Стань моим ядом

Глава 26

Арсений

Один день назад

Не знаю, почему рванул помогать Дарине. Меня словно тянуло туда, ближе к ее семье. С чего бы? На этот вопрос я ответить не мог. Просто вдруг в одночасье понял, что помочь Дарине некому. Наверное, просто не смог оставаться в стороне. Зато, когда забирал ее и маленькую копию мамы, понял, что поступил правильно. Когда нес девочку на руках, почувствовал что-то такое, чего еще ни разу не ощущал. Словно прижал к груди что-то действительно ценное.

Весь следующий день ходил по офису и не мог места себе найти. Как вдруг заметил на этаже знакомое лицо. То самое, которое я начистил совсем недавно. Из памяти еще не успели выветриться эти черты. Парень тоже меня узнал. Очень удивился. Его глаза так округлились, мне даже смешно стало.

Но я сдержал свой порыв рассмеяться. Наоборот, нахмурился и подошел ближе.

– Есть разговор.

Надо отдать должное парню. Он не стушевался, только кивнул и последовал со мной на лестничную клетку. Туда, где обычно редко кого встретишь.

– И как тебе проводить время с замужней женщиной? – заговорил я без лишних предисловий.

– Что ты несешь? Дарина не замужем, – выпалил собеседник. – Этот вопрос мы с ней прояснили. Я не стал бы приглашать на свидание замужнюю.

– Но я точно видел ее мужа, – фыркнул, начиная осознавать, что где-то ошибся.

– Может, он бывший. У нее же есть дочь, – предположил парень.

Предъявить ему больше было нечего, так что мы быстро разошлись. Точнее, он ушел, я же остался. Еще какое-то время простоял на лестнице, обдумывая слова парня. Не найдя ни одного ответа на многочисленные вопросы, решил отправиться в отдел кадров.

– Мне нужно дело Акимовой Дарины, – потребовал, войдя в святая святых.

Кадровик недовольно на меня посмотрела, но выполнила просьбу. Хотя мои слова скорее звучали как приказ. Ничего не мог с собой поделать, никуда не получалось засунуть свой темперамент и хотя бы раз улыбнуться, попросить по-человечески. Нет, так поступать я почему-то не умел. Вообще за последние три года с момента знакомства с Дариной я разучился общаться с женщинами, флиртовать, делать комплименты. Я все это как будто для кого-то копил.

– Вот, – женщина с недовольным лицом протянула мне папку с надписью «Акимова Дарина Юрьевна».

– Спасибо! – большего из себя я выдавить не мог.

Утащил добычу к себе в кабинет. Открыл и принялся читать.

Дарина действительно была не замужем. А в ее паспорте, копии которого обнаружились в той же папке, даже не было отметки о регистрации брака или его расторжении. То есть она никогда и не была замужем.

В этом же деле находилось и свидетельство о рождении ее дочери. Акимова Яна Михайловна. В графе отец значился прочерк. А вот дата ее рождения меня очень заинтересовала.

Несложно было посчитать. Конечно же, я помнил, когда провел ночь с Дариной. И был в курсе, что до меня она ни с кем не спала. А еще в тот же день она рассталась с Артемом. Точнее, он ее бросил, когда понял, что произошло. Это мне уже мама при встрече рассказала.

«Неужели Яна моя дочь? Почему тогда она мне не сказала?»

Еще больше меня интересовало, почему она оставила ребенка? Я ведь поступил с ней как последний козел. Переспал и свалил в закат. Обиделся на то, что после ночи со мной она не восхваляла меня как мужчину, а жалела о произошедшем, о том, что предала жениха.

Сейчас я отчасти понимал ее мысли и чувства. Но тогда во мне вопила гордость и мужское самолюбие. И именно теша свое безмерно раздутое эго, я лишил себя возможности стать счастливым. Не захотел остаться с ней, не захотел узнать, что она беременна, не стал утруждать себя и узнавать о ее жизни.

Да, боялся услышать, насколько она счастлива с моим братом. И все же, это меня не оправдывало.

«Добрый день! Как дочка?»

«Уже лучше. Спасибо!»

Я планировал переварить полученную информацию, дождаться возвращения Дарины на работу. И только тогда поговорить с ней. Но снова не смог сдержаться. Вытерпел только до позднего вечера. Метался по своей квартире и места себе не находил. Все ломал голову. А потом резко сорвался. Схватил с полки ключи, сжал в руке телефон и помчался к ней.

– Ты чего тут? – спросила она, открывая передо мной дверь.

– Привет, я не стал звонить. Боялся разбудить ребенка, – произнес, готовясь к серьезному разговору. Но стоило взглянуть на нее, как вся моя решимость сдулась.

– Что случилось? – спросил я, входя в квартиру и запирая за собой дверь.

Включил свет в прихожей и еще раз вгляделся в ее лицо. Мне не показалось. Глаза и нос были красными и распухшими. Нетрудно было догадаться, что Дарина заливалась слезами. Они все еще блестели на ее ресницах.

– Ты почему плакала? Из-за мужа? – спросил, обеспокоенно глядя вокруг. – Поругались? Или что-то случилось?

– Нет. Ничего не случилось. Уходи!

Все вопросы, которые я так хотел задать, вдруг куда-то исчезли. Отошли на второй план. Сейчас важно было понять, кто обидел мою девочку. Взыграло чувство собственника и защитника. Хотелось порвать всех и каждого, кто был ответственен за ее слезы.

Я бы ни за что не ушел, даже если бы она силой попыталась меня вытолкать. Но вместо этого Дарина вцепилась в мою рубашку так, словно это был ее спасательный круг. Пронзительно на меня посмотрела. Я даже решил, что она собралась сказать что-то очень важное. Но девчонка только разревелась. Правда, тут же отвернулась и хотела уйти.

Понятия не имел, что у нее случилось, но в таком состоянии оставлять ее не собирался. Схватил за руку и вернул обратно, крепко прижал к груди. Казалось, прошло пару мгновений, а я все не мог надышаться ею. Но она встрепенулась, чуть отстранилась, заглянула в глаза, и я не сдержался. Провалился в эту бездну.

Поцеловал ее, как давно хотел. Память не подвела, ее губы были такими же сладкими и нежными, как и три года назад. Таких длинных и таких мучительных вдали от нее. Зачем только я их потерял?

А дальше все как в тумане: ее руки, губы, стоны, зубы, от страсти прокусившие кожу. Я как дикий зверь подхватил свою добычу и понес скорее в логово, жаль, что не в свое.

Лишь где-то на краю сознания вспомнил о главном.

– Дочка спит?

Получил утвердительный ответ, и мою крышу окончательно сорвало. Я дорвался до того тела, о котором так долго мечтал. Сколько холодных ночей в чужой стране я провел, вспоминая нашу единственную ночь. Сколько женщин пытались стать заменой той единственной. Но никому это не удавалось. Зря только пытался заполнить пустоту от потери.

В эту ночь мы стали единственными друг для друга, плевать, кто был с ней, пока я отсутствовал. Решил, что обязательно сделаю ее своей и в этот раз не на одну ночь, а на всю жизнь. Она же, в свою очередь, отдавалась мне без остатка, как будто, как и я, бесконечно ждала этого момента.

Утром просыпаться не хотелось, я лежал и купался в невероятных ощущениях, чувствуя обнаженное тело любимой женщины, тесно прижавшееся ко мне. Глаза открывать не хотелось. Почему-то казалось, что проснись я окончательно, все исчезнет. И это невероятное блаженство и долгожданное удовлетворение. Боялся проснуться в серой квартирке в центре Пекина и осознать, что все это было лишь реалистичным сном.

– Мамочка! – послышался за пределами комнаты голос малышки и ее негромкие всхлипы.

Горячее тело тут же встрепенулось и подлетело над кроватью. Дарина рванула скорее отворять запертую дверь и успокаивать ребенка, тогда как я затих под одеялом, стараясь слиться с кроватью и остаться незамеченным.

Пока я лежал и раздумывал, как выбираться, Дарина вернулась.

– Арсений, просыпайся, – громко прошептала она, склонившись надо мной.

– Вставай, – недовольно произнесла она уже громче, потому что я не шевелился. Кайфовал от того, что она рядом. Пусть даже такая недовольная.

Не смог отказать себе в удовольствии и схватить свою девочку. Затащил в постель, подмял под себя. Попытался пошутить, а потом и соблазнить девушку, но она лишь сильнее разозлилась.

– С ума сошел? Там на кухне Яна. Если она нас увидит…

Было чистым наслаждением смотреть, как Дарина злилась. В этом образе она выглядела еще сексуальнее. И единственное, о чем я думал, пока она меня отчитывала, как сильно хочу ее снова.

– Быстро одевайся и уходи, как только я уведу Яну в детскую и включу мультики.

– И как я это пойму? – спросил я, а сам только что не облизывался, рассматривая, как шикарно облегает обнаженное тело шелковый халатик.

– Услышишь, – недовольно заявила Дарина и быстро вышла из спальни, лишая меня такого шикарного зрелища.

Не стал испытывать судьбу и послушался, быстро оделся и, присев на кровати, стал прислушиваться к тому, что происходило в квартире.

– Это Миша, – расслышал я на свою голову и сразу скривился.

– Привет, девчонки, – последовал голос мужика, чье отчество носила дочка Дарины.

– Я соскучилась. Ты уехал и даже не попрощался, – прозвучал обиженный голос малышки.

– Я боялся, что ты будешь плакать. Не смог бы выдержать твоих слез.

Долго слушать этот душещипательный разговор я не мог. Рванул к выходу и хлопнул дверью. Случайно, само собой.

Неужели я ошибся? Яна не моя дочь? Дарина ведь могла спокойно крутить еще и с этим придурком, пока окучивала Артема. Или, например, познакомиться с ним сразу после моего исчезновения.

А то, что она не замужем, не такая уж и редкость, сейчас многие так живут. Просто сожители. Всем это удобно. Какие-то пособия, наверняка, платят как матери-одиночке, льготы. Что там еще? Я понятия не имел.

Я ушел, так ничего и не узнав. А мог еще вечером спросить о главном и не ломать себе голову. И про дочку, и про мужика. Почему-то после этого звонка выяснять больше ничего не хотелось. Они звучали как семья. Радовались, услышав друг друга. Со мной таким тоном Дарина ни разу не говорила.

Они настолько счастливы были его слышать, что я просто позавидовал. Ведь больше всего на свете в ту минуту я хотел бы оказаться на его месте. Чтобы меня так ждали, по мне рыдали, чтобы обо мне думали и скучали.

Но, видимо, я чересчур многого хотел. Слишком сильно расслабился, размяк, размечтался. Пора было вернуться в суровую действительность.

Сжал зубы, вместе с ними и кулаки, бросил еще один взгляд на окна квартиры, в которой снова оказался на одну ночь, и сел в машину. Прочь! Подальше отсюда.