Ссср против Секса

Глава 23

Глава 14

В которой читатель узнает некоторые подробности о пионерских бонусах, ребята встречаются с иностранными супергероями, а так же узнают кое-что новое о капитане Вихре и его команде.

Не успела Анка сделать и шаг после выхода из Надай, как ее накрыло каким-то колпаком. Она лишь успела заметить, что вступила не на траву, которая на прошлой поляне росла возле порталов, а на какую-то искусственную платформу, круглой формы, из краев которой выскочили стены, образуя вокруг нее этот самый колпак.

Эй, что за дела! крикнула она, и забарабанила в стену. Та отозвалась металлическим звоном и более ничего не произошло. Анка скорее догадалась, чем почувствовала, что ее куда-то транспортируют, и буквально через десять секунд платформа к чему-то пристыковалась, купол уехал в пол, и Анка оказалась в небольшом квадратном помещении два на два метра, без всякой мебели, освещенным тусклым светом, исходящим из стен.

Что должна делать девушка в возрасте шестнадцати лет, если ее похищают (ничего другого в голову Анке не пришло)? Правильно, паниковать, биться в истерике, обливаться слезами и умолять выпустить ее. А, ну еще ждать рыцаря на белом коне, который ее спасет. Ну это в книжках, и то в основном зарубежных, а мне воспитание не позволяет, так решила Анка, закидывая в рот шарик жвачки, пачку которой всегда таскала с собой, и со злобной усмешкой потянулась к своему УК.

Щас посмотрим из чего устроена ваша тюрьма, сообщила она в пространство. Вы еще не знаете, на что способен советский пионер, если его разозлить.

Матвей вышел из портала и по инерции прошел несколько шагов в сторону Хоука, который стоял в десятке метров впереди, приветственно махая ему рукой. Рядом с Хоуком находились наряженные в разноцветную облегающую одежду люди, смутно кого-то напоминающие. Из детства. Двое были в масках на лице, еще один в каких-то широких очках, закрывающих верхнюю половину лица, с горизонтальной узкой щелью по середине, лицо четвертого было обрамлено взлохмаченными волосами с бакенбардами, а в зубах была зажата дымящаяся сигара. Пятый вообще сидел на кресле, возможно, не любил ходить пешком, предположил Матвей. Да, из странностей: у чувака в синей маске был круглый щит со звездой посередине и красными кругами по ободу, а у лохматого из костяшек кулаков торчали длинные лезвия. Приглядевшись же к тому парню, что был в красной маске и таких же трико, и увидев на нем стилизованное изображение паука, Матвей вдруг вспомнил, чем ему знакомы костюмы встречающих, и радостно воскликнул:

Это же Чек-пук! Хоук, у вас тут что, какое-то шоу что ли намечается? А угощение будет?

Матвей завертел головой в поисках Анки, что бы поделиться с ней своей догадкой, но неожиданно его голову стиснули тески чужой воли. Направление ментального удара он определил сразу человек в кресле.

Матвей не знал, что кресло называется инвалидным, так как такого понятия в СССР давно уже не было. Еще он не мог знать, что у злоумышленников было всего две лечебные капсулы, так как пространство их корабля было как обычно ограничено из-за экономии энергии для перехода в подпространство, поэтому первую применили для пленения Анки, а вторая еще не успела занять место у выхода из портала, поэтому он благополучно ее миновал. Но противники заранее приготовились именно к такой последовательности действий, поэтому для него был приготовлен иной способ захвата.

Только и противник видимо многого не знал про СССР, и какие не простые молодые люди там растут. Постоянное пребывание, пусть и малой частью сознания в пси-поле, и уж тем более обязательные ежедневные тренировки по освоению его возможностей, исключало, ну или крайне сильно затрудняло, доминирование чужого разума над личностью, так как именно свою личность было необходимо поддерживать на просторах пси-поля, что бы не размыться в нем, в миллиардах других личностей. А тут, к невезению атакующего, из всех пионеров, ему попался именно тот, что выбрал своим дальнейшим направлением разгон мыслительно-вычислительных способностей, и имел пионерским бонусом модуль расширения сознания, который Матвей не задумываясь автоматически активировал, как будто оказался в игре битва разумов, которую периодически проводили на курсах подготовки для желающих поступить в ВиРТ институт Времени и разумных технологий, куда в этом году Матвей успешно сдал экзамены.

Обруч второго контура моментально охватил кольцом голову Матвея, помогая разделиться сознанию, а его технологическая начинка, сработала как предохранитель, отсекая подключение к сознанию третьего контура, за который встроенных нанокомпьютер принял чужое вторжение в разум. Стандартная мера защиты. Матвей разозлился. Его подловили. В игре, если пионеру приходит на помощь встроенный в контур компьютер, сразу в двое увеличивается количество баллов, которые нужно заработать для победы. Все необходимо успевать делать самому, без костылей, иначе дорога в комсомол, где используется только сила разума, теряется где-то в далеких далях.

Ну, падла, Матвей не любил ругаться, но в этот момент не сдержался, злясь на себя, сейчас я тебе устрою мозгорубку!

Матвей застыл, привычно оставляя один контур для контроля происходящих снаружи процессов, а второй отражая от структуры пси-поля, и направляя его в сознание неожиданного противника. Его любимым приемом было окутать рассудок соперника сетью математических нелогичностей, что бы заставить чужой мозг начать решать несвойственные ему задачи, тем самым сбивая его прежние цели, но при этом не отменяя их, а затем начать подавать массивы внешней информации, которые проходили через первый контур, как раз выполняя первоначальную задачу противника по захвату инициативы над собой, и перегружая его мозг таким образом до такой степени, пока автоматика не сработает уже у оппонента, тем самым выравнивая счет.

Это была одна из последних, и наиболее эффективных, из арсенала лично разработанных Матвеем, тактик. Пускай не без подсказок преподавателя, но ведь и другие ребята пока что пользовались его подсказками, и это было не зазорно. Этот прием он уже не раз опробовал на деле, правда с переменным успехом, ведь и другие участники в игре постоянно совершенствовали и придумывали все новые и новые хитрости. Но тем не менее, подключая и другие свои наработки, Матвей все чаще выходил победителем в своей группе.

Только, похоже, у пожилого дядечке в кресле, судя по его очумелому выражению лица, никакой предохранительной автоматики не было предусмотрено. По всей видимости он раньше с таким еще не сталкивался. Весь его невероятно мощный потенциал был нацелен на подавление чужой воли и захват личности. Но Матвей ощутил, что борется скорее не с человеком, а с компьютером. Мозг его оппонента участвовал опосредованно, лишь отдавая команды механизму, а тот уже перерабатывал нейросигналы в ударную волну, добавляя и свои частоты. Это было слабое звено, тот самый костыль, который легко выбивался практически любым ментальным воздействием, направленным на изменение логики чужой структуры. Хватит и маленького камешка, что бы шестеренки застопорились, и механизм дал сбой. Небольшой неточности в формуле, что бы цепочка вычислений принесла совершенно иной результат расчета. А тут целая бомба математического хаоса и анархии. Поэтому первая же контратака Матвея можно сказать вынесла напрочь оба источника опасности. Техническую часть поехала крышей, как только нарушилась линейность вычислительных процессов, за счет навязанных и внедренных в нее Матвеем нелогичностей. А слабенькое серое вещество, привыкшее лишь отдавать команды, а не развивать свои мускулы, моментально захлебнулось в нахлынувшем информационном шторме. Дядечке в кресле кажется поплохело.

Матвей настолько был занят битвой разумов, что не услышал, как человек в красном трико, обиженно выкрикнул:

Я не Чек-пук, я Человек-пук, то есть паук!

Зато это услышал, удивленный таким заявлением, Генка, выходя из Надай. Он успел заметить, как Матвей застыл с мигающим синей полоской обруча на лбу, что говорило о том, что он активировал свой ОВК, и работает с разделенным сознанием. Еще успел зафиксировать скопление незнакомых людей, когда вокруг него, образовался сплошной вытянутый под размер его тела купол.

Если бы Генка просто оказался внутри капсулы, то, наверное, подумал, что его друзья подшутили над ним. С Анки станется. И то, что Матвей вдруг, не с того, не с сего, подключил свой пионерский бонус по расширению сознания, ему крайне не понравилось. Ему что, неожиданно понадобилось вычислить межзвездный переход? Или какие еще сверхзадачи появились на Глюке, что тому пришлось задействовать на полную катушку свои вычислительные мощности? И, кстати, небо здесь было другим. Темным. Куда их занесло? Ведь на Глюке была ясная безоблачная погода.

Нужно срочно выбираться из этой консервной банки, решил Генка, и прикинув, что ему для этого нужно, активировал свой девайс набор очкарика.

Когда, при вступлении в пионеры, мальчишкам и девчонкам дарили пионерские бонусы, исходя из выбранных будущих специализаций или просто интересов, учителя наставляли, что сегодняшние увлечения и направления деятельности в будущем может измениться, поэтому не стоит выбирать и идти лишь по одной узкой дорожке развития. Нужно стараться применять свои новые возможности всестороннее, и придумывать как можно больше способов нестандартного использования оборудования. Даже конкурс ежегодно проводился в каждой школе на изобретательность ребят в этой области. Он так и назывался: Изобретатели нестандартов. Генка занимал там не последние места, один раз даже умудрился первое получить. За что получил? За что получил, тем сейчас он и собирался воспользоваться.

Его набор очкарика состоял из массы нано-линз и масок различного исполнения и свойств, вживленных под кожу, и равномерно распределенных по телу. Первоначальный набор из десятка линз и одной маски, занимающий буквально пару квадратных сантиметров под глазами, толщиною в несколько десятков атомов, с годами превратился в целую фабрику различных технологий. Наборы линз с дополнительными свойствами расширялся, форма очков для различных операций, так же видоизменялась. Под какие-то нужды можно было приобрести уже готовые комплекты, а под какие-то приходилось делать заказ на заводе, и ждать своей очереди. На данный момент нано-боты почти полностью заняли площадь волосяного покрова головы, все так же пока что, соблюдая слой в несколько десятков атомов. Несмотря на большое количество вариаций очков, половину которых надо было давно уже выкинуть либо за ненадобностью, либо просто как неудачные эксперименты, их физическая форма и масса не занимала места в теле человека. Дело было в том, что для сбора линз с очками материя бралась из окружающей среды, в самих же нано-ботах хранились лишь определенные виды химических связей и элементов, необходимых для придачи линзам и очкам нужных свойств и генераторов различных излучений. Плюс готовые структурные схемы для моментального воссоздания уже ранее опробованных и признанных Генкой быть полезными комбинация очков.

Одну из таких готовых схем Генка и применил, целенаправленно наложив энергетическую матрицу на один из участков окружающей его стены, тем самым, ослабляя ее молекулярную структуру и изымая из нее необходимые для создания очков вещества. Больше из вредности, чем по необходимости. Обычно это делалось рандомно, и чаще всего из окружающего воздуха, изредка создавая точечный вакуумных эффект, но можно было изъять материю и целенаправленно из конкретного неживого предмета. Живые организмы не отдавали свои молекулы.

На голове Генки образовалась маска-жук. Так Матвей и Анка, прозвали это творение, когда впервые увидели его на Генке. Оно представляло из себя защитный щиток, полностью облегающий лицо, с обозревательным фасеточным окошком в районе глаз, и пушкой по середине лба. По бокам от пушки торчали десятки тонких держателей с небольшими линзами на концах. В зависимости от операции, которую собирался проводить Генка, держатели вкладывали свои линзы в ложе пушки, создавая впечатление вечно недовольного жука, шевелящего своими усиками. Хотя сам Генка этот вариант очков называл сварочным.

Анка не редко привлекала Генку и Матвея для ремонта или переоборудовании их корабля под названием Зевс, так как домашних робиков им никто в помощь не давал, а приобрести своих, пока не позволял статус. А может быть, как высказал свое предположение Матвей, взрослые специально это придумали, что бы пионеры все делали своими руками. Как бы то ни было, но приходилось осваивать многие специальности, что бы воплощать свои мечты в жизнь. Так, поработав со сваркой, резкой и пайкой, Генку посетила идея, воплотить переносной аппарат в своем НО. На это ушел почти год, так как создать генератор, работающий через линзы, как и сами линзы, обладающими нужными свойствами, оказалось далеко не простым делом. Пришлось даже просить классного руководителя в колледже, где учился Генка, выбить для него квоту, на внеочередные заказы в испытательном институте новых технологий. А то его заявки туда, уже начали блокировать, так как он превзошел все доступные для учащихся лимиты. Хоть ребята и посмеивались над его затеей, считая ее излишней, но тем не менее искренне порадовались, когда у Генки все получилось. Неожиданно появились и минусы, так как теперь всю сварочно-резательную работу, приходилось выполнять ему одному. Но Генка не унывал, довольный полученным результатом, и первым местом в конкурсе изобретателей нестандартов, только ворчал иногда, когда Анка срочно отрывала его от других дел.

Очки не только защищали глаза и лицо от излучения, но и позволяли распознавать свойства материала, с которым предстояло работать. Это происходило автоматически, и Генка в процессе не участвовал, он лишь задавал диапазон необходимой операций, корректируя мощность и точность по ходу дела. И если, работая на Земле, он сваривал детали так, что шов можно было заметить лишь на молекулярном уровне (ну не получалось пока у него идеальной бесшовной сварки), а резка сверхпрочных сплавов брони корабля занимала немалое время, в том числе, что бы и срез был идеально ровным, то в данном случае думать над красотой не приходилось. Нужно было действовать быстро. Поэтому, определив состав оболочки капсулы, Генка сложил нужную комбинацию линз, в несколько раз превышающий необходимый минимум для резки обшивки, и подал на них импульс. Избыточная мощность предала плазменному резаку форму яркого луча, отдающего холодной синевой, маска окрасилась в красный цвет, говорящий окружающим, что происходит опасная работа, и Генка резко крутнулся на месте, взрезая обшивку, и стараясь придать срезу косой наклон, что бы колпак съехал, а не остался на месте. Получилось довольно криво, и Генка, погасив резак и приседая, что бы не оказаться на уровне среза, поморщился он не любил, когда срез или сварка выходили не идеально ровными. Но это не помешало верхушки конуса тут же скатиться вниз

Вся операция заняла несколько секунд, и выглянув наружу Генка увидел, что капсула, в которой он находился, движется, стелясь над самой землей, в сторону космического корабля, стоящего неподалеку. Его форма был Генке знакома, он видел его на старте регаты корабль похожий на истребитель воздушного пространства, с широкими треугольными формами крыльев, расширяющихся от носа к хвосту в горизонтальной плоскости.

Американцы?! удивился Генкам, и еще больше увеличив мощность резака, крутнул головой слева-вниз-вправо, разрезая капсулу пополам. На последнем движении Генка не успел вовремя убрать импульс, и луч, осветив хмурое окружающее пространство, врезался в корпус корабля.

Сволочи! крикнул Капитан Америка. Они вырубили Профессора, и атакуют наш корабль. Я прикрою!

Он ринулся в сторону развалившейся пополам лечебной капсулы. Несколько секунд назад две яркие вспышки за спиной, отразившиеся в зеркальной глади Надай, вывели его из ступора, в который он впал, глядя, какие титанические усилия прилагает их шеф Профессор Икс, по захвату чужой воли. В первые за их совместные странствия по наведению справедливости в колониях, он увидел Профессора в таком напряжении. Его лицо превратилось в одну большую морщину, глаза были выпучены, а вдоль щек ручейками тек пот.

Атакуем на уничтожение! прорычал Росомаха, сжимая кулаки и меняя первоначальный план, по которому они собирались лишь захватить в плен команду из СССР, которая неожиданно начала оказывать сопротивление.

Циклоп кивнул, и приготовился снять очки, что бы поразить следующего человека, который появится из портала. Человек-паук встал в красивую позу, нагнувшись чуть вперед, отведя одну руку назад, а вторую вытянув перед собой, тыльной стороной вверх, что бы выпустить из картриджа у основания кисти паутину, намереваясь окутать ей вновь прибывшего противника.

Катарина моментально оценила обстановку, как только появилась из портала. Она была быстра, и многое сумела бы сделать, но энергетический луч, выпущенный человеком в облегающей черной одежде, который снял свои очки, обнажив наконечник лазерной турели, имплантированной в один из глаз, по воле случая, был направлен на Кешу. Видимо противник целил в голову боцмана, но увидев попугая на плече отвлекся, сбив прицел в его сторону. И Катарине пришлось мгновенно переформировать свою оболочку в защитный купол для Кеши, так как его жизни реально угрожала опасность. Попугай, получивший мысленный приказ от Катарины, тут же рванул прочь, сопровождаемый красным лучом, который плясал рядом, иногда настигая цель, благодаря чему Катарине приходилось тратить всю свою энергию на поддержание щита вокруг Кеши.

Если решил что-то сделать, то делать это нужно хорошо, на полной самоотдаче, к хренам, а не абы как. Ты для кого это делаешь, для меня что ли? Будешь сегодня чучелом, так на тренировках Герасим выговаривал своим ученикам, если ему казалось, что кто-то филонил. После чего, подозреваемый становился манекеном для отработки на нем приемов остальных согруппников. Честно говоря, никто и не пытался халявить, но виноватый всегда почему-то находился. Поэтому, несмотря на смех, который мог вызвать необычный способ появления Пьеро на другой стороне портала, тот выполнил не просто прыжок с перекатом, а приведя организм в боевой режим. Так в группе Корнеева, самбисты называли свою способность вывести тело и мозг на пиковые возможности.

Если у большинства молодых людей в СССР пионерские бонусы были представлены в виде каких-либо девайсов, зачастую вживленных в тело, или привязанных к ДНК своих хозяев, то для юношей и девушек, которые собирались посвятить себя физической КУЛЬТУРЕ, применялся другой подход. Развитие тела и приспосабливаемость организма ставилось на первое место. Это было не просто увлечение, а работа на будущее всего общества, не редко связанная с риском для собственного здоровья.

Соревнования и новые высокие планки рекордов заставляли спортсменов выжимать все возможности своего организма. И если получалось хоть на капельку улучшить прошлые достижения, то ученые тут же добавляли эту капельку опыта в общую копилку человечества, совершенствуя его генетический код. Как? Через пси-сеть. Через общую память, которая прошивалась в подкорку человеческого мозга, и корректировала код ДНК. В одном-двух поколениях это было почти не заметно, но если брать жителя СССР тысячелетней давности, и современного, то самый простой пацан бил все рекорды и достижения бывших рекордсменов, не прилагая к этому особых усилий и специальных тренировок.

Поэтому, например, в хоккей играли теперь исключительно титановыми клюшками.

И поэтому пионерские бонусы у спортсменов были иные. В первую очередь было необходимо избежать лишних травм, так как спортсмены, зачастую испытывали запредельные для организма нагрузки. Но и вводить какие-либо препараты для совершенствования физики тела было тупиковым решением, так как на генетическом коде это никак не скажется. Скорее приведет к перекосам и откату назад. Для физкультурников применялся метод Петрова-Васечкиной, в простонародье переименованный в школу Павы, который назывался три круга Васечкиной и шесть кругов Петрова. Андрей Петров и Анастасия Васечкина были супругами, объединив свои фамилии в одну, которые вместе прошли двухсотлетнюю войну межу СССР и Европой, вернее ее окончание, и впоследствии создали свою школу физической КУЛЬТУРЫ.

Первые три круга были общепринятыми в СССР, их проходили все его жители, и в двух словах они выражались тем, что в здоровом теле здоровый дух. Набор простых, основополагающих правил, начиная с рекомендации по питанию, физических нагрузок и заканчивая здоровым сном. Круги различались лишь более углубленными изучениями достижений человечества, например таких как йога или у-шу. В последнее время стало популярно почему-то айкидо, и японская тематика, хотя Японцы в отличие от Китая, который входил в СССР, так и остались в капиталистическом строе. Но в СССР никогда не было запрета на любые культуры, даже если они шли в разрез с политикой партии. Пси-поле не допускало никакой цензуры.

Шесть же кругов Петрова достались тем, кто решил посветить себя физической КУЛЬТУРЕ. Петька вышел пока на второй круг. Первый заключался в основном в обучении медитировать во время физических нагрузок, и он не заканчивался никогда. Три первых круга Петрова вообще для человека не заканчивались никогда, так как их совершенству не было предела. Пять лет постоянных тренировок, а Петька перешел с октябрят в пионеры на год позже многих других, будучи уже в четвертом классе, так как был в тот период заядлым драчуном, по поводу и без, дал свой результат: тройное ускорение. После чего Герасим начал вводить его во второй круг, на котором Петька чуть не потерял ногу, когда выполнял задание по прохождению кислотных болот Сигмы, где его едва не пережевала одна из тварей, обитающих там. Но с помощью Корнеева начал учиться сращивать повреждения, что и входило во второй круг обучения. Следующим этапом было укрепление строения тела во всех его частях. Самым простым было усилить строение костей и мышц, далее шли внутренние органы, наиболее сложным была нервная система, но что это такое, и с чем это едят, Петька пока еще не представлял.

Первый же круг подразумевал ускорение сознания. И не просто ускорение сознания, что включалось и во многие другие направления деятельности и профессии, а подталкивание сознанием тела. Ускорение нервных импульсов, передающихся от мозга к мышцам, и ускорение обмена веществ. Шаги были в теории относительно простыми: отделить сознание от тела, и наблюдать за собой со стороны. Думать быстрее, чем делать, и так умеет каждый, но заставить свой организм хоть немного догнать мысль могут далеко не все. А предвидеть тем более. В этом и заключалась большая часть упражнений: бывало, стоишь на ринге с напарником в течении нескольких часов и вообще не двигаешься, потому что сначала пытаешься предугадать его движение, а затем даешь мысленный отпор. Это было на втором и частью третьем году обучения. Герасим называл своих учеников в этот период тормозами. На первом никто ничего толком не понимал, и противостояние почти сразу превращалось в спарринг. А вот когда наконец-то Петька в первые ускорился и начал движение, то понял, что он делает это почему-то не быстро, а наоборот, замедлившись в разы. А его напарник повторял все его движения. Он догонял его! Петька пропустил его веред и сам стал предугадывать движения партнера. Затем они вновь поменялись местам. И с каждой переменой их тела двигались все быстрее и быстрее, пока не набрали такой темп, который раньше обоим и не снился. На первый раз, конечно, не более чем на секунду опережая свои самые быстрые выпады, но главное они это прочувствовали! И теперь точно знали, как развиваться дальше! Ну что, тормоза, переводитесь в разряд медленно двигающихся улиток, к хренам, посмеиваясь, поздравил их тогда Корнеев.

Пьеро вылетел из портала по диагонали в левом нижнем углу, и заметил, как человек в красно-синем облегающем костюме, со стилизованном изображением паука на груди, выкинул из руки белую сеть, которая накрыла собою Надай. Он понял, что тот отреагировал на движение, и приготовившись к броску сети, не смог предположить, что тот, кто появится из портала, сделает это довольно необычным способом, поэтому сеть, нацеленная на уровень человеческого торса, пролетела над Пьеро, задев его лишь самым краешком. Сделав перекат в противоположенную сторону от траектории своего полета, и оказавшись с правой стороны от Надай, Пьеро зафиксировал все, что происходило в этот момент, и почувствовал, что схема боя, принимает привычный характер предвидения.

Анки на поле боя не было. Но сейчас у Пьеро была активирована на шлеме костюма тактическая карта, на которой отображались зеленые маркеры его товарищей. Значит с ними все в порядке. На запрос в сторону Анки, он получил сигнал не мешай!, и переключил свое внимание на других участников развернувшегося действия. Какой-то лысый старик потерял сознание и пускал слюни, сидя в кресле-каталке, а Матвей, который, по всем признаками и отключил его разум (Пьеро не раз болел за своего друга на их битвах разумов, поэтому прекрасно распознал характерные признаки дуэли), сейчас переключил свое внимание на странного типа, с лазерной установкой в глазном проеме, который посылал убийственные импульсы в сторону поспешно улепетывающего во все крылья Кеши, которого в свою очередь прикрывала своим защитным полем Живин. В отдалении Генка убегал от еще одного странного чувака с круглым тазом в руках, обегая вкруг американского космического корабля. Значит вот кто перед ними. Пьеро знал, что Генка бегает хорошо, а еще мастер на всякие подлянки для противника, так как и сам в детстве не раз попадался на его уловки, что в последствии и привело к их дружбе. Фактически против него оставалось двое противников Человек-паук, как Пьеро сразу прозвал про себя бросающегося паутиной американца, и Человек-бакенбарды. Несмотря на выдвинутые клинки, из костяшек пальцев на руках, Пьеро почему-то привлекла к себе внимание именно это деталь в человеке с сигарой в зубах.

Он не стал использовать возможности скафандра, комплектация которого, благодаря стараниям Герасима, отличался от стандартных комплектов. Боевой азарт охватил его, и он, танцующей походкой, спрятав шлем в костюм, что бы показать оппонентам свои добрые намерения хищного оскала, двинулся на встречу противников.

Человек-паук подпрыгнул, поджав ноги, и стреляя паутиной куда-то в небо, взмыл вверх, что бы на ней, как на канате, подлететь к Пьеро. Человек-бакенбарды, словно затачивая ножи, провел друг о друга тридцатисантиметровыми титановыми кинжалами, высекая искры, и хищно оскалившись, но при этом не выпуская сигары изо рта, чуть наклонившись, побежал на встречу Пьеро.

Интересная клоунада, и идиотская трата энергии, подумал Пьеро, обнаружив что над Человеком-пауком в нескольких метрах над землей зависает несколько антигравитационных перекладин, за которые цеплялись его нити, что бы тот мог летать, аки херувим. Захват ноги, которая была нацелена ему в грудь (еще один идиотский поступок, почему не в голову?, удивился Пьеро), и последующее жесткое приземление черепком в землю, прекратило красивый полет птицы. Пьеро хотел сделать контрольный удар в шею, но решил, что это может убить летуна. Скорее всего кости там не такие прочные как у его одногруппников по самбо.

Тем временем Человек-бакенбарды добежал до него тоже. Пьеро хотел было запустить Человека-паука ему на встречу, что бы тот еще раз ощутил эйфорию полета, но оставил эту идею, так как бакенбарды вполне мог проделать в своем союзнике несколько лишних дырок своими клинками, которые мелькали при беге на уровне груди.

Противник оказался довольно проворным и подготовленным. Он не проваливался во время ударов, и методично начал кромсать пространство перед Пьеро, который при каждом ударе умудрялся уходить с линии атаки. Ощущался опыт множества драк, что доставило Пьеро неожиданно приятное чувство азарта. Он осадил себя. Отстраненность. Никаких эмоций. Это не игра и не соревнования. Ускорившись, он отскочил назад, и отломив кристалл с одного из кустарников, растущих вокруг, и запустил им в голову Человека-бакенбарды, целясь в зубы. Те клацнули, и дымящаяся сигара залетела в рот. Бакенбарды поперхнулся, завертелся на месте, пытаясь отхаркнуть чужеродный предмет, угодивший в горло, и обжигающий небо и язык. Ему стало как-то не до боя.

Курение вредит вашему здоровью, сделал вывод Пьеро, даже не думая озвучивать свои мысли в слух. Ему был хорошо памятен урок Корнеева, когда он такому говоруну сломал нос в наказание на одном из соревнований. Причем это был его собственный ученик, выигравший бой, и решивший, что можно презрительно отнестись к проигравшему. Димка остался в секции, но с тех пор его нос так и сохранился в кривом и приплюснутом виде. Это легко можно было исправить, даже самому, не прибегая к врачам, на втором круге обучения техники Павы, но он решил этого не делать. Это на память, от учителя. Такого подарка нет ни у кого!, говорил он то ли в серьез, то ли в шутку.