Глава 5

Как выглядит типичный эльфийский город? До сего дня Алионе не приходилось бывать в подобных местах, поэтому представление об эльфийской градостроительной архитектуре имела самое смутное. Так, расплывчатые образы воздушных замков, спрятанных на горных склонах среди изумрудной зелени. Между разбросанными строениями по склонам падают вниз хрустальные водопады, острые шпили пронзают листву могучих деревьев, возносясь ввысь, и повсюду слышится пение птиц и порхание бабочек. Видится. Порхание.

Практичная часть мозга девушки тут же подсказала, что эльфы с земным представлением о самих себе знакомиться не обязаны, а значит, и города строить будут по-своему.

Исходя из того, что одно здание она уже видела — дерево-особняк нынешнего хозяина — Алиона представила эльфийский город поселением, нечто вроде американского пригорода: широкая улица, застланная травяным дорожным покрытием, вдоль которой ровными рядами стоят такие же квадратные деревья, разве что размерами поменьше, возле которых припаркованы блестящие автомобили…

Стоп, стоп, какие автомобили? Кареты. Припаркованы кареты, с впряженными конями…

Стоп, стоп, какой же дурак станет держать коней постоянно впряженными? Просто кареты, без коней…

Стоят на улице, мокнут под дождем…

Тьфу! Алиона замотала головой, выбрасывая навязчивый образ. Никаких автомобилей, никаких карет. Просто дома-деревья… Или деревья-дома?

Да что ж это такое?! Наверное, все дело в мандраже: она еще ни разу не выбиралась за пределы поместья Хетулионов, да и находится в карете с хозяином продолжительное время тоже страшновато. Не то, что он приставать начнет, а то, что может что-то спросить…

С эльфийским языком у девушки были некоторые сложности. Как-то не удосужился никто привить ей это знание магическим путем, так что речь эльфов для нее по большей части продолжала звучать как птичье пение. Нет, отдельные слова она уже начала понимать, в смысле, различать их в общем потоке, но с пониманием пока оставались затруднения. Тем более, эльфы говорили быстро и их любимые двух- и трехзвучия гласных сливались в один, совершенно Алионой не различаемый на слух, звук. Даже «Алена», которой ее звали хозяева, на самом деле произносилась как что-то вроде «Аилиеона» и даже что-то означало. Судя по усмешке дворецкого, эльфа Аунсиона, что-то забавное.

Взять, например, слово «омм». Если «о» в нем краткое, то оно означало «Иди сюда». Если «о» долгое, то — «холодает». Если «о» на вздохе — «глаз». А если «о» свистящее — «лягушка».

И таких слов… да все слова языка! Не говоря уж о том, что пауз между словами эльфы в разговоре практически не делали.

В итоге понимала Алиона даже не с пятого на десятое, а сразу с первого января на семнадцатое марта. И произнести более-менее правильно могла только три слова: «да», «нет» и «не понимаю». Не больно-то разболтаешься с таким лексиконом.

* * *

Алиона тоскливо оглядела свою комнату. Ну и что ты хочешь здесь увидеть нового? Все то же самое: кровать, стол, стул, шкаф, ковер на полу. Все, включая стены и двери — в эльфийском стиле, то есть не сделано, а выращено и не имеет прямых углов. Нет, стены не перекошены и стулья не разъезжаются. Просто там, где стена смыкается с полом вместо излома — плавное закругление, радиусом так сантиметров пять.

«Наверное, полы мыть удобно… И ребенка в угол не поставишь…»

Даже двери и окна выглядели как помесь прямоугольника и овала.

Девушка спрыгнула со своего любимого подоконника и открыла шкаф. Что надеть?

Одежды было немного, да и та, что была, наскоро переделана из одежды Насти. Что надевать? Что носят в этом сезоне модные столичные эльфийки? И не окажется ли, что эльфийская одежда на человеке — жуткое оскорбление?

— Так, стоп. Прекратить.

Алиона села. На пол. Обхватила голову руками.

«Не слишком ли быстро вы, уважаемая госпожа Алиона, привыкли к роли игрушки? Ты уже боишься прогневить хозяина… Да черт возьми, ты уже даже мысленно называешь его хозяином! Ты свободный человек, хозяев у тебя нет! Ага… Пойди, скажи это господину Хетулиону… Еще раз стоп! Стоп!»

Она закачала головой из стороны в сторону.

«Ты опять ведешь себя так, как привыкла вести всегда: кто-то за тебя все решил, без твоего согласия все сделал, и ты покорно приняла все, что тебе сказали, даже не пытаясь взбунтоваться».

Память не в меру услужливо напомнила о том, какие ощущения вызывает применение «бича». Взбунтуешься тут…

«А ты подумай, — продолжала грызть себя Алиона — что своей покорностью и страхом „А вдруг будет хуже“ ты только хуже и делаешь. Ты послушалась маму — и из вполне дружелюбной школы попала в малоприятную атмосферу института. Опять послушалась маму — и оказалась в гадюшнике отдела. Потом послушалась Аню — и теперь ты вообще игрушка, чье отличие от рабыни малоразличимо на глаз. Что дальше, соглашательница? Где ты окажешься, когда послушаешь еще кого-нибудь? В постели эльфа-извращенца? На каторге? На виселице?»

К сожалению, уютная — что ни говори — комната, мягкий ковер и вкусный завтрак не позволяли искренне поверить в те ужасы, которые могут ее ждать, и поэтому желание немедленно идти на баррикады начало утихать. В итоге Алиона пришла к выводу, что прямо сейчас поднимать бунт нет смысла, лучше побыть послушной игрушкой и поехать в столицу. Нужно же собрать сведения об эльфах, прежде чем совершать побег. Нужно ведь, правда? К тому же, когда еще выпадет случай увидеть эльфийский город. Да и Настя говорила, хозя… господин Хетулион позволит купить себе одежду…

Алиона остановилась на том, что пока она не будет думать о побеге, будет собирать информацию о здешней жизни и, когда соберет ее достаточно — тогда и сбежит. Ведь сейчас бежать нет никакого смысла, правда? К тому же, разве можно убежать от эльфов в лесу? Они же — прирожденные охотники и эти… следопыты. Да, точно, убежать от них не получится. Пока не получится. Потом. Как-нибудь.

Девушка начала выбирать одежду, одновременно, чтобы прогнать упорно лезущие в голову плохие мысли, попытавшись представить город эльфов.

* * *

Романтическая часть разума упорно подпихивала картину воздушно-изумрудно-водопадного города, в котором живут воздушные и грациозные эльфы, все как один аристократы, не ниже герцога. Практическая же часть, желавшая отыграться за провал с попыткой подвигнуть хозяйку на побег, кривила виртуальные губы, и говорила, что в любом городе, кроме аристократов, должны жить такие маловоздушные и не очень грациозные граждане, как конюхи, слуги, сантехники и прочие золотари. Представить эльфа-сантехника, пьяного и с папироской, Алиона не могла при всем желании, проще представить эльфа-охранника тюрьмы, напившегося на рабочем месте.

Можно, конечно, все спихнуть на магию. Мол, это магия чистит уборные, стирает белье, вывозит навоз… Можно. Но тогда магов понадобится столько, что ими можно будет мостить улицы.

Так что, пришла к выводу Алиона, рассматривая себя в зеркале, скорее всего, столица эльфов похожа на средневековый город. Слегка облагороженный — навряд ли кто-то выплескивает ночные горшки на улицу — но вполне средневековый: городские стены, высокие черепичные крыши, узкие улочки, вымощенные… хм… травой? Кстати, дома-деревья встречаются только за городом или и город состоит из них же?

Алиона взглянула на себя еще раз. Симпатичная девушка. Можно даже сказать, красивая. Главное — без дурацких очков!

Для волос эльф-дворецкий порекомендовал некий травяной шампунь, от которого они пушились и блестели, так что сейчас голова девушки выглядела как одетая в огненный шлем.

Одежду она себе тоже подобрала отличную. Жаль, правда, что пришлось взять юбку: штаны здесь носили исключительно мужчины. Но все равно…

Шелковая рубашка, приятного кремового цвета, достаточно плотная, чтобы не просвечивалось ничего из того, что обычно просвечивается, и достаточно невесомая для того, чтобы ее было приятно носить. Воротник с круглыми краями, расшитый крошечными жемчужинами. Небольшой вырез, позволяющий предположить, что под рубашкой спрятано что-то, кроме лифчика, настолько набитого ватой, что он стал почти бронированным. Скользкие приятные на ощупь перламутровые пуговички…

— Алена! — в комнату заглянула Настя, — Еще немного и хозяину придется тебя дожидаться!

Длинная белая юбка, золотистые чулки, туфельки.

— Уже иду!

* * *

Кареты была не той, в которой девушку привезли сюда. Большая, ожидаемо белая, запряженная не шестеркой, а пожалуй десятком коней. Дворецкий указал девушке на заднюю дверцу, за которой, как говорила Настя, находилось багажное отделение и два боковых сиденья, вроде как в «уазиках».

— Ая, — подошел сзади господин Хетулион.

То бишь «нет». Следующую его фразу Алиона поняла исключительно по жестам: мол, залезай в салон, будешь сидеть рядом со мной.

Дворецкий дернулся постелить на сиденье белую ткань, но хозя… господин Хетулион нервно дернул ухом.

Выглядел он… Трудно сказать «роскошно». Солидно он выглядел. Серебристый короткий камзол, увешанный золотыми листьями и цветами. То ли украшения, то ли эльфийские ордена и медали — непонятно. На поясе — кинжал, с белой костяной рукоятью и золотым узором на ножнах. Серебристые штаны и молочно-белые сапоги. И только на голове — ничего. Похоже, эльфы не любили головных уборов. Может, уши мешали.

Алиона уселась, прямая как палка. Настя болтала много, но как-то не удосужилась рассказать, чем должна заниматься «игрушка» в карете во время поездки.

Карету качнуло. Поехали…

* * *

Эльф, не обращая особого внимания на девушку, взял портфель.

Почти как обычный земной портфель, разве что не кожаный, а, судя по виду, из тисненой коры. Твердый, сверху — откидывающаяся крышка.

Господин Хетулион достал пачку бумаг, уложил на сиденье рядом с собой и начал читать.

Алиона сидела молча, как рыжая мышь.

— Алена, — неожиданно обратился к ней эльф.

В принципе, это было все, что поняла из длинного вопроса девушка. Знакомых слов в вопросе было ровно два. Первое — ее имя, а второе — «элли», похожее на имя девочки из Изумрудного города. Хотя навряд ли Хетулион решил обсудить с ней детские сказки.

— Аверишом — напряженно улыбнулась девушка, — Не понимаю.

Эльф вскинул голову, как будто забыл о существовании Алионы. Махнул рукой и ответил. Что-то. После чего опять заговорил, обращаясь к ней.

Алиона сглотнула. Что он говорит? Не отвечать — страшно. Отвечать — тоже, он ясно дал понять, что не ждет ответа. Тогда чего же он хочет?

Господин Хетулион отложил бумаги и взял другую порцию. Перелистал их и остановился на листе с чертежом, отдаленно напоминающем круг превращений из аниме «Цельнометаллический алхимик»: несколько окружностей, вписанных друг в друга, треугольники, ромбики и совсем уже мелкая и мельчайшая графика. Лицо эльфа помрачнело, уши опустились градусов на десять.

Он опять заговорил, обращаясь к девушке, но не отрывая глаз от чертежа. Тьфу ты…

Алиона осторожно выдохнула. Все в порядке. Хетулион просто предпочитает размышлять вслух, обращаясь к кому-нибудь бессловесному. Он задавал вопросы, сам себе на них отвечал, Алиона выступала в роли кошки, живущей у профессора: молча сидела и слушала.

Карета катилась по эльфийской дороге, ровной, как зеркало пруда в безветренную погоду.

Скоро, уже скоро они должны были приехать в столицу.

* * *

Вот это да…

Алиона просто прилипла к стеклам кареты.

Да уж… Это не поселение. Это — город.

Город.

Девушка почувствовала себя маленькой, крошечной мышкой посреди автотрассы.

ТАКОГО эльфийского города она не ожидала.

Загрузка...