Глава 7

В этот день много пройти у нас не получилось. По дуге обойдя город, мы параллельно реке пробирались в сторону моста, чтоб уже там сменить направление и двигаться вдоль дороги, а в вечернее время можно будет и по самой дороге идти.

Но до моста мы не дошли, уперлись в устье. Оказалось, здесь река распадалась на два рукава, и мы оказались на своеобразном полуострове – в междуречье, а в километре дальше виднеется мост.

– Назад пойдем?

– Не. Суетиться не будем. Сейчас отдохнем, понаблюдаем за мостом – в бинокль его видно хорошо отсюда, а когда банда проедет, метнусь к лодке по-быстрому. Ты с вещами тут меня подождешь, я на ней вернусь, подберу тебя, и переправимся на тот берег. К мосту не пойдем, если на нас обиделись, то могут наблюдателей там оставить.

– Я с тобой пойду. – Сидит набычившись, исподлобья смотрит.

– Сань, нам еще немало ходить придется, находишься. Я же вижу, что ты устал, зачем надрываться? Отдохнешь тут, дождешься меня.

– Ты чуть что, постоянно меня оставляешь. Если мы напарники, как ты говоришь, то давай вместе и действовать.

Видно от охоты уже отошел, героем себя чувствовать стал. Ничего, это быстро лечится. Да и сегодня я не ожидал никаких действий против нас, это с утра они могут приехать по наши души, если вообще приедут.

Приехали. Вернее, прилетели. Похоже, сильно они на меня обиделись.

Через три часа мы увидели, как по мосту прошла колонна из четырех монстро-грузовиков и трех внедорожников. Подождали еще немного и, не увидев больше никакого движения, оставив вещи на берегу возле приметного дерева, вернулись к оставленной вчера после охоты лодке. Там тоже все в порядке, тихо вокруг. Вытащили лодку на воду, установили мотор и на малых оборотах поплыли вдоль берега обратно.

Уже практически доплыли до оставленных вещей, как это и случилось. Из-за работы мотора я не услышал, как появился беспилотник, увидел его в последний момент. Он неожиданно выскочил из-за леса и сразу с виража причесал нас пулеметом. От лодки только щепки полетели, но самое страшное, я увидел, как у Сани из спины вылетают фонтанчики крови.

Резко повернув, отчего лодка практически вылетела на берег, схватив Саню за лямки разгрузки, затащил его под деревья. Но помочь ему уже ничего не могло. Одна пуля попала в живот, раскурочив рожки, еще три в грудь, он скорее всего и почувствовать ничего не успел.

Мой вой заглушил близкий хлопок, взрывом его не назовешь, чем-то несерьезным беспилотник обстреливал лес.

– Ну ничего, твари! Вы еще узнаете, почему меня прозвали Шатуном!!! – Склонился над телом. – Извини, Ворон! Даже похоронить тебя не смогу!

Помимо жужжания беспилотника стал слышен приближающийся более серьезный шум винтов вертолета. Несмотря на бешенство, бушевавшее в груди, понимал, что нужно уходить как можно скорее. Но кое-что мы все же сделаем.

Снял с Сани флягу с живчиком, перевернул его лицом вниз и засунул две гранаты под тело. То, что его кантовать будут, я даже не сомневался. Прилетит им ответка от Сани Ворона.

Сам же, по пути подобрав свой рюкзак, двинулся в глубь леса. Туда, где есть возможность для маневра. А то, что они будут искать меня, я уже не сомневался. За просто так вертолет и беспилотник гонять не станут.

Ушел без проблем, хоть над головой иногда и пролетал то беспилотник, то вертолет. Я не боялся, что меня обнаружат визуально или через приборы, лес густой и увидеть сквозь кроны деревьев нереально, а на открытые места я не выходил. Даже если у них есть тепловизоры, то опять же, днем сквозь листву меня не увидеть, погода стоит жаркая, засветит любую рассчитанную на обнаружение тепла аппаратуру.

За оставшийся день я отмахал, практически не останавливаясь, километров двадцать, так ни с кем и не столкнувшись. Только когда начало ощутимо темнеть, остановился на ночлег. И хоть давно не слышно шума моторов, костер не разводил, а залез в бурелом и там, под упавшим стволом раскатав спальник, улегся отдыхать.

Только сейчас, в спокойной обстановке, вспоминая сегодняшние события, понял, что возможно, Саню под пули подставил я сам. Тогда, краем глаза увидев беспилотник, я рефлекторно прибавил газу, и лодка практически налетела на очередь из пулемета.

Какого хрена, я его за собой потащил? Остался бы с вещами, может и жив бы был.

Не захотел налаживающиеся отношения портить. Раньше он сблизиться не позволял. Отстранялся от общения, все больше молчал. Только в последние дни начал понемногу оттаивать да инициативу проявлять, а не только выполнять поручения. Да и не думал я, что они за мной так быстро явятся, ещё и такие силы пошлют, и что у них вертолеты с беспилотниками есть.

Постепенно навалилась усталость, и под эти невеселые мысли я не заметил, как уснул.

Проснулся весь разбитый, самочувствие препоганое. Вспомнил, что вчера с середины дня не пил живчика, брел под адреналином по лесу и где-то даже желал встречи с противником, но, если они и выставили заслон на моем предполагаемом пути, то мы явно разминулись.

Выпив живчика, стал осматриваться и прислушиваться, пытаясь понять, где нахожусь. Вспомнив вчерашний маршрут и оглядевшись более внимательно – узнал местность. Были мы тут. Нахожусь сейчас километрах в пяти от нашего лагеря и в двух – от хвойного кластера, где медведя встретили. Сейчас вокруг тихо и спокойно: слышно, как чирикают над головой какие-то лесные птицы, да шумит в листве ветер. Ни треска подозрительного, ни выстрелов, ни шума винтов, ничего не нарушало естественные звуки леса.

Что делать дальше, вопрос не стоял: нужно выбираться из «мешка». Вот только как это осуществить? Решил вернуться к городу, этого от меня явно не ждут, обойду его и поднимусь выше моста, там переправлюсь: как и хотели раньше, пойду вдоль дороги.

Быстро перекусив, стал собираться в путь. Накрутил на автомат глушитель, чтоб не сильно шуметь при случае, добавил на разгрузку гранаты, упаковал спальник в рюкзак и двинулся в сторону реки забирая влево, чтоб выйти ниже лагеря.

Периодически останавливался, прислушиваясь к лесу, однако ничего тревожного и опасного не обнаружил. Так, петляя между деревьями и кустарниками, прошел километра два, как вдруг впереди застрекотала сорока. Я замер, прислушиваясь, но так и не понял, что ее всполошило, кроме нее ничего не слышно, но сорока явно кого-то сопровождала в мою сторону: птичий стрекот приближался.

Снял с шеи автомат, стал осторожно смещаться в сторону поваленных деревьев. Там скинул рюкзак, присел на корточки за стволом и принялся наблюдать, ожидая, кто появится.

И они появились. Группа из десяти человек: все здоровые ребята, одинаково одеты в форму оливкового цвета. На голове шлемы, непонятно чем обвешенные, глаза закрывают темные, непрозрачные визоры, нижнюю часть лица прикрывают респираторы с воздушным фильтром. На теле – бронежилеты с наплечниками, которые сегментами опускаются до локтя, налокотники и ниже до кисти щитки, руки прикрывают перчатки. Ноги тоже в броне, помимо наколенников прикрываются еще и бедра с голенью. На бронике закреплены подсумки, они же висят на поясе. За плечами рюкзаки литров на двадцать пять-тридцать, у одного, правда, побольше. Вооружены они все пистолетами на поясе и автоматами самого футуристического внешнего вида.

Несмотря на все это, гости уверенно и легко продвигались по лесу, почти не создавая шума, особенно ловко двигались первый и последний в группе. Если остальные просто умели ходить по лесу, то эти двое плавно перетекали из шага в шаг. Но все равно, какая-то неправильность в них во всех ощущалась, не пойму пока, какая.

Это уже не банда. Теперь понятно, откуда беспилотник и вертолет. Сто процентов – внешники по мою душу пожаловали. Перед глазами встало удивленное лицо Саньки, и я решился. В городе я, может, и пропустил бы их мимо, а тут в лесу – мы еще потанцуем. И как говорил мой унтер в армии: – мстя грядёт…

Броненосцы, мать вашу. Все в броне, а вот интересно, если по яй… ниже пояса им стрельнуть, то там титановые, наверно? А то голова, торс, руки-ноги закрыты, а там нет. Так и тянет проверить.

Прицелился последнему в забрало, и как только он повернул голову в мою сторону… Выстрел. Хорошо попал: голова откинулась назад, я же сразу следующего на прицел взял.

Ай, молодцы! Если первый среагировал мгновенно, еще и сзади идущего с ног сбить успел, то остальные тупо остановились и повернули головы в мою сторону.

В эти головы я успел еще двоим влепить, пока остальные зашевелились. Дал очередь по ним, но те только пошатнулись и тут же попадали на землю, стали отползать под прикрытие деревьев.

А потом плохо стало уже мне. Еле слышимое шептание их оружия, но какой результат. Ствол дерева, за которым я прятался, взорвался щепками. Я сразу упал на землю и быстро пополз в сторону – ноги делать нужно. Если дерево диаметром сантиметров сорок насквозь пробило, то мое тело пуля и не заметит.

Вскочил на ноги и, низко пригибаясь, я припустил подальше от них, о рюкзаке, оставленном под деревом, даже не вспомнил, так меня их оружие впечатлило… Хочу себе такое же.

Отбежал метров на сорок, резко сменил направление и уже не торопясь, тихо ступая и усиленно прислушиваясь, стал по дуге пробираться во фланг к ним.

Залег в ложбине: удобное место для наблюдения. Если что, и отступить назад можно, там земля как волнами пошла, есть где укрыться. Да тут и так есть, где укрыться, валежника в лесу довольно много, неслабые ветра бывают, что такие стволы повалило.

Противника пока не видно, затаились. Соображают, наверное, откуда я взялся и куда делся. Снял флягу с пояса, глотнул живчика. От утреннего недомогания не осталось и следа. Сейчас наоборот злой задор появился, так хочется за Саню посчитаться.

Плохо, что фляга с водой в рюкзаке осталась, сейчас не помешала бы. Плеснул чуток живчика на землю и образовавшейся грязью вымазал лицо, чтоб не светить им во все стороны.

Собрался уже их искать идти … Стоп! За кустом промелькнула тень, потом другая, еще едва заметное движение, вот шевельнулся куст – неудачно задели. Взяв следующий куст на прицел, я мягко выжал свободный ход спускового крючка, замер в ожидании.

Вот показались трое внешников. Подправил прицел… приклад привычно дернул плечо – еще одного ушатал. Второй прыгнул в сторону, прямо из-под пуль увернулся, шустрый зараза.

Зато третий – герой, стреляя, пошел в лобовую на меня. Дал по нему очередь, но никакого результата, только покачнулся от попадания в броню и продолжает танком переть.

Пули вспороли дерн там, где секунду назад я находился. Откатившись в сторону, достал гранату и метнул ее в сторону противника, сразу после взрыва приподнялся, чтоб добить, но с правого фланга зашептал автомат – «шустрый» впрягся. Пули веером прошлись по веткам, сбив несколько мне на голову. Достал еще одну гранату, сорвал кольцо и, выдержав паузу, кинул ее в кусты, где он прятался. Сразу после взрыва метнулся назад, пора отступить, долго на одном месте нельзя находиться. Не против их оружия, от обороны играть.

Далеко не стал убегать: скрывшись из виду, сразу ползком вернулся назад, только немножко в сторону отполз. Выглянув из-за дерева, увидел «героя», живой зараза. Что у них за броня такая, себе такую же хочу, как и их оружие. Стоит на коленях, упираясь в землю руками, трясет головой – видно оглушило, а вот «шустрого» не видно, выжидает, сволочь. Не верю я, что его гранатой достал.

Сразу стрелять не стал, ждал, может, покажется, он противник посерьезней, чем эти телята. Но показались четверо других: двое встали по бокам от «героя», поводя стволами по сторонам – типа прикрывая, другие стали пытаться его поднять.

Больше ждать не стал. Выбрал внешника, который с большим рюкзаком… Все-таки, забрала слабое место у них – очередной труп. Больше никого достать не успел, пули ударили в ствол дерева, оголив белую сердцевину – объявился «шустрый». Пришлось отходить.

На ходу сменил магазин. Неплохой результат пока: неполный магазин и две гранаты на пятерых внешников плюс один оглушенный. Совсем неплохой.

Но теперь буду вдвойне осторожней. Они уже поняли, что я не дичь, а охотник.

Опять по дуге стал обходить их, чтоб выйти на тропу, по которой они пришли. Может, с тел прихватить что удастся.

Замер. На грани слышимости появился посторонний звук, постепенно нарастая. Вертолет летит. Это подмога им, или они драпать собрались? Вертолет пролетел мимо нас дальше.

Вдруг в стороне раздался шум – возвращаются. И вертолет туда же полетел, куда они двигаются. Точно драпают, похоже, там поляна удобная для посадки вертолета. Ну-ну. Скользнув между деревьями, поспешил вперед, нужно оторваться от них и найти место для засады.

Нашел. В этом месте лес не такой густой, обзор хороший. Быстро проскочил этот участок и только улегся в зарослях, как они показались. Двое тащат под руки оглушенного, а «шустрый» и еще один их прикрывают.

Опять его не достану, он позади идет, прикрыт от меня троицей. Ничего, успеется. Взял на прицел другого, этот с моей стороны тройку страхует. Выстрел. Смазал. В момент выстрела он повернул голову, и пуля попала ему в забрало, но под углом. Забрало вроде и пробил, но не уверен, что убил, хоть он и грохнулся красиво. Остальные мгновенно среагировали: упали на землю, откатились за деревья и стали длинными очередями стрелять в мою сторону.

Пули ложились довольно близко, срывая кору с деревьев и не давая голову поднять.

Выхватив еще одну гранату, я кинул ее в их сторону. Взрыв. Перекатился за другое дерево, переполз чуть левее и… За спиной громыхнула светошумовая граната, хоть лежал к ней спиной, все равно приложило знатно, в голове загудело.

Но я уже на другой позиции, только улегся, увидел, как на мою старую выскочили двое гавриков и замерли, вращая головами. Я оказался у них сбоку и, пока они тупо пялились вокруг, выстрелом в лицо положил обоих. Теперь опять ноги делаем, назад и в сторону.

Не вояки они. Те двое, что с самого начала в глаза бросились, похоже «детсад» на прогулку вывели. Теперь понял, что мне глаза резало. Может, по лесу они и умеют ходить, но ситуацию контролировали только первый и последний. Под обстрелом остальные тоже действовать не умеют. Не приходилось им воевать… И уже не придется, – удовлетворенно улыбнулся.

Отполз назад и замер, осматриваясь по сторонам. Остался самый опытный противник, и теперь его не сковывают подопечные. Посмотрим, кто кого переиграет.

Минут двадцать ползал, пытался его обнаружить, а встретились неожиданно. Выполз из-за дерева и уставился в визор его шлема, столкнулись буквально лоб в лоб в десяти метрах друг от друга. Замерли оба, потом одновременно укрылись, но у меня менее выигрышная позиция, а его автомат уже дырявил дерево, за которым я лежал.

Иду ва-банк. Выхватываю из разгрузки последнюю гранату, кидаю ее и успеваю сместиться влево, враг сразу попадает в сектор моего обстрела, лежит за деревом. Выпустил в него очередь на весь рожок и упал в укрытие, торопливо сменил магазин и на секунду расслабился – вздохнул полной грудью.

И тут меня опять накрыло. Я почувствовал его на том же месте – живой, зараза. Но лежит, не шевелится, и также еще одного ощутил, того, оглушенного, видимо. Про него-то я и забыл, мог встрять с ним. Но ничего больше предпринять не успел.

Услышал, что в нашу сторону приближается вертолет, и небеса упали на землю. Последней мыслью было: «вызвал огонь на себя, чтоб не подыхать самому» – как удар по голове мгновенно отправил меня во тьму.

Очнулся от сильной боли в боку. Но стоило попытаться приоткрыть глаза и чуть пошевелиться, как болью взорвалось все тело. Казалось, каждая клеточка организма воет от боли. Это не те хлопушки, что беспилотник по лесу разбрасывал, вертолет накрыл тут всё основательно.

Сквозь всякий мусор, лежащий на мне, нащупал на груди пенал. Действуя одной рукой, достал и с трудом открыл его, вынул шприц и вогнал в мышцу на руке. На удивление, спек подействовал очень быстро. Минут через пять я уже пытался подняться, что было слегка затруднительно осуществить: на мне было навалено много земли и обломков древесного мусора.

Встав на колени, огляделся. Вокруг расстилался перепаханный участок бывшего леса: земля вся в воронках, лежали деревья, кое-где дымилось. Опершись спиной о поваленное дерево, которое чудом меня не придавило, стал ощупывать себя. Как я вообще тут выжил, непонятно, но что самое удивительное, я был почти целый. Дырка в боку, уже даже не кровоточит, кожу на голове рассекло – веткой прилетело. Остальное – в основном ушибы, но сильные и по всему телу. Одежда пришла в полную негодность, как еще пенал со спеком уцелел: разгрузка разорвана, магазины нашел под мусором покореженные, как и сам автомат. Кобуру с «Глоком» вообще не нашел, срезало ее и куда-то закинуло вместе с несколькими подсумками. Флягу пробило в нескольких местах, выходит, остался я без живчика. Но это не страшно. Стоит мне добраться до рюкзака, так там оставались Санина фляга и банка со споранами. Так что, потерплю пока без живчика.

Глянул на ноги: штаны в лохмотья превратились, сапоги на ленты порезанные. Непонятно, как сам уцелел. Видно, все же боги за мной приглядывают. Целыми остались лишь пистолет ГШ 18-й и нож мой в ножнах. Я на них лежал, поэтому и сохранились, наверное. Хотя не факт – рожки-то покорежило все.

Подобрал пенал, вложил в него рассыпанные шприцы. Покачиваясь, с трудом встал на ноги. Тело еще болело, но той остроты уже не было, можно осмотреться и потихоньку двигаться отсюда.

– Живой, падла, – прохрипел я.

В стороне лежал внешник, который шустрый. Без шлема, но в респираторе, и сейчас, не снимая его, умудряется пить воду из фляги.

Достал пистолет, передернул затвор и, скособочившись на левый бок, побрел к нему.

– Живучий же ты парень, внешник. – Остановился в двух метрах от него, и только тогда он меня заметил.

Что можно сказать: выше пояса он, практически, целый, так, покоцаный слегка. А вот ниже – не повезло. Правой ноги до колена не было, культя перетянута ремнем и чем-то замазана. Левая со жгутом: штанина разрезана и нога тоже чем-то натёрта. По сторонам разбросаны элементы брони, а рядом с ним лежат раскрытый рюкзак, выпотрошенная аптечка и автомат под рукой. Но до него он уже не успеет дотянуться, как и до пистолета на поясе.

Он посмотрел на меня и как-то потух весь, чуть ли не лужицей расплылся – так расклеился.

– Давай, разоблачаться будем. Сначала автомат в сторону откинь.

Не сопротивляясь, он подчинился.

– Теперь пистолет снимай и туда же, вместе с ножом.

Заставил снять все подсумки с тела, застегнуть рюкзак, и все это молча откидывалось в сторону. Убедившись, что на нем ничего, кроме брони не осталось, собрал его вещи и уселся напротив.

Минут пять молча разглядывали друг друга. Потом он снял респиратор: обыкновенное лицо, по улице мимо пройдешь, внимания не обратишь.

– Поговорим? – Таким равнодушным голосом спросил, как будто уже умер.

– Обязательно поговорим, – кивнул я головой. – Душевно поговорим. Что во фляге?

– Вода витаминизированная.

Открутил пробку, понюхал. Вроде ничем подозрительным не пахнет. Глотнул. Что ж, на вкус приятная, чуть кисленькая вода.

Фух. Горло промочил. А то пересохло, аж дышать больно.

– Ты с этого города? С Абазы?

– Здешний, – не видел я причин скрывать. – Тебя как зовут?

– Густав.

– И откуда Густав, вы такие взялись?

– С базы прилетели.

– Исчерпывающий ответ. А если поподробней?

– А поподробнее я тебе об этом ничего не смогу рассказать, – и заулыбался. В себя приходит, видать.

– Это смотря, как спрашивать.

– Да как бы ни спрашивал. Во мне чип зашит, и как только я начну лишнего говорить, так и окочурюсь.

– А если его выковырнуть?

– Не с вашими технологиями. Его еще найти нужно, а если найдете, то при извлечении тот же результат будет, требуется спецоборудование. Но ты можешь попытаться.

– Не доверяют вам хозяева ваши.

– Ничего ты не понимаешь, у нас чипирование повсеместно используется, просто с разными программами. Это и страховка для нас тут, если в плен попал, можно самому уйти, не дожидаясь пыток.

– Тогда нам с тобой не о чем разговаривать.

– Ну почему же? Можно просто о Стиксе поговорить.

– О ком?

– Этот мир называется Стикс.

– Мне говорили, что Улей.

– Улей, его в простонародье называют, за кластеры, похожие на соты. А вообще, изначальное наименование – Стикс.

– Что-то я не заметил Харона, который меня сюда переправил… Боги с ним. Меня сейчас другое больше интересует.

Поднял его автомат. Начал разбираться, как он работает. Покрутил, ничего не понял. Попробовал выстрелить – хренушки.

Посмотрел на внешника, а он за мной с интересом наблюдает. Даже эмоции во взгляде появились.

Блин. Не автомат, а брусок какой-то. Но для такого массивного оружия на удивление легкий и удобный – килограмма три всего весит.

Я вновь на него посмотрел, решая, что с ним делать. Но он заговорил:

– Это универсальная импульсная штурмовая винтовка К-21 или «Клевец». Сделана, в основном, из сверхпрочного пластика, кроме ствола и некоторых механизмов. Вес без магазина – три двести. С магазином – три семьсот. В сложенном состоянии 750 мм. Снабжена регулируемым прикладом, так что, можно под себя подгонять длину. Электропитание от сменной батареи, рассчитанной на 5000 выстрелов. Под стволом многорядный шнековый магазин на девяносто безгильзовых патронов калибра 4.2 мм. Патроны используются разные, но у меня с собой только простые, экспансивные и бронебойные. Что еще сказать? Прицельная дальность – пятьсот метров. Имеется электронный счетчик оставшихся в магазине боеприпасов. Может вести огонь в трех режимах: одиночный, короткие очереди по три выстрела и полностью автоматический огонь. Вон. Рядом со спусковым крючком расположены кнопки для выбора режима огня и включения батареи, она же предохранитель, на ней молния изображена.

Попробовал нажать на кнопку включения батареи – опять никакого результата.

– Это очень интересно, но почему не работает? – На что он только усмехнулся издевательски.

– И не будет работать. Там защита, как и на всей нашей электронике стоит. Чтоб дикари, если к ним в руки попадет, не воспользовались.

– Дикари, значит? Ясно! И зачем тогда ты все это мне рассказываешь?

– О чем-то же надо поговорить? Вот и рассказал. И это не секретные сведения.

– Крутишь ты что-то. Но раз начал, то продолжай об остальном рассказывать.

С сожалением отложил автомат, достал пистолет. Такой же массивный и легкий: усиленный, широкий кожух, над стволом вентиляционные отверстия. Что сначала удивило – неподвижная затворная рама. Рукоятка широкая, но в моей руке лежит нормально. Также три кнопки имеется, одна для извлечения магазина, вторая с молнией, третья – режим стрельбы, как и на автомате, «КО» буквы – короткая очередь.

Попробовал выстрелить – тишина. Нажал с левой стороны в верхней части рукоятки на кнопку с молнией и сразу почувствовал, как пистолет ожил. Никакого шума он не издавал, показалось просто, что он шевельнулся, просыпаясь.

В чем я и убедился.

Легкий хлопок, тише чем из «Глока» с глушителем. Отдача в руку бьет, но не критично.

Посмотрел на внешника, который с недовольной мордой глядел на мои действия с пистолетом.

– Что ж ты молчишь? Рассказывай.

Тут уже он явно неохотно начал рассказывать. Видно, что через силу.

– Пистолет К-20, тоже «Клевец». Питается теми же боеприпасами, что и штурмовая винтовка. Являются штурмовой парой. Сделан из тех же материалов. Магазин на двадцать патронов. Батарея на тысячу выстрелов. Прицельная дальность – сто метров. Стреляет одиночными и серией по два патрона. Переключение на серию, кнопка ниже «молнии».

– Это хорошо. А вдруг патрон перекосит, как доставать, если кожух неподвижный?

– У нас патроны не перекашивает. Но я тебя понял. Отключи батарею. Сбоку, справа на крышке – шторка, возле нее кнопка маленькая. Нажми на нее и сдвинь назад.

Нашел. Надавил. Сдвинул. Шторка резко открылась, и оттуда вылетел патрон. Сдвинул кнопку обратно – так же резко закрылась.

Подобрал патрон. Интересно: остроконечную пулю сзади как будто вплавили в янтарь черного цвета.

– Черное вещество (название из головы почти сразу вылетело – мудреное какое-то слово) инициируется от электричества и полностью сгорает, этим дает импульс пуле. Цвета разные: зеленый – простая пуля. Черный – бронебойная. Синий – экспансивная. Подача патрона из магазина в ствол происходит сразу при включении батареи; при уже включенной, при замене магазина автоматом досылается, если в стволе нет патрона.

– Почему он работает, а автомат – нет?

– Да потому, что простой он, как молоток. Нет в нем ничего лишнего.

Тут до меня дошло:

– Это что? Из пистолета тоже можно деревья пробивать, раз патроны одни и те же?

– Губу закатай! В автомате ускоритель стоит, который взаимодействует с зарядом и разгоняет пулю.

– Может, защиту все-таки можно обойти? – с надеждой спросил, очень уж хотелось иметь такое оружие.

– Обломись! Штурмовая винтовка взаимодействует с чипом, как и электроника. Так что, ничего тебе не светит.

– Ну, и насколько мощные эти патроны, без ускорителя? – с разочарованием спросил его.

– Бронебойной пулей руберу одному я голову прострелил, так что помощнее ваших будет, – усмехнулся он.

– А рубер у нас – это кто?

– Зеленый ты еще. Рубера горошником называют. Он …

– Как горилла с челюстью от крокодила?

– Неужели встречался? – Эк он удивился.

– Добрый человек рассказывал. И еще он говорил, что рубер танк на запчасти разобрать может и ствол дугой завязать.

– Ясно, – усмехнулся он. – То-то жаловались, что в этот раз много людей потеряли. Теперь понятно, кто поспособствовал. А насчет рубера он приврал немного. Это элита может танк разобрать, а рубера только на легкую броню хватит, и то не на всю. Но вообще да, тварь сильная и опасная.

Мысленно помянув матерно Цыгана, спросил о той «хищной» брюнетке, что нас на охоте чуть не порвала.

– Это ты на лотерейщика свежего нарвался, их еще «жрачем» называют. Перспективная дамочка была, если так быстро отожраться сумела.

– Жрач – ясно, а почему лотерейщик?

– У них иногда горох попадается, редко очень. Потому и лотерейщик, что неизвестно – есть или нет.

– Ясно. Давай дальше… Как за пистолетом ухаживать?

Под его комментарий, с помощью двух инструментов, которые хранятся в кобуре, разобрал и, самое главное, собрал пистолет. Ничего сложного в принципе.

Взял шлем, одел на себя. Сначала неудобно было, но после подстройки сел, как родной. Сквозь визор, правда, ничего не видно, еле просвечивается. Пришлось отстегнуть его, как и все приспособы на нем.

– Не проще вовнутрь всё встроить, раз вы такие все из себя развитые?

– Это шлем старого образца. В этом мире часто электроника из строя выходит, вот мы им и пользуемся, чтоб без защиты не остаться, а так – поломанную поменял, и снова все работает.

– Оружие тоже?

– Оружие – нет. Если только не заходить в мертвые кластеры. Ну так там вообще все ломается.

– Что за броня у вас? А то я в некоторых попадал, так они только пошатнулись.

Перекосило морду, но говорить продолжил. Мало что понял, но основное: опять супертвердый пластик, изнутри, как и в каске, наполнитель пенообразный, который гасит и распределяет силу удара по всей поверхности. Подробно расспросил, как броня снимается-одевается, как регулируется.

– Слушай! Ну вот все у вас в броне: и голова в каске, и тело в бронежилете, и руки-ноги, и даже воротник для защиты шеи есть. Но почему яй… ниже пояса защиты нет? Не титановые же у вас там?

– Есть и туда защита, – усмехнулся он. – Просто не надели в лес. По городу в полном комплекте ходим.

Одежда тоже суперская, из наноткани. Которая не рвется, воду не впитывает, и не вымазывается. В ней не жарко и не холодно, хорошо тело вентилируется. И из этой ткани у них вся одежда состоит, даже трусы с носками. И все они такие из себя – Суперы. Аж завидно немного. Все у них из наноткани и супер-пластика сделано.

– А из железа у вас делается что-нибудь?

– Железо – прошлый век. Сейчас более качественные и более дешевые материалы есть.

– Понятно.

Перебрал рюкзак, он из трех отделений состоит. В первом отделении была аптечка, но он ее уже использовал всю, поэтому с такими ранами и бодрый. Остались только таблетки для обеззараживания воды для питья, а также витаминизирующие. По одной на литр воды хватает, хоть из лужи набирай, только потом профильтровать не забудь. Фильтры тоже есть.

Второе отделение небольшое, в специальных держателях расположены магазины к автомату и пистолету, а в плотном, изолированном кармашке – запасная батарея к оружию. Россыпью патронов нет, только снаряженные. Говорит, что можно и комбинировать патроны, но у него в каждом магазине свои, мол, недолго поменять на нужный магазин. В третьем – тюбики с питательной массой вкуса манной каши с клубничным вареньем. Попробовал немного – вкусно. И разные мелочи, которые облегчают жизнь в походе.

В подсумках помимо магазинов какие-то приборы, но что это, не признался зараза. Разве что, еще гранаты нашел.

– Ты мне скажи: почему гранаты у вас такие несерьезные?

– Там и серьезные есть, – указал на маркировку.

– А светошумовые зачем в лесу?

– На живого охотиться летели, поэтому такой набор. Но светошумовые и против опасных тварей применяются. У них слух чуткий…

– А еще что чуткое?

– Запахи чувствуют, что собаки, зрение по-разному, у некоторых и орлиное бывает. Вот если перед мордой мутанта такую подорвать, то на несколько секунд дезориентируешь его, и он потеряется в пространстве, но не больше. У них регенерация бешеная, восстанавливаются быстро. Я так рубера и привалил, когда он подобрался близко.

– В каком направлении лучше не соваться, чтоб к вам не попасть?

На что он только головой покачал.

– Раз это нельзя говорить, то может скажешь, что за «телята» с вами были?

Усмехнувшись грустно, признался:

– Сын полковника с друзьями, на охоту прилетели. – И смотрит на меня вызывающе.

– И часто вы так охотитесь?

– Я обычно по-другому охочусь, другим составом. А сейчас не вовремя на глаза полковнику попались с Андре. Вот он и отправил нас сына сопроводить. Никто не думал, что тут на серьезного бойца нарвемся.

– Охотиться на меня или на мутантов прилетели?

– На тебя, видимо, других живых тут же нет никого?

– А как узнали так быстро? – Проигнорировал вопрос про других.

– Да на джипе в стаб прилетели с Бульдогом раненым. Кричат Лютому, что тут их обижают. А кто-то сынку стукнул, потому что Лютый недовольный был, когда мы к нему предварительно заявились порасспросить, неприятно ему, что в обход него нам докладывают. Сынок к папаше – сразу сюда проситься, они с друзьями часто охоты такие устраивают, если неопасно. Тот и отпустил как обычно, только нас напряг страховать. А быстро… Так это ехать долго, а по воздуху мы за полчаса сюда долетели. В этот раз не повезло.

– А сегодня как вышли на меня так быстро?

– С беспилотника тебя заметили. Утром еще прохладно было – тепловизор засек.

Понятно. Рано тогда из-под дерева вылез. На будущее учтем.

Что-то он взволнованным выглядит последние минут двадцать. Постоянно прислушивается к чему-то.

– Я так понял, ты ждешь кого-то? Потому и откровенный такой?

По его виду – понял, что угадал.

– Угадал, дикий. Скоро тут вся кавалерия будет. Полковник не простит тебе сына, лично прилетит проверять: сдох ты или нет. Да и деваться отсюда некуда, вокруг мертвые кластеры, выход только в одну сторону, и его в первую очередь перекроют. Так что, почему бы пока не поговорить, вместе всё веселей подыхать.

– Если на охоту летели, зачем тогда лодку в щепки разнесли?

– Да это оператор беспилотника лопухнулся. У него задача была: обнаружить и прижать вас, по возможности подранить. Для этого он маломощными ракетами и расстреливал лес. Такой убить можно, только попав в человека, а так, кучу мелких осколков дает, как раз чтоб стреножить.

– Последний вопрос: зачем вертолет на нас спустил?

– Да сами они нас накрыли, никого я не спускал. По датчикам и через камеры, – указал он на шлем, – они в вертолете все показания записывают, потом фильмы монтируют. Увидели по приборам, что я ранен, и пока ты далеко не убежал, расстреляли.

– Но по приборам ты же еще живой был, почему не подобрали?

– Да не был я живой. Я стал трупом, стоило тебе сына полковника замочить. Потому и рванули нас вместе, что поняли – я тебя не достану.

– Счастливо оставаться. – Поднялся на ноги, доставая свой пистолет. – Спешу я.

На что он только усмехнулся. Так с усмешкой и подох.

Полтора часа меня сказками кормил, но и полезного много сообщил, так что не жалею. Но, как бы ни спешил, трофеи я все же соберу. Весят мало, и все они в моей ситуации – бесценные. Вколол себе новую дозу спека, а то боль возвращаться стала, и в темпе направился в вояж по местам боевой славы, где мои трофеи дожидаются.

Загрузка...