- Готово, - заклеив пластырем рану, док кинул в сумку инструменты.
Я отпил немного виски. Надоедливая, пульсирующая боль сильно выматывала. Но еще сильней изводила мысль о произошедшем недавно.
- Рану зашил, обработал. Проблем не должно возникнуть, но, если будет сильно болеть, выпьете вот это, - док положил на стол пластинку с таблетками.
Я натянул обратно майку.
- Что с девушкой?
Малик посмотрел на меня. В его взгляде читалось осуждение, но что-либо против он сказать так и не решился.
- У нее сильное истощение. Я сделал ей капельницу с витаминами. Нужен покой, хороший сон и питание. Через пару дней будет как новенькая.
Я кивнул.
- Спасибо, Малик, - пожал ему ладонь.
Вытянув из верхнего ящика стола стопку банкнот, вручил ее доку.
Спустя несколько минут он ушел, оставив меня разбираться с более сложными задачами. Вот только мысли были не о том, что должно сейчас меня волновать. Раз за разом перед глазами вспыхивали картины произошедшего. Ее испуганный, но вместе с тем, вдруг ставший нежным взгляд. Ее поступок. Как ни старался, не мог объяснить его себе. На кой черт ей спасать меня? Вытягивать из горящего здания того, кто похитил ее, кто хотел тр*хнуть против воли?
Этот ее поступок… он что-то сделал со мной. Мне было некомфортно. Я чувствовал себя слабым, слово остался без бронника под перекрестным огнем.
Мне не нравилось то, как действует на меня ее запах и ее близость. Она слишком плохо на меня влияет. И все, чего я хотел сейчас – избавится от нее. Быть как можно дальше. Но мысль о срыве сделки, о том, чтобы оставить эту суку себе – в последние полчаса, она преследовала меня.
В дверь постучали. В комнату вошел Дамир. Запыхавшийся, злой и взвинченный. Пройдя прямиком к бару, он наполнил себе бокал.
Я сидел и смотрел на него, наконец-то озадачившись правильным вопросом. Кто? Кто, бл*ть, навел на нас тех ублюдков.
Нападение было продумано четко, до последней мелочи. Момент то был идеальный! Все уехали в город, со мной в клубе пару шл*х осталось, да Аиша. Чтобы так рассчитать была необходима постоянная слежка за мной, либо… крыса.
Я мало когда ошибаюсь. Сейчас мое чутье говорит мне о том, что это спланированный ход. Что это дело рук одной мрази, решившей, будто умнее меня.
- Я не нашел их, - раздался голос брата.
Я поднял глаза, продолжил, молча смотреть на него.
- Я объездил все окрестности, никто не видел их джипа. Либо сучка врет, либо они съ*бались как летучие мыши.
- Сучка не врет, Дамир. Я видел ее глаза, она говорит правду. От первого и до последнего слова.
На губах брата змеилась улыбка.
- Если это правда, то у нас всего два варианта, Батур. И второй вариант самый паскудный. Его нужно отрабатывать.
Мне не нравилось то, как легко он приписывает предательство к человеку. Одному из нас, тому, кто прошел со мной самые трудные времена. В отличие от Дамира, я не привык разбрасываться людьми.
- Саид много раз ходил по острию ножа, - проговорил, сжимая в руках бокал. Я злился на брата.
- Он часто подставлял нас из-за своей вспыльчивости. Но кто у нас не вспыльчив, Дамир? – после этих слов брат напрягся. Он пытался сохранить видимость спокойствия, но я - то знаю его. Слишком много злости было в его взгляде.
- Много лет после смерти отца ты избегал меня. Пока не попал в такую задницу, что мне пришлось половину города перестрелять, дабы вытянуть тебя.
Его лицо застыло в напряжении.
- Я думал, мы уже забыли об этом, - проговорил с обидой. Я усмехнулся.
- Мы забыли, Дамир. Просто и с Саидом не так все легко.
- Что сложного?! – взорвался брат. - Если верить шл*хе, те, кто напал были русскими. С русскими замечен Саид. Именно он воротил с ними дела за твоей спиной до того, как попал за решетку. Откуда ты его и вытянул. Среди всех нас нет больше никого, кто как-то контактировал с группировкой Орловского. Пусть придет сюда и объяснит. Под дулом пистолета люди обычно говорят правду.
У меня больше не было желания вести этот разговор. Поднявшись с кресла, я посмотрел на часы.
- Через два часа нужно выдвигаться. Провернем сделку, а потом разберемся с этим вопросом. Вполне возможно, эти мрази хотели сорвать именно ее. Как только Закир передаст мне бумаги, я стану полноправным хозяином его компании. А это значит, что мы выйдем на новый, международный уровень. И даже сам глава государства нам не указ, - улыбнулся, предвкушая маячащие перспективы.
- Он тебе и сейчас не указ. Скорее наоборот. Действует так, как надо тебе…
Я улыбнулся.
- Потому что много лет я спасал его ж*пу и убирал конкурентов. Без меня, он не прошел бы к этому посту, Дамир.
Я направился к выходу. Хотел посмотреть как она.
- Батур. – голос брата остановил меня.
- Ты всегда был слишком умным, и рассудительным. И этого никогда не хватало мне. Так вот сейчас я вижу, что ты хочешь совершить ошибку. Как твой родной брат, хочу уберечь тебя.
Он все понял. Дамир знал, куда я собираюсь, и я без лишних слов понял его посыл. Только никогда не нравилось, когда мне пытались указывать.
- Она спасла тебя не по доброте душевной. Она понимала, что без тебя ей не выжить, Батур. Не забывай, как она поступила с братом Саида. Он думал, что спасает ее от тирана отца. Аиша преставилась ему бедной девушкой, которую пытался изнасиловать собственный отец.
- Я знаю эту историю… - прорычал, выходя из себя.
- Не кажется ли тебе, что ты смотришь на тропу Зафара?
Я обернулся, метнув в него взглядом.
- Не переживай, брат. Тебе показалось. Через два часа выдвигаемся.
Мне хотелось разнести все, что я видел на своем пути. Во мне сейчас было так много гнева... Я злился на себя, злился на нее. На весь чертов мир.
Дамир прав. Лживее и хитрее суки, чем дочь Закира придумать нельзя. То, как она одурачила Зафара, лишь для того чтобы поиздеваться, поиграть – заставляет желать ее смерти. Бл*ть, а ведь так и есть. Я поверил. Я поддался ее невинному взгляду… Долбанный идиот.
Толкнул ногой дверь. Она была в моей постели. Ее тело лишь наполовину было прикрыто простыней. Красивая, смертельно ядовитая сука. Нужно избавляться от нее как можно скорей.
***
Как только он вошел в комнату, я поняла – что-то не так. Он молчал, но я даже так чувствовала его гнев. Он резонировал в воздухе, он был повсюду.
Приподнявшись на локтях, игнорируя головокружение, посмотрела на Батура. Скулы напряжены, в глазах – обещание смерти. Он вернулся в кресло и сейчас смотрел на меня так, словно я маленькое, отвратительное на вид насекомое.
- Ты хотела поговорить со мной о чем-то? Сейчас самое время, - он произнес это тихо, но меня резанул холод в его голосе. Такое чувство, что передо мной сейчас вовсе не человек сидел, а зверь. Голодный и беспощадный. Затаившийся, но готовый в любую секунду броситься и разорвать на куски свою жертву.
Его слова - некий вызов мне. Я понимала, пока Батура не было – что-то произошло. Что-то снова сделало его монстром. Больше не было смысла даже начинать разговор.
- Нет, я передумала… - произнесла тихо, опустив голову на подушку. Прикрыла глаза, понимая, что упустила последний, маячивший передо мной шанс.
А потом вдруг услышала его шаги. Тихие, словно поступь грациозного тигра. Он крался, и каждая пройденная секунда приближала его ко мне.
Я боялась открыть глаза. Я не знала, чего ждать от Батура, и чувствовала себя дикой трусихой.
Матрас прогнулся, а моего плеча коснулись его пальцы. Легкие, практически невесомые касания вдруг превратились в болезненную схватку. Я распахнула глаза, вздрогнув от боли. Подскочила на подушке, стараясь оказаться как можно дальше от него.
Батур выпустил меня, остался сидеть неподвижно. Он наблюдал. Его глаза жадно исследовали мое тело.
- Так все-таки, - произнес он шепотом, склонив набок голову.
- Для чего ты меня спасла? Вдруг прониклась ко мне любовью? Я был в отключке, ты бы могла убежать.
Мне хотелось признаться ему. Сказать, что я не Аиша, и у меня выбора особенного то и нет. Но я знала, что его вопрос словно кость голодной собаке. Он издевается. Тешит себя игрой перед вкусной трапезой.
- Может и прониклась.
Он молчал. Мы смотрели в глаза друг другу, и я чувствовала, как воздух между нами накаляется. А потом он вдруг рванул ко мне. Схватил за волосы, заставив запрокинуть голову назад. Навис надо мной, словно огромная дождевая туча. Его глаза требовательно сканировали мои, он будто пытался рассмотреть в них правду.
- Я не верю в любовь, зверушка. Тем более в любовь такой шл*хи, - прошептал в губы, касаясь пальцами кожи.
Меня злили его слова.
- Я не шл*ха.
Улыбнулся. Выпустил меня, окинув пренебрежительным взглядом.
- Точно так же ты говорила моему другу Зафару? Ты ведь приперлась тогда в его клуб, просила о помощи. Работа или ночлег. Ты говорила, что родной отец пытается изнасиловать тебя. Зафар оставил тебя, дал легкую работу. Девка то красивая, смогла в первую же ночь влезть к нему в постель. И завертелось у вас. Полгода вместе. Зафар как с ума сошел, сутками пропадал с тобой, забыв о бизнесе и о наших делах. И в один прекрасный день, когда он надоел тебе, ты пропала. Просто исчезла из его дома. Его разрывало не по-детски. Весь город поднял с ног на голову. И нашел тебя. В компании Закира. Вот тогда-то Зафар и понял, кто твой отец, и что все твои слова – были ложью. Он разозлился, а ты стала кричать. Вызвала охрану и сказала отцу, что Закир изнасиловал тебя…. Оказывается, ты была обещана другому. Местному шейху, отец хотел увеличить свою сферу влияния. А теперь ни о каком браке не шло и речи.
Я была в ужасе. Его слова поразили меня до глубины души. Я ведь знала совсем другую правду, рассказанную Аишей. Девушка все полгода отсутствия рассказывала отцу, что находилась на учебе в Париже. Она исправно писала ему послания, даже разговаривала. А потом, вся эта ситуация с Зафаром. Аиша так плакала, я верила ей. Она рассказывала о том, насколько жесток был с ней этот парень, повстречав ее однажды в клубе.
Батур поднялся. Обернувшись, он посмотрел на меня с высоты своего роста. Губы мужчины скривились в насмешке.
- Так что радуйся, сука. Ты едешь к своему отцу.
***
Они связали меня и запихали в багажник. Я не могла повернуться, я не могла даже сделать нормальный вдох. Все что мне оставалось – это лежать и молиться. Молиться тому, чтобы Закир был добр ко мне, чтобы он поверил в мою невиновность. Только теперь, спустя столько времени, я понимаю, что идея остаться жить здесь, в Эмиратах – была для меня фатальной. Если бы я сейчас была на родине, ничего этого бы не случилось.
Не знаю, сколько мы ехали. Меня жутко тошнило, голова, будто придавлена кирпичами. А когда открылась крышка, я боялась даже раскрыть глаза.
- Забирайте, - произнес Дамир кому-то. Меня схватили за плечи и за ноги и осторожно подняли вверх.
Спустя несколько секунд с меня сняли веревки. Скорее всего, это были люди Закира. Но я не видела их раньше. Опустив голову в ноги, дабы прикрыть лицо распущенными волосами, я пошла следом за ними.
- Даже не попрощаешься, маленькая лгунья? - раздалось за моей спиной. Я не обернулась.
Мы находились на окраине города. Несколько одноэтажных зданий и больше ничего кроме пустыни.
- Вы идти можете?- спросил меня провожатый.
- Да, все хорошо, - кивнула, а сама еле держалась на ногах. Казалось, в любой момент могу грохнуться или вывернуть желудок.
Из дальнего здания вышли мужчины. В одном из них я узнала Закира. За ним со свитой своей охраны шел Батур. Мы остановились посреди площади, дожидаясь отца Аиши. Батур остался на месте.
Закир смотрел на меня, не сводя глаз. А меня начинало трясти. Я не знала с чего начать и что сказать, когда он спросит меня о дочери. Я не знала, как он поступит. Каждый шаг и каждая секунда приближала его ко мне. Я подняла глаза, посмотрела на Батура. Он не сводил с меня напряженного взгляда. И единственная мысль билась в моей голове: Он не стал меня спасать.
Закир подошел. Убрав пальцами волосы с моего лица, он напряжённо исследовали его. В его глазах вспыхнула злость.
- Почему ты? – спросил он тихо, но голос вибрировал от напряжения.
- Аиша, она указала на меня, - сорвался с губ слезный шепот.
Вдруг резкая боль пронзила тело. Он ударил меня. Наотмашь, по лицу. Перед глазами все потемнело. Но в следующую секунду, не дав мне опомниться, Закир схватил меня за волосы и вздернул к верху. Я почувствовала дуло пистолета, упирающееся мне в грудь.
- Говори, что стало с моей дочерью! Что вы сделали с ней?!
Я знала, Закир убьет меня, как только я скажу ему правду. Поэтому не было смысла даже пытаться отвечать. Я прикрыла глаза, прощаясь с жизнью.