Глава 34

Аврора тихо вошла в спальню.

– Рэнсом?

Не дождавшись ответа, она обвела глазами темную комнату. Рэн стоял на балконе. Голубоватый свет луны заливал его стройную сильную фигуру. Страсть захлестнула девушку. На Рэне не было ничего, кроме простыни, обернутой вокруг бедер.

Его взгляд был устремлен на море. У нее сжалось сердце, ибо она поняла, что Рэн тоскует.

Услышав ее вздох, он быстро обернулся. Аврора стояла посреди комнаты; темные волосы ниспадали на белую ночную сорочку.

– Иди сюда, любовь моя. – Рэн протянул руку, и девушка прижалась к нему всем телом.

Почувствовав, что она дрожит, Рэн заглянул ей в глаза.

– Что случилось, милая? Саида?

– Нет, она спит, но…

– Ты испугана, – проговорил Рэн. – В чем дело?

– В тебе.

Он удивленно поднял брови.

– Ты просишь меня остаться здесь с тобой, но я вижу, что ты мечтаешь уехать.

– Ах, любовь моя! – Рэн погладил ее по щеке. – Я просто думаю о жизни, которую прожил так нелепо, так эгоистично.

– Слава Богу, что ты это понял! Уверена, раскаяние не пройдет бесследно.

– Лавры победителя уже не доставляют мне удовольствия. Я с радостью откажусь от них. – Рэн лукаво улыбнулся.

Видя, что он искренен, Аврора счастливо улыбнулась.

– Но я не останусь дома, если тебя снова охватит желание куда-то плыть.

– Я и не помышляю куда-либо плыть без тебя. Я так скучал о тебе всю эту неделю!

Рэн хотел, просыпаясь по ночам, видеть Аврору рядом. Он мечтал, чтобы она всегда жила в этом доме, который оживила своим присутствием. Да ведь и сам Рэн ожил только благодаря ей. Он мечтал, чтобы Аврора носила под сердцем его ребенка. Только ее душевная сила и жизнелюбие спасали Рэна от мрачных мыслей о прошлом. Он надеялся, что, если когда-нибудь снова поднимет парус, Аврора отправится вместе с ним или будет ждать его. Лишь бы она любила его и никогда не оставляла!

Теперь Рэн думал о будущем, о том дне, когда Аврора станет его женой.

Увидев, что она засыпает в его объятиях, он осторожно взял ее на руки и опустил на постель. Рэн просидел в кресле почти всю ночь, глядя на спящую девушку и размышляя о том, как найти слова, которые выразили бы его любовь к ней.


Дахрейн сидел на валуне спиной к Авроре, плававшей в лагуне.

– Мэм-саиб? – окликнул он ее. Выйдя из воды, она обрызгала его. Дахрейн поежился:

– Мне трудно называть тебя так… Аврора. Это слишком непочтительно.

– Друзья всегда обращаются друг к другу по имени, верно?

Юноша радостно улыбнулся:

– Большое спасибо за уроки борьбы.

– Это еще не борьба, Дахрейн, а всего лишь защита от нападения.

Он кивнул.

– Из тридцати двух способов защиты, – продолжала Аврора, – самый лучший – это бежать.

– Ты говоришь, как Шокаи.

Аврора улыбнулась и вошла в воду.

– Шокаи мудрый и добрый человек, Дахрейн, прислушивайся к его словам. Его краткие изречения поучают и от многого предостерегают.

– Он очень гордится тобой, Аврора. – Дахрейн уже свободнее произнес ее имя.

– А я горжусь его новым учеником.

Улыбнувшись, он невольно обернулся, и вдруг глаза его расширились от ужаса.

– Аврора! – закричал Дахрейн.


Рэн направил лошадь вдоль борозды. Руки у него устали от напряжения. Сначала ему казалось, что он ни за что не справится с этим, но по истечении двух дней почувствовал от этой работы больше удовлетворения, чем если бы спас две тысячи рабов и потопил десяток вражеских судов. Рэн был возбужден и доволен. Саженцы сахарного тростника, добыча с барж, принадлежавших султану, стояли, как крохотные стражи. Вскоре они пустят корни.

Рэн натянул поводья и распрямил плечи, внезапно занемевшие не от работы, а по какой-то непонятной причине. По его спине пробежал холодок. Мимо него прошел Локвуд и кивнул, но Рэн, не ответив ему, перекинул поводья через ручки плуга и, снимая перчатки, окинул взглядом побережье. Чем же объяснить это странное состояние? Рэн вытащил из-за пояса нож с изогнутым лезвием, чувствуя опасность и безотчетный страх. Внезапно услышав крик Дахрейна, Рэн помчался к берегу, туда, где, как он знал, купалась Аврора.

Его сердце гулко билось.

Аврора стояла по пояс в воде, а Дахрейн стоял на берегу.

Возле девушки кружила акула, разрезая плавником воду.

– Нет, Дахрейн, не подходи!

– Она нападет на тебя!

– Не нападет! У меня есть защита.

Наблюдая за приближающейся акулой, Аврора молила Бога защитить ее.

– О! – в ужасе воскликнул Дахрейн, когда акула ткнулась в ногу Авроры и та взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие. Дахрейн бросился на помощь девушке. Акула, привлеченная его прыжком, развернулась с невероятной скоростью.

– Дахрейн, беги! – закричала Аврора. Юноша попытался повернуть назад, но акула ухватила его за лодыжку. Дахрейн вскрикнул, и его голова в последний раз показалась над подои. Охваченная отчаянием, Аврора не знала, чем помочь мальчику.

«Рэнсом, ко мне, Рэнсом!» – молчаливо взывала она, пытаясь сконцентрировать мысли и спасти Дахрейна. На это уходили все ее силы. Кровь уже окрасила воду, когда Рэнсом примчался к берегу. Он тотчас понял весь ужас происходящего и встретился со взглядом Авроры.

– Рэнсом, помоги ему!

Он занес назад руку и молниеносным движением метнул нож. Лезвие вонзилось в акулу, и она выпустила Дахрейна.

– Скорей! – закричала Аврора.

Рэн подхватил мальчика, потерявшего сознание, и вынес его на берег, зажимая рану на его ноге. Аврора подбежала к Дахрейну, опустилась перед ним на колени, осмотрела его ногу, быстро разорвала свою рубашку и туго перевязала щиколотку, чтобы остановить кровь.

– Аврора, – прошептал Дахрейн, – с тобой все в порядке?

– Да, мой милый, а сейчас помолчи. – Аврора взглянула на Рэна. – Нужно быстро отнести его в дом!

Встревоженный Рэн только теперь заметил, что она совсем обнажена.

– Аврора, ты не можешь…

Она метнула на него суровый взгляд:

– Я говорю тебе, сейчас же отнеси мальчика в дом!

Рэн взял Дахрейна на руки. Аврора шла рядом, не спуская глаз с раны Дахрейна. Она сделает все, чтобы спасти его! Девушка сосредоточила мысли только на нем, стараясь облегчить ему боль и остановить кровотечение.

За ними уже следовала толпа. Доминго протиснулся вперед, сорвал с себя рубашку и накинул ее на плечи Авроре.

Рэн с благодарностью посмотрел на него. Невесть откуда появился Локвуд с лошадью. Рэн взобрался на нее вместе с Дахрейном и понесся к дому. Аврора бежала за ними, застегивая на ходу рубашку и умоляя всех поскорее позвать Баклэнда. Распахнув дверь, она увидела, что Дахрейн лежит на обеденном столе. Рубашка и бриджи Рэна были залиты кровью мальчика.

– Вскипятите воду! Принесите мягкую ткань, иголки, нитки, одеяла и мою сумку! – быстро распорядилась Аврора, вытирая слезы. Когда Леония и Доминго бросились выполнять ее приказания, она убрала мокрые волосы со лба перепуганного, дрожащего мальчика.

– О мой отважный юный рыцарь, – прошептала сквозь слезы Аврора. – Я знаю, как тебе больно. – Его губы побелели, глаза молили о помощи. – Обещаю облегчить тебе боль. Аврора обратилась к Рэнсому:

– Зажми рану и не отпускай. Мне нужны полоски ткани и кусочек дерева. Немедленно, – добавила она.

Леония разорвала свой фартук и протянула Авроре деревянную подставку для свечи. Та сделала жгут и остановила кровь еще до того, как Баклэнд вошел в дом. Мгновенно оценив ситуацию, доктор принялся за дело. Сейчас весьма пригодились его навыки профессионального хирурга.

Аврора приготовила успокаивающее питье, напоила Дахрейна, и он вскоре забылся глубоким сном.

– Нет! – сердито воскликнула она, угадав намерения Баклэнда. – Даже не думайте об этом! Нога останется!

Рэн вышел на веранду, присел на ступеньки и обхватил голову руками. Страдая за Дахрейна, он вновь и вновь возвращался мыслями к случившемуся.

Вдруг он быстро поднялся, подбежал к лошади и вскочил на нее.

– Рэн! – окликнул его Доминго. – За все годы, что мы здесь прожили, видел ли ты хоть одну акулу, проникшую в бассейн?

Ничего не ответив, Рэн стегнул лошадь и направил ее к морю.

Стоя на берегу, он увидел дохлую акулу. Каменистая гряда ограждала залив с одной стороны. Возле берега была отмель, а вдали виднелся мол, через который в лагуну во время прилива попадала вода. Единственным открытым участком бассейна был пролив вдоль мола. Не заходя в воду, Рэн пробежал по валунам, перепрыгнул через небольшой заливчик и пробрался на косу, уходящую в море и образующую лагуну. С озабоченным выражением лица Рэн стоял в самом конце мола, о который разбивались волны. Ничего необычного Рэн не заметил, хотя раньше никогда здесь не бывал.

Он опустился на камень, осмотрел побережье, парусники и утес, выступающий слева из воды. В заливе стояло на якоре несколько судов. Акулы прежде сюда не заплывали. Если одна из них оказалась в бассейне, воспользовавшись проходом между утесом и молом, то… Рэн быстро добрался до самого края залива и устремил пристальный взгляд в морскую глубь. Подождав, пока отхлынет волна, он сунул руку в воду и вытащил обглоданный кусок баранины.

Мясо было подвешено на персике и принизано к камню морским узлом.

Рэн увидел, что к нему по валунам пробирается Доминго.

– Я нашел следы, ведущие к заливу. – Доминго задыхался от ярости. – Весьма отчетливые следы, Рэн.

– Что ты думаешь об этом?

– Эта сволочь хромает на правую ногу.

В глазах Рэна вспыхнула ненависть. Опять Лужьер!

– Но я видел, как отсюда шел Локвуд.

– По-твоему, они затеяли это вместе? – спросил Доминго.

Рэн бросил веревку на песок:

– Не знаю, Дом, однако мне ясно, что жертвой должна была стать Аврора. Дахрейн, – его голос дрогнул, – случайно угодил в ловушку.

– Чем же она вызвала такую ненависть? – Доминго внимательно рассматривал следы.

В глазах у Рэна потемнело от гнева, кровь застучала в висках. Его предали. Его семье угрожали, и один из членов семьи лежит сейчас без сознания, борясь за жизнь.

Локвуд и Лужьер.

Рэн убьет их.

Загрузка...