Танец с волками. Как воспитать собаку и перестать дрессировать себя

Свидание вслепую Почему мы заводим собак

Я еду по дачным ухабам, вытянув от напряжения шею, как будто этим я помогу моему тяжеленному внедорожнику стать легче и не швырять по салону мой ценный груз. «Груз» при этом выглядит совершенно довольным и живо поглядывает на меня в зеркало своими дивными глазами. Харти – красавица и умница, старшая из трёх моих белых швейцарских овчарок, чемпионка, мама прекрасных детей и звезда моего питомника. Сегодня её день.

Две её дочери, Ася и Бэйс, проводили нас возмущёнными воплями, оставленные дома. А она предвкушает приключение, радостная от того, что ей не придётся ни с кем его делить. Всё моё внимание, игры, вкусности, люди, собаки, лошади – бог знает, что будет на этот раз, – всё будет для неё одной!

Но, увы, ещё минут пятнадцать, и она будет разочарована. Потому что едем мы в ветклинику делать УЗИ на беременность. Я уже вижу, что да! Оно свершилось! Харти округлилась, стала плавной, мягкой и томной.

Долгожданные щенки от изумительной пары – Харти и шикарного кобеля, к которому мы ездили в другой город «замуж» месяц назад, уже сидят в тёплом мохнатом животике. Вот их-то я так и боюсь растрясти, объезжая чудовищные дыры в бетонных плитах дороги.

Харти терпеть не может ветклиники, хлебнув за свои семь лет множество экзекуций. Она всегда переносит их смиренно и деликатно, чем приводит в восторг и вызывает скупые проблески ласки даже у самых сдержанных ветеринаров. А я вот люблю ездить с ней в чистенькую, опрятную, годами проверенную клинику, где на стене висит календарь моего питомника, да и повод у меня такой приятный и волнующий – посмотреть, как там дети!

Ухабы, наконец, закончились, и мы плавно потекли по нормальной дороге к Истре. Настроение у меня отличное: рано утром я уже успела заехать к владельцам своего выросшего щенка, завезти им мясо и убедиться в том, что Бран хорошеет с каждым днем, превращаясь в статного и умного кобеля. Семья, в которой он растёт, уже стала мне родной, и так приятно было в восемь утра, свалившись без предупреждения, застать Ольгу, маму трёх девочек, художницу и умницу, свежей как мытое яблочко, в коротком сочно-зелёном платье, с лёгким макияжем, выпорхнувшую из мастерской, где она наверняка творит какое-то невероятное волшебство.

Я люблю эту магию и никогда к ней не привыкну. Эту чудесную эстетику без пафоса, но в стиле. Их поселок в несколько недавно построенных домов стоит среди некошеных полей и уходящих в землю старых ферм. Каждый раз я гадаю, не застряну ли по пути в какой-нибудь придорожной сумятице вроде развороченных труб или кучи гравия, случайно вываленного посреди дороги. Но, добравшись до семейства моего Брана, я каждый раз наслаждаюсь всем. Они такие же, как он, – молодые, яркие, красивые, открытые. И дом, как Бран, – правильный, честный, элегантный и функциональный. Я люблю к ним ездить, и рада, что знаю эту семью.

Поистине, наше знакомство было чудом. Два года назад они приехали всей своей большой семьёй посмотреть на щенков. Михаил, отец семейства, подтянутый и спортивный, как альпинист, до сих пор живёт в моем телефоне как «Михаил – третий кобель». Каждый раз его звонок вызывает у меня «прысканье», но я не исправляю контакт из суеверия. Пусть так и будет.

Тогда, два года назад, когда он позвонил мне и сказал, что они с женой хотят приехать и подумывают подарить щенка своей 12-летней дочери Анне, я гостеприимно пригласила их в гости и точно решила, что щенка они не получат. Щенки были в том возрасте, когда новые люди, голоса, запахи нужны им для социализации и очень полезны. В этом пряталась моя корысть. Да и приятно, когда есть что показать. Пусть люди увидят, что питомник собак и заводчик – это не вонючая квартира, нашпигованная кучей собак, и не вытоптанный плац с тюремными вольерами. Харти с детьми удобно обитала в гостевой комнате нашего коттеджа, и сочный летний газон, гордость нашего садовника, был в полном их распоряжении.

Но я уже поставила мысленный крест на истории о «щенке для ребёнка». У меня от фразы «в подарок» подкатывала дурнота, а в итоге сейчас я еду и радуюсь за них. Ошибалась ли я в своём клише «нет подаркам»? Нет. Я готова сделать себе татуировку на лбу с этим лозунгом. Но они, эта семья, оказались большой удачей и редкостью. Они перекроили очень многое в себе, да и все мы изменились за эти два года. Они учились общению со щенком всей семьёй, включая бабушку и кошку, но сохраняя строгое правило: хозяин собаки – Анна. И пережили тот кризис, который висел над ними как приближающийся шторм: когда всё затихает, но душу сосёт тревога, похожая на голод.

Только теперь, проживая много историй людей и собак, я могу чётко сформулировать этот странный диагноз. Мы заводим собаку, когда наша правая нога уже поехала вниз на сыпучих камнях, а голова и тело всё ещё любуются высокогорным пейзажем. Мы заводим собаку в момент разрухи в душе, несбывшихся ожиданий, одиночества, страха, сжирающего чувства вины, усталости от быта, комплекса плохого родителя или ребёнка, беспомощности, нерастраченной любви.

Прописанный в нашем мозгу детский штамп «собака – друг человека», миллион фильмов, книг и журналов дают нам сигнал: пора! Картинка счастливой семьи, резвящейся с собакой на газоне перед домом. Подтянутая фитнес-леди с собакой на пробежке, брутальный мужчина с собакой, похожей на него, босоногое детство, семейное счастье, уютная старость… Мозаика сложилась! Но впереди, увы, только кризис.

Сможет ли собака вылечить вас? Сделать вас лучше, сильнее, ценнее, любимей? Да. Она может. Но вам нужно очень честно посмотреть в себя. И понять, что собака – это зеркало. Вам предстоит путешествие, в котором вы, воспитывая собаку, договоритесь с собой или рухнете ещё глубже, только усилив свою боль разочарованием от того, что даже собака не оправдала ваших надежд.

Собаки действительно могут улучшить нас. Поселить гармонию в семье, утешить любовью, дать смысл и вкус к жизни. Но собака – это не картинка, не описание породы, не готовый продукт, не эмоция. Это результат наших с ней отношений. Конечно, к этому добавляется ещё генетика, физиология, специфика породы и множество других умных и не всегда понятных слов. И ни один заводчик, ни один кинолог не даст вам ответ на вопрос, который, возможно, вы даже сами себе не задаёте: «Как быть счастливым?». А ответ на него очень нужен.

Средние дети всегда страдают от своего положения. Анна как раз средняя дочь в семье Ольги и Михаила. Ты и не старший, и не младший. Лет в 12 всех нас накрывало одиночество и метания. На каждую девочку из хорошей семьи найдётся в этом возрасте плохая компания. Нас так и тянет туда как магнитом. Чем хуже и опаснее персонажи нового окружения, тем они кажутся загадочней и привлекательнее. Мысль о том, что они обратили внимание на тебя, никому не нужную и неинтересную, вдруг делает тебя значимой, благодарной и очень взрослой. В этом возрасте и я попортила крови моим родителям, но сейчас вернуть душевную беглянку сложнее, чем 30 лет назад, потому что есть Интернет.

Они справились, кинувшись слаженной семейной стаей. Перевели Анну на домашнее обучение. Заполнили её дни занятиями музыкой и книгами. Собирали по крупицам её растерзанное внимание. Всем было тяжело, я не забуду их лица в тот год. Тем радостнее мне сейчас видеть, как все они расцветают уже в обычном ритме домашних и творческих хлопот. И я очень рада, что так ошиблась в день нашей первой встречи, когда в первый момент поставила в голове жёсткий диагноз: «Семейство с тремя детьми хочет заботой о собаке нейтрализовать разбуянившегося подростка».

В тот тяжёлый год Бран стал отдушиной Анны, дверцей в себя, когда тебя, казалось бы, не понимает весь мир. Но для этого было много-много занятий с ним, и мне кажется, что именно это их и сплотило.

А сейчас на заднем сиденье моей машины мерно покачивается моя Харти в своём белом уютном великолепии, и смотрит на меня персидскими глазами. А в её животе сидят сколько-то миров, судеб, семей, историй. Будут ли они счастливы? Я очень этого хочу! Я за собак. Но это возможно, только если счастливы будут их хозяева.

Сейчас, когда вот-вот на свет появятся щенки, я снова волнуюсь. Как сложится их судьба? Как мне не ошибиться в выборе хозяев? Но истории таких «ошибок», как эта, меня вдохновляют: надо давать людям шанс удивить тебя.