Действие первое

Ставрополье. Поселок птицеводческого совхоза «Красный гребешок». Двор возле дома, в котором живет бригадир совхоза Ангелина Ивановна Куманец.

Ранняя осень. Чуть тронутые багрецом листья дикого винограда, которым оплетена веранда дома. Желтеющие деревья. Дом крыт черепицей. За ним еще дома поселка, белые и голубые. Возле дома скамейка, табуретки. Вдали виднеются синие хребты гор, ослепительно белая вершина Эльбруса. На веранде Куманец заканчивает примерку нового платья. Возле хозяйки дома, охорашивая ее, стоит Ласточкина — она очень довольна тем, как сидит платье на заказчице. На столе набросано еще несколько платьев. Патефон, на котором крутится модная пластинка.


Ласточкина. Пройдитесь, Ангелина Ивановна.

Ангелина. Разве ж так не видно?

Ласточкина. Женскому платью необходимы движения тела, заключенного в него. Обнаруживаются все дефекты и эффекты.

Ангелина (несколько искусственно прохаживаясь по двору). Мудрено вы говорите, Сусанна Станиславовна.

Ласточкина. Образование, Ангелина Ивановна! Образование! У меня муж был закройщиком высшей категории.

Ангелина. Это почему же был?

Ласточкина (вздохнув). Ах, не говорите... До сих пор не могу успокоиться!

Ангелина. Скончался?

Ласточкина. Если бы!

Ангелина. Живой, значит?

Ласточкина. Ревматик.

Ангелина. Болезнь любого человека подсечь может.

Ласточкина. И тем не менее сбежал.

Ангелина. Ревматик и сбежал?

Ласточкина (еще раз вздохнув). Романтическая история. (Разглядывает Ангелину.) Набивной капрон вам невероятно к лицу. Все ваши формы подчеркивает.

Ангелина. Вырез большой. Неудобно. Подобрать бы.

Ласточкина. Мода. Не стесняйтесь.

Ангелина. Чего ж супружник сбежал?

Ласточкина. Отсталый элемент. Не вынес ревности.

Ангелина. Вашей?

Ласточкина. Своей... Рядом с ателье ресторан помещается. Скрипач там был Гриша. Как он играл партии из «Марицы» и «Сильвы»! Под сурдиночку. Сердце замирало. Я не могла совладать с охватившей меня страстью. Сбежал. Осталась я одна с модными журналами.

Ангелина. А скрипач?

Ласточкина. И он сбежал.

Ангелина (не удержавшись от смеха). А этот чего же?

Ласточкина. Месткомовские деньги растратил. Шампанским абрау-дюрсо меня через день угощал. Сто тридцать два рубля пятьдесят семь копеек. (Меланхолично.) Внесла из собственных сбережений. Любовь требует жертв. Помню мальчика. Прелесть был. Сладенький. (Оглядывая Ангелину.) Вильнюсская модель. Как влитая на вас.

Ангелина. А вырез?

Ласточкина. Декольте. Вам положено — вы не замужем. Пусть стесняются, у кого позвоночник кривой. У вас, можно сказать, классическая фигура. Перейдем на костюм.

Ангелина. В дом идемте. (Уходит вместе с Ласточкиной.)


Из-за забора появляется Пивень.


Пивень (невидимой за забором Меланье). Ты гляди сюда, старуха! Что только на белом свете не происходит! Портниха из городу к Ангелине пожаловала.

Меланья (появляясь над забором). Где ж ты видишь портниху?

Пивень. В дом ушли.

Меланья. Некрасиво глядеть на женские туалеты.

Пивень. Была б ты лет на сорок моложе, я б тебе тоже портного выписал!

Меланья. На что ж мне портной?

Пивень. Портной для дамского полу.


Из дома в новом костюме выходит Ангелина, за ней Ласточкина.


Ангелина (Пивням). Здравствуйте, соседушки. Чего не видали?

Меланья. Нет удержу на Спиридона, все желает на твои обновки глядеть.

Ангелина (скромно). Да ну уж, обновки... Так, ширпотреб...

Ласточкина (обиженно). Какой же ширпотреб? Материал высшей марки!

Пивень. Именно! Я готов такой красоте овации устраивать. (Пытается аплодировать, падает с забора. Слышится его крик.)

Меланья. Опять, дед, в крапиву угодил? (Исчезает.)

Голос Пивня (из-за забора). Угодил. Дай руку, подняться не могу.


Слышны постепенно затихающие стоны.


Ангелина. Хоть бы крапиву выкосил! Какой раз в ее лысиной попадает.

Ласточкина. За вами, Ангелина Ивановна, при вашей стати и положении брюнеты, вероятно, табунами ходят.

Ангелина (с некоторой гордостью). Табунами не табунами, но по отдельности бывает... Даже блондины...


Входит Сабля.


Сабля. Здравствуй, Ангелина.

Ангелина. Здравствуйте, Дмитрий Иванович.

Сабля. Правильно, Ангелина. Обшивайся с головы до ног. (Ласточкиной.) По последним модам, надеюсь, практикуете?

Ласточкина. По самым последним.

Сабля. Правильно, гражданочка. Понимаете, на какую фигуру шьете.

Ласточкина. Фигура у Ангелины Ивановны — как у греческой богини.

Ангелина. Ну, вы тоже скажете...

Сабля (Ангелине). Не отказывайся. Греческие богини в классику вошли. Не возражай. Тем более — нам с тобой на зональное совещание в Ростов ехать, опыт передавать. Ты готова для передачи опыта?

Ангелина. Ваше слово... Как вы скажете...

Сабля (Ласточкиной). Так что понимаете, кому платья и костюмы ваше ателье поставляет?

Ласточкина. Понимаем. Самым передовым из передовых.

Сабля. Вот именно. (Ангелине.) Так что готовься, собирайся с силами.

Ангелина. А когда ехать-то?

Сабля. Через неделю. Готовься, чтоб все женихи с ног попадали. (Ласточкиной.) До свидания, и благодарю вас за труды и заботы о тружениках сельского хозяйства. (Уходит, возвращается.) Да, Ангелина, тут к тебе практикантки придут, опыт твой получать, — прими их как полагается. (Уходит.)

Ласточкина. Представительный мужчина ваш директор.

Ангелина. Хозяйственный человек.

Ласточкина. Женат?

Ангелина. С большим стажем. Трое детей.

Ласточкина. Мечтаю о хорошем муже.

Ангелина. Все мечтают.

Ласточкина. Когда свадьбу будете играть, мы для вас такое подвенечное платье сочиним. Имеется модель. Эстония снабдила. Последний крик. (Показывает журнал.)

Ангелина. Еще выбрать надо.

Ласточкина. Имеются и другие модели.

Ангелина. Не модель, жениха выбрать надо.

Ласточкина. Большой ассортимент?

Ангелина (кладя журнал на скамью). На первый случай двое имеются.

Ласточкина. Передерживаться опасно.

Ангелина. Да вот один на два года младше...

Ласточкина. Возрастной ценз маловат. Побольше бы надо иметь жениху. А кто такой?

Ангелина. Егорка Горлышкин.

Ласточкина. Кто ж такой?..

Ангелина. Бригадир по кормам на нашей ферме. (Смеясь.) Блондин.

Ласточкина. А брюнет имеется?

Ангелина. Бывший брюнет. (Смеется.) В данный момент насаждений маловато осталось... Разве что на опушках.

Ласточкина. На возрасте?

Ангелина. В пределах пятидесяти.

Ласточкина. Кто же он, коварный искуситель?

Ангелина. Директор нашей кооперации.

Ласточкина. Вдвойне мечта. (Деловито.) Не судился?

Ангелина. Из честных кооператоров. Пластинками снабжает, всякой культурой и галантереей — в первую очередь.

Ласточкина. А кого ж еще и снабжать в первую очередь? При ваших международных связях? Орденах и грамотах?

Ангелина (скромно). Лишнее, лишнее это...

Ласточкина. Не лишнее, Ангелина Ивановна. Разве стали бы из города посылать, абы к кому, закройщицу такой высокой квалификации?


У ворот показываются Лиза Чашкина и Даша Бабошко.


Даша. Будьте добры, обратиться можно? Нам Ангелину Ивановну Куманец нужно.

Ангелина. Я Куманец.

Даша (подруге). Давай бумажку. (Ангелине.) Зайти можно?

Ангелина. Заходите! Что у вас?

Лиза. На практику к вам прибыли. (Подает записку.)

Ангелина (смотря на руку Чашкиной). На практику? А не ошиблись?

Лиза. Нет, тут все написано.

Ангелина. Индюки красный цвет не уважают. Склюют маникюр ваш.

Лиза (пряча руку). Ах, вы про это?

Ангелина. К слову. (Читает записку.) Значит, товарищ Сабля решил вас не только на обучение ко мне, но и на постой определить? Добрый у нас директор. Откуда вы?

Даша (выходя вперед). Из Георгиевского района. Совхоз «Широкие долины».

Ангелина. Школьницы?

Даша. Зоотехникум в этом году окончили.

Ангелина. Маникюр в техникуме учили делать?

Даша. Самостоятельный курс обучения.

Ласточкина. Ангелина Ивановна, у нас еще примерка. Опоздаю на автобус.

Ангелина. Да-да... Посидите, девчата, журнальчики поглядите... Про маникюр тут не пишут, но моды всякие имеются. (Уходит с Ласточкиной в дом.)

Лиза. Говорила я тебе про маникюр.

Даша. Сюда еще культура не дошла. Фыркалка старая!

Лиза, Ей всего тридцать. Я читала в газете. Она вывела лучший сорт индюшек на весь край.

Даша. И держится как индюшка. Тридцать? Ей все сорок дать можно!

Лиза. Тише! Ты зачем сюда приехала?

Даша. Получать образование.

Лиза. Вот и получай. Не задирайся.

Даша. А почему она с нами так разговаривает?

Лиза. Замкнись в себе и терпи!

Даша. Ладно, замкнусь. (Увидев журнал.) Гляди, подвенечное платье. Газу сколько... Со всех сторон газ. Вот бы нам!

Лиза. На что оно тебе?.. Женихов-то нет.

Даша. Было б свадебное платье — нашла б жениха.

Лиза. Даша, в настоящий период, кроме бронзовых индеек, у тебя ничего не должно быть в голове. Нашла время подвенечное платье выбирать!

Даша (продолжая разглядывать журнал). Что мне нравится, так это фата! Всю жизнь готова ходить в фате. Пусть все говорят: «Глядите, какая Дарья Бабошко фатоватая!» (Останавливается.) Лиза, а почему журнал открыт на этой странице? Ежели она невеста — отобью!

Лиза (возмущенно). Да ты зачем сюда приехала?!

Даша. Я хочу ежедневно ходить в подвенечном платье.


Входят Горлышкин и Адамчик; увидев девушек, останавливаются.


Горлышкин. Здорово, девчата.

Даша. Здравствуйте.

Горлышкин. Откуда вы?

Лиза. Из Георгиевского района.

Горлышкин. Ясно... Выходит, соседи. (Направляется к дому. Приоткрывает дверь.)


Слышен крик Ангелины: «Ты что в дом прешься?» На веранду с сантиметром в руках выходит Ласточкина.


Ласточкина (Горлышкину). У Ангелины Ивановны примерка. Понимаете, — примерка? В данный момент она не одета.

Горлышкин. Извиняюсь, конечно. Долго вы будете примеряться?

Ласточкина. На этот вопрос я не могу вам дать исчерпывающего ответа. (Уходит.)

Адамчик. Шо, Егор, схлопотал?

Горлышкин (смущенно, спускаясь во двор). Схлопотал.

Даша (Горлышкину). Вы в бригаде Ангелины Ивановны работаете?

Горлышкин. Это почему же я должен у нее в бригаде работать?

Даша. Обращаются с вами, как с подневольным лицом!

Лиза (строго). Даша!

Горлышкин (смеясь, Лизе). А вы подружку не останавливайте. С нашим братом мужчиной так и надо обращаться.

Лиза. Вот и неправда!

Даша. А я считаю — именно так: чем больше вас прижимаешь, тем вы послушнее.

Горлышкин. А у вас что, опыт на этот случай имеется?

Даша (с вызовом). Имеется.

Лиза (Даше, возмущенно). Ну что ты врешь?

Даша. Во всяком случае, теоретически я представляю, как надо поступать в таких случаях.

Горлышкин. Слышишь, Сеня, какие теоретические девчата к нам в совхоз прибыли?

Адамчик. У Ангелины практический курс пройдут. Получат полное образование.

Горлышкин (Лизе). А вы за каким делом к нам?

Лиза. За опытом. Зоотехники мы. Подробно изучили все, что было написано в краевой газете о замечательных достижениях Ангелины Ивановны Куманец, выращивающей бронзовых индеек по своему особому методу.

Горлышкин. А что за метод такой?

Лиза. Корма и уход.

Адамчик, А кто ей корма составляет, вы в курсе?

Лиза. Газета не сообщила других фамилий.

Даша. Ты прислушайся, Лиза, к товарищу. Он, вероятно, в курсе.

Горлышкин (усмехнувшись, Адамчику). Мы с тобой в курсе?

Адамчик (девушкам, указывая на Горлышкина). Он по кормам и работает. Имеет почти незаконченное высшее образование.

Даша (Горлышкину). А зовут вас как?

Горлышкин. Егор.

Адамчик. Егор Архипович Горлышкин.

Горлышкин. Это по паспорту... А в разговоре все больше Егором кличут.

Даша (Адамчику). А вас?

Адамчик. Сеня.

Горлышкин. Семен Петрович Адамчик.

Даша (прыснула). Адамчик?!

Лиза. Даша!

Даша. В раю был большой Адам, а вы маленький? Да? А Евочки у вас нет?

Адамчик. Шукаем Евочку.

Даша (Адамчику). А вы тоже по кормам?

Адамчик. Я при нем вроде доцента при профессоре.

Даша (Горлышкину). А может, вы и вправду профессор?

Горлышкин. Я-то нет, а вот он профессор по брехне наивысшей квалификации.

Даша. Обожаю брехунов, с ними весело.

Адамчик. Мне учитель по литературе всегда пятерки ставил за сочинения. Ругал, конечно, когда я в сочинениях по всякой классике других героев вписывал, но за воображение прощал и другим в пример ставил.

Даша. Поделитесь с нами воображением, как к бригадиру подход найти.

Адамчик. В смысле Ангелины справки получать у Егора.

Даша. Это почему же?

Адамчик. В женихах у бригадирши обретается.

Горлышкин, Я ж говорил, самый наиквалифицированнейший брехун!

Лиза (простосердечно). Егор Архипович, нам исключительно для дела... Мы личного не будем касаться.

Горлышкин (Адамчику). Вот натравлю индюков, чтоб язык тебе оклевали!


Входит Селезень.


Селезень (суховато, официально). Здравствуйте, товарищи.

Адамчик. Кооперации привет и уважение. Пластиночки новые имеются?

Селезень. Некоторый ассортимент получили. Ангелина Ивановна у себя?

Адамчик. Велела передать, как придет товарищ Селезень, чтоб немедленно к ней проходил без стука.

Горлышкин (Адамчику). Да ты что?

Адамчик (с жестом). Именно так. Кстати, не получили ли вы пластинку в исполнении народного хора «Понапрасну, мальчик, ходишь, понапрасну ножки бьешь»?

Селезень. Столь устаревшим репертуаром не пользуемся. У нас современность в наивысшей форме. (Поднимается на веранду, открывает дверь и входит в дом. В тот же момент, словно ошпаренный, выбегает на веранду.)

За ним — Ласточкина.


Ласточкина. Так неприлично для персоны мужского пола!

Селезень. Извиняюсь, но меня информировали...

Ласточкина. Ангелина Ивановна заканчивает примерку и тогда сможет удовлетворить вашу любознательность.

Селезень. У меня лимит времени.

Ласточкина. У нас тоже лимит. (Уходит.)


Селезень, постояв на веранде, заводит патефон, спускается во двор.


Адамчик (участливо). Схлопотали?

Селезень. Для женского пола туалеты — наивысшее блаженство. Я так понимаю.

Адамчик. Чем порадует кооперация трудящихся в ближайшее время?

Селезень. А в чем вы конкретно нуждаетесь?

Адамчик. Мы наметили для Егора костюм, темно-синий...

Селезень. Можем предложить...

Горлышкин, Зачем мне костюм?

Адамчик. Жениху без костюма ходить не положено! Как думаете, девочки?

Даша (Адамчику). А когда свадьба?

Адамчик. В самое скорое время.

Горлышкин. Может, ты все же прекратишь свои упражнения?

Селезень. Я рад помочь художественному оформлению свадьбы. Для такого уважаемого человека, каким является Егор Архипович, непревзойденный мастер по кормежке домашней птицы, кооперация сделает все возможное и все невозможное.

Даша (беря журнал в руки, показывает его Селезню), А для подвенечного платья у вас можно материал подобрать?

Селезень. Если понадобится — подберем.

Даша. И чтобы со всех сторон газ.


Возмущенная Лиза уходит, Даша за ней.


Адамчик (Селезню, показывая на журнал). Вам нравится?

Селезень. Откровенно говоря, если бы мне пришлось жениться...

Адамчик. А почему бы вам и не жениться? Мужчина в соку, в изрядном теле, взгляд положительный. С портфелем...

Селезень (доверительно). Откровенно говоря, вопрос ближайшего будущего. (Горлышкину.) С кем, извиняюсь, собираетесь соединить судьбу?

Горлышкин. Не слушайте Семена, он брехун...

Селезень. Нет, не скажите... У вас что-то в глазах такое... Угадываю... Сам в некотором роде пребываю в подобном состоянии. (Панибратски.) Кто же все-таки она, счастливица?

Адамчик. Ангелина Ивановна Куманец.

Селезень (отшатнувшись). Не... не... не... не... не может быть!

Адамчик. Почему не может быть? Ты слышишь, Егор?

Горлышкин. А почему, в самом деле, вы не верите? (Наступая.) Или, по-вашему, я недостоин Ангелины Ивановны?

Селезень. Если откровенно — недостойны!

Горлышкин. Это почему же?

Селезень. У Ангелины Ивановны имеются более достойные женихи.

Адамчик, Уж не вы ли?

Селезень. А хотя бы и я.

Адамчик (захохотав). Однажды Селезень решил жениться!

Селезень. Не тратьте ваш смех впустую.

Адамчик. Если вы это серьезно — общественность может расценить это как корыстные замыслы!

Селезень. Это в каком же смысле?

Адамчик. Ее положение. Известность...

Селезень. Вы молодой нахал!

Адамчик. Не увиливайте, отвечайте!

Горлышкин. Семен, не пугай Селезня.

Селезень. Вы Селезень в смысле фамилии произносите или иной смысл вкладываете?

Адамчик. В смысле фамилии. Иной смысл трудно вложить... Вы на двадцать лет старше Ангелины Ивановны.

Селезень. Любви все возрасты покорны.

Адамчик. Слышали. По радио. Жировой покров у вас излишний.

Селезень. Хорошего человека чем больше, тем лучше.

Адамчик. Кооператоры обычно жизнь кончают в тюрьме.

Селезень. Это те, кто себя и своих детей не жалеет.

Адамчик. А у вас есть дети?

Селезень (гордо). Еще могут быть! (Горлышкину.) Вы что, серьезно хотите жениться на Ангелине Ивановне?

Горлышкин (Адамчику). Ответить?

Адамчик. Чеши, Егор!

Горлышкин. Материал на костюм будет обеспечен?

Селезень. Сейчас некоторые перебои с текстилем...

Адамчик. Десять минут назад у вас не было перебоев с текстилем.

Селезень. Я вспомнил последние данные о наличии текстильных товаров в кооперации.

Адамчик. Не рекомендуем готовиться в женихи. Могут получиться серьезные осложнения.

Селезень. По какой линии?

Адамчик. По служебной.

Селезень. Я неподкупный. У меня полный ажур. Сама решит. Но предупреждаю: я все брошу на чашу весов. Все свое личное обаяние! Молодость имеет свои плюсы и, между прочим, свои минусы. Егор Архипович, я уважаю ваши корма, но в данном случае чувства превыше всего. Иду на вы!


Из дома выходят Ангелина и Ласточкина. Ангелина в новом платье.


Ангелина (несколько растерявшись). А-а... А здесь были девушки... с письмом.

Адамчик. Момент, Ангелина Ивановна. (Уходит со двора.)

Селезень. Приношу извинения... Не желал, то есть желал, но не имел возможности... Потому, извиняюсь, вторгся...

Ангелина. Понимаю... Бывают срочные запросы. (Ласточкиной.) Гавриил Гавриилович Селезень.

Ласточкина (здороваясь, жеманно). Очень приятно. Ласточкина.

Ангелина (с меньшим вниманием). Бригадир Горлышкин.

Ласточкина (без жеманства). Ласточкина.

Ангелина (Горлышкину, грубовато). Что у тебя?

Горлышкин. Собирались мы с вами новый рацион утвердить. Вы говорили... стимуляторы роста вводить пора.

Ангелина. Это, конечно, безусловно... Но ты же видишь, Егор...

Горлышкин (упрямо). Вы назначили на данное время...

Ангелина. Бывают обстоятельства...

Ласточкина (пожимая плечами). Странные пошли молодые люди!

Селезень. Неужели понять нельзя?! Из города едут, с доставкой на дом. Двести километров от Ставрополя...

Горлышкин. Вас не спрашивают. Занимайтесь галантереей!

Ангелина. Егор, ты превышаешь!

Горлышкин. Вы будете со мной беседовать или нет?

Ангелина. А ты чего голос поднимаешь?

Селезень. Удивительный народ!

Ангелина (Селезню). Я сама.

Селезень. Извините, Ангелина Ивановна, емоции.

Горлышкин. Вы их на килограммы продаете (передразнивая), емоции?

Ангелина (рисуясь перед Ласточкиной). У нас, знаете, народ все горячий.


Входит Адамчик с Лизой и Дашей.


Адамчик. Практикантки на месте.

Ангелина. Что вам надобно?

Лиза (пряча руки). Бумажка у вас. Опыт получить из рук в руки.

Ангелина. А с жильем? Одну взять могу.

Горлышкин. Взяли бы двоих, что им разлучаться?

Ангелина (Горлышкину). Вы что же, мои кубатуры знаете?

Лиза (торопливо). Мы разделимся, Ангелина Ивановна. Благодарим за отзывчивость.

Ангелина (подобрев). Ну и ладно... Должны друг другу помогать...

Ласточкина. Ангелина Ивановна, извините... но автобус уходит по расписанию... Рассчитываю, остались довольны?

Ангелина. Одобряю ваше мастерство.

Ласточкина. А подвенечное платье?

Ангелина. Оставьте журнальчик, помозгую.

Ласточкина. Для вас — все. (Поднимая чемодан, морщится.) Ох!

Ангелина (Горлышкину). Егорушка, помоги женщине.

Горлышкин. У меня с вами деловой разговор намечен.

Ангелина (Адамчику). Сеня...

Адамчик (вздохнув). Бригадир просил присутствовать при беседе.

Ангелина. Придется вам, Гавриил Гавриилович.

Адамчик. Вот именно. (Селезню.) Папаша, помоги женщине.

Ласточкина. Ах, что вы, я так тронута!

Селезень (Ангелине). Ваши просьбы — для меня закон. (С трудом подняв чемодан, уходит за Ласточкиной.)

Ангелина. Эх вы, кавалеры!

Горлышкин. Ошибка, мы не кавалеры.

Адамчик. Егор, не обобщай! Я лично был, есть и буду кавалером. Готов таскать чемоданы и прочие тяжести, но только тем особям, которые мне симпатичны. Вот этим практиканткам, к примеру...

Ангелина (обрывая Адамчика). Решили, кто у меня останется?

Даша (указывая на Лизу). Она.

Ангелина (с подозрением). Это почему же она? (Даше.) А может, я желаю тебя, например?

Лиза. Как вы скажете, Ангелина Ивановна.

Даша (предельно чистосердечно). Она техникум с отличием окончила. На нее в совхозе невероятные надежды возлагают. Ей положено быть возле вас.

Ангелина (польщена). Ладно уж... Я так... (Лизе.) Как зовут-то?

Лиза. Лиза Чашкина.

Ангелина (подает руку). Давай, Лизавета... Будем знакомы.

Даша, Она поет, играет на всех инструментах.

Ангелина. А у меня гитарка имеется. Споешь, может?

Лиза. Да что вы, Ангелина Ивановна... У вас тут дела серьезные.

Горлышкин. Можно переложить.

Ангелина. Вишь ты, понимаешь, какой... То тебе печет, некогда. А то уже и можно... Уже не печет.

Горлышкин. Так ведь...

Ангелина. Оправдания твои ни к чему! Принеси инструмент. Приемные экзамены устроим.


Горлышкин уходит.


(Даше.) А тебя к Пивням подселим.


Возвращается Горлышкин с гитарой.


Лиза (принимая гитару). Даже неудобно... С песни начинать? Осудите, Ангелина Ивановна?

Ангелина. За песню не осуждают. Осуждают за что другое...

Даша (бойко). Другого мы не допустим, мы строгие невероятно.

Ангелина. Пой, Лизавета.

Лиза. Про что хотите?

Ангелина. А про что любят женщины? Егор, как считаешь?

Горлышкин. Вам видней.

Ангелина. Пой, Лизавета, про любовь.

Лиза. Помоги, Даша. (Запевает, ей помогает Даша.)

Что такое любовь —

Я хотела спросить,

Но никто и нигде

Мне не смог объяснить,

Я спросила подруг,

Но не знали они;

Ничего не сказали

Подружки мои.

Я ходила-бродила

По жизни одна,

Но однажды, однажды

Настала весна.

Я открыла глаза,

Посмотрела вокруг

И своих не узнала

Хороших подруг.

Ничего не видала

С тех пор я вокруг,

Только ждала-искала

Пожатия рук.

Только ждала в разливе

Весенних ночей,

Колдовское сиянье

Любимых очей.

Что такое любовь —

Я хотела спросить,

Но никто и нигде

Мне не смог объяснить.

Ангелина. Да, Лизавета. Талант прощупывается. Как считаешь, Егорка, про любовь сказано верно?

Горлышкин. Песня девичья, вам виднее.

Адамчик. А я считаю — песня идейно невыдержанная.

Даша. Это почему же?

Адамчик. В век космонавтики, когда человек разгадывает мировые просторы, я не верю произведениям, которые не могут объяснить, что такое любовь.

Ангелина. А тебе все ясно? Никаких туманностей перед глазами не возникает?

Адамчик. Какие могут быть туманности у передовых людей нашего времени?

Ангелина. А ты, Егор, имеешь такое же мнение?

Горлышкин. Мое мнение не имеет значения. Я не передовой.

Ангелина. Вот какой у нас бригадир скромный! (Поднявшись.) Устраивайтесь, девчата, на постой.

Лиза. Спасибо, Ангелина Ивановна. (Уходит с Дашей.)


Во дворе появляются Султанова и Сабля.


Сабля. Принимай гостей, Ангелина.

Ангелина. Здравствуйте, Дмитрий Иванович, Ольга Степановна...

Султанова (здороваясь). А ты все в обновках?

Ангелина (небрежно). Чем мы хуже столичных?

Сабля. Еще новости имеются. Ангелина, тебе сам японский император пишет.

Ангелина. Император? Да что вы? Что ему от меня надо?

Сабля. Что надо, он уже от тебя получил.

Султанова. Читайте, Дмитрий Иванович.

Сабля. Во, Ангелина, куда маханула! Что тут сказано? Благодарствие, одним словом, выражено Ангелине Куманец за те яички, из которых японский император бронзовых индеек вывел. С твоей фермы были направлены по просьбе японского императора Харакири...

Адамчик. Харакири — это когда собственный живот, как перину, вспарывают.

Сабля. Ишь ты, понимаешь, все знаешь... (Разбирает написанное.) И верно... Не Харакири, а Хирохито. Хирохито! (Читает.) «Имеем честь сообщить, что бронзовые индейки произвели самое благоприятное впечатление на его величество императора Хараки...»

Адамчик. Хирохи...

Сабля. Именно. «Мы имели честь выпустить их в королевский парк, который они украшают своим прекрасным оперением; кроме того, вышеназванные индейки были отмечены его императорским величеством как диетическое нежное мясо. Примите благодарности и знаки всяческого уважения и расположения двора его величества императора Японии...». (Посмотрев на Адамчика.) Императора, ясно? Вот с чем мы к тебе пожаловали, Ангелина! Вообще с тебя и с Егора, конечно, причиталось бы! И по данному случаю, и по другому... Слух-то по совхозу идет...

Ангелина. Какой такой слух?

Султанова (беря журнал, рассматривая его). На этом подвенечном платье выбор остановила?

Ангелина (глядя на Горлышкина, усмехнувшись). Еще жениха надо выбрать.

Горлышкин (Адамчику). Айда, Семен, мы здесь все вопросы решили. (Уходит с Адамчиком.)


Навстречу им идут Меланья и Спиридон Пивень.


Меланья (громко). Товарищ директор, товарищ директор! Происшествие!

Пивень. До каких же пор, граждане, мы будем терпеть невозможную агрессию со стороны этих проклятых лис?!

Меланья, У меня заместо нервов уже одни мочалки остались. Кажная жилочка ходуном ходит. Ежели не примете мер, не прекратите разбой, я буду просить отставку!

Пивень. Товарищ директор, и вы, товарищ председатель сельсовета, имею в виду вас, как наивысшего представителя советской власти...

Сабля (перебивая). Стоп! Остановись! В чем дело?

Меланья. Опять лисы курчат сожрали!

Сабля. Лисы?

Пивень. Лисы, товарищ директор... Да шо ж это такое? Они занимаются изничтожением куриного поголовья, а мы должны равнодушно глядеть на данное безобразие?

Меланья. А в это самое время я теряю свои показатели!

Пивень. Вы поглядите на ее фигуру, у ее уже никаких показателей не осталось! Разрешите использовать огнестрельное оружие!

Султанова. Охота еще запрещена.

Пивень. Какая ж то охота, когда это чистая самооборона от агрессоров будет? И скажите, товарищ директор, може, кто лисам сообщает, что охота еще запрещена? Они и нахальничают?

Меланья. Не иначе — сообщают!

Сабля. Это, конечно, возможный вариант, но не самый достоверный!

Пивень. Сегодня курчат таскают, завтра на индюшек агрессию распространят, а там и до крупного рогатого скота доберутся. Шо ж это будет?!

Меланья. Шестьсот пятьдесят курчат за один сезон!

Сабля. Да, многовато.

Меланья. Вещественные доказательства! Пух, перо и обглоданные косточки!

Пивень. Дозвольте охоту устроить!

Султанова. Еще раз напоминаю — охота запрещена...

Сабля. Что запрещена, то верно... Но пораздумать надо. Подумаем, дед, подумаем. (Показывая на Султанову.) Только без Советской власти. (Пивню.) А что такое, дед, когда лисы нападают? Агрессия. Надо дать по рукам агрессорам. Пошли, дед, продумаем стратегию.

Ангелина. Меланья Терентьевна! Мы вам девушку на месяц поселим. Практикантку.

Меланья. Сколько лет?

Султанова. Двадцать один — двадцать два.

Меланья. Опасно.

Сабля. Чего опасаешься?

Меланья. Охотника своего.

Пивень. Да ты что? Ты что, соображаешь? Дите же!

Меланья. Она-то дитя, да ты зверобой старый. Поимей в виду, Спиридон, — в кипятке утоплю.

Сабля (Султановой). Ну что, Советская власть, могу тебя оставить здесь?

Султанова. Можешь, можешь, Дмитрий Иванович. У нас еще свои вопросы имеются.

Сабля. Плиссе-гофре, желаю вам. Готовься к поездке в Ростов.


Сабля, Пивень и Меланья уходят.


Султанова (беря журнал). Замуж собираешься?

Ангелина. Дом хорош — могу супруга взять.

Султанова. Горлышкина?

Ангелина. Егорка с лица приятный, но инициативы маловато.

Султанова. Командуешь ты им чрезмерно. Смотри, взбунтуется.

Ангелина. Один взбунтуется, другой под руками шелковый.

Султанова. Это кто же?

Ангелина (играя). Секрет. Глубокая тайна.

Султанова. В торговлю потянуло?

Ангелина. Не меня в торговлю, а ее ко мне. С доставкой на дом.

Султанова. Есть еще такое слово — любовь.

Ангелина. Читала в романах. «Анна Каренина»?

Султанова. А лично как?

Ангелина. Под поезд не собираюсь кидаться,

Султанова. Любовь ощущаешь?

Ангелина. Да потягивает.

Султанова. К кому?

Ангелина. Сложная проблема.

Султанова. Выходить замуж — так по любви!

Ангелина. Ты выходила по любви?

Султанова. По любви.

Ангелина. Ну и как?

Султанова. Не ошиблась.

Ангелина. Вот и я не ошибусь. Не бойся, Ольга.

Султанова. Я от доброго. Не ерепенься.

Ангелина. Потому и слушаю. Советская власть говорит.

Султанова. Не власть, а подруга твоя.


Входит Селезень.


Селезень. Извиняюсь, помешал. Но обязан доложить. Приветствую, Ольга Степановна.

Султанова. Что это вы взмокрели, Гавриил Гавриилович?

Ангелина (усмехаясь). Задание мое выполнял. Портниху к автобусу провожал, Ласточкину.

Султанова. На руках ее несли, что ли?

Селезень. Зачем же на руках? Она женщина увесистая. Чемоданчик подтаскивал.

Султанова (Ангелине). Помоложе носильщика не нашла?

Селезень. А мне не в тягость. А то, что испарина, так это даже полезно. Кожа дышит. Так что ваши замечания, они как бы проходят мимо.

Ангелина. Гавриил Гавриилович настоящий кавалер! Что, промежду прочим, в мужчинах ценится. Не то что некоторые молодые охломоны...

Султанова. Пора мне. (Селезню.) На ветерке не сидите — прохватит, в вашем возрасте мужчины радикулиты, как щуки наживку, хватают. (Уходит.)

Селезень. Подозрительная женщина.

Ангелина. Это как же — подозрительная?

Селезень. Подозрения всякие по отдельным людям высказывает. Оно конечно, надо доверять и проверять, но зачем же в каждом, извиняюсь, правонарушителя видеть? Нельзя же так, — ежели вдруг супруг лейтенант милиции окажется, всех вокруг штрафу подвергать.

Ангелина. Ольга — человек правильный. А что поддевает — терпите. Моя подружка.

Селезень. Так ведь если бы поддевала, когда вы не присутствуете, я бы перенес, проявил бы вежливость, уважение бы оказал женщине, в которой действительно власть на местах воплощена. А она норовит при вас уколоть... унизить, в некотором роде.

Ангелина. А вы не желаете того?

Селезень. Не желаю... Мне неудобно. Я даже переживаю очень.

Ангелина. Отчего ж вы переживаете?

Селезень. От чувства...

Ангелина. Что-то я недогадливая...

Селезень. К вам имею чувство. Весьма искреннее. Я, конечно, не Аполлон...

Ангелина. Это что ж такое?

Селезень. Ну, это такой стройный мужчина. На несколько лет моложе меня.

Ангелина. В возрасте Егорки?

Селезень. Вот он тоже... Все около вас. А я переживаю. Трясет меня. Заявил сегодня. И очень даже определенно... Желает на вас жениться.

Ангелина. Чего ж это он вам говорит, а при мне помалкивает?

Селезень. Синим материалом интересуется, на свадьбу.

Ангелина. А есть у вас такой матерьял?

Селезень, Ежели поискать, то можно и найти... А можно и не обнаружить. Торговая сеть — как рыбачья сеть, бывает, что улов есть, а бывает, что и нет. Я бы хотел определенность иметь.

Ангелина. В чем, Гавриил Гавриилович?

Селезень. В вашем реагировании на мои чувства.

Ангелина. А вы мне сами также ничего не сказали...

Селезень, Я хотел один вопрос... Так сказать, процессуально-правовой. В одном можете быть уверены. Я честный. У меня стаж в кооперации заслуженный, я за культурную торговлю и борюсь за вежливость с покупателями...

Ангелина. Вы это к чему?

Селезень. Чтоб вы не остерегались. Суду и следствию не подлежал и не допущу. Государственная казна для меня святыня. Не покушаюсь. Кроме вышесказанного, люблю вас пламенно и хотел бы иметь подругой сердца на оставшийся отрезок нашей героической жизни.

Ангелина. Вашей героической жизни?

Селезень. В обобщенном виде... Читал в статьях по литературным вопросам. Нашей... Желал бы иметь ответ.

Ангелина. Не торопитесь, Гавриил Гавриилович. Женщина, прежде чем решиться на такой шаг, все должна взвесить.

Селезень. Я буду считать дни и ночи. Могу надеяться?

Ангелина. Гавриил Гавриилович, я уважаю вас...

Селезень. Я бы мог предварительно заказать материальчик для подвенечного платья...

Ангелина. А вы закажите: в крайнем случае не вы — так другой, не я — так третья.

Селезень. Не шутите так... Я гляжу на вас и распаляюсь, как форсунка.

Ангелина. Ну, ну, осторожней! Обжечься можно.

Селезень (приближаясь, беря Ангелину за руку). Если б вы знали, какой огонь клокочет в моей груди!

Ангелина. А где у вас грудь?

Селезень. Вот моя грудь и вот сердце, которое любит вас без выходных дней!


Входят Горлышкин и Адамчик, неся каждый по чемодану. За ними — Лиза и Даша.


Адамчик. Гавриил Гавриилович, може, еще один чемоданчик отнесете?

Лиза (пытаясь взять чемодан у Горлышкина). Егор Архипович, я бы сама все...

Горлышкин. Нет уж, сюда принес... и дальше доставлю.

Ангелина (Лизе). Какой добровольный носильщик нашелся у тебя?!


Горлышкин уходит с чемоданом в дом.


Селезень. Разрешите откланяться.

Ангелина. До свидания, Гавриил Гавриилович.

Адамчик. Возьми, папаша, чемодан.

Даша. Сеня, так некультурно с пожилыми обращаться.

Селезень. Не галантерейные вы люди. (Уходит.)

Ангелина. Семен, провожай свою практикантку к Пивням.

Адамчик. Договорились?

Ангелина. Договорились.


Адамчик и Даша уходят. Лиза стоит растерянная, вопросительно смотря на крыльцо дома.


(С пристрастием рассматривая Лизу.) А може, я тебя неправильно у себя оставила?

Лиза. Как вы пожелаете.

Ангелина. А може, Дашу ко мне, а тебя к Пивням?

Лиза. Если желаете, я верну ее.

Ангелина (берет Лизу за подбородок, поворачивает в разные стороны). А в тебе чтой-то имеется. Сколько лет?

Лиза. Двадцать два.

Ангелина. А мне сколько дашь?

Лиза. Вам?.. Вам... Двадцать три. От силы двадцать четыре...

Ангелина. Ты серьезно?

Лиза. Больше невозможно.

Ангелина. Да... Одним словом, возле того...


Из дома выходит Горлышкин.


Чего в доме задержался?

Горлышкин. Обновки ваши разглядывал... Приданое.

Ангелина. Понравилось?

Горлышкин (усмехнувшись). Понравилось.

Ангелина. Ты вот что, Егорка... Собери-ка нам повечерять. Знаешь ведь, где что...

Горлышкин (робко). Сами бы...

Ангелина. Устали мы с Лизаветой. Она — по станице бегаючи, а я — на ферме...

Лиза. Я не устала.

Ангелина. Очень даже хорошо. (Подает Лизе гитару.) Спой еще ту, про любовь. Егорка, давай пошевеливайся.


Горлышкин уходит.


Спой, Лизавета, раз поселилась... Я за песней на край света могу пойти.

Лиза (поет).

Я ходила-бродила

По жизни одна,

Но однажды, однажды

Настала весна.

Горлышкин выходит с посудой на веранду, останавливается, Ангелина тихо подпевает Лизе.

Ничего не видала

С тех пор я вокруг,

Только ждала-искала

Пожатия рук.

Только ждала в разливе

Весенних ночей,

Колдовское сиянье

Любимых очей.

Занавес
Загрузка...