Глава 33

День клонился к вечеру. Рэн и Доминго опросили почти всех жителей острова, кроме детей, но так ничего и не выяснили. Хелен жила уединенно и ни с кем не общалась. Но исключения все же были, как понял Рэн. Сидя за столом, он вертел в руках маленький нож, а Аврора, расположившись на диванчике, наблюдала, как блестит лезвие в свете лампы.

– Во имя Иисуса! Почему ты так придирчиво допрашиваешь меня? Неужели хоть раз за два года я дал повод усомниться во мне? – взорвался Лужьер. – Повторяю: не только я на этом острове спал с Хелен.

– Но утверждают, что она любила именно тебя.

Разъяренный Лужьер быстро взял себя в руки.

– Бог мой, но ведь на женщину напал дикий зверь!

– Я не ищу виновных, Маркус, но хочу получить ответы на некоторые вопросы. Например, почему Хелен оказалась в лесу. – Голос Рэна звучал спокойно. – Ты последний, кто ее видел.

– Это случайность. – Маркус сжал кулаки.

– Заметил ли ты что-нибудь странное в ее настроении или в поведении?

Маркус задумался.

– Она всегда была покладистой девушкой, простой, терпеливой, – с сожалением проговорил он. – Она не слишком хорошо знала английский, и это затрудняло общение с ней. – Воспоминания явно размягчили Маркуса, но, подумав о трагической участи девушки, он вновь помрачнел.

– Откуда она родом? – поинтересовался Доминго, пристально глядя на Лужьера.

– Она никогда не говорила мне об этом. – Он пожал плечами. – Из какой-то страны, севернее Каспийского моря. – Маркус избегал смотреть на Рэна. – Может, из России. У нее был славянский акцент.

– Ты свободен, Лужьер, – сказал наконец Рэн, и Маркус быстро вышел.

– Я вот все думаю, не было ли его свидание с Рэчел, которое я случайно увидел, подстроено специально? – проговорил Доминго.

Аврора вскочила.

– Рэчел? – Она впилась глазами в Доминго, и гот рассказал ей все, умолчав лишь о том, что рядом с ним находился Шокаи.

– Не могу поверить в это, ведь Рэчел – послушница. – Аврора задумалась. Она слишком мало знала эту маленькую женщину, робкую и замкнутую. Они встречались только за столом.

– Тебе не следует говорить с ней об этом, Рэнсом.

– Да, – согласился он, устало вздохнув. – Я и виду не подам, что знаю о ее похождениях.

– Сегодня мы вряд ли сможем еще что-то предпринять, Рэн. – Доминго покинул комнату.

Аврора подошла к Рэну, но тут в дверь заглянула Леония:

– Мисс, хочу сообщить вам, что мистер Баклэнд наверху с Саидой, а Дахрейн поужинал и отправился спать.

– А Рэчел?

– Взяла поднос в свою комнату.

Аврора направилась к двери:

– Поговори с Дахрейном, Рэнсом, удовлетвори его любопытство.

– Когда же ты подумаешь о нас с тобой, Аврора? – Рэн притянул ее к себе, но ее позвала служанка, и он остался один.


Доктор Баклэнд укрыл Саиду, проверил ее пульс, прислушался к дыханию и, посмотрев на Аврору, покачал головой:

– Не могу понять, в чем дело. Ей хуже, чем утром.

– Да, днем по крайней мере она сидит в постели и в состоянии выпить хотя бы чашку чаю. А к ночи ей становится совсем плохо. Мне удалось лишь избавить ее от расстройства желудка и болей.

Баклэнд нахмурился:

– Почему вы думаете, что это яд?

Аврора взяла руку доктора и приложила его палец к камню на своем волшебном кольце. Его глаза удивленно расширились.

– Да оно же горячее!

– Кольцо предупреждает меня о том, что следует опасаться яда, – объяснила Аврора.

– Ну что ж, идите спать, доктор. Я посижу с ней. – Аврора зевнула.

Баклэнд ласково улыбнулся ей:

– Кажется, вы сейчас уснете стоя, мисс. – Он похлопал ее по руке. – Пошлите за мной, если буду нужен.


Все планы рушились; годы ожиданий, тайные заговоры, бесчисленные курьеры, разосланные во все концы света, опустошили казну императора. Те, в ком течет королевская кровь, должны быть уничтожены, чтобы не осталось никаких претендентов на трон, никакой угрозы правящему императору и его невесте.

** *

Рэн сидел в ногах постели Дахрейна, ничуть не обескураженного столь поздним визитом. Все в комнате свидетельствовало о том, что здесь живет подросток: в небольшом шкафчике хранились тайные мальчишечьи сокровища, на подоконнике лежали раковины и кусочки отполированного водой стекла, на стене висела старая карта, на ней были отмечены карандашом морские маршруты. Рэн улыбнулся, вспомнив себя в возрасте Дахрейна.

Заметив новые шторы, покрывало, комод и коврик, он понял, что об этом позаботилась Аврора, и устыдился своего эгоизма.

– Саиб!

– Называй меня Рэнсом.

– Но даже сам боцман так обращается к тебе, – удивился Дахрейн.

– Ты – другое дело. Мы с мистером Локвудом не друзья.

Юноша засиял от радости. Тихо постучав, в спальню вошла Аврора с подносом в руках. Она принесла стакан козьего молока и кусок пирога с корицей.

– Проголодался, Дахрейн? – улыбнулась она.

– Аврора, но кто же ест так поздно? – вмешался Рэн.

– Сладкий кусочек вызывает сладкие сны, Рэнсом, кроме того, Дахрейн – не ты. Ему расти и расти. – Аврора подала юноше ужин.

– Может, хочешь спросить о том, что случилось сегодня, Дахрейн?

Тот задумался.

– Хелен была добра ко мне. – Юноша простодушно посмотрел на Рэна. – Она ко всем была добра. По-моему, она не любила только мисс Рэчел.

– С чего ты взял? – поинтересовался Рэн.

– Хелен ссорилась с ней у летней кухни в тот день, когда вы…

– Продолжай, – подбодрила его Аврора.

– В тот день, когда вы поссорились из-за Саиды.

Рэн, припомнив все, понял, почему ему казалось, что он знает погибшую. Да, он видел ее тогда с сестрой.

– Мне хотелось бы, чтобы новое носовое украшение «Льва» изображало сокола с распростертыми крыльями, – вдруг проговорил Дахрейн.

Рэн приложил палец к губам, но было уже поздно.

– Что за новое носовое украшение? – спросила Аврора.

– «Красный Лев» затонул в последнем плавании, мэм-саиб. – Дахрейн усмехнулся своей выдумке. – Ты не сказал ей? – Он смущенно взглянул на Рэна, поняв, что проговорился.

– Пожалуй, не стоит рассказывать тебе секреты. – Рэн взъерошил Дахрейну волосы.

Юноша уже засыпал, когда Аврора поцеловала его в лоб и погладила по голове. Рэн ощутил легкую зависть. Если бы его так любили, когда он был ребенком! Он вышел из комнаты вслед за Авророй. Она быстро направилась к столовой.

– Ты снова сердишься? – спросил он.

– Нет, но у меня есть еще дела.

Не успела Аврора возразить, как Рэн заключил ее в объятия.

Аврора молча прижалась к нему. Она тоже исступленно хотела его. Рэн осыпал девушку жадными поцелуями. В тишине спящего дома слышались только тиканье часов и приглушенные стоны влюбленных, освещенных мягким светом свечи.

– Нет, нет, нет! Не здесь! – воскликнула Аврора.

Следуя за ней на кухню, Рэн сказал:

– «Красный Лев» погиб в последнем плавании. Парусник пойдет в британские воды с новым носовым украшением и с новой командой, которая распространит слух о том, что пират Красный Лев утонул вместе с разбитым кораблем. Надеюсь, это известие всех обрадует.

– Ты поплывешь на новом паруснике? – испуганно спросила она.

– Нет, любовь моя. А «Рубен» разнесет весть о моей «смерти» еще до отплытия «Льва».

– Рэнсом, – укоризненно заметила девушка, выходя из кухни, – я не просила тебя совсем измениться, а взывала лишь к твоей человечности. Не бросай свое дело из-за меня.

– Я просто решил сменить профессию и передать дело Доминго.

У лестницы Аврора остановилась:

– Не убеждай меня, что тебе понравится бездельничать на этом острове.

– Я внезапно понял, что больше всего на свете хочу стать плантатором. – Рэн усмехнулся.

Вспомнив о недавно расчищенном участке, Аврора заглянула ему в глаза, надеясь увидеть подтверждения своей догадки. Легкий ветерок колыхал пламя свечи и бросал отблески на лицо Рэна.

Он серьезно добавил:

– Стать пиратом меня заставили печальные обстоятельства, но, попросив тебя остаться здесь, я вовсе не собирался обрекать тебя на одиночество.

– В этом доме полно людей, Рэнсом. – Аврора, взволнованная его признанием, стала быстро подниматься по лестнице.

– Боже! – прошептал Рэн. – Да остановись хоть на минуту и поговори со мной!

– Я сказала тебе, что у меня есть дела.

– В доме сейчас тихо, любимая, и тебе пора и постель. – Их глаза встретились. – Со мной.

– Это что, приглашение?

Рэн обнял ее.

– Ты принимаешь его?

– Я всегда старалась выполнять твои желания, но, хотя я знаю, что ты не хочешь от меня ребенка, не могу быть уверена, если…

– Ты понесла? – быстро спросил он.

– Нет.

– Ты в этом не сомневаешься? – Рэн нахмурился.

– Да. – Она высвободилась из его объятий и направилась в комнату Саиды.

Рэн увидел, что она озабоченно положила влажную салфетку на лоб его матери.

– Подержи это, Рэнсом. Мне нужно сменить воду. – С лампой в руке Аврора скрылась за ширмой. Поставив лампу на комод, она потянулась за кувшином, стоящим за раковиной. Ее нога на что-то наткнулась. Нагнувшись, Аврора увидела блестящий предмет. Это был флакон грушевидной формы. Девушка поняла, что не видела его раньше, потому что кто-то, вероятно, спрятал этот предмет.

Она повертела в руках красивый хрустальный флакон с пробкой в форме птицы, поставила его на комод, и вдруг ее охватила дрожь. Аврора закрыла глаза и тотчас вспомнила урну, которую видела в магическом стекле.

Она вынула пробку, сунула палец внутрь, обнаружила на самом донышке каплю какой-то жидкости и дотянулась до нее. Палец сразу же онемел, Аврора осторожно поднесла его к носу, понюхала и тут же вытерла, но чувство онемения осталось. У девушки закружилась голова, и когда Рэн окликнул ее, его голос, казалось, доносится откуда-то издали.

Держа в руке флакон, она неуверенной поступью вышла из-за ширмы. Саида проснулась и с улыбкой смотрела на сына. Аврора поняла, что та очень обрадовалась, увидев его у своей постели.

– Тебе дурно? – Рэн подбежал к Авроре и усадил ее в кресло.

Встревоженный, он подал Авроре воды и опустился перед ней на колени. Девушка быстро осушила стакан и показала Рэну флакон.

– Мне дала его Рэчел, – прошептала Саида.

– Когда? – спросила Аврора.

– Кажется, в день вашего приезда сюда. Она ароматизировала этим снадобьем воду для моей ванны.

Рэн нахмурился.

– Не думай так, Рэнсом. Рэчел могли подарить его.

– Я это выясню!

– Нет уж, лучше я сама все узнаю.

Опасаясь за Аврору, он все же понял, что ей удастся выведать у Рэчел больше, чем ему, и кивнул.

Аврора направилась в комнату Рэчел. Помедлив у двери, она услышала приглушенные рыдания. Рэчел стояла на коленях перед кроватью, положив голову на покрывало.

– Ты не заболела?

– Нет, я здорова.

Аврора показала ей флакон.

– Где ты взяла его?

– Это подарок.

– От Маркуса?

Рэчел испугалась.

– Но я знаю, что ты была с Лужьером.

– А Рэнсом? – в страхе спросила Рэчел.

– Он тоже знает.

– Разгневан? – Рэчел съежилась.

– Рэнсом не вправе судить тебя, я – тоже. – Помолчав, Аврора спросила:

– Ты брала у меня лекарство для Хелен?

Рэчел опустила глаза.

– Теперь, когда она умерла, ты должна все рассказать.

Рэчел зарыдала.

– Я объяснила ей, как нужно принимать лекарство, но она выпила сразу все!

– Скажи, это ты каждый день готовила для Саиды ароматизированную ванну? – внезапно спросила Аврора.

– Да. – Рэчел растерялась. – Я переношу любые запахи.

Аврора поняла: Рэчел что-то скрывает, а возможно, и лжет. Но все же сестра Рэнсома пока не дала повода усомниться в ее словах. Подумав, что совсем не знает эту женщину, Аврора вышла из комнаты.


Рэн сразу заметил, что Аврора встревожена, но не стал ни о чем ее расспрашивать.

– Матери плохо, – сказал он, охваченный состраданием к Саиде.

Больная тяжело дышала и беспокойно ворочалась. Аврора подала флакон Рэнсому:

– Рэчел получила его в подарок от Маркуса.

– Ты ей не веришь?

– По-моему, флакон был наполнен соком манцинеллового дерева, правда, хорошо очищенным и ароматизированным лавандой.

– Боже мой! – Рэнсом рухнул в кресло. Он знал, что это смертельный яд, завезенный из Африки.

– Если Рэчел – любовница Маркуса, зачем ему было давать ей этот опасный настой? – Аврора покачала головой. – Нет, скорее всего флакон дала ей Хелен.

– Чтобы отравить Рэчел? Но почему? Из ревности? – Рэн поднял голову.

Аврора рассказала Рэну о снадобье, которое Рэчел выпросила у нее для Хелен, и о том, что та, несмотря на предупреждение, приняла сразу всю дозу.

– Может, Хелен хотела покончить с собой из-за несчастной любви? – предположил Рэн.

– Вполне вероятно. Никому не дано познать боль другого. Беременная Хелен поняла, что сердце Маркуса теперь принадлежит Рэчел, и решила умереть, но прежде хотела расквитаться с соперницей и подарила Рэчел этот флакон.

– Но Хелен умерла до того, как появился лев, и кто-то нарочно разозлил его, – заметил Рэн.

– С тем, чтобы ее смерть походила на убийство?

– Желая возбудить против кого-то подозрения.

– Против Рэчел или Маркуса?

Рэн пожал плечами.

– Они причинили ей горе. – Рэн повертел флакон в руках. – Я знаю, ты видела его в своем магическом стекле.

– Яд проникал сквозь кожу каждое утро, когда Саида принимала ванну. Она также смазывала этим виски, если у нее поднималась температура. – Аврора упрекала себя за то, что не почувствовала присутствия яда, пока он не попал в организм Саиды. – Теперь яд перестанет постоянно воздействовать на нее, и нам, надеюсь, удастся вывести его из организма Саиды, очистив кровь… – Аврора знала, что сейчас нужно делать. Рэн понял ее замысел.

– Я приготовлю тебе ванну, дорогая.

Рэнсом не присутствовал при ритуале, но, стоя за дверью, слышал уже знакомые ему заклинания, призывающие силы Земли и духов Воздуха. В эти минуты Рэнсом Монтгомери верил в чудо.

Загрузка...