Совсем Не Супер

Глава 4. Чудо-Девочка

— Эй, ты как?

Мне на плечо легла рука. Прохладная. Произошло это до того неожиданно, что я взвизгнула и отпрыгнула в сторону.

Ну серьёзно, я никак не могла ожидать, что рядом со мной будет кто-то! Фонарь у меня над головой включился только когда я пришла в движение. До этого — тишина и темнота, ни капли света. Я была уверена, что я на улице одна! А тут кто-то не просто подошёл — ещё и потрогать умудрился!

— Ой, да ладно тебе, не такая я уж и страшная!

Яркий после темноты свет ударил по глазам. Я зажмурилась и прикрыла лицо рукой, слепо отступая.

Голос из насмешливо-радостного стал слегка обеспокоенным:

— Ещё два шага, и ты навернёшься с бордюра и упадёшь на проезжую часть. Ночь, конечно, и машин нет, но всё равно небезопасно. Люди очень хрупкие, одного удара может быть достаточно. Стой, кому говорят!

Я замерла. Вот только упасть мне для полного счастья не хватало.

Проморгавшись, я отняла руку от лица и посмотрела на того, кто меня напугал. На ту — голос явно был женским и молодым, звонким. На глазах у меня выступали слёзы, из-за чего образ стоявшей передо мной девушки размывался и казался нереальным. Но основные цвета я уловила: лазурь с белым золотом спереди, ярко-красный сзади. На моей памяти только один человек одевался так.

Интересно, можно ли вообще считать супер-костюм одеждой? Или это больше спецовка, как у гастарбайтеров? Или форма, как у полиции?

— Ну как, всё нормально? Пришла в себя?

Вытерев слёзы, я кивнула.

Да уж… испугаться Чудо-Девочку — это надо уметь. Я не паниковала, когда оказалась в банке среди заложников роботов Льюиса; не визжала, когда на магазин, где я закупалась, напала химера; не теряла самообладания в миллионе других случаев. А тут немного расклеилась — и на тебе, получай. В своё оправдание могу сказать, что я просто на грани нервного срыва.

Гвиневра, — «Зовите меня Гвен!» — Страйк совсем не менялась из-за съёмок. Обычно камеры прибавляют вес или возраст, но Чудо-Девочка была словно по волшебству лишена этих метаморфоз: какой казалась она худенькой и юной во время записи «Разговорного Времечка», такой и предстала сейчас передо мной. Лазурь костюма с яркими энергетическими полосами делала её кожу визуально более загорелой и оттеняла чистые голубые радужки. Волосы в жёлтом свете фонаря казались не просто светлыми, а золотыми.

Красивая девушка.

Гвен подошла ко мне, хотела было протянуть руку, чтобы помочь, — увести от края пешеходной зоны и предотвратить возможное падение, видимо, — но потом опустила ладонь, так до меня и не дотронувшись. Ну, я Страйк понимала: неизвестно, как отреагирует на твои прикосновения человек, что чуть было не выскочил из-за твоего появления на проезжую часть.

— Всё нормально, — сказала я, окончательно проморгавшись. — Извини за реакцию. Я испугалась не тебя, а прикосновения в темноте.

— А-а-а… эти фонари, — Гвен скривилась. — Вечно от них одни проблемы.

Я улыбнулась. Все знали, что большая часть электроники по какой-то причине сбоит рядом с нашими пришельцами; хорошо ещё, что камеры исправно снимали их, иначе у Чудо-Девочки были бы большие проблемы с пиар-кампанией. Но вот те же датчики движения на уличных фонарях игнорировали инопланетяшку, как и раздвижные двери в магазинах.

Про последнее я узнала прямо сейчас: Гвиневра, умоляюще сложив ладошки, пожаловалась мне на ночной голод и невозможность войти в магазин. По ночам тот работал самостоятельно, без кассира или управляющего. Славься, век технологий!

— Даже завалящего батончика не купить, — заныла Чудо-Девочка, как никогда подходя по выражению лица своему супергеройскому прозвищу. — А я скоро сама себя переваривать начну, так и знай!

— Надеюсь, что это просто выражение, а не констатация твоей инопланетной физиологии.

Она рассмеялась, махнув на мои слова рукой.

— Конечно же выражение! НО! Терпеть голод — совсем не круто! Хотя, знаешь, переедать мне тоже не понравилось. Человеческие тела очень хрупкие, — повторила она неожиданно спокойным тоном. — Даже удивительно, что вы стали вторыми по значимости существами на этой планете.

— Вторыми? — заинтересовалась я. — А первые кто?

Гвен завела руки за спину и шаркнула ногой, как маленькая девочка. Выражение её лица стало проказливо-хитрым. Я в этот момент даже не вспомнила, что именно Чудо-Девочка могла быть той, с кем мне предположительно изменял Анхелл.

— Догада-айся.

В голове я быстренько перебрала варианты. Кто круче, чем человек? Вряд ли это киты или слоны, скорее, я бы поставила на какого-нибудь хищника. Акула? Да, идеальный зверь, о котором до сих пор регулярно снимают что научные, что художественные фильмы, но распространены акулы исключительно в воде. Птицы? Они не властвуют над землёй.

То же самое с каким-нибудь хищником. У каждого свой ареал обитания, перемещение тех же львов в джунгли ничего хорошего не даст.

— Может, какие-нибудь вирусы? Бактерии?

Страйк щёлкнула пальцами. От этого рядом с её ладошкой появился крошечный огонёк жёлтого пламени, который Гвен быстренько задула.

— Почти, но нет, — захихикала она. — Вашим миром правят насекомые!

О. Ну да, действительно. Как это я сразу не подумала.

То-то я смотрю, что тараканов и термитов чёрта с два ты выгонишь из собственного дома, если они там вдруг завелись.

Чудо-Девочка оказалась чудо как беззаботна и болтлива. Словно самый настоящий ребёнок, она успела выложить мне почти пересказ своей жизни за те пятнадцать минут, которые мы шли до магазина. Ясно было, что повествование очень укороченное и отцензуренное, но я всё равно узнала много нового про инопланетян, появление которых когда-то взбудоражило всю планету.

Изначально их было пятеро, но двое не пережили приземление. На беду Гвен и её товарищей по несчастью, покинули этот мир капитан и инженер их корабля, так что застряли инопланетяне здесь надолго. Сама Гвен была кем-то вроде солдата: ударная сила, скорость, способность к полёту и куча всего другого позволяли ей не только отбиваться от предполагаемой опасности, но ещё и защищать корабль во время дрейфа в космосе.

— Как же вы тогда упали? — спросила я, поняв, что Гвен должна была предотвратить любое травмирование обшивки корабля.

— Всякое случается, — пожала плечами инопланетяшка. — Если честно, мне кажется, что это моя вина. Не уследила за периметром, и в итоге мы попали под облучение пиратского корабля.

На новость о космических пиратах я не знала, как реагировать, поэтому промолчала.

— От их атак мы-то ушли, даже без особых потерь, — продолжала Гвен, широко шагая по тротуару и сцепив руки за спиной; красный плащ хлестал девушку по икрам при каждом шаге, — но потом применили квантовый скачок… м-м, это типа телепортация. И в итоге вышло, что наш корабль скаканул, но в воронку затянуло ещё и разрушающий луч, которым отстреливались пираты.

— Что за луч?

— Попадает куда-нибудь и начинает всё разъедать, — объяснила Гвен. — Всё, с чем соприкасается, буквально распадается на атомы. Так что пришлось оторвать турбину. В итоге мы потеряли в манёвренности, корабль столкнулся с метеоритом, пока я была занята с турбиной. Полетела система жизнеобеспечения, продолжать полёт было нельзя, через пять земных минут мы бы оказались без транспорта.

Говорила Гвен показательно-беззаботно, однако Страйк довольно долго мимикрировала под человека, чтобы перенять нашу мимику. Я видела, что девушке сложно даётся этот рассказ.

— Существовать в космосе могла только я и капитан, остальные нет. Мы могли потерять команду… Единственное, что смог сделать наш пилот, это вывести корабль к обитаемой планете последним прыжком. К вашей, то есть.

Она тяжело вздохнула и взъерошила идеальную укладку. Волосы после этого вернулись к прежнему положению, словно зафиксированные в реальности.

Невольно возник вопрос: как наши инопланетяне себя ощущают? У них могут быть моральные загоны, муки совести, проблемы с самоопределением? Нужен ли инопланетянам психотерапевт?

— Неправильные какие-то пираты, — заметила я, решив не акцентироваться на темы вины и безвинности Чудо-Девочки.

— Почему?

— Насколько я помню из истории, во времена, когда моря контролировались пиратами, частенько случались казусы. К примеру, испанский корабль внезапно обнаруживался под английскими флагами. Потому что пираты, захватывая корабль, просто перепродавали его на сторону.

— Чтобы это провернуть, нужно, чтобы корабль был цел, — поняла мою мысль Гвен.

— Да. А тут выходит, что в вас стрельнули чем-то, что разъедает при соприкосновении. Это уже больше похоже на попытку устранения, чем на пиратское нападение. Да и вообще, как вас пираты выследили? Космос же огромный!

— Не настолько, как ты можешь думать. В его темноте постоянно кто-то с кем-то сталкивается. А если и нет, то всегда можно налететь на метеорит.

— Потрясающе.

— За это космос и любят, — блеснула улыбкой Чудо-Девочка, явно не уловив моей иронии.

Она болтала и болтала, рассказывая про долгие перелёты, экспедиции, другие планеты; темы менялись так же быстро, как прыгал корабль команды Гвен в бесконечном космосе. Я смотрела на то, как Чудо-Девочка размахивает руками, крутится, идёт задом наперёд, активно жестикулирует, пытается изобразить стрёмных пришельцев при помощи мимики, и искренне не понимала, как же можно с такой девушкой закрутить отношения. Она же чистый ребёнок! Психологический возраст не больше тринадцати; этакая Пеппи Длинныйчулок из древней сказки, которая не может усидеть на месте и вечно находится в движении.

Нет, не в движении. В поиске приключений!

Несколько раз Гвен чуть было не рухнула на асфальт, запутавшись в собственном плаще. Я ловила девушку в последние моменты, даже не подумав о том, что Страйк может быть тяжелее меня в несколько тысяч раз. Просто хотела помочь, без учёта отдалённых последствий.

Или просто не думала о собственной безопасности. День у меня был долгим и насыщенным; грешным делом я думала, что вся драма, скопившаяся за десятилетие моего домашнего хозяйства, решила выплеснуться именно сегодня. Холодный воздух бодрил, но я больше не мёрзла: Страйк, заметив моё неудобство, — и после очередного своего падения, — сдёрнула со своих плеч плащ и накинула тот на меня.

Ярко-красное безобразие самостоятельно крепилось у ключиц чем-то вроде магнитов. Гвен была выше меня на голову, — издалека так и не скажешь, если честно, — так что полы плаща, бившие её по икрам, практически стелились по асфальту. Но я хотя бы в ногах не путалась, и на там спасибо.

— Зря ты плащ носишь, — сказала я, гладя красную ткань; та была странно-скользкой, даже больше, чем шёлк.

Ну, сумку мою не цепляло внутренней стороной — уже хорошо.

— Почему это?

— Дёрнет кто в бою или сама упадёшь — вон, сколько у тебя было почти удачных попыток. Учитывая твою грацию в спокойной атмосфере, носить плащ — это как планирование самоубийства.

Гвен, красуясь, напрягла бицепс. Типа: посмотри-ка, на самом деле я сильная!

— Я сильная! — высказала она мои ощущения вслух. — Не волнуйся! Даже если я упаду — то поднимусь! И буду подниматься столько раз, сколько потребуется!

Она подпрыгнула, по-пижонски щёлкнула небольшими каблучками в прыжке и по приземлению поклонилась. Я похлопала на это небольшое представление.

Мне несложно, а ребёнку приятно, в конце концов.

Согревшись, я вернула плащ Гвиневре. Произошло это примерно за минуту до того, как мы дошли до магазина.

Страйк легко закинула ткань себе на плечи, позволяя магнитам самостоятельно закрепиться. Выглядело это супер-пафосно, я даже впечатлилась. Заметив мой взгляд, Гвен довольно улыбнулась:

— Какой жест, а? — она горделиво выпрямилась и выпятила вперёд грудь. — Я его долго тренировала! Подсмотрела в ваших старых комиксах, там один маг так делал! Доктор странный… стрёмный… нет, не помню.

— Доктор Стрейндж. Любишь комиксы?

— Естественно!

Учитывая её психологический возраст, это было неудивительно.

Магазинчик показался издалека ещё до того, как дорожку к нему осветили нам проснувшиеся от ночного бездействия фонари. Он сверкал глазницами окон, словно ловушка для мотыльков, приманивающая своих беззаботных жертв. Белые стены казались лимонными из-за рассеянного света рекламной вывески на крыше.

На самом деле, я была очень благодарна Гвен за то, что она шагала рядом. Дома нашего городка кончились минут пять назад. Теперь слева были пустынные поля, которые каждый год зарастали сорняками и высокой травой, а справа, словно в насмешку, излишне ухоженный парк в английском стиле. Вообще-то, насколько я знала, такие пейзажные насаждения должны расти и развиваться самостоятельно при минимальном вмешательстве человека. Допустимо, — естественно, — следить за газоном и подстригать излишне разрастающиеся растения.

Но вы попробуйте объяснить эту концепцию старушкам из нашего городка! Они, кажется, искренне считали, что этот английский парк — как минимум их достояние. Этакий подарочек на все будущие праздники мира!

В парке постоянно проводились какие-то прополочно-посадочные работы: то кто-то притащит новый кустарник, то мешок с удобрениями, то ещё что. Управляющая компания поначалу пыталась ещё хоть что-то сделать, а после нескольких бесплодных попыток поступили проще: разбили второй парк, на этот раз симметричный французский, в другой части городка. Там и площадки детские были, и освещение нормальное — не то что здесь.

Ночью мимо английского парка было ходить как минимум неприятно. То, что днём казалось тебе шикарной пейзажной декорацией, с наступлением темноты превращалось в сборище страшилок и бабаек. Объективно понимаешь, что ничего страшного с тобой тут не произойдёт, но всё равно ищешь какой-нибудь подвох или ожидаешь маньяка, который выскочит из-за ближайшего куста. Фантазия у меня всегда была богатой, так что на хоррор не скупилась.

И ладно ещё, если маньяк окажется просто вуайеристом — ну что я там в голых письках не видела. А если это будет кто-то, предпочитающий скальп снимать? Или что ещё похуже?

Чудо-Девочка под боком, болтающая и крутящаяся, словно в ней был заведён моторчик, очень хорошо отвлекала от неприятных мыслей. Рядом с Гвен не хотелось думать про скрывающиеся в темноте ужасы; Страйк настраивала тебя на красоту и безграничность космоса, далёкие невероятные планеты, волшебные путешествия. Ощущение сказки рядом с ней было очень сильным; неудивительно, что Гвен любили практически все.

Она добежала до маркета быстрее меня и остановилась возле раздвижных дверей, нетерпеливо пританцовывая. Взгляд Гвен был остёр и точен, как у охотящегося сапсана: она видела свою добычу, — целая полка с шоколадными батончиками, любая начинка на выбор! — и была готова рвануть к ней, как только исчезнет досадная стеклянная преграда.

Тем не менее, когда я подошла и автоматические двери разъехались, у Чудо-Девочки не получилось побежать сразу к вкусняшкам. Гвен шагнула вперёд, её плащ обвился вокруг икр, как живой, и Страйк рухнула навзничь, очень по-мультяшному выставив руки вперёд.

— Ох, горе луковое, — я помогла девушке подняться, попутно осматривая на предмет повреждений. — Ты не ушиблась?

Гвен неловко рассмеялась. Не щёчках у неё выступил слабенький нежно-розовый румянец.

— Нет, всё нормально, я же крепкая. Но спасибо. Когда о тебе заботятся… приятно. Понятно, почему Сверхи тебя хранит в секрете!

Она подпрыгнула и нырнула в магазин, успев прошмыгнуть прямо в крошечную щёлку между закрывающимися дверьми и даже не прищемить плащ. Я, открыв рот, смотрела Чудо-Девочке вслед, пытаясь переварить, что она мне сейчас сказала.

Сверхи — это Анхелл, тут и гадать не надо. Хотя, если бы я не слышала, как супергерои общались в «Разговорном Времечке», то было бы сложнее понять, о ком Гвен.

Значит… Анхелл говорил с ней? Обо мне?

Хорошие это новости или нет?

Я махнула рукой, чтобы снова открыть двери, и вошла в магазин. Решив, что без меня Гвен всё равно не выйдет из маркета, я пошла в секцию с бытовой химией. Мысли-мыслями, а от пятна надо избавиться.

На пути мне попался стенд с ножами. Красивые лезвия, деревянные ручки, почему-то без нормальной упаковки. Решив потрогать один из ножей, я неосторожно уколола палец до крови и зашипела.

— Всё в порядке? — громко, но не очень разборчиво спросила Гвен.

Кажется, утром на полках не останется ни одного батончика.

— Нормально! — крикнула я в ответ, засовывая палец в рот.

Мелочь, а неприятно.

В отделе с химией я вытащила из сумки бронетрусы с пятном. То ничуть не изменилось за всё это время, зато внезапно поголубело, когда я случайно капнула на него кровью из пораненного пальца.

— Надеюсь, это ни к чему не приведёт, и ты не вырастешь в большого голубого монстра, — обеспокоенно пробормотала я, садясь на корточки возле стенда со средствами для стирки. — Не уверена, что выдержу такой сюрприз от мира, мне за сегодня хватило впечатлений.

От выбора средств у меня глаза разбегались. Должно же хоть одно из них помочь мне справиться с этой неожиданной, но очень упорной напастью?

Вытащив из представленного многообразия те средства, которые я ещё не пробовала, я задумалась. Нужно было ловить момент и как-то выспросить у Чудо-Девочки насчёт её отношений с моим супругом, но как к этой теме вообще подойти? Вряд ли я смогу обидеть инопланетяшку, даже если спрошу у неё напрямую, конечно… однако это было просто по-человечески неудобно, задавать такие вопросы.

Собрав химию, я встала и пошла в отдел со снеками. Камеры медленно поворачивали свои корпуса, следя за единственным, — по их мнению, — посетителем магазина. То, что камеры могли снимать Гвен, — что она попадала на изображение или запись, — не значило, что они заметят её движение. Инопланетная магия, что поделать.

Как я и предсказывала, Гвен смела все шоколадные батончики. Она как раз дожёвывала предпоследний, когда я вышла к стенду с закусками, обнимаясь с химией, как с лучшим другом.

— Ты их хоть посчитала? — спросила я со вздохом, смотря на пакет в руках девушки.

Тот был полон обёрток от шоколадок. В первый раз такое в жизни вижу.

— Естественно! — бодро ответила Гвиневра. — Только оплатить не могу, стекло не поднимается.

Терминал, к которому нужно было прикладывать карту, уже несколько раз ломался. И это только на моей памяти. Директор нашего маркета, недолго думая, спрятал тот под стеклянный купол, который поднимался, если ты подносишь карту к преграде.

Вот только на движения Гвен техника не реагировала, помните?

Я взяла у девушки карту и поднесла к стеклу. Купол поднялся, я приложила кредитку и по подсказке Чудо-Девочке набрала пин-код. Вот так доверие! Не всегда заветные циферки супруг узнаёт, а тут — незнакомой девушке рассказала. Ребёнок, сущий беззаботный ребёнок!

— Ты ничего не хочешь взять, кроме шоколадок? — спросила я.

Гвен легкомысленно отмахнулась.

— Не. Человеческая еда меня практически не насыщает, так что батончики этой фирмы — настоящая находка. Кстати! — она широко улыбнулась. — Я тебе один оставила. В благодарность.

— Да ладно, мелочи…

Она всё равно всучила мне шоколадку в руку, прежде чем бодрой походкой направиться на выход. Я смотрела вслед Чудо-Девочке, сжимая в кулаке батончик, и всё ещё не знала, как подступиться к волновавшему меня вопросу.

Гвен остановилась около игнорирующих её раздвижных дверей и повернулась ко мне. Заметив, наконец, что я за ней не иду, Чудо-Девочка очень по-геройски расставила ноги шире плеч, — чуть было опять не запутавшись в плаще, — упёрла руки в бока и весело спросила:

— Какие-то проблемы, мада-ам?

— Что у тебя во Сверхчеловеком?

— О. О-о-о…

Она скривилась, разом потеряв всю браваду. Встав ровно, Гвен потёрла шею и робко посмотрела на меня.

— Тоже смотрела тот выпуск «Времечка», да? Я уже за сегодня задолбалась на этот вопрос отвечать, в одних только соцсетях насчёт этого такая буча поднялась, что ты и представить не можешь. Но, вообще-то, у нас ничего. Ваши мужчины меня не привлекают.

— В смысле? — удивилась я, сразу подумав о возможных различиях в восприятии мира.

Чёрт его знает, что у инопланетян в голове.

— Ни мужчины, ни женщины, ни дети, ни старики, — начала перечислять Гвен, загибая пальцы, — ни белые, ни чёрные, ни красные, ни жёлтые — никто из вас мне не кажется привлекательным. Вы, люди, очень странные. К тому же, не захотела бы я беспокоиться насчёт своей силы. Вас очень легко сломать… и это плохо. Я, конечно, приняла ваш вид, чтобы не очень выделяться, но не то чтобы я этим была довольна. Прямохождение отстой!

Я кивнула. «Легко сломать», «прямохождение». Эм…

Один вопрос я закрыла: Анхелл мне не изменял. Но почему он тогда просто не мог взять и сказать мне об этом? Гордость взыграла? Не собирался оправдываться? Я просто не могла найти достойной причины для этого молчания!

— Что тогда было на передаче? — спросила я, понимая, что чего-то всё равно не догоняю. — Та фотография, где вы были вместе…

— А, это. Я не объясняла, потому что менеджер сказал, что это может сбить рейтинги нашей со Сверхи популярности, — Гвен фыркнула и сдула с лица прядку светлых волос. — Он мне тогда предложил обмен телесными жидкостями. Но я, естественно, отказала. И сказала ему примерно то же самое, что и тебе сейчас! А что, он дома жаловался или типа того?

— Он предложил тебе ЧТО?!

— Эй-эй, что за реакция? Обмен телесными жидкостями!

Чтобы мне точно было понятно, Гвен вытащила язык и пошевелила им вверх-вниз. Язык у неё, кстати, был ярко-красным, как будто нарисованным.

Поцеловать. Он захотел её поцеловать, а не… то самое.

С другой стороны: какого чёрта?! От поцелуя до секса один шаг! Меньше шага!

Да как он вообще посмел такое… это же измена без измены! Какая разница, вставлял ли он в другую девушку язык, пальцы или ещё что, главное — он об этом не просто думал, а был готов на самые решительные действия!

И по отношению к кому — к этому ребёнку?!

— А что, с этим какие-то проблемы? Вы же соседи по дому, как Сверхи говорил.

Лицо у меня, казалось, треснуло от доброжелательной улыбки. Я была в ярости, но при этом понимала, что нет никакого смысла выливать это чувство на Страйк: это Чудо даже не понимало, что…

Она вообще про меня знала?!

— Он про меня говорил? — спросила я, расплачиваясь за химию.

— У тебя, кажется, жизненные показатели меняются, — уже менее жизнерадостно заметила Гвен, уловив, что что-то идёт не так. — Ты в порядке?

— Что он про меня говорил?

Гвен пригладила волосы и поправила плащ. Пакет в её руках при движении жалобно шуршал кучей пустых обёрток из-под батончиков.

— Что ты живёшь в его доме, — сказала Страйк. — Готовишь, убираешься… а он тебя за это обеспечивает. Как-то так…

— Ты поэтому меня узнала? Он описывал, как я выгляжу или что?

— Эм-м… Ты просто пахнешь так же, как и его костюм. В смысле, совсем так же, до мельчайших полутонов запаха. Вот я и поняла, что вы живёте в одном месте, контактируете, всё такое. Простая дедукция.

— У тебя отличный нюх, — сказала я.

Ну а что ей ещё ответить?

— Я знаю, — неуверенно кивнула Гвен. — Слушай, у тебя точно всё в порядке? Ты как-то странно ощущаешься, да и глаза у тебя цвет поменяли. Красиво выглядит, кстати.

— Спасибо. Это у меня с детства.

Конечно же, я была не в порядке.

Совершенно.