Снегурочка. В розыске

ГЛАВА 13

— Что ты урод несешь?

Леон с такой яростью бросился на Рената что на секунду я растерялась.

Ренат оказался умным, хотя почему оказался, он всегда был умным и хитрым, слишком. По жизни, как и его отец и его мама.

— Леон нет! — закричала я, но было поздно.

Он бросился на него, как раненый зверь. Все уже в этот момент хорошо понимали что будет дальше. Это будет конец.

Леона выкинут с работы. Дальше была охрана. Их разняли. Я мрачно сидела в кабинете мужа и смотрела на его наливающийся синяк под глазом, на сбитые костяшки пальцев, и, как он пишет заявление. Я нервно сглотнула. Меня всю трясло. Карьере Леона если дать ходу заявления Рената закончится. Не успев начаться. А еще если его не дай Бог посадят что будет.

— Ренат что ты делаешь? — тихо спросила я пристально смотря на мужа.

Я думала он ничего не знает, что любимая мама заботившаяся всю жизнь о своем сыне постаралась чтобы сын не узнал. А сын узнал и знал это всю свою жизнь.

— Если ты считаешь что я тебе Марину отдам любимая моя жена, ты ошибаешься!

Я продолжаю пристально смотреть на него. Сколько ненависти в его красивых глазах. Какой подлый человек Царев, как и его родители. Достаю телефон и включаю видео. Кладу телефон перед ним.

Царев внимательно смотрит на видео. На его красивом лице ходят желваки. Я понимаю что в этот момент он не просто хочет меня ударить он хочет меня убить.

— Ты сейчас серьезно?

— Серьезно! Если ты напишешь на Леона заявление то я дам этому видео ход, твой отец ни то что мэром не станет, а из администрации вылетит! Конечно все понимают что ни 37 год, но все же!

Ренат сглатывает и хватает мой телефон.

— Можешь хоть в окно его выкинуть, если дочь мне не отдашь или навредишь моей семье или Леону, я тебе слово даю что это видео разлетится, как горячие пирожки! Надеюсь мы договорились!

Встаю и забирая телефон из его рук иду к выходу.

Меня всю трясет, тяну руку к ручке двери, как оборачиваюсь. Ренат с такой ненавистью смотрит на меня что мне кажется он сейчас разорвет меня на части.

— Ты пожалеешь о своем поступке Романова, да поздно будет!

Я выхожу из его кабинета, а меня всю трясет. То что пожалею я сто процентов.

— Этот ублюдок ничего тебе не сделает!

Я сидела на лавочке у больницы, а Леон стоял рядом. Мрачно смотрел на меня, а я глаза поднять на него не могла. Так больно и паршиво на душе было. Он все знал. Все знал и мне было страшно представить, что он думал про меня, как презирал, да и я сама себя презирала. Мой ребенок, наш ребенок рос далеко от нас, вдали. В носу щипало, хотелось рыдать. Внутри так все сжималось. Болезненно страшно. Я хотела встать и обнять его, повиснуть на нем, прижиматься к нему. К его сильному телу, к мужчине которого так сильно любила, которого так безумно любила и которым жила. Леон… Мой любимый мужчина.

Помню, как мне было четырнадцать лет когда познакомились, как любила его. Столько лет прошло, а мои чувства не угасли ни на момент. Я также сильно его любила, также до одури, до безумия.

— Скажи мне, ты знаешь где он?

Я опускаю глаза еще ниже.

— Соня!

— Да в хорошей богатой семье, так сказали!

— Я найду его!

Наконец решаюсь поднять на него глаза. Руки бешено дрожат. Страшно и так отчаянно до дрожи.

Мне хочется рыдать, хочется упасть и выть. Всю трясет до ужаса. Сглотнув встаю. Понимаю что это конец, он не станет меня слушать.

— Куда ты?

— На работу!

Рождественский внезапно ближе ко мне подходит, я в глаза его такие родные смотрю и понимаю что не могу больше. Расплакавшись обнимаю его, всем телом к нему прижимаюсь, а его сильные руки, такие родные и любимые руки сжимают мое тело. Он прижимает меня крепче, он не отпускает меня, ни на секунду не отпускает.

— Я люблю тебя глупая, я найду его!

— Прости меня, прошу прости! Прости!

Рыдаю сильнее, а он лишь крепче прижимает меня к себе.

— Я не жил, я существовал все эти годы, существовал! Я люблю тебя, Соня! Больше никто не тронет тебя, я тебе слово даю, никогда!

По моим щекам текут слезы, а я не могу остановиться. Я тоже люблю его, до безумия люблю.

— Куда мы едем?

Юля мрачно смотрела на меня, а я собирала вещи. Руки дрожали.

— Его зовут Леон, ты его не знаешь!

Юля хмыкнула.

— Знаю, очень хорошо знаю, мама много про него говорила! Скажи мама умрет?

У меня потемнело в глазах. Мама не умрет, мама не имеет права умирать. Дверь распахнулась и в комнату вошла Марина. Судя по ее лицу было понятно что что то случилось. Что-то серьезное. Юля бросила на меня взгляд, а я внимательно смотрела на то, как Марина сжимает в руках телефон.

— Что случилось?

— Бабушка сказала что ты уходишь от папы! Это правда?

Юля присвистывает.

— Девчонки, я на кухне делаю чай!

Когда она уходит, мы остаемся с дочерью одни. Я вижу слезы в Марининых глазах. Вижу, как ее детское личико готово вот вот расплакаться и мне становится невыносимо.

— Марина я хотела с тобой поговорить, мы с папой очень много лет вместе и очень любим тебя, но так вышло!

— Так вышло что ты встретила другого мужика! — рявкнула дочь. — Это правда, мама?

У меня потемнело в глазах. С ума сойти. Это говорит мне моя дочь? Мой ребенок? Я такого не ожидала от своей свекрови, хоть у нас всегда были прохладные отношения, но я считала ее интеллигентным человеком, а судя по всему зря.

— Что ты несешь?

— Он мент и вы с ним давно вместе!

— Леон не мент, он майор полиции, да я давно люблю его и он любит меня! Раз уж ты не ребенок то давай поговорим по взрослому! Папа твой тоже любит другую женщину, но это не мешает нам любить тебя, мы оба любим тебя! Ты наша дочь, Марина!

— Говори за себя!

Я вздрагиваю, а в спальню распространяя сильный запах алкоголя, входит Ренат. За ним вбегает испуганная Юля.

— Юля уведи Марину! — каменным тоном произношу я.

— Папа что происходит? Папочка! — Марина кидается к отцу на шею, а по ее щекам слезы. Так катятся, что мне самой плакать хочется.

Когда он успел стать важнее меня? Его семья. Моя мама не была такой важной бабушкой, как его мать. Там дорогие подарки, поездки, а простого человеческого счастья не было.

— Мариша, я никогда тебя ей не отдам и этому менту поганому тоже! Иди с Юлей, иди девочка!

Юля и Марина выходят, а мы остаемся с ним вдвоем. Царев пьяно смеется и скидывает чемодан с нашей супружеской кровати. Я непроизвольно отшатываюсь от него, а он с размаху бьет меня по лицу попадая прямо в ноч. Я закрываю лицо и не могу сделать даже шаг. Нет сил. Кричать не могу, плакать тоже. Мне страшно. Очень страшно. Хватает меня за волосы и швыряет на пол.

— Не трогай ее урод, я сейчас полицию вызову!

Юля забегает в комнату и налетает на него.

— Смотри на своего отца, как он маму твою бьет! Это отец? Это ничтожество!!

Спустя час на кухне сидел Марат Русланович и мрачно смотрел на меня.

— Вы что ненормальные? Оба врачи, уважаемые люди, хирург, главный врач, дом полная чаша! Дети! А вы деретесь!

— Соня не дралась, это ее ваш сын избил! — поставила перед ним чашку с кофе Юля.

Марат Русланович прищурился.

— Юля мне адвокаты не нужны, иди к себе!

Я кивнула сжимая руку сестры. Господи они же совсем дети с Маринкой, а такое видели. Соседи полицию вызвали, как Марина рыдала и кричала, какой позор, хорошо что свекор сразу приехал.

— Соня скажи честно мы тебе мало хорошего с женой сделали? — поинтересовался свекор отпивая кофе когда Юля вышла с кухни и закрыла дверь.

Я покачала головой. Он спас мою маму и я была очень ему благодарна, очень, но поделать ничего не могла. Я так и не полюбила его сына, его было не за что любить. Заносчивый, высокомерный, пациентов без денег считал за людей второго сорта, как и его шкура Камилла.

Бил женщин, пил… Что в нем хорошего. Наверное, все мои мысли отразились на моем лице потому что Марат Русланович стал еще мрачнее.

— Значит мало?

— Нет не мало, Марат Русланович, просто я не люблю Рената! Я понимаю это ваш сын…

— При чем тут мой сын? Я знаю у Рената много недостатков, то что произошло сегодня это неприемлемо и ни в какие ворота и рамки не лезет, София, но у вас семья! Какой майор?

Я отворачиваюсь. А он ведь может подпортить ему жизнь, очень может и даже видео его не остановит, это такие люди, страшные люди. Ладони моментально стали мокрыми, вспотели. Хотелось плакать до жути плакать, просто рыдать.

— Молчишь, Соня? Скажи, София, как ты будешь жить без Марины? А если тебя по статье нечаянно уволят? Ни сегодня завтра Леры не станет, что с Юлей будет? Детский дом? А самое главное, вдруг с майором что-то случится? Ты же этого не хочешь, София!!!!

Руки сжимаются в кулаки, я пристально смотрю на него. Какой же он подонок прямо, как сын, ненавижу их обоих, ненавижу…