Кудасов возвращался домой после спектакля, в котором, он играл эпизодическую роль. День выдался удачный. Именно поэтому, быстро поднимаясь по ступенькам, он напевал какую-то песенку. Открыв дверь ключом, Кудасов поприветствовал, выглянувшую из кухни супругу, поклоном головы:
– Добрый вечер! Елизавета Андреевна!
– А-а! Егор Петрович! Что-то вы сегодня припозднились! – спросила жена, вытирая руки об фартук
– Был повод, – обувая тапки, ответил Кудасов, с улыбкой, – Премьеру отмечали! – пройдя на кухню, Кудасов включил телевизор и уселся на диван.
– Ужинать будешь? – Бросила взгляд на мужа, Елизавета Андреевна.
– Чайку, пожалуй, – ответил Кудасов. Елизавета Андреевна подала супругу чай, несколько бутербродов с колбасой и, придвинув поближе вазу с конфетами, принялась за посуду.
– Вот! Европа! Не то, что у нас, – произнёс Кудасов, через некоторое время, прихлёбывая чай.
– О чём это ты? – обернулась Елизавета Андреевна, не отрываясь от посуды.
– Да вот, культура! – продолжил свою мысль Кудасов, кивая на телевизор, – Принцесса Великобритании, не брезгует и самолично убирает за своей собакой на прогулке! А у нас? Гадят собаки, где хотят, и никому никакого дела!
– У нас тоже люди разные, – ответила супруга, – многие за своими животными убирают.
– Да что ты? – отмахнулся, наморщив лоб, Кудасов, – и, допив чай, вышел в коридор. Поправив, Бабочку у зеркала, Егор Петрович, накинув пиджак на плечи, направился к двери.
– Куда это ты? – удивилась жена.
– Я, душенька моя, думаю надо нести культуру в массы. Кто, как не мы – интеллигенция, должны это делать! Пойду, прогуляюсь.
Петров зашёл домой, злой.
– Ты чего так долго, – спросила Жена.
– Да на работе авария опять, – ответил Петров, уворачиваясь, от прыгающей собаки, – Оборудование старое, летит всё подряд.
– Садись, почти всё остыло уже, – наливая борщ, ответила супруга. Петров, молча, подошёл к холодильнику, налил стопку водки, выпил, крякнул и, не закусывая махнул вторую, – С Муфтой погуляешь? – спросила жена?
– Угу, – угрюмо ответил Петров, принимаясь за борщ. Поев, Петров молча встал и направился к двери, за ним побежала, ожидавшая прогулки Муфта.
На улице, усталый Петров, еле поспевая за собакой, увидел, идущего на встречу, высокого, грузного мужчину, в пиджаке и при бабочке: «Ну, этот точно привяжется», – почувствовал Петров.
– Добрый вечер, – приветствовал Кудасов, Петрова, – Можно к вам обратиться?
– Можно, – тихо ответил Петров, понимая, что Кудасов не отвяжется.
– Я вот сегодня видел по телевизору, – начал издали Кудасов, – Как принцесса Великобритании убирает на улице, за своим псом…
– К чему вся эта предыстория? – начал раздражаться Петров.
– Ну, я надеюсь, ваша собака донесёт до дома, то, что она может наделать на улице?
– Донесёт! – возбуждаясь, всё больше, ответил Петров.
– И всё же, – протягивая пакет, сухо ответил Кудасов, – Возьмите, – Петров вырвал Пакет, и, матерясь про себя, потащил, дергая за поводок, собаку прочь. Кудасов же, побродив ещё минут пятнадцать, заспешил домой. На полпути к дому, ему скрутило живот так, что он понял – не дойдёт. Оглядевшись по сторонам, Егор Петрович бросился в ближайшие кусты, лихорадочно снимая штаны. Облегчившись, он начал осматриваться, чем бы вытереть зад. И в этих поисках, наткнулся на стоящие напротив ботинки. Медленно и робко Кудасов поднял глаза и увидел Петрова.
– Не донесли, – тихо спросил Петров, протягивая пакет.