Тата и медведь

Глава 4

Познакомившись с Алексеем, я поняла главное – парень такой же компанейский, как и его сестренка. Открытый и слушать умел. Я рассказала этим двоим о своих сестрах, а также о неудачном опыте обучения на истфаке. А они поведали мне о здешних порядках и преподавателях. Вот так, болтая, мы и сблизились.

– Как ты добилась такого цвета волос? – спросил Алексей, пока мы шли в столовую. – Я давно хотел перекраситься в рыжий, чтобы отличаться от Аленки. Раз она не хочет этого делать. Надоели постоянные шутки.

– Это мой натуральный цвет, – заверила я его.

Парень, в ответ, лишь скептически приподнял правую бровь.

Не удивительная реакция. Мало кто из людей верил, что ярко-рыжего, чуть ли не оранжевого цвета, я добилась благодаря генам, а не с помощью краски.

Мама была рыжей и зеленоглазой ведьмой, перед которой не устоял наш блондин отец. Мне достался ее цвет волос, а Радмиле – папин. И только Вольга родилась брюнеткой. Из-за чего мы в шутку называли ее приемной. Но так были тройняшками и от внешнего сходства никуда не деться, она не обижалась.

– Что за шутки? – полюбопытствовала я.

– Есть у нас тут некоторые… хамы, – негодующе встряла Алена. – Делают вид, что мы – один и тот же человек. То у Лешки телефончик просят, а потом ржут на все здание. То издеваются, называя его красоткой и заявляя, что длинные волосы ему идут больше. Зовут его моим именем. Я даже очки из-за них носить начала.

Брат потрепал ее по плечу.

– Не заводись, сестренка, я уже привык и не обращаю внимания. Тата, ты просто обязана попробовать местные булочки с корицей. У нас в столовой их готовят так, что пальчики оближешь.

Алексей попытался сменить тему, и я не возражала. Зачем бередить чувства парня? На вид он был худощавым и не очень мускулистым, так что вряд ли часто конфликтовал, предпочитая отмалчиваться. А местные хулиганы, похоже, этим пользовались.

За разговорами я не заметила, как мы зашли в помещение, которое я бы ни за что не назвала обычным словом – «столовая». Столовые ассоциировались с кучей столов со скамейками вместо стульев. И огромной очередью за едой, где тетушки с половниками плюхали тебе на тарелку что-то зеленое или коричневое, и кричали«следующий».

Так, по крайней мере, было в моем первом университете. А здесь расположился настоящий ресторан. С отдельными столиками, по четыре стула за каждым. Помещение в стиле «лофт». По-молодежному и красиво. Вместо продольной стойки с подносами и тарелками, в углу стоял круглый шведский стол, куда официанты приносили все новые и новые блюда. А студенты их разбирали.

– Ничего себе! – не сдержавшись от такого великолепия, присвистнула я. – Я остаюсь тут жить.

Посмеявшись, мы набрали целую гору еды и так же дружно с ней расправились. Лешка не соврал, булочки здесь, действительно, божественные. Впрочем, как и все остальное.

Выйдя из здания на улицу, мы распрощались, пообещав друг другу встретиться завтра – на этом же месте – и отправиться на первое занятие.

Утреннее предчувствие меня не обмануло. День, действительно, выдался отличным. Мало того, что я поступила куда хотела, так еще и умудрилась завести друзей.

Такого со мной раньше не случалось.

Всю жизнь моими подругами были сестры. С другими я сходилась не очень охотно. Наверное потому, что не попадала в ситуации, когда оставалась бы совершенно одна. Всегда либо Воля, либо Рада находились рядом и прикрывали тыл. А тут я не только не растерялась, но и первая пошла на контакт. Есть чем гордиться.

К остановке я шла так быстро, как позволяли высокие каблуки. Остановилась у дороги. Дождалась, когда светофор загорится зеленым и беззаботно поскакала по зебре.

Машин не было. По сторонам я не смотрела. Зачем, если горит нужный свет? Чуть замешкавшись на середине, услышала сначала скрип тормозов. Затем крик людей, стоящих с другой стороны дороги. И только потом осознала, что лежу на земле, не чувствуя ни рук, ни ног, пока над головой сияет голубое небо.

Великая богиня Бенедикта, прошу, пусть это будет рай, для ада я слишком не люблю жару.