с Элизабет все еще обсуждали новость. Джон рассказывал подробности жизни сестры, вспоминал детство, когда они вместе росли. Не обращая внимания на то, что уже глубокая ночь, он позвонил еще одному человеку, принимавшему косвенное участие в судьбе Мэри: разбудил давно спящую Одри, которая, хотя и не сразу поняв спросонок, что случилось, разделила радость своего бывшего мужа. Так окончился день, вместивший в себя столько событий.

Загрузка...