СКАЗКИ ПОПУГАЯ. Индийские легенды и сказания

О ТОМ, КАК ОДИН БАДШАХ УЗНАЛ СЕБЕ ЦЕНУ

Некий бадшах созвал со всех концов своего государства мастеров и умельцев и сказал:

— Вы знаете, на что нужна каждая вещь, и можете определить ей цену. Так скажите же — велика ли цена мне? Только смотрите, не ошибитесь. За ошибку накажу сурово.

Выслушали мастера приказ бадшаха и закручинились. Ни один не надеялся спасти свою жизнь и честь.

Был среди тех мастеров один умный старик, который много чего повидал на своем веку. И вот он так сказал своим товарищам:

— Ведите меня к его величеству бадшаху. Я скажу, как велика ему цена, и спасу вашу честь.

Тогда мастера привели старика к бадшаху и доложили:

— Этот старик знает цену его величеству бадшаху, наместнику бога на земле.

— Докладывай нам все, как есть, — приказал бадшах, — не уменьшай и не прибавляй. Не то будешь строго наказан!

Старик поклонился и сказал:

— Цена бадшаху, прибежищу мира, ломаный грош!

Услышал бадшах, какая ему цена, и спросил старика:

— Как так? Почему такой бадшах, как я, стоит всего только ломаный грош?

Старик ответил:

— Когда человек покупает раба, он заставляет этого раба выполнять всякие работы, нужные и ненужные, а сам ничего не делает. Но если кто-нибудь купит ваше величество, он не получит от этой покупки ни малейшей пользы. Не вы будете ему служить, а он вам. Да еще придется вас всячески ублажать и почитать, а толку от вас никакого.

О ЛЕТУЧЕЙ МЫШИ

Некогда между зверями и птицами вспыхнула великая война. Тогда летучая мышь сказала себе:

— Никто еще не решил, кто я такая — зверь или птица. Одни говорят, что я зверь, другие — что птица. Лучше мне пока держаться особняком да обдумать все хорошенько. Не стану я примыкать ни к зверям, ни к птицам; погляжу, кто кого одолеет. Чья сторона победит, на ту я и перейду!

Тем временем звериное войско встретилось с птичьим, и завязалось сражение. А летучая мышь только смотрела на битву издалека. И стало ей казаться, что побеждают птицы. Тогда она полетела в их сторону, но не приблизилась к ним, только подумала: «Вот одержат победу, я к ним и примкну!»

Но тут ей вдруг показалось, что одолевают звери. Тогда летучая мышь шмыгнула в ряды зверей и заявила:

— Морда у меня точь-в-точь такая, как у мышей. Детеныша своего я кормлю молоком, а птицам этого не дано. Значит, я зверь. Так примите же меня в свое племя! А уж я век буду вам служить верой и правдой. Ни за что на свете вас не предам!

Звери поверили летучей мыши и приняли ее в свое племя.

А птицы-то все-таки победили зверей — очень уж храбрый был у них полководец — орел. Тут летучая мышь испугалась до смерти и подумала: «Не миновать мне теперь птичьих когтей!»

Подумала так летучая мышь и решила спасаться бегством. Улетела в горы и леса и стала там укрываться в дуплах деревьев.

Так она теперь и живет, презренная: днем прячется, а ночью, когда все птицы сидят в своих гнездах, вылетает наружу.

Воистину недостойно быть трусом, а вероломство и подлость постыдны и достойны порицания!

О КУПЦЕ И НОСИЛЬЩИКЕ

Один купец сказал носильщику:

— Возьми-ка эту корзину с бутылками и отнеси ко мне. А за работу я дам тебе три совета, да такие, что тебе великую пользу принесут.

Носильщик согласился, взвалил корзину на плечи и пошел за купцом. Вот прошли они треть пути, носильщик и говорит.

— Ну, сахиб, каков ваш первый совет?

Купец ответил:

— Если кто скажет тебе, что лучше голодать, чем ходить с полным животом, ты с этим никак не соглашайся!

— Хороший совет! — отозвался носильщик.

Когда они прошли вторую треть пути, носильщик снова спросил купца:

— Ну, а второй совет?

Купец проговорил:

— Если кто скажет тебе, что лучше ходить пешком, чем ездить верхом, смотри не подумай, что это правда!

— Еще того лучше! — одобрил носильщик.

Когда же они подошли к дому купца, носильщик спросил:

— Теперь дайте третий совет!

И купец сказал:

— Если кто скажет тебе, что он видел носильщика глупее тебя, ты этому отнюдь не верь!

Тут носильщик рассердился, в гневе грохнул корзину об землю и воскликнул:

— А если тебе кто скажет, что в этой корзине, хоть одна бутылка осталась целой, ты этому тоже отнюдь не верь!

О ВЫЖИГЕ И ЕГО СЛУГЕ

Жил-был один выжига. Не хотелось ему платить жалованье своим слугам, и вот он завел себе простыню, да такую короткую, что если накроешься ею с головой, простыня не достанет до ног, а если закроешь ноги — не достанет до головы. Когда кто-нибудь из слуг просил у хозяина свое жалованье за месяц, выжига ложился и приказывал:

— Возьми-ка вон ту простыню и накрой меня!

Если слуга покрывал хозяина с головой — хозяйские ноги оставались голыми; если же он укутывал ноги — непокрытой оставалась голова. Тогда хозяин сердился, обвинял слугу в неповиновении и выгонял, не заплатив за работу. И такая про него пошла худая слава, что никто больше не захотел ему служить.

Но вот спустя много дней появился в тех местах какой-то чужой человек и нанялся к нему в работники. Соседи стали ему советовать:

— Твой хозяин — выжига. Лучше уйди от него.

— А что? — спросил новый слуга.

Соседи рассказали ему, как несправедливо поступает его хозяин, но слуга сказал:

— Я все-таки буду ему служить, а когда уйду, получу с него свое жалованье сполна.

И он усердно служил хозяину, а когда прошел месяц, попросил у него свое жалованье. Тогда хозяин, по своему обыкновению, лег и приказал слуге:

— Возьми-ка вон ту простыню и покрой меня!

Слуга взял простыню и покрыл его с головой. Тогда хозяин сказал:

— Не видишь разве — ноги голые!

Слуга прикрыл ему ноги.

— Гляди, голова открыта! — крикнул хозяин.

Слуга опять прикрыл ему голову простыней.

А хозяин рассвирепел и закричал:

— Ты что, ослеп? Видишь — ноги непокрыты! Так-то ты меня слушаешься!

Тогда слуга, не говоря худого слова, поднял палку, что тут же лежала припрятанная, да как хватит хозяина по обеим ногам! Тот сразу ноги поджал — клубком свернулся под простыней. А слуга мигом подоткнул простыню со всех сторон, сказал хозяину: «Мое почтение!» — забрал свое жалованье и был таков.

О ПУТНИКЕ И ШАЙТАНЕ

Шел один человек по дороге, а навстречу ему — шайтан в человеческом обличье. Увидел его путник и спрашивает.

— Ты кто такой?

— Я шайтан! — ответил тот.

— Скажи мне, зачем ты творишь всякие пакости? — спросил его путник. — Ведь за это тебя люди осуждают.

— А я ничего плохого не делаю! — возразил шайтан. — Вы, люди, сами безобразничаете, а на меня вину валите. Если не веришь, подожди здесь немного: своими глазами увидишь, кто творит зло — я или вы сами!

И вот шайтан в обличье человека купил немного меда в ближней лавке, обмазал этим медом ее дверь, а сам отошел в сторонку. В тот же миг дверь облепили мухи. На мух кинулся паук; на паука бросилась какая-то птица. А тут как раз скакал мимо главный сокольничий с охотничьим соколом на руке. Сокол слетел с руки сокольничьего и схватил птицу, а лавочник подумал, что это коршун прилетел. Запустил в сокола гирей и убил его наповал. Сокольничий бросился на лавочника; тот ему сдачи дал. Началась драка. Прибежали стражники, схватили лавочника и увели.

Тут шайтан сказал путнику:

— Теперь видел, сахиб? Я только и сделал, что дверь медом вымазал; ну, а все прочее, что ты сейчас видел, кто это натворил?… Так вот и всегда. Сами глупости делаете — шайтан виноват!

И, сказав это, шайтан пошел своей дорогой.

О СЛОНЕ И ЧЕТЫРЕХ СЛЕПЦАХ

Четверо слепцов брели по дороге. Навстречу им шел слон.

— Посторонитесь, слон идет! — крикнули слепцам прохожие.

Слепцов обуяло любопытство.

— А какой он, слон? — спросили они. — Покажите его нам!

Прохожие тогда попросили погонщика:

— Останови-ка на минутку слона! Эти вот незрячие хотят узнать, какой он.

Погонщик остановил слона, и все четыре слепца принялись его ощупывать. Одному под руки попался хобот, другому — нога, третьему — брюхо, а четвертому — хвост.

Вот ощупали они слона, и погонщик погнал его дальше.

А прохожие спросили слепцов:

— Ну, знаете теперь, какой он — слон?

— Да, знаем! — ответили те.

— Какой же?

Слепой, что ощупал хобот, ответил:

— Он похож на толстую змею, которая свернулась кольцом.

Слепой, что ощупал ногу слона, сказал: — Нет, ошибаешься! Он похож на столб. Слепой, что ощупал слоновье брюхо, сказал: — Оба вы говорите неправду! Слон похож на громадную бочку для воды.

А тот, что ощупал хвост, заявил:

— Все вы ошибаетесь. Вовсе он не такой, как вы говорите. Слон похож на корабельный канат.

Так эти четверо слепцов, ошибаясь сами, обманывали друг друга. А ведь каждый из них говорил правду. Кто сколько узнал, тот о том и рассказал.

О «МОЕМ» И «ТВОЕМ»

На ветке старого дерева поселилась птица. Каждый год, когда приходила весна, она прилетала, вила себе гнездышко, несла яйца, выводила птенцов, а улетала, когда лето кончалось. Так прожила она два года. На третий год в начале весны она прилетела опять. Видит — на этой самой ветке сидит какая-то другая птица с пучком травы в клюве и вьет гнездо. Рассердилась старая птица и говорит:

— Откуда ты явилась и что делаешь?

Молодая птица ответила:

— Я прилетела, чтобы здесь поселиться. Видишь — вью себе гнездо!

Старая птица обозлилась еще пуще.

— Нет, здесь ты не останешься, — говорит. — Туг мой дом.

А молодая ей на это:

— Ну и ну! Не успела прилететь, а говоришь — это мой дом! Нет, сестра! Я сюда прилетела раньше тебя, натаскала шерсти и волоса, травы и соломы, собрала их на этом вот сучке и начала вить себе гнездо. Погляди, сколько я уже сделала! Тут не твой дом будет, а мой!

Старая птица разъярилась и закричала:

— Нет! Это не твое место, а мое! Я два года подряд прилетала сюда весной и всегда строила свой дом на этой вот ветке! А ты в первый раз сюда прилетела, показываешь на какие-то четыре былинки и заявляешь свои права на мою ветку, говоришь, что она твоя. Нет, нет! Ты здесь не останешься; я останусь!

Молодая птица тоже рассердилась и крикнула:

— Нет! В этом году я прилетела первая и уже начала строить свой дом. Я останусь, а не ты!

Тут старая птица кинулась к ветке и мигом расшвыряла во все стороны шерсть и травинки. А молодая птица бросилась на старую, и началась между ними драка. Одна кричит:

— Я прилетела раньше! Я раньше дом построила, здесь я и останусь!

Другая кричит:

— Я два года подряд сюда прилетала и здесь жила! Это мой дом, я тут и останусь!

Случилось так, что под этим деревом сидела кошка и грелась на солнышке. Услышала она шум, встала и говорит:

— Погляжу-ка, что там такое!

И вот кошка тихонько подкралась и вспрыгнула на дерево. Сидит, слушает, о чем птицы спорят. «Ну, — думает, — ни одна из вас тут не останется!» Потом одним прыжком добралась до спорщиц, и обе они очутились у нее в когтях.

Сначала кошка строго сказала старой птице:

— В этом году ты опоздала, вот и потеряла право на эту ветку. Кроме того, ты забияка. Я не могу оставить тебя в живых.

И кошка съела старую птицу. Потом обратилась к молодой:

— Старая птица несколько лет жила на этой ветке. Значит, это ее ветка, а не твоя. А ты мне тоже что-то не нравишься. Не оставлю тебя в живых!

Тут она съела молодую птицу и, наевшись, ушла.

О БРАХМИНЕ, ЛЬВЕ, ГУСЕ И ВОРОНЕ

Как-то раз один брахмин ушел из своей страны в соседнюю на заработки. Шел-шел и что же он видит? Лев сидит в своем логове. Увидел его брахмин и чуть не умер от страха. Что делать? Думал-думал — ничего не придумал, совсем обеспамятел; сам не свой выхватил священную книгу, которую взял с собой, и стал читать ее вслух.

В тот день при льве состоял один из его советников — гусь; и лев спросил гуся:

— Что это за человек?

— Ваше величество, — сказал гусь, — этот человек — жрец-летописец. Он пишет историю ваших предков, описывает их деяния и ваши; восхваляет и вас и весь ваш род. Надо бы вам наградить его. Да будет благословенно ваше величество!

Выслушал лев гуся и пожаловал брахмину две сумы с деньгами — в каждой было по тысяче рупий. Брахмин обрадовался и вернулся домой. А дома принялся проматывать деньги — ведь они ему без труда достались; да и надеялся он, что еще получит.

«Схожу еще раз ко льву, — думал брахмин, — и опять принесу две сумы с деньгами!»

И вот когда кончились у брахмина все деньги, вышел он из дома и направился в ту сторону, где жил лев. По дороге встретился ему тот самый гусь, что посоветовал льву пожаловать брахмину две сумы с деньгами.

— Эй, брахмин! Куда путь держишь? — спросил гусь.

— Тут недалеко живет мой благодетель, — ответил брахмин, — так вот я к нему иду!

— Какой благодетель? — спросил гусь.

— Раджа лев!

Тогда гусь сказал ему в стихах:

Но брахмина жадность обуяла. Он не послушался гуся, подошел ко льву и, как в прошлый раз, принялся читать свою книгу.

В тот день при льве состоял другой советник — ворон. Лев спросил у него:

— Кто это и что он там болтает?

— Ваше величество! — доложил ворон. — Это явился ваш завтрак! Извольте его скушать!

Лев послушался ворона и сожрал брахмина.

О НАБОЖНОМ КОТЕ

В доме одного бедняка стояла глиняная крынка с едой. Чей-то кот увидел крынку, захотел полакомиться и сунул в нее морду. Горлышко у крынки было узкое, вот голова у кота и застряла в ней — сунуть сунул, а вытащить не может. Кот в испуге бросился бежать с крынкой на голове и сослепу наскочил на камень. Крынка ударилась об него и разбилась, а горлышко осталось у кота на шее. Кот сам не свой убежал в дремучий лес. В лесу на дереве сидел попугай. Увидел он кота и спрашивает:

— Эй, любезный! Что это ты нацепил себе на шею?

— На шею я надел вериги, чтобы вечно помнить о боге, — ответил кот. — И еще я дал обет не есть никаких животных. А сейчас совершаю паломничество — иду в Мекку каяться в своих грехах.

— Раз ты дал такой хороший обет, — промолвил попугай, — так я тоже пойду с тобой.

— Ты во мне не сомневайся, — уверил его кот. — Иди со мной без всякого страха.

Попугай поверил обманщику коту, и они пошли вдвоем. По дороге им встретилась крыса, которая рыла себе норку. Увидела она путников и спросила у кота:

— Эй, приятель! Что это ты надел себе на шею?

Кот ответил ей так же, как и попугаю. Поверила крыса коту и пошла вместе с ним. Путников стало трое. Затем по дороге им попался скворец. Расспросил скворец кота, поверил ему и тоже пошел с ним. Путников стало четверо. Потом встретился им петух и тоже напросился к ним в попутчики. И вот друзья-товарищи двинулись дальше впятером.

К вечеру дошли до рощи, решили заночевать в ней и стали подыскивать место для ночлега. Всем известно, что ночью птицы видят плохо. Знал это и кот. Вот он и сказал своим спутникам:

— Если вы, четверо, заночуете на открытом месте, может статься, что придет кто-нибудь их моих родичей — другой кот — и съест вас, а тогда — только я вас и видел! Залезайте-ка лучше в дупло какого-нибудь дерева, а я сяду с краю, буду вас сторожить и никого чужого не подпущу.

Спутникам совет понравился. Забрались они в дупло, а кот сел на стражу с краю.

Немного погодя крыса по привычке стала «умывать» себе мордочку передними лапками. А кот только того и ждал, как бы ему придраться к своим спутникам. Вот он и говорит петуху:

— Эй, петух сахиб! Ты из нас четверых самый умный и рассудительный. Вон у тебя какой гребешок на голове! Ведь это — венец мудрости. Ты знаешь, что я выбросил из сердца вражду к вам и решил жить праведной жизнью. А эта крыса всех нас ненавидит. Гляди, как она усы крутит! Вот-вот на нас кинется. Что нам с нею делать?

— Крыса виновата. Надо ее наказать, — ответил петух.

— А коли она виновата, так выкинь ее из дупла, чтобы всем нам, остальным, жить в дружбе, — сказал кот.

Петух не долго думая выкинул крысу из дупла, а кот спрыгнул и съел ее. Потом закрыл глаза и притворился, будто думает о боге.

Ровно в полночь попугай забормотал что-то во сне.

Тогда кот сказал петуху:

— Эй, друг! Послушай, как попугай ругает нас на своем языке, хоть мы и ни в чем не виноваты. Что мы ему сделали дурного? Ничего!

— Верно! — ответил петух. — Попугай ведет себя плохо.

— Ему не место среди нас, — сказал кот, — выкинь его вон!

Петух выбросил попугая из дупла. Кот мигом съел его, возблагодарил бога и стал думать, как бы ему поживиться своим третьим спутником. После полуночи подал голос скворец. Кот и скворца обвинил во вражде к друзьям. Петух выбросил скворца из дупла, а кот его съел. Теперь у кота остался только один спутник — петух.

Стало светать. Петух сахиб проснулся и загорланил свое «ку-ка-ре-ку».

— Эх, петух, петух! — сказал кот. — Хоть ты и умный, а, видать, тоже не хочешь со мной ладить — громко ругаешь меня в глаза. Не знаешь, должно быть, как за это поплатились остальные!

Тут кот бросился на петуха, перегрыз ему горло и съел его с большим удовольствием.

О КУПЦЕ И ПОПУГАЕ

У одного купца долго жил попугай.

Однажды купец решил съездить в Бенгалию по торговым делам. Перед отъездом он собрал всех своих домочадцев и сказал:

— Я уезжаю! Говорите, что вам привезти в подарок из Бенгалии?

Каждый сказал, что бы ему хотелось получить, и купец обещал исполнить все просьбы. Потом распрощался с семьей и уже собрался уходить, но раздумал и подошел к клетке попугая.

— А что привезти тебе? — спросил попугая купец.

— Я по твоей милости ни в чем не нуждаюсь, — ответил попугай, — но все-таки у меня тоже есть к тебе просьба. Если можешь ее исполнить, я скажу какая.

— Что же это за просьба? — спросил купец с улыбкой. — Если смогу, постараюсь ее выполнить.

Тогда попугай сказал:

— В Бенгалии, в той стране, куда ты едешь торговать, на таком-то поле растет большое дерево, а на дереве гнездится множество попугаев. Прошу тебя, доберись до этого дерева и передай попугаям мой салам[18]. Потом скажи: «Мой попугай, что сидит в клетке, просит вам сказать, что вы, мол, свободно летаете по лесам и садам, а о тех, кто скорбит, и не думаете. Каменные у вас сердца! А когда вы в кои-то веки и подлетите к нам, пленникам, так только посмотрите на нас и опять улетаете есть плоды. Если вы нам не поможете, мы так и умрем в клетках!..» Пусть они тебе на это ответят, а ты передай мне их ответ. Этим ты окажешь мне великую услугу!

— Ладно, исполню твою просьбу! — сказал попугаю купец и записал его слова.

Приехал купец в Бенгалию, накупил товаров, а перед отъездом отправился на то поле, про какое ему говорил попугай. Смотрит, и верно: растет на поле огромное дерево, а на ветках его сидит стая попугаев. Тогда купец крикнул:

— Эй, попугаи! Мой попугай шлет вам свой салам!

Потом слово в слово повторил речь своего попугая. Но не успел он вымолвить последнее слово, как все попугаи замертво свалились с дерева на землю. Купец диву дается: «Наверно, — думает, — эти дикие попугаи когда-то были закадычными друзьями моего попугая. Как услышали его салам, упали замертво».

Посмотрел он, посмотрел на мертвых попугаев, потом возвратился в город и стал собираться в дорогу.

И вот, наконец, он благополучно вернулся домой и оделил своих домочадцев подарками — каждому привез то, что он просил. Только попугаю не привез ответа на его салам — побоялся огорчить его вестью о смерти друзей и ничего ему не сказал.

Тогда попугай сам спросил его:

— Разве ты, хозяин, не передал моего салама? Почему я не слышу ответа на него?

— Салам твой я попугаям передал, — ответил купец, — но ответа на него не получил.

Попугай очень огорчился и спросил:

— Ну, так расскажи мне, что ты видел на поле?

Волей-неволей пришлось купцу рассказать, как дело было:

— Дошел я до того поля, о котором ты мне говорил; вижу — на дереве сидят попугаи. Но только я успел передать им твой садам, как вдруг они все как один замертво попадали с веток на землю. Вот почему мне нечего тебе передать.

Как только он это сказал, попугай пошатнулся и замертво свалился с жердочки на дно клетки.

Купцу было очень жаль попугая, и он подумал: «Напрасно я рассказал ему о смерти друзей!»

Взял попугая за лапки и выбросил в окно.

А попугай вспорхнул и улетел. Тут купец понял, что дикие попугаи не умерли; они только притворились мертвыми, чтобы научить попугая в клетке, как ему вырваться на свободу.

О ВЕРНОМ СОКОЛЕ

Рассказывают, что когда-то давным-давно у одного бадшаха был любимый сокол. Этого сокола он всегда брал с собой на охоту.

Однажды он посадил его себе на руку и отправился на соколиную охоту. И вдруг видит — бежит олень. Бадшах пришпорил коня, погнался за оленем и ускакал далеко. Свита старалась не отставать от бадшаха, но не могла за ним угнаться и потеряла его из виду.

А бадшах тем временем загнал оленя и почувствовал, что очень хочет пить. Долго кружил он по горам на коне — все искал, нет ли где родника. Наконец добрался до подножия высокой скалы и увидел, что с вершины ее каплет вода. Бадшах вынул из сумки чашу и стал собирать в нее воду по каплям. И вот чаша наполнилась, и бадшах уже поднес ее ко рту, как вдруг сокол ударил по ней крылом — и вся вода разлилась.

Бадшах рассердился на сокола и снова подставил чашу под капель. Немного погодя чаша наполнилась еще раз, и бадшах уже поднес ее к губам, но сокол опять выбил чашу у него из рук и пролил всю воду. Разгневался бадшах, ударил сокола о землю, и тот упал мертвый.

В этот миг подскакал стремянный, и бадшах сказал ему, что хочет пить. Стремянный налил из козьего бурдюка воды в чашу’ и хотел было подать ее своему господину, но тот сказал:

— Я хочу пить чистую, холодную воду — ту, что течет со скалы. Взберись-ка туда, зачерпни воды из родника и принеси мне. Я не хочу ждать, пока вода капля за каплей наберется в чашу!

Стремянный влез на гору, добрался до родника, и что же он увидел? На краю обрыва лежит мертвая змея, а ее ядовитая слюна смешивается с водой и капля за каплей падает со скалы.

Стремянный испугался, спустился со скалы и доложил бадшаху о том, что видел; потом налил в чашу воды из своего бурдюка и подал ее бадшаху. Бадшах припал к ней губами, но пить не смог — заплакал, указал на мертвого сокола стремянному и проклял свою поспешность.

И потом всю жизнь помнил об этом случае.

Мудрые ничего не делают, не подумав.

О ТОМ, КАК ШАКАЛ ТИГРА ОБМАНУЛ

Как-то раз тигр охотился в джунглях и попал в западню-клетку. Случилось так, что мимо проходил путник. Увидел его тигр и стал слезно просить:

— Эй, человек! Вот уже много-много дней, как я томлюсь в этой западне. Сжалься надо мной, вызволи меня из неволи. Ты за это получишь великую награду в жизни будущей, да и я щедро тебя отблагодарю.

Путнику захотелось получить награду, и он открыл дверцу клетки. Тигр выскочил наружу и говорит:

— Вот уже много дней как я ничего не ел. Так ослабел от голода, что ходить не могу. Сейчас я тебя съем!

Страшно стало путнику.

— Ох, титр, — сказал он, — неужто, это и есть награда, которой ты хотел отблагодарить меня за добро?

— Она и есть, — ответил тигр.

— Какая же это награда — платить злом за добро! — возразил человек. — Надо бы спросить кого-нибудь: награда это или нет? Послушаем, что он скажет!

— Хорошо, — согласился тигр, — спрашивай!

Неподалеку росло тиковое дерево. Путник и тигр подошли к нему и спросили:

— Скажи нам, дерево, чем награждают за доброе дело?

— Злом! — ответило тиковое дерево. — Судите сами: люди отдыхают в тени моей листвы, а как придет им пора уходить, рубят мои сучья — кто на стропила, кто — на оси и уносят их к себе. Так они платят мне злом за мое гостеприимство.

Выслушав дерево, тигр сказал путнику:

— Ну, теперь сам видишь, что я должен тебя съесть!

— Подожди, — попросил тот тигра, — давай еще кого-нибудь спросим! Послушаем, что он скажет.

— Ладно, спроси! — согласился тигр.

Прошли они еще немного, видят — на пустоши пасется корова.

— Эй, корова! — окликнули они ее. — Скажи, чем платят за добро?

— Злом! — ответила корова. — Судите сами: пока я была молода и давала молоко, мой хозяин меня очень любил. Все его домашние, и старые и малые, пили мое молоко, а если немного молока оставалось, из него делали простоквашу, масло и творог. А теперь я состарилась, исхудала. Молоко мое иссякло; ну, меня и выгнали на пустошь. Вот уже два-три дня, как хозяин мой приходит сюда с мясником. Только и ждет, чтобы я немного потолстела, а тогда продаст меня мяснику на убой.

— Ну, теперь сам видишь! Съем тебя!

— Подожди немножко, — попросил человек, — давай спросим еще кого-нибудь третьего. Если и он скажет то же самое, тогда нечего делать, ешь меня!

Тигр согласился. Прошли еще немного, видят — на пригорке сидит шакал. Как завидел шакал тигра и человека, припустился было бежать прочь, но тигр крикнул ему:

— Эй, брат шакал! Не бойся нас! Мы тебя не тронем! Мы только хотим спросить тебя кое о чем.

— Странное дело! — протявкал шакал. — Не одного вы племени — один человек, другой тигр, — а идете вместе! А я уж было подумал, что вы замыслили что-то против меня. Не подходите ко мне близко, спрашивайте издалека. Я и отсюда вам отвечу.

— Ладно, — сказал тигр.

Остановились они, и человек стал рассказывать шакалу:

— Брат шакал! Вот этот тигр попал в западню. Увидел меня и стал просить: «Ох, человек, выпусти меня на свободу! За это я тебя щедро вознагражу!» Я ему поверил, открыл дверцу клетки, а он выскочил наружу и теперь хочет меня съесть. Неужто, это награда за добро?

— Не верю я тебе! — проговорил шакал. — Может ли быть, чтобы тигр, «бадшах зверей», попал в клетку? Врешь ты все, человек!

— Нет, это правда, брат шакал, — сказал тигр, — человек не врет. Все именно так и было!

— Не поверю я вам, пока своими глазами не увижу этого чуда, — промолвил шакал.

— Ну, это нетрудно тебе показать, — сказал тигр, — я опять заберусь в клетку. Пойдем, посмотришь и убедишься!

— Ладно, пойдем, — согласился шакал.

Все трое вернулись к клетке, и тигр в нее влез. Тогда шакал сказал путнику:

— Запри дверцу клетки так, как она была заперта раньше, а потом отопри.

Путник послушался, запер дверцу клетки и уже хотел было ее отпереть, как вдруг шакал крикнул:

— Глупец! Что ты делаешь? Зачем отпираешь? Ступай скорей домой и больше никогда не выпускай тигров из клеток.

И шакал убежал. Так человек спасся от когтей тигра.

О ФАКИРЕ И МЫШАХ

В одной деревне развелось великое множество мышей. Они грызли зерно в амбарах, точили одежду в домах. Невмоготу стало крестьянам, и пошли они к сборщику налогов и старосте выплакать свое горе.

— Гляди! Мышей-то какая сила! Если вы их не переведете, не будет у нас ни хлеба в желудке, ни одежды на теле. Надо бы поскорей придумать, как от них избавиться, а не то все мы уйдем из деревни и поселимся где-нибудь в другом месте.

Большая забота выпала сборщику и старосте, да и боязно им стало — как бы и вправду не запустела деревня! Стали они думать: что же делать? Наконец приказали бить в литавры и кричать на весь народ, что тому, кто выгонит мышей из деревни, будет выдана награда в сто рупий.

Случилось так, что в тот день по деревне проходил какой-то нищий факир. Услышал он бой в литавры и крик глашатая, явился к сборщику налогов и спросил:

— Если я выведу мышей, дашь ты мне сто рупий?

— Дам немедленно! — ответил тот.

Факир остановился у околицы и заиграл на бамбуковой свирели. При первых же звуках музыки все мыши повылезали из своих нор и окружили факира. Тогда он, продолжая играть, пошел к реке, а мыши побежали за ним следом. Подошел факир к реке, остановился на берегу, и свирель его запела еще звонче и веселей. А мыши, те просто обезумели.

Но вот факир вошел в воду, а мыши бросились за ним; попрыгали в реку и утонули все до единой. Увидели это деревенские жители и просто диву дались.

Тогда факир вышел из воды и потребовал у сборщика обещанную награду. Однако тот уже передумал.

«Мыши все потонули — не оживут! — соображал он. — Не дам я денег факиру! Что он может мне сделать? Да ничего!»

И принялся под разными предлогами увиливать от уплаты.

Факир понял, что сборщик не хочет выполнить свое обещание, но ничего не сказал. Вернулся в деревню и снова заиграл на свирели. И вот коровы, быки, буйволы, козы сбежались со всей деревни и столпились вокруг факира. Тогда он двинулся к реке, а все стадо — за ним. Как ни старались крестьяне остановить животных, не смогли; стадо все шло и шло к реке вслед за факиром.

Посмотрел на это сборщик, подумал, да и показал издали факиру кошелек с сотней рупий. А факир ему и говорит:

— Теперь я сотни не возьму; давай двести рупий да поживее, а не то утоплю все стадо!

Делать нечего. Пришлось уплатить факиру двести рупий, чтобы деревенский скот от гибели спасти. Факир взял деньги, но вдруг как швырнет их под ноги обманщику.

— Вот что, почтенный! — говорит. — Оставь себе эту грязь — мне она руки замарает. Честный человек не позарится, ни на сто рупий, ни на двести. Его долг — делать добро людям и выручать из беды горемычных бедняков! Иди с миром, но привяжи к подолу халата мой совет: если ты дал обещание, выполняй его, не то худо будет. Вот видишь — ты захотел нарушить свое слово, но только сам себя осрамил: обещал сотню, а пришлось выложить две.

И, сказав это, факир пошел своей дорогой.

О ТРЕХ ЗОЛОТЫХ КУКЛАХ

Говорят, будто один бадшах захотел узнать, умны ли подданные его соседа, султана, и послал ему в подарок три золотых куклы. Куклы те были совершенно одинаковые и с виду, и по размерам, и по весу; однако бадшах велел передать, что цены у них разные — одна кукла дешевле, другая дороже, третья еще дороже, — и просил сказать, почему это так.

Подивился султан подарку и повелел придворным узнать, чем отличается одна кукла от другой. Придворные осмотрели всех трех кукол и нашли, что никакой разницы между ними нет.

Вскоре слухи об этом распространились по всему городу; о куклах узнал и стар и млад. И вот один бедный юноша, которого посадили в тюрьму за какой-то ничтожный проступок, попросил передать султану, что если ему позволят осмотреть кукол, то он, по милости аллаха и государя, узнает, какое между ними различие. «А если я окажусь прав, — говорил он, — пусть меня выпустят из тюрьмы».

Султан велел доставить юношу во дворец. Принесли кукол и поставили их перед ним. Юноша осмотрел их и заметил, что у всех трех в ушах просверлены дырочки. Тогда он взял стебелек и сунул его в ухо одной кукле: кончик стебелька вылез у нее изо рта. Потом сунул стебелек в ухо другой кукле: кончик стебелька высунулся у нее из другого уха. Наконец он сунул стебелек в ухо третьей кукле: и весь стебелек остался у нее в животе.

Тогда юноша доложил:

— Ваше величество! Эти куклы сходны с людьми. Первая кукла похожа на того, кому стоит что-то услышать, как он сейчас же расскажет всем и каждому о том, что слышал. На такого человека положиться нельзя. Потому-то цена этой кукле невелика. Вторая кукла схожа с тем, у кого чужие слова в одно ухо влетают, из другого вылетают. Это человек беззаботный, он чужим речам не внимает и советов не слушает. А третья кукла походит на человека, который что ни услышит, то словно проглотит. Это человек, достойный доверия, положительный, степенный. А потому цена этой кукле самая высокая.

Выслушал его султан и обрадовался. И весь его двор хвалил юношу. И вот султан приказал написать на каждой кукле, какая из них дешевле, какая дороже, какая еще дороже, и вернул их тому бадшаху, от которого получил их в подарок. А юношу выпустил из тюрьмы и приблизил к себе.

О ССОРЕ ПТИЦ

Один птицелов расстелил в лесу сеть, и в нее попались разные птицы: вороны, скворцы, голуби. И стали они говорить друг другу:

— Соблазнила нас приманка, вот мы и попались. Давайте подумаем, как нам вырваться на волю. Будем стараться все как один, может, и освободимся.

Думали-думали, придумали.

— Давайте, — говорят, — все враз взмахнем крыльями и попробуем взлететь. Может, нам и удастся поднять сеть.

И, правда, удалось — взмахнули крыльями, подняли сеть и полетели.

Увидел птицелов: сеть с птицами летит — прямо диву дался и побежал вдогонку. Наверху птицы в сети по воздуху летят, а внизу птицелов вдогонку бежит. Бежит и думает: «А ведь в сеть-то разные птицы попались! Глядишь, и перессорятся. А как перессорятся, быстро лететь не смогут — сеть их к земле потянет!»

Так оно и случилось. Сначала все птицы тащили сеть дружно, но немного погодя стали спорить.

Вороны закаркали.

— Никто так не старается, как мы, вороны! А если б мы ленились подобно вам, прочим птицам, сеть давно уж упала бы на землю вместе со всеми нами!

Выслушали их голуби и рассердились.

— Будет вам, вороны! — сказали они. — Перестаньте бахвалиться! Мы больше вас стараемся!

Тут в спор вступили все остальные птицы, и началась у них перебранка. Когда дружба врозь, работа на лад не идет. Заспорили птицы, перестали стараться — еле-еле крыльями машут, — вот сеть и стала опускаться на землю. Птицелов подбежал, схватил веревку от сети и притянул к себе сеть вместе с птицами.

Унес их и всех в клетки пересажал.

О КУПЦЕ И ЕГО ПРИЯТЕЛЕ

Один купец повесил замок на сундук, полный серебра, и отдал тот сундук на хранение одному своему приятелю, а сам уехал. Через некоторое время купец возвратился и попросил приятеля:

— Брат! Отдай мне мой сундук!

Тот принес сундук, поставил его и сказал:

— Смотри, брат! Замок висит на месте. Каким ты отдал мне сундук, таким я тебе его и вернул.

Купец осмотрел замок и отнес сундук к себе домой. Отпер его и… что же увидел? Вместо серебра в сундуке оказалось железо.

Тут купец понял, что приятель его обманул. И стал он думать да раздумывать: как получить обратно свое серебро? Озабоченный этим, он каждый день ходил к обманщику.

И вот раз увидел, как трехлетний сынишка вероломного друга вприпрыжку выбежал из дома. Купец посадил мальчика к себе на колени и приласкал его. Тут как раз подошел сосед, окликнул хозяина дома и увел его с собой. А купец воспользовался этим — взял мальчика на руки и отнес к себе домой. Дома у него жила обезьяна. Купец снял с мальчика запястья и ожерелья, надел их на обезьяну, а мальчика спрятал в доме.

А приятель его возвратился домой и, не найдя своего сына, подумал:

«Мальчик сидел на коленях у купца, а купцу я серебра не вернул. Значит, никто, как он, унес моего сына».

И вот он пришел к купцу и спросил:

— Где мой сын?

— Брат! — ответил тот. — Случилось чудо! Играл-играл твой сынок и вдруг обратился в обезьяну. Погляди-ка! Вон он сидит привязанный. Узнаешь ожерелья, запястья?

— Ты что? Шутки шутишь, почтенный! — вскричал вероломный друг. — Где это слыхано? Может ли статься, чтобы мальчик превратился в обезьяну!

— Брат! — возразил купец. — Там, где серебро может превратиться в железо, мальчик может превратиться в обезьяну!

Стыдно стало вероломному другу. Он принес из дому серебро и отдал его купцу, а тот вернул ему сына.

О РОЗЕ И СОЛОВЬЕ

Рассказывают, что у одного крестьянина был чудесный сад. А в углу сада рос большой розовый куст — молодое красивое растение. Каждое утро розы раскрывались, а садовник любовался ими — смотрит и радуется не нарадуется. Как-то раз он вышел в сад полюбоваться цветами; вдруг видит — сидит на ветке соловей и поет свою звонкую песню. Поет-поет, потом сунет голову в чашечку розы и острым клювом рвет в клочья ее алые лепестки. Садовник увидел, как страдает роза, пожалел ее и решил наказать соловья. Он расстелил на дорожке сеть, набросал в нее зерен, а когда поймал соловья, посадил его в клетку. Тогда бессердечный соловей раскрыл клюв и, как попугай, проговорил человеческим голосом:

— Эх, садовник! Зачем ты посадил меня, вольного певца, в тюрьму? Если затем, чтобы слушать мое чудесное пение, так ведь мое гнездо в твоем саду. Если же причина другая, то поведай ее мне, а я покорюсь и замолчу навсегда!

— А ты сам разве не знаешь, что ты наделал? — отозвался крестьянин. — Ты изранил розу, а для меня это великое горе. Ведь в розах вся моя жизнь!

— Прости! — сказал соловей — Раз я причинил страдание розе и горе тебе, так поделом мне, что я сижу в клетке!

Эти слова понравились крестьянину, и он выпустил соловья на волю. Соловей поблагодарил садовника и сказал:

— Ты меня простил, и за добро я отплачу тебе добром! Слушай! Под этим вот деревом зарыт кувшин с червонцами. Выкопай его и возьми себе.

Крестьянин стал копать под деревом и нашел клад. Тогда он сказал соловью:

— О, соловей! Ты смог увидеть этот кувшин сквозь землю, а не сумел разглядеть сеть, что лежала на земле!

О СОБАКЕ, КОШКЕ И ОБЕЗЬЯНЕ

У одного человека жили собака и кошка. Однажды он положил в стенную нишу каравай, а сам ушел куда-то по делам. Кошке захотелось поесть хлеба, она вскочила на полку в нише и нечаянно уронила каравай. На шум прибежала собака, а кошка спрыгнула на пол, и началась тут между ними ссора — стали они друг у дружки хлеб отнимать.

А по каменной ограде двора пробиралась обезьяна. Услышала шум, остановилась и спросила:

— О, чем у вас спор идет?

Собака ответила:

— Наш хозяин оставил каравай в стенной нише, а эта вот негодная кошка забралась туда, столкнула хлеб на пол и хочет одна все съесть. Но я этого не допущу!

А кошка сказала:

— Я сталкивала-сталкивала каравай с полки — из сил выбилась. Не дам я хлеба этой негодной собаке!

Обезьяна выслушала их и сказала:

— Отойдите-ка от каравая, я вас помирю!

Собака и кошка послушались, а обезьяна спрыгнула с ограды и вытащила из дома весы. Потом уселась поближе к караваю и сказала:

— Не надо ссориться! Я разделю каравай между вами поровну!

Собака и кошка согласились. Тогда обезьяна разломила каравай на две части — большую и маленькую, положила их на чаши весов и подняла весы. Чаша с большим куском опустилась, чаша с маленьким поднялась. Надо было их уравнять, и обезьяна принялась отрывать по крошке от большого куска. Отщипнет и в рот положит. И так она все отщипывала да ела, пока чаша с этим куском не поднялась — второй кусок перетянул.

Тогда она стала понемножку отщипывать от второго куска — оторвет крошку и в рот положит. И до тех пор все отщипывала понемногу, то от одного куска, то от другого, пока одна чаша весов совсем не опустела, а на другой остался лишь крошечный кусочек. Обезьяна взяла его, показала собаке и кошке и говорит:

— Стоит ли, право, ссориться из-за такой мелочи! Чтобы никому не было обидно, я сама его съем.

И вот обезьяна положила в рот последний кусочек и убежала. А собака и кошка остались ни при чем.

О ДВУХ ПУТНИКАХ И ИХ НАХОДКЕ

Шли куда-то два путника; и вдруг один из них увидел на дороге кошель с деньгами. Он поднял кошель и сказал своему товарищу:

— Погляди-ка! Я нашел кошель с деньгами!

— Э, друг! — отозвался тот. — Не говори: «я нашел», скажи: «мы нашли кошель с деньгами!» Ведь мы с тобой спутники, а спутники должны делить в дороге и горе и радость. Если в пути нас застигнет беда, мы и ее одолеем вместе.

— Как бы не так! — возразил первый путник, — Что я нашел, то мое и в том твоей доли нет. Не стану я с тобой делиться!

Тогда второй путник сказал:

— Ну что ж, брат, будь по-твоему. Поступай, как знаешь. Бери кошель себе!

И оба они пошли дальше. Немного погодя их нагнал владелец кошеля; он искал свои деньги, и сопровождали его пешие стражи. Завидел их тот, что нашел кошель, испугался и сказал своему спутнику:

— Эх, брат! Мы с тобой маху дали!

Но тот возразил:

— Не говори: «мы маху дали», скажи: «я маху дал». Ведь я не делил с тобой радости, так не стану делить и горя.

О ЦАРЕ СУЛЕЙМАНЕ И МУДРОМ ЖУРАВЛЕ

Говорят, что в царствование царя Сулаймана (а он правил не только людьми, но и всеми живыми существами) некий мудрый ученый принес из загробного мира чашу, полную живой воды, отдал ее Сулайману и сказал:

— Открылось мне, что если ты не выпьешь этой чаши, то вскоре простишься с нашим миром; а если выпьешь, станешь бессмертным! Хочешь — пей и тогда живи до всеобщего воскрешения; а не хочешь — не пей и отправляйся в страну небытия.

«Надо будет посоветоваться с мудрецами!» — подумал царь Сулайман.

И вот, повинуясь его воле, явились к нему все мудрецы и провидцы, и люди и животные, какие только были на земле. Царь рассказал им про чашу с живой водой. Тогда мудрецы стали хвалить жизнь и ее блага.

— Жизнь — это сокровище, — говорили мудрецы, — тратя его разумно, можно делать добро и тем снискать милость аллаха.

Словом, все сошлись на том, что царю Сулайману следует выпить чашу живой воды. Но Сулайман спросил:

— А найдется ли среди мудрецов моей страны хоть один, который не явился бы на этот совет?

Все сказали в один голос, что на общем совете нет такого-то журавля. Царь послал за журавлем коня. Но журавль забился в уголок, не захотел встречаться с мудрецами, не послушался коня и не явился к царю. Тогда за журавлем послали собаку. Журавль послушался и явился ко двору, а Сулайман сказал ему:

— Я позвал тебя, чтобы с тобой посоветоваться. — Потом рассказал журавлю о живой воде и спросил: — Следует ли ее пить?

И вот журавль спросил Сулаймана:

— Ты будешь пить живую воду один или напоишь ею и всех своих друзей и помощников?

— Воду принесли мне одному, — ответил царь, — а другим ее пить не позволено. Как же мне поить ею других?

— О, прибежище мира! — сказал тогда журавль. — На что тебе жизнь, если ты останешься без друзей и сторонников? Аллах послал тебя править миром; а что ты сделаешь один, без помощников?

Похвалил царь честного провидца и не стал пить живую воду.

О ПУТЕШЕСТВЕННИКЕ И ДАРМОЕДЕ

Некий человек отправился путешествовать, а за ним увязался один дармоед. Вечером они остановились на ночлег в караван-сарае, и путешественник сказал дармоеду:

— Вот тебе деньги, брат; сходи на базар, купи немного муки и гороху. Состряпаем ужин, подкрепимся с дороги.

— Я не умею делать покупки, — ответил дармоед. — Лавочник меня надует — лишку возьмет!

Делать нечего. Путешественник сам пошел на базар, купил муки и гороху, а когда вернулся, попросил дармоеда:

— Встань, брат, да приготовь ужин!

Но дармоед опять отговорился:

— Ничего я не умею — ни лепешки печь, ни горох варить, — правда истинная! Только испорчу и горох и муку.

Что тут делать! Путешественник сам принялся за стряпню: и горох сварил и лепешки испек. Приготовил ужин и попросил дармоеда:

— Послушай-ка, брат!. Я пойду, руки вымою, и лицо ополосну, а ты тем временем расстели дастархан да принеси ужин.

— Уверяю тебя, — ответил дармоед, — что мне с такой работой никак не справиться!

Бедняга путешественник сам расстелил дастархан, принес ужин и сказал дармоеду:

— Пожалуйте кушать!

Тот мигом вскочил на ноги и говорит:

— Один бог знает, как мне стыдно! Доколе буду я отвечать отказом на твои просьбы? Надо же выполнить хоть одну!

И, воздав хвалу аллаху, дармоед принялся уплетать ужин.

А путешественник, наконец, понял свою ошибку и, схватившись за уши, поклялся в душе:

«Кого-кого, но такого спутника впредь никогда не возьму с собой в дорогу!»

В пути ли, дома ли, плох тот товарищ, который всю работу на другого валит.

О ТЕХ, КТО НЕ СЛУШАЕТ ДОБРЫХ СОВЕТОВ

Жила в лесу обезьяна. Однажды, в холодный день, она так замерзла, что вся дрожала. И вот надумала она погреться у костра, но нигде не могла раздобыть огня. На ту пору пролетал мимо светлячок. Обезьяна мигом схватила его, собрала кучку травы и соломы, засунула в нее светлячка и изо всех сил принялась дуть на него. На ближнем дереве сидела птичка. Глядела-глядела она на обезьяну и говорит:

— Что ты делаешь? Это ведь не огонь. Зря стараешься!

Но обезьяна и слушать не стала — знай себе дует на светлячка. Птичка решила подлететь к обезьяне поближе, чтобы ее образумить, и уже снялась с ветки, но тут мимо дерева прошел путник. Он сразу обо всем догадался и сказал птичке:

— Ах ты, безмозглая! К кому летишь? Да она тебе вмиг ноги вырвет!

Но того, кто не слушает добрых советов, убеждать бесполезно. Вот и птичка не послушалась путника — полетела вразумлять обезьяну. Но не успела она опуститься на землю, как обезьяна схватила ее и вырвала у нее ноги. Тут из кучки травы, в которой лежал светлячок, выползла змея и укусила обезьяну, и та испустила дух.

Путник поглядел на обезьяну и птичку и промолвил:

— Так всегда бывает с теми, кто не слушает добрых советов!

О ВЕЛЬМОЖЕ И КРАСАВИЦЕ

Некий вельможа скакал по дороге со своей свитой. На пути его стоял дом одного богача. Жена богача услышала шум и топот, выглянула из окошка, и глаза ее встретились с глазами знатного всадника. А женщина эта была красавица. Увидел ее вельможа и пленился ее красотой. Когда приехал домой, позвал сводню, великую мастерицу своего дела, посулил ей богатые подарки и сказал:

— В таком-то доме живет одна красавица. Любой хитростью завлеки ее в мои сети!

Сводня соблазнилась богатыми посулами, облеклась в одеяние хитрости и отправилась к жене почтенного человека. Там она притворилась порядочной женщиной и так сказала хозяйке:

— Я паломница. Ходила я в Мекку на поклонение Каабе, а когда вернулась, занялась торговлей.

Добродетельная красавица выслушала ее, поверила, что та и вправду паломница, и с великими почестями пригласила ее к себе в дом и усадила рядом с собой. Тем временем вернулся домой муж красавицы, увидел незнакомую гостью и спросил жену:

— Кто эта женщина и откуда она явилась сюда?

В ответ жена стала всячески расхваливать сводню и рассказала ему:

— Это паломница! Она ходила в Мекку на поклонение Каабе. Она добрая, почтенная женщина. Не запрещай ей ходить к нам в гости!

Выслушал ее муж и согласился. С тех пор сводня стала частенько наведываться в гости к красавице и все старалась хитростью и обманом завлечь ее в свои сети. Но красавица была женщина добродетельная, честная и не поддавалась ни на какие уговоры/Увидела сводня, что не выходит ее дело, и оставила под кроватью красавицы чалму и пару мужских чувяков, а сама отправилась восвояси. А муж красавицы как увидел под кроватью жены чью-то чалму и чувяки, подумал и решил, что жена его поступилась своей честью. Тотчас же в гневе посадил ее на носилки и отправил в дом ее родителей. Спустя два дня пришла сводня. Увидела, что красавицы нет дома, и спросила ее мужа:

— А где твоя жена?

— Паломница, — ответил тот, — не стоит о ней спрашивать!

Выслушала его сводня, обрадовалась и подумала: «Ага! Значит, хитрость моя удалась!»

И, очень довольная, ушла. Потом разузнала, где живут родители красавицы, отправилась туда и спросила ее:

— Что за беда с тобой стряслась? Рассказывай!

— Мой муж меня оклеветал, из дому выгнал, — ответила красавица.

— А ты не убивайся! — сказала ей сводня. — Не велика беда! Пойдем-ка со мной! Я отведу тебя к одному мулле и с его помощью сделаю так, что муж твой сам призовет тебя на другой же день.

И вот сводня посадила красавицу на носилки, проводила ее до дома того вельможи, что пленился ее красотой, и сказала ему:

— Ну вот! Я доставила тебе ту, что тебя пленила. Делай с нею, что твоей душе угодно, а мне отдай обещанное!

Тот сейчас же отдал сводне все, что ей было обещано, а сам подошел к красавице и сказал:

— О, душа моя! Вот уже много дней, как я пленен и очарован тобою! Своей бесподобной красотой ты осветила мой бедный дом. Хочу я, чтобы ты выполнила желание моего сердца!

Выслушала его добродетельная красавица, разгневалась и сказала:

— Раз уж ты произнес слова «душа моя», делать нечего — что сказано, то сказано. Но больше таких слов не говори! А не то я убью и тебя и себя!

И тут она выхватила у него кинжал из ножен и занесла его над собой. Увидел вельможа, что она сама не своя, перепугался до смерти и говорит сводне:

— Уведи ее туда, откуда привела! Да разве это женщина? Это кровопийца какая-то!

Тогда сводня опять посадила красавицу на носилки, проводила ее до дома ее родителей и сказала:

— Успокойся! Завтра муж твой сам пришлет за тобой. А о том, что было, — никому ни слова!

На другой день сводня попросила четырех мужчин связать ей руки за спиной и направилась к дому красавицы. Муж ее как раз стоял на крыльце. Увидел он сводню и спросил:

— Эй, паломница! Что случилось?

Та рассказала:

— Дали мне продать чалму и пару чувяков, а они пропали. Один бог знает, где я их потеряла. Вот из-за них-то и попала в беду.

Муж красавицы вынес из дома чалму и чувяки и спросил:

— Эти или нет?

— Да, да, господин, — сказала сводня, — они самые! Да сохранит тебя бог за то, что ты выручил меня из беды!

И тут она принялась благодарить его, а потом отправилась восвояси. А муж добродетельной красавицы подумал: «Несправедливо я поступил, когда прогневался на жену и выгнал ее из дому. Слава богу, что не убил!»

Возблагодарив бога, он тотчас же послал носилки за женой в дом ее родителей, попросил у нее прошения, if супруги опять стали жить в любви и согласии.

О ТИГРЕ, КОТОРЫЙ ОХОТИЛСЯ С ВОЛКОМ И ЛИСОЙ

Однажды тигр захватил с собой волка и лису и отправился на охоту. На охоте они задрали трех зверей: антилопу, оленя и зайца, и тигр повелел волку разделить добычу.

— Государь! — доложил волк. — Зачем делить добычу, когда она, можно сказать, сама делится? Антилопа, самый большой из наших зверей, — доля вашего величества; олень — он поменьше — моя доля; а заяц, который меньше всех, — доля лисы!

Услышал тигр этот ответ, разгневался и так хватил волка лапой, что дух из него вышиб. Потом приказал лисе:

— Дели добычу!

— Государь! — доложила лиса. — А зачем ее делить? Незачем! Вашему величеству уже подошло время обедать, к тому же вы утомились на охоте, поэтому сейчас следует вам скушать антилопу и отдохнуть где-нибудь под тенистым деревом. А как проснетесь, закусите оленем; ведь после сна всегда тянет к еде. Откушаете, положите за щеку зайца вместо бетеля. А потом не худо вам будет пойти прогуляться.

Тигр остался доволен ответом лисы и спросил:

— Кто это тебя научил так правильно делить добычу?

— Ошибка волка, ваше величество! — доложила лиса.

— Но если я все съем, что же тогда будешь есть ты? — спросил тигр.

— Ваше величество, — ответила лиса, — я не люблю мяса! С меня и объедков хватит!

О ТРЕХ СОВЕТАХ ПОПУГАЯ

У одного человека был попугай. Однажды он сказал хозяину:

— Если ты меня продашь, ты получишь только четыре-пять ан, а если зарежешь на еду, мяса моего наберется на три-четыре пайсы[19]. Так что лучше отпусти меня на волю, а за это я дам тебе три добрых совета. Исполни их, и ты навеки избавишься от горя и печали.

— Ладно, говори, — сказал ему хозяин. Но попугай возразил:

— Э, нет! Сначала я дам тебе первый совет, а ты выпусти меня на волю. Затем я дам тебе второй совет и, наконец, — перед отлетом — третий.

Хозяин согласился на это.

— Дай первый совет, — проговорил он.

И попугай сказал:

— Человек не должен жалеть о потерянном.

Хозяину эти слова понравились, и он выпустил попугая на волю.

Как только попугай очутился на свободе, он посмотрел хозяину в глаза и сказал:

— Какой ты дурак и как ты промахнулся, что меня выпустил! Если бы ты меня зарезал, то нашел бы у меня в желудке рубин весом в одну толу[20], а цена ему такая, что, вздумай ты его продать, ты выручил бы столько денег, что и детям, и внукам, и правнукам бы твоим на всю жизнь хватило.

Услышал это хозяин и горько пожалел о том, что выпустил попугая. А когда устал жаловаться и сетовать, сказал ему:

— Ну, нечего делать! Что случилось, то случилось. Теперь выкладывай два других совета.

— Ты первого совета не исполнил, — ответил попугай, — значит, давать тебе советы бесполезно.

Сказал и улетел.

О БАДШАХЕ И ЕГО ШУТЕ

Барышник откуда-то издалека пригнал несколько табунов в один город. Тамошний бадшах купил у него всех лошадей. Потом дал ему сто тысяч рупий впридачу и сказал:

— На эти деньги купи еще коней и приведи их мне. Барышник забрал деньги и отправился к себе на родину. Несколько дней спустя бадшах позвал своего шута — а шут этот часто смешил и развлекал своего господина — и приказал ему.

— Напиши-ка имена известных тебе дураков и покажи мне!

— Владыка! — доложил шут. — Ваш раб уже составил список дураков.

— Назови их имена, — приказал бадшах.

— Первым в списке стоит ваше благословенное имя, — ответил шут.

— Почему так? — удивился бадшах.

— Потому, государь, — воскликнул шут, — что вы изволили отдать тому иноземному купцу сто тысяч рупий без всякого залога и, если он коней не пригонит, вы не сможете его наказать.

— Ну, а если пригонит, что ты тогда будешь делать? — спросил бадшах.

— Тогда, — сказал шут, — я на место вашего почтенного имени поставлю его имя.

О ЛИСЕ И КОШКЕ

Как-то раз кошка блуждала по лесу. Вдруг видит — бежит навстречу лиса. Кошка уже не раз слыхала, что лиса великая мошенница и проныра хитрейшая. «Дай-ка я с ней поговорю!» — думает.

— Салам, дорогая сестрица лиса! — сказала кошка. — Как твое здоровье?

Лиса посмотрела на кошку свысока и подумала: «Что мне ей ответить?» Немного помедлила и сказала:

— Хвала аллаху! Здоровье ничего себе!

Тут они разговорились. Слово за слово, разговор зашел о том, кто из них обеих знает больше всяких хитростей и уловок. Кошка состроила простодушную мордочку и сказала:

— Сестрица! Я знаю только одну уловку.

— Неужто только одну? — удивилась лиса. — А у меня их сотни в запасе! Я любого охотника с толку собью!

Так они беседовали. Вдруг откуда ни возьмись явился охотник, и его собаки бросились за кошкой и лисой.

Как завидела кошка гончих собак, мигом вскарабкалась на дерево. А лиса заметалась туда-сюда по лесу, стала делать большие круги, чтобы гончие потеряли ее след. Но собаки не отставали. В конце концов, они схватили лису и принялись ее трепать. Кошка сидела на дереве и все видела.

— Эй, сестрица лиса! — крикнула она. — А где же сотни твоих хитростей и уловок? Вот я говорила, что знаю только одну уловку, и она мне как раз пригодилась, жизнь мою спасла. А ты, значит, только хвасталась зря!

О РАДЖЕ И ПТИЧКЕ

Одной страной правил раджа. Под крышей его дворца птичка свила себе гнездо. Однажды птичка нашла где-то жемчужину, принесла ее в свое гнездо и с тех пор все щебетала день-деньской:

— Что у меня есть, того у раджи нет! Что у меня есть, того у раджи нет!

Услышал раджа эти слова и приказал слуге:

— Посмотри, что у нее там в гнезде!

Тот посмотрел и доложил, что в гнезде лежит жемчужина.

— Принеси ее мне! — сказал раджа.

Жемчужину принесли, и с тех пор птичка стала щебетать так:

— Не было у раджи жемчужины, так он мою украл! Не было у раджи жемчужины, так он мою украл!

Радже это наскучило, и он приказал положить жемчужину обратно в гнездо. Тогда птичка принялась щебетать по-другому:

— А раджа-то испугался — вернул мою жемчужину! А раджа-то испугался — вернул мою жемчужину!

И так надоела радже ее болтовня, что он велел разорить гнездо. Тогда только и обрел покой.

О ТИГРЕ, ВОЛКЕ И ЛИСЕ

Однажды тигр тяжко занемог. Все звери пришли навестить больного, одна лиса не явилась. Волк тогда наклеветал на лису, и слух об этом дошел до ее ушей. А тигр сказал волку:

— Как только лиса придет, доложи мне об этом немедля!

Наконец лиса явилась, и волк доложил о ней тигру, а тот спросил у нее:

— Где это ты пропадала столько дней?

— Лекарство искала! — ответила лиса.

— Ну и что же, нашла лекарство? — спросил тигр.

Лиса ответила:

— Болезнь вашу как рукой снимет, если вы скушаете волчью берцовую кость!

Тигр в тот же миг ударил волка лапой, выдрал когтями у него из нот кость и сожрал ее.

Распрощалась лиса с тигром и отправилась восвояси, а следом за ней, обливаясь кровью, пополз и волк. Тут лиса сказала ему:

— Уж коли ты взялся служить царям, ничего не говори, не подумавши хорошенько!

О ТОРГОВЦЕ И ОБЕЗЬЯНАХ

Один торговец сел отдохнуть в тени дерева, а котомку с товаром положил на землю. Котомка эта была битком набита красными шапками — он нес их в соседний город на продажу. Такая же красная шапка была у него самого на голове. Сидел он, сидел, потом прилег. Повеял прохладный ветерок, навеял на путника дремоту, и он заснул.

А над ним на ветках дерева сидели обезьяны и таращили на него глаза. Как только торговец заснул, обезьяны соскочили на землю, расхватали шапки и снова забрались на дерево. Напялили шапки на головы и ну прыгать и скакать с ветки на ветку. Шум подняли на все джунгли.

Проснулся торговец от их гомона, поглядел — котомка пустая, шапок и след простыл. «Что за чудо! — думает. — Куда мои шапки подевались? Неужто их кто украл?» Поглядел вверх, видит — обезьяны в его шапках прыгают с дерева на дерево.

Что он ни делал, как ни пугал обезьян, не смог вернуть ни одной шапки. Рассердился, в досаде сорвал с себя шапку и швырнул ее на землю с криком:

— Берите уж заодно и мою шапку! На что мне она, одна-то!

Обезьяны, надо сказать, любят подражать человеку. Не успел торговец сорвать с себя шапку, как в тот же миг все обезьяны поснимали свои и покидали их вниз. Торговец подобрал их, увязал в котомку и, очень довольный, пошел своей дорогой.

О МУДРЕЦЕ И ХЛЕБОСОЛЬНОМ ХОЗЯИНЕ

Некий мудрец приехал в какой-то город и узнал, что живет туг один хлебосол, до того щедрый, что всех путников кормит и поит. Явился к нему и мудрец, но — в истрепанной, старой одежде, а хозяин не только не оказал ему уважения, но и слова ласкового не сказал. Неловко стало мудрецу, и он ушел.

А на другой день занял у кого-то чистую одежду, переоделся и снова отправился к тому человеку. На этот раз хозяин встретил мудреца с великим почетом, усадил рядом с собой и стал потчевать разными лакомствами. А мудрец сел на дастархан и давай совать куски еды в складки своей одежды.

— Что ты делаешь? — спросил его хозяин.

Мудрец ответил:

— Вчера я пришел сюда в старой, поношенной одежде, и мне ни крошки не пришлось съесть. А нынче я вижу, что всеми этими вкусными яствами меня угостили благодаря моей новой одежде; вот я ее и потчую.

Тогда хозяину дома стало стыдно, и он не нашелся что ответить.

О КУПЦЕ И ЕГО ГЛУХОМ ДРУГЕ

Один купец водил дружбу с глухим. Случилось так, что купец заболел, и глухой отправился его навестить. По дороге глухой решил про себя так:

«Сначала я спрошу у него о здоровье, скажу: «Как здоровье, сахиб?» Он ответит: «На поправку идет!» Тогда я скажу: «Слава богу!» Потом спрошу: «Что кушаешь?» Он ответит. «Сухой горох». Я скажу: «Ну и кушай на здоровье!» А потом задам ему такой вопрос: «Кто тебя лечит?» Он ответит «Мирза такой-то». Тогда я скажу: «Да исцелит тебя аллах его рукой!»

И вот глухой пришел к больному, поздоровался, сел рядом с ним и стал его расспрашивать:

— Скажи, друг, как твое здоровье?

— Да что там спрашивать! — ответил больной. — Прямо огнем горю — вот-вот умру.

Выслушал глухой больного и сказал:

— Слава богу! Да поможет тебе в этом всевышний!

Беднягу больного и так чуть не доконала болезнь, а от этих слов ему еще хуже стало.

Потом глухой спросил:

— А что же ты кушаешь, друг?

Тот ответил:

— Да ничего, только пыль глотаю.

— Ну и кушай себе на здоровье! — сказал глухой.

Больной еще пуще сердится. Наконец глухой спросил:

— Послушай-ка, друг! А кто тебя лечит?

Сам не свой от гнева, больной рявкнул:

— Ангел смерти!

— Отлично! — воскликнул глухой. — Да укрепит господь целительную силу рук его!

О ТИГРЕ И МЫШКЕ

Однажды в знойный день тигр спал сладким сном в глуши джунглей, в прохладной тени мангового дерева. Под деревом жили мыши. И вдруг они подняли такую возню, такой писк, что разбудили тигра. Разгневался тигр, поймал одну мышку и уже хотел разорвать ее на куски, но она пропищала:

— О, тигр! Ты ведь бадшах зверей! Ты по всему свету славишься своим благородством и доблестью, так не пристало тебе марать свои лапы кровью такого маленького, слабенького зверька, как я. Негоже тебе убивать меня!

Сжалился тигр над бедной мышкой и отпустил ее.

Вскоре случилось так, что тигр опять забрел в джунгли. А охотники расстелили сети возле мангового дерева. Подошел тигр к дереву и запутался в сетях — бьется, мечется, никак вырваться не может. Рассвирепел, разъярился да как заревет! На рев его прибежала мышка и запищала:

— О, махараджа тигр! Не бойся! Я здесь — на помощь к тебе пришла.

И она в тот же миг перегрызла узел, которым были стянуты сети.

Так мышка спасла тигра от неволи.

О ДВУХ ПЕРЕСЕЛЕНЦАХ

Два человека решили переселиться, вместе двинулись в путь и вскоре прибыли в чужую страну. Один из них рассудил так:

— Сначала надо будет научиться говорить на языке здешних жителей!

Так он и сделал. А второй был таким гордецом, что презирал язык простого народа и не пожелал учиться. Он говорил только на языке придворных и знати. А надо сказать, что страной этой правили чужеземные захватчики.

Случилось так, что спустя несколько лет оба переселенца остановились в какой-то деревне, а тамошние жители вдруг восстали и перебили иноземных поработителей. Переселенцы жили в разных домах. Восставшие схватили их и стали допрашивать порознь.

— Что ты тут делаешь? — спросили они сначала одного, потом другого.

Тот, что хорошо говорил на местном народном языке, дал ясный ответ, и его отпустили с миром восвояси. А второй переселенец отвечал на языке ненавистных правителей, вот разгневанные жители и отрубили ему голову.

О КОБРЕ И ЕЖЕ

Еж и кобра были закадычными друзьями. Но вот еж случайно попал в компанию пьяниц и бездельников, и что же он там увидел? Все они подтрунивали и смеялись друг над другом. Поглядел на них еж и отправился домой. Видит — ползет ему навстречу кобра. Он взял да и уколол ее своими иглами — не со зла, а в шутку.

Кобра спросила:

— Брат! Что это ты нынче ведешь себя как-то по-чудному?

— Мы с тобой друзья, — ответил еж, — а если в кои-то веки пошутим да поиграем, так что в этом дурного?

— Ну что ж! — согласилась кобра. — Если тебе уж так хочется играть, играй!

И с тех пор начались у них шутки да игры — что ни день задирали друг друга.

Но вот как-то раз, когда кобра куда-то ползла, еж подбежал сзади, схватил ее зубами за кончик хвоста, а сам встопорщил свои иглы и свернулся в клубок. Кобра повернулась, раздула шею и принялась кусать ежа зубами и бить его раздутой шеей.

Играли-играли, а кончилось тем, что кобра изорвала в лохмотья свою шею о колючки ежа, а еж издох от змеиного яда.

Недаром говорит пословица: «Где кашель — там хворь, где хохот — там драка».

О ВРАЛЕ

Был у матери сын — враль, каких мало. Мать каждый день твердила ему:

— Сынок, перестань врать! Говорить неправду — грех великий!

И вот он как-то раз сказал матери:

— Ама джан! Испеки мне чего-нибудь вкусного! Я накормлю ложь до отвала, потом отнесу ее в лес и брошу там. Вернусь домой, никогда больше врать не буду!

Мать его была женщина простая, доверчивая; наварила-напекла всякой всячины, как ей наказывал сын. А тот забрал все, что состряпала мать, пошел в лес и ну уплетать еду за обе щеки. Потом прогулял в лесу целый день, пришел домой, когда уже солнце садилось, и говорит матери:

— Ама джан! Послушай, что со мной было! Я отнес ложь в лес, накормил ее до отвала и говорю: «Ну, ложь, теперь я тебя бросил!» Три раза так сказал и уже собрался было уходить, как вдруг ложь обратилась в слона и кинулась на меня. Я наутек! Бегу со всех ног, а слон за мной; мечусь туда-сюда, гляжу, где бы спрятаться. Вдруг вижу — большое дерево. Мигом вскарабкался на него. Но вот беда! Слон тоже полез за мной на дерево. Я от слона с листка на листок, он за мной с ветки на ветку. Я от него с ветки на ветку, он за мной с листка на листок. Страшно мне стало! Что делать? Глянул вниз, вижу — кувшин стоит. Я в него прыг! А в кувшине трещинка была, я через нее и вылез. Слон тоже в кувшин спрыгнул и — за мной. Сам-то пролез, а хвост у него в трещинке застрял. Вот он и остался в лесу; а я спасся и прибежал к тебе!

Слушала-слушала мать, что ей сынок плел, и говорит. — Ох, сынок! Да ты теперь врешь хуже прежнего!

О ТОМ, КАК ОСЛА УЧИЛИ ПЕТЬ

Некий чужестранец явился на прием к одному бадшаху и сказал:

— Я могу за десять лет научить осла петь песни; соизвольте только, владыка, пожаловать мне, рабу вашему, осла и десять тысяч рупии на расходы, и я покажу свое искусство. Если же я обману ваше величество, пусть меня повесят.

Бадшах поверил чужестранцу и приказал дать ему осла и десять тысяч рупий. Тот забрал осла и деньги, а вернувшись на родину, построил себе великолепный дом и накупил множество всяких красивых вещей — чего только душа желала; на остальные же деньги он стал жить да поживать в свое удовольствие.

Однажды зашел к нему приятель. Увидел, в каком довольстве он живет, и сказал:

— Какой ты глупец! Обманом выманил у бадшаха осла и десять тысяч рупий, живешь припеваючи, а о том и не думаешь, что кончишь на виселице!

Но тот возразил:

— Вовсе я не глупец. Подумай-ка! Ведь нас трое: я, бадшах и осел. Неужто за десять лет ни один из нас не расстанется с жизнью?

О МОНАХЕ И ЧЕТЫРЕХ ЖУЛИКАХ

Один монах купил на базаре откормленную, жирную козу, взвалил ее на спину и направился домой, в монастырь. По дороге встретились ему четыре жулика. Коза очень понравилась жуликам. Они пошли вслед за монахом и стали раздумывать, как бы оттягать у него козу. Думали-думали, наконец, додумались — решили пуститься на хитрость. Один жулик зашел вперед и спросил монаха:

— Эй, монах! Что это ты вздумал собаку на спине таскать? Может, у нее ноги больные?

Монах рассердился, но ответил:

— Дурак! Вовсе это не собака, а коза!

Подошел второй жулик и говорит:

— Почтенный! Собачья слюна — нечистое вещество! Если она попадет вам на шею, вы осквернитесь и не сможете творить молитву!

Монах поправил его:

— Брат мой! Это не собака, а коза!

— Как бы не так! — возразил жулик.

И тут у монаха зародилось сомнение. «А что если это и впрямь собака?» — подумал он. Думал-думал, наконец, снял козу со спины, надел ей на шею веревку и повел за собой.

Подошел третий жулик и говорит:

— Эй, почтенный! Ты, видать, на охоту собрался, если собаку с собой захватил.

Монах и его поправил:

— Это не собака, а коза!

А четвертый жулик зашел сзади и спрашивает:

— Сколько ты отдал за собаку?

И вот все четверо окружили глупого монаха и дружно заспорили. Один говорил, что собака эта сторожевая, другой — что пастушья, третий жулик принялся насмехаться над монахом:

— Ты вроде духовное лицо, — говорит, — как же ты не боишься осквернить руки и одежду об эту собаку?

Четвертый жулик сказал, что монах, наверное, хочет научить собаку богу молиться.

От всех этих разговоров у монаха помутилось в голове.

«Должно быть, это не коза, а злой дух, — сказал он себе, — мне он кажется козой, а людям — собакой! А кто мне ее продал, тот, ясное дело, колдун!»

Не долго думая, монах отправился разыскивать продавца, а козу бросил. Жулики схватили ее, зарезали и поделили между собой.

О СКРЯГЕ И ЕГО ПРИЯТЕЛЕ

Один человек водил дружбу со скрягой. Как-то раз он сказал скряге:

— Я отправляюсь в дальнюю дорогу! Подари-ка ты мне свое кольцо, а я буду носить его, не снимая с пальца. Погляжу на кольцо и сразу о тебе вспомню!

— Если ты хочешь меня помнить, — отозвался скряга, — смотри на свой палец. Как посмотришь, сразу вспомнишь, что, дескать, просил у такого-то человека кольцо, а он не дал.

ОБ ОЛЕНЕ И ЛИСЕ

Как-то раз оленю захотелось пить, и он подошел к роднику. А родник тот был в глубокой яме. Напился олень воды, хотел было выбраться из ямы и не смог. Поблизости стояла лиса.

— Э, брат! — сказала она оленю. — Неладно ты поступил! Прежде чем прыгать в яму, надо тебе было узнать — можно ли из нее выбраться!

О ПЛАТОНЕ

Однажды кто-то сказал Платону:

— Ты много лет странствовал по морям. Какие же чудеса видел ты в море?

Платон ответил:

— Чудо то, что я целым и невредимым выбрался на сушу!

ПОСЛЕСЛОВИЕ

В Индии вам скажут, что «Рамаяну» сложил мудрец Вальмики по велению самого бога Брахмы.

Вальмики уединился в лесной тиши, сел под дерево в позе лотоса и все свои помыслы сосредоточил на деяниях Рамы и его противоборстве с десятиглавым демоном Раваной. Он недвижно сидел до тех пор, пока его глаза нс увидели явственно — «как спелый манго на ладони» — все события «Рамаяны», пока его уши не услышали голоса людей, свадебную музыку, грохот битвы… Тогда Вальмики покинул лес и поведал людям увиденное и услышанное.

Прославленные эпические поэмы «Махабхарата» и «Рамаяна» были написаны более двух тысяч лет назад, многочисленные поколения жили ими и продолжают жить сегодня.

Но эти великие произведения живут нс книжной жизнью на полках библиотек и в обязательных учебных программах, а в мыслях и поступках всех индийцев.

В Индии и сейчас грамотных меньше половины населения, но невозможно там найти человека, который нс знал бы «Рамаяну» — таких просто нет. Зато без труда можно отыскать людей, читать и писать не умеющих, но помнящих всю «Рамаяну» от начала и до конца наизусть, — это деревенские сказители, бродячие актеры и певцы. Они кочуют с ярмарки на ярмарку, изображая в лицах вечную борьбу добра и зла, в которой зло способно восторжествовать только на время, потому что добро есть истина, а истина всегда побеждает.

Таков непреложный закон жизни — Индия верит в это, и на ее государственном гербе написаны три санскритских слова: сатья мева джаяте — только истина побеждает.

На скольких бы языках ни говорили в Индии, в каких бы ни веровали богов, эта философия жизни живет в народе и созидает единство из индийского многообразия — от глубокой древности до наших дней; от Гималайских гор до мыса Каньякумари.

На протяжении тысячелетий каждую осень празднует Индия дивали — удивительно красивый праздник огней, когда мириады масляных светильников — а в наше время и обыкновенных электролампочек — загораются на каждом доме, превращая всю громадную страну в подобие звездного неба. А небесные звезды затмевают ослепительные фейерверки, с оглушительным треском разрываются хлопушки — так каждый год празднует Индия возвращение в Айодхью победоносного воинства Рамы, празднует торжество справедливости. И обязательно горит в эту ночь огонек у порога каждого жилища, освещая путь истине, ибо лишь вслед за ней войдут в дом благополучие и покой.

В эти осенние дни повсюду идет Рам-лила, театральное представление о подвигах Рамы. Вместе со знаменитыми актерами в этом действе принимают участие все желающие, благо всякому известно и распределение ролей, и порядок действий.

Недавно по индийскому телевидению был показан многосерийный фильм по «Рамаяне». Он шел несколько месяцев, по воскресеньям, и каждое воскресенье в десять утра на час все замирало: вся страна усаживалась перед телевизорами смотреть историю, с детства каждому знакомую до мельчайших подробностей.

Дело в том, что «Рамаяну» как литературное произведение, как классику', воспринимаем мы, для Индии же это нечто куда более значительное, чем просто литература: это наставление в правильной жизни, где все персонажи своим примером показывают, как следует и как не следует поступать, обыкновенный же человек должен соизмерять свои поступки с их поведением.

Вся индийская литература, да и все искусство тоже предназначены «не отображать, но внушать» — по очень точному определению К. Бальмонта.

Литература призвана помогать человеку’ совершенствоваться, переделывать себя, а не общество, потому что общество станет лучше и справедливей, если лучше и справедливей сделает себя каждый из нас.

К тому же, по верованиям индусов, после смерти человека его душа переселяется в другое тело, а в какое, в чье тело — зависит от самого человека, от его добрых или злых дел, слов и мыслей. Леность мысли и потворство желаниям могут привести к перевоплощению души в тело животного и насекомого. Тот же, кто сближается душой с благородством Рамы, с верностью Ситы, с отвагой Ханумана, может в следующей жизни родиться похожим на них.

Основатель йоги Патанджали говорил: о чем мы думаем, тем и становимся.

Когда маленькой девочке твердят, ты — Сита и она очень старается быть Ситой, то кем бы она ни родилась в следующей жизни, в этой она, и выросши, будет в меру своих сил вести себя, как героиня «Рамаяны».

Когда Махатма Ганди поднял забитую и голодную Индию на борьбу за свободу, он призывал народ идти на жертвы во имя Рам-раджья, справедливого царства Рамы. Конечно, можно спросить: воцарилась ли справедливость на индийской земле теперь, в свободной Индии? Нет, не воцарилась. Но разве померкла от этого привлекательность идеала, меньше стало стремление человека жить по справедливости?

В Индии никогда не было детской литературы: перед маленьким индусом, неважно, принцем или нищим, в одинаковой мерс раскрывалась сокровищница мифов, сказаний, легенд и сказок, по которым ему предстояло учиться жить. Ребенок как бы рос вместе с ними, вначале и воспринимая их по-детски, а с возрастом постигая их глубокий смысл.

И сказки индийские тоже нс делятся на детские и на взрослые; занимательные и, конечно же, поучительные — они развлекают детей, наставляя их, и наставляют взрослых, развлекая.

Мало книг может сравниться по известности с «Панчатантрой», пятикнижием «наставлений по разумному и правильному поведению».

Судьба этой книги замечательна во многих отношениях.

По преданию, «Панчатантра» была написана для подрастающих сыновей некоего могущественного государя — чтобы юные принцы учились по ней. Весть о необычайной мудрости, содержащейся в «Панчатантре», распространилась по всей Индии и даже по другим странам.

В VI веке о ней прослышал персидский царь Хосрой Ануширван и повелел перевести ее на пехлевийский язык. Его придворный лекарь Бурзос вывез из Индии рукопись «Панчатантры» вместе с другой диковиной — шахматами.

Позднее книга была переведена на сирийский язык, а в VIII веке Абдалла Ибн аль-Мукаффа перевел ее на арабский. При этом для удобства арабского произношения он изменил имена шакалов: из Каратаки и Дим ан аки они превратились в Калилу и Димну. Их именами и стала называться книга.

В 1080 г. византийский писатель Синлон Сиф взялся переводить «Калилу и Димну» на греческий, но ошибочно прочел имена шакалов как «иклиль», что значит «увенчанный», и «диман», что значит «идущий по следу». В переводе на греческий получилось Стефанит и Ихнилат.

В XII веке появились переводы «Панчатантры» на славянские языки. В России она распространилась под названием «Описание Сифа Антиоха о зверях, нарицаемых Стефанита и Ихнилата» и считалась наставлением в христианском благочестии, авторство которого приписывалось Иоанну Дамаскину или Иоанну Лествичнику.

Тем временем рабби Иоэль перевел «Калилу и Димну» с арабского на древнееврейский, с которого примерно через сто лет был сделан первый перевод на латынь. Переводчик — Иоанн из Капуи дал книге свое название: «Наставление человеческой жизни».

После этого «Наставление» переводится на европейские и на славянские языки, становится заметной книгой эпохи Возрождения.

Но и на этом нс заканчиваются перевоплощения «Панчатантры»: к XII веку «Калила и Димна» переводится с арабского на турецкий и опять меняет свое название. Теперь это «Хумаюн-наме» — «Царственная книга».

«Царственная книга» переводится с турецкого на французский, а в 1762 г. — с французского на русский и опять под новым названием: «Политические и нравоучительные басни Пильпая, философа индейского».

Известный востоковед проф. С. Ф. Ольденбург отмстил поразительную черту «Панчатантры»: «Всюду, куда бы ни приходила эта книга, она становилась духовным достоянием читателя — был ли то буддист, мусульманин, христианин или иудей, верующий или атеист».

Немало приключений выпало и на долю другого знаменитого сборника — «Сказки попугая».

Когда именно были написаны эти сказки — неизвестно. Есть санскритский список XII века, но он явно нс первый. В этом списке сборник называется «Шукасаптати» — «Семьдесят рассказов попугая».

В 1330 г. Зия уд-Дин Нахшаби перевел «Шукасаптати» на персидский язык, через который они и начали свое путешествие по Азии и по Европе. Где только нс оставили эти сказки свой след — с ними связан и «Синдбад-наме», и монгольское собрание басен «Арджи-Буржи», и многие басни, популярные в Европе.

Но самое интересное — «Сказки попугая» в конце концов возвратились обратно на родину, но в другом обличье: они как бы поменяли веру, перейдя из индуизма в ислам.

Дело в том, что по достаточно распространенному обыкновению тех времен Нахшаби не просто перевел сказки — он перенес их из Индии в мусульманский мир. Герои стали зваться мусульманскими именами, махараджи превратились в бадшахов. единый Аллах заменил множество индусских богов. Правда, Индия, нет-нет да и выглянет из-под мусульманского покрывала: то брахмины забредут в сказку, то монахи в ней появятся, то еще что.

В 1803 г. индийский мусульманин Мохаммад Кадири перевел «Сказки попугая» с персидского на урду, перевел в легком, разговорном стиле, и сказки зажили новой жизнью, прекрасно уживаясь со стари иным «Шукасаптати».

Для сравнения в нашей книге есть и несколько сказок из «Шукасаптати» — «Самых старых сказок попугая».

Все нарастающий интерес в мире к урокам Индии свидетельствует о том, что они содержат в себе очень нужное не только индийцам. Но для того чтобы усвоить эти уроки, необходимо, по крайней мере вначале, принять индийскую точку отсчета, а это не просто сделать тем, кто воспитан в иных культурных навыках. Именно поэтому’, чтобы облегчить читателю вхождение в индийский мир, было решено включить в эту книгу не переводы, а пересказы «Рамаяны» и «Панчатантры».

Мариам Салганик.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.