УКРЫТИЕ ОБОРАЧИВАЕТСЯ ЗАПАДНЕЙ

Мортон отвез профессора и обоих мальчиков на противоположную сторону каньона. Перед воротами гаража профессора Фримена он остановил свой «роллс-ройс». Небольшой мосток отделял гараж от шоссе. А сам дом стоял чуть ниже по склону.

— Господа, мне здесь будет несколько тесновато для парковки, — сказал Мортон. — Кто-нибудь может выскочить из-за поворота на полной скорости и зацепить меня, поцарапав лак.

Мортон был так горд своим старинным автомобилем, словно тот был его собственностью, он холил и лелеял его, как свое дитя.

— Там ниже по шоссе есть специальная стоянка для машин, — сказал он. — Дорога расширяется и хорошо просматривается с обеих сторон. Вот там я и буду ждать.

Ярбору и мальчики вышли из машины и стали спускаться вниз по бетонным ступеням, которые вели за гаражом к дому профессора Фримена. На их звонок Фримен тут же подошел к дверям.

— Какой неожиданный сюрприз, Ярбору! — сказал он. — Входите, входите пожалуйста, все входите. Я сижу и работаю над своим словарем — основы слов языков Среднего Востока. Что вас привело ко мне?

Когда профессор Ярбору объяснил, что у него при себе кассета, на которой действительно записан шепот Ра-Оркона, профессор Фримен проявил живейший интерес.

— Невероятно! — воскликнул он. — Давайте немедленно прослушаем пленку. Посмотрим, сможем ли мы, понять, что хочет нам сказать этот добрейший старец. Он прошел в кабинет, заставленный книгами, проигрывателями и несколькими магнитофонами. Заученным движением он вставил кассету.

Все внимательно стали слушать, когда хрипловатый, глухо шепчущий голос Ра-Оркона, усиленный многократно, заполнил все помещение. Однако вскоре напряженное внимание профессора Фримена уступило место растерянности.

— Мне очень жаль, Ярбору, — сказал он. — Я не понял ни единого слова. Кроме того, у записи сильный шумовой фон. Я сейчас быстро схожу и принесу свой аппарат, стирающий побочные шумы. Я приобрел его совсем недавно, а затем мы попробуем прослушать запись еще на другом аппарате. Может, там нам повезет больше.

Он вышел и вскоре вернулся с маленьким дополнительным прибором, который подключил к другому магнитофону. Потом опять вставил кассету, и они принялись слушать сначала.

Примерно в то же самое время маленький грузовой фургончик фирмы Джонса остановился по ту сторону ущелья перед домом профессора Ярбору. Стало уже совсем темно, но свет горел только в одном месте.

— Похоже, что в доме никого нет, Пит, — сказал Патрик, сильный, крепкий ирландец, сидевший за рулем, когда Пит спрыгнул с подножки.

— Но Уилкинс-то должен быть тут, — сказал Пит. — Когда я перед тем связался по телефону с «роллс-ройсом», Мортон сказал, что отвез профессора с Бобом и Юпом к дому на противоположной стороне. Они там хотели кого-то увидеть, но скоро должны вернуться назад. И тогда я сказал ему, что ты отвезешь меня сюда и я встречусь с ними здесь. Я подожду их и составлю пока компанию Уилкинсу, до их возвращения.

— Пусть будет так, — сказал Патрик. — Тогда я пошел. Мы с Кеннетом собирались сегодня в автокино, знаешь, это где смотрят фильмы прямо из автомобиля.

И он уехал. Пит подошел к двери и позвонил. Пока он ждал, он задумался о своем теперешнем деле и о том, что он выяснил у миссис Сэлби.

Миссис Сэлби говорила очень много и очень быстро, но если подходить строго, не так уж и много чего он узнал. Все сводилось к тому, что ее великолепный ливийский кот, весьма редкая порода в здешних местах, исчез неделю назад. Большинство кошек этой породы — так сказала миссис Сэлби — дикие и злобные, но только не ее красавец котик по кличке Сфинкс, он совсем другой — мягкий и добрый с каждым. Она опасалась, что кто-то увел его. Или он заблудился во время своих ночных рейдов и не нашел дороги домой? Она была убеждена, что Трое Сыщиков непременно отыщут ее котика.

Питу пришлось приложить немало усилий, чтобы направить разговор по нужному руслу. Наконец ему удалось получить от миссис Сэлби описание внешности кота. Темно-рыжий, с белыми лапами, а отличительный признак — глаза разного цвета. У большинства ливийских кошек глаза желтые или оранжевые, а у Сфинкса один глаз оранжевый, а другой — голубой.

Разноцветные глаза встречаются у кошек, конечно, не каждый день, но, с другой стороны, это не такое уж необычное явление, пояснила миссис Сэлби. Естественно, Сфинкс никогда бы не получил приза на конкурсе красоты, но, с другой стороны, разноцветные глаза придавали огромное обаяние этому умному, обворожительному животному — он словно все понимал, что ему говорили, и мог бы ответить, если б захотел. Фотографии Сфинкса часто появлялись в газетах и иллюстрированных журналах именно по причине его разноцветных глаз, и миссис Сэлби охотно выложила их перед Питом — один из таких снимков появился в печати всего полгода назад. На картинке была очень красивая кошка с рыжей шерстью, белыми передними лапами и глазами разного цвета, придававшие внешнему виду животного отчасти зловещую таинственность.

На этом сбор доказательств закончился. Пит выяснил все, что было можно, и быстро попрощался. Теперь он мог вернуться к своим друзьям. Он еще раз все обдумал — его долг был находиться с ними вместе, на тот случай, если они подвергнутся опасности и испытают на себе проклятие шепчущей мумии.

Он не мог дольше ждать и сам открыл входную дверь, громко позвав:

— Уилкинс! Ау! Где вы? Есть тут кто?

Ответа не последовало. Пит огляделся. Вроде все было на своих местах. Он еще раз позвал Уилкинса, потом пошел длинным коридором к музею. Дверь была открыта, верхний свет горел. Все имело как бы нормальный вид: саркофаг был закрыт, перед стеклянной стеной окон тихо стоял на своем обычном месте Анубис.

И тем не менее у Пита возникло неприятное ощущение, что здесь что-то не так. Что именно, он сказать не мог, но холодок и зуд в пояснице еще больше усиливали его нервозное состояние.

Он осторожно проскользнул, казалось, в полный привидений музейный зал. Ему очень хотелось открыть крышку и взглянуть на Ра-Оркона. Но это желание он поборол. А что, если мумия опять вдруг начнет шептать? Нет, он уж лучше подойдет к одной из открытых оконных створок и выглянет наружу в сад. Над темным садом стояло еще слабое свечение непогасшего вечернего неба. Ни ветерка. Пит почувствовал, как холодок и пощипывающий зуд усиливаются. Черт побери, почему же Юп и остальные не возвращаются?

Он уже собрался пойти назад в дом, поискать телефон и еще раз позвонить Мортону в «роллс-ройс», как вдруг заметил на террасе блестящий предмет. Он вышел, чтобы разглядеть получше, что это такое. На каменных плитах лежал меч. Пит в смятении поднял его. Это был старинный меч из бронзы. Скорее всего, из коллекции профессора. Пока он его рассматривал, его напугал шорох. Сердце его бешено заколотилось. В кустах что-то шевелилось.

Потом оттуда выскочил одним прыжком маленький зверек и побежал к нему. Он остановился, прижался к его ноге и начал тереться, притом послышалось громкое довольное мурлыканье.

— Кошка! — Пит рассмеялся над самим собой. — Обыкновенная кошка, и только!

Он положил меч на пол и поднял животное. Это был большой доверчивый кот рыжей масти. В руках Пита он продолжал мурлыкать и дальше. Пит еще раз взглянул на него и… чуть не выронил из рук.

Один глаз у кота был оранжевым, а другой — голубым!

— Ха! — закричал он. — Да это же Сфинкс! Кот миссис Сэлби! Вот Юп удивится, когда придет и увидит, что я совершенно самостоятельно раскрыл дело с пропавшей кошкой!

Эта мысль так вдохновила его, что он даже не задался мыслью, каким образом исчезнувший Сфинкс очутился именно здесь и сейчас.

Он развернулся и хотел уйти с кошкой в дом. И тут кто-то прыгнул на него сзади и вцепился ему в ноги, словно маленький тигр. Пит упал плашмя. Кот выскользнул из его рук и молниеносно исчез в кустах.

В следующее мгновение Пит начал отчаянно бороться, будто речь шла о жизни и смерти. Он пытался освободиться от этой маленькой и бешеной фурии, атаковавшей его сразу со всех сторон.

Только через несколько секунд Пит разобрал, что бестией, вцепившейся в него, был все же мальчишка. Пит освободился от его цепких рук, схватил поперек пояса и на мгновение увидел лицо. Это был тот самый мальчишка, с которым он дрался сегодня утром в саду.

Пит был так поражен, что чуть не выпустил его. Мальчишка дергался у него в руках, стараясь вырваться. Тогда Пит одним рывком, как полицейский, крутанул его и распластал на спине. Потом встал на него коленом и крепко прижал к полу.

— Ты кто? — спросил он строго. — Зачем здесь ошиваешься? Почему накинулся на меня?

Мальчик с оливковым цветом, кожи и черными глазами боролся со слезами гнева.

— Ты украл дедушку Ра-Оркона! — закричал он. — А теперь ты украсть мою кошку! Но я, Хамид из дома Хамидов, я тебя поймать!

Пит в растерянности захлопал глазами.

— Что значит — я украл твоего дедушку Ра-Оркона? — спросил он. — И твою кошку? Во-первых, это вовсе не твоя кошка. Она принадлежит миссис Сэлби. А во-вторых, я ее не крал. Она выпрыгнула из кустов, прибежала ко мне и начала тереться о мою ногу.

Мальчик смотрел на него с перекошенным от ненависти лицом.

— Ты ничего не знаешь про дедушку Ра-Оркона? — спросил он. — Ты не уносить его отсюда?

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — ответил Пит. — Если ты имеешь в виду мумию, то почему называешь ее дедушкой? Ей три тысячи лет. И кроме того она там, внутри, в своем гробу.

Незнакомый мальчик потряс головой.

— Его там нет. Два человека украсть его сегодня вечером, недавно, когда здесь никого не было.

— Ра-Оркона украли! — воскликнул Пит. — Я этому не верю.

— Это правда, — настаивал мальчик. — Хамид из дома Хамидов не врет.

Пит посмотрел в музейный зал. Саркофаг стоял все там же, казалось, к нему никто не прикасался. Но если этот мальчишка, называющий себя Хамидом, говорит правду, если мумия исчезла, тогда все дело принимает совершенно неожиданный оборот…

— Послушай, — сказал он. — Я знаю только, что мумия шептала, когда профессор Ярбору оставался с ней наедине. И мы хотели помочь ему разгадать эту тайну. Может, ты разъяснишь мне, каким образом Ра-Оркон шепчет?

Мальчик глядел изумленно.

— Дедушка Ра-Оркон шептать? — спросил он. — Не понимаю, что это за загадка такая?

— Вот это мы и хотели выяснить, — настойчиво повторил Пит. — Тебе, по-видимому, много чего известно про мумию. Но, может, я знаю что-то такое, чего не знаешь ты. Если ты скажешь мне, почему прятался здесь сегодня утром и что ты вообще хочешь, тогда, возможно, мы вдвоем разгадаем эту загадку.

Пока Пит произносил эту тираду он обдумывал: если Хамид даст ему дополнительные сведения про тайну шепчущей мумии, ему, возможно, удастся решить оба дела — мумии и исчезнувшей кошки, — прежде чем вернутся Юп с Бобом. В конце концов он тоже человек, и ему страсть как хочется хоть разок обскакать Юпа и утереть ему нос.

Темнокожий мальчик медлил. Потом он кивнул.

— Очень хорошо, — сказал он. — Хамид из дома Хамидов дарит тебе свое доверие. Отпусти меня, тогда поговорим.

Пит встал и стряхнул пыль. Хамид сделал то же самое. Потом он обернулся и прокричал что-то непонятное в темноту.

— Я зову свой кошка, — пояснил он. — В ней живет дух Ра-Оркона, и он поможет нам найти мумию.

Они ждали, но кошка так и не появилась.

— Я же тебе сказал, — попенял Пит, — этот кот принадлежит миссис Сэлби и зовут его Сфинкс. Глаза разного цвета, темнорыжая шерсть, две белые передние лапы. Описание полностью совпадает.

— Нет, — возразил Хамид с полкой уверенностью. — Передние лапы черные, не белые. Чержле, как у любимого кота Ра-Оркона. Его мумия была захоронена вместе с Ра-Орконом много веков назад, в потайном месте.

Пит почесал в затылке. Он как-то не удосужился внимательно изучить передние лапы животного. Может, он ошибся в нем? Тем не менее ему показалось очень странным, что именно в тот вечер, когда он отправился на поиски кота с разными глазами, ему перебежала дорогу вторая такая же кошка с тем же отличительным признаком.

— Ну, это мы еще сможем проверить, — сказал он. — А теперь я хочу знать, действительно ли мумии здесь больше нет.

Он вошел в музейный зал. Вдвоем они подняли крышку саркофага. Хамид сказал правду — гроб был пуст.

— Его здесь нет! — вскричал Пит. — Что же произошло?

— Вы, американские мальчишки, вы унесли его! — горячился Хамид. — Вы украсть моего дедушку!

— Ну, успокойся, Хамид. — Пит напряженно думал. — Мне об этом ничего не известно. И моим друзьям тоже. Мы хотели только выяснить, почему мумия шепчет. А ты, значит, утверждаешь, что тебе про это вообще ничего не известно. Я тебе еще раз повторяю: если ты расскажешь мне все, что знаешь, то и я расскажу тебе, что знаю я; может, тогда мы продвинемся чуть вперед в разгадке случившегося.

Хамид наморщил лоб, потом кивнул.

— Очень хорошо. Что ты хочешь знать?

— Во-первых, почему ты называешь Ра-Оркона своим дедушкой? Ему же три тысячи лет.

— Ра-Оркон — родоначальник дома Хамидов, — пояснил с гордостью мальчик. — Три тысячи лет назад ливийские цари пришли в Египет, чтобы править страной. Ра-Оркон был одним из великих правителей. Его убили, потому что он пытался быть справедливым и добрым, и его похоронили тайно, чтобы спрятать могилу от врагов. Его семья вернулась потом назад в Ливию, и сегодня они называют себя Хамидами — дом Хамидов. Мой отец узнал все это от нищего — мага и кудесника Сардона, который может заклинать духов и прорицать. Он знает все, что было в прошлом, а также настоящее и будущее. Он сказал моему отцу, что Ра-Оркон отправится в далекое путешествие в страну варваров и никогда больше не будет знать покоя, пока его не вернут назад и не захоронят навечно с миром и почестями, как ему подобает. Мой отец болен, вот он и отправил Ахмед-бея, своего управляющего, как моего опекуна, и меня, Хамида, своего старшего сына, чтобы мы привезли Ра-Оркона назад, на родину.

Ливиец Хамид замолчал, чтобы перевести дух. В другой ситуации Пит никогда не позволил бы причислить себя к варварам, но сейчас, что было важнее, ему вдруг показалось, что он улавливает некоторую связь. Разве профессор Ярбору не рассказывал, что один ливийский торговец коврами по имени Ахмед пытался уговорить его отдать Ра-Оркона?

"Ярбору выпроводил этого молодчика, и тогда, раз уговоры ни к чему не привели, Ахмед с Хамидом, по-видимому, решили найти другой путь, чтобы завладеть мумией.

— Ага! — сказал Пит. — Так вот, значит, зачем ты здесь крутился и вынюхивал, выжидая момент самому украсть Ра-Оркона!

— Профессор варваров не хотеть отдавать моего великого прадеда, — сказал Хамид, часто моргая ресницами. — Поэтому мы, Ахмед и я, вырабатывать план, как его украсть, если удастся. Это наш долг вернуть его духу мир и покой. Ахмед переодеваться садовником и давать братья Мэгэсей много-много денег, чтобы те сделать вид, будто он один из них. Так он мог быть всегда рядом. Профессор ничего не замечать. Как говорит Ахмед, на садовников здесь никто не обращает внимания. И кроме того, Ахмед одет в их костюм.

— Так, значит, это Ахмед, а не братья-садовники, схватил тебя сегодня утром? — сообразил Пит. — И ты попался в лапы собственному опекуну?

— Да, — признался Хамид. — Он кричать мне по-арабски, я должен его покусать. Я кусать, и он меня выпускает. Он обвел вас вокруг пальца. Он, Ахмед, очень умный.

Питу понадобилось какое-то время, чтобы все это переварить и примириться с тем, что вызывавший доверие садовник как раз и был обманщиком Ахмедом, ливийцем, хотевшим украсть Ра-Оркона для отца Хамида.

Пока он все это пережевывал в себе, Хамид вдруг резко вскочил.

— Там кто-то есть! Я слышу, как остановился грузовой автомобиль.

Он бросился к окну, откуда просматривался подъезд к дому. Пит за ним. Они увидели, что у ворот стоит разбитый синий крытый грузовик. Двое коренастых мужчин спрыгнули вниз и устремились совершенно открыто к террасе перед музейным залом.

— Те же самые люди! — зашипел Хамид. — Это они, те, кто украсть Ра-Оркона. Я видел, как они несли закутанную мумию в машину всего несколько минут назад. И тогда я знал, дом пуст, я вошел в музей, я нашел гроб. Но Ра-Оркона там не было.

— Они идут сюда, — пробормотал Пит. Оба типа по виду явно были не из числа приятных собеседников. — Хотел бы я знать, что им здесь нужно?

— Нам надо спрятаться, — быстро решил Хамид. — Может, они хотят еще что украсть. Если мы спрячемся, то будем слышать, о чем они говорят, и узнаем, возможно, куда они увезли Ра-Оркона.

— Вовсе не так уж глупо. Но куда нам спрятаться? — Пит огляделся. — Ни одного подходящего укрытия, — сказал он. — Здесь внутри ничего не получится. Мы можем, конечно, выскочить в сад и спрятаться в кустах…

— Там мы не услышим, что они будут говорить! — возразил Хамид. — Быстро! Гроб! Гроб Ра-Оркона! Он пуст. Нам хватит места. Они не узнают, что внутри кто-то есть.

— Это точно, — согласился Пит.

Маленький ливиец, юркий и проворный, как дикий зверек, уже метнулся к саркофагу и мгновенно проскользнул под крышку.

— Быстро! — крикнул он приглушенным голосом. — Иди сюда, места хватит!

Мужчины уже подходили к двери. Питу больше нельзя было медлить. Он втиснулся в гроб рядом с Хамидом. Вдвоем они подтянули над собой крышку. В одном углу Пит подсунул огрызок карандаша, чтобы дышать через щелочку и слышать, о чем говорится в помещении.

Они успели все проделать в самую последнюю минуту. Едва крышка легла на свое место, как открылась дверь и они услыхали тяжелые шаги.

— Ты взял ремни, Джо? — спросил один голос.

— Да, они при мне, — хрипло ответил другой. — Послушай, Гарри, этот клиент постепенно все больше раздражает меня. Почему он сразу не сказал, что ему надо? Посылает нас еще раз назад за этим старым сундуком! У меня просто руки чешутся, так и хочется насыпать ему соли на хвост.

— Я того же мнения, Джо, — ответил первый голос вполне серьезным тоном. — Уж мы с него сдерем за все как следует — тут ему не отвертеться. Ну, давай, пойдем затянем ремни.

И тут оба мальчика с удивлением почувствовали, как что-то шлепнулось на саркофаг и его приподняли с одного конца. Похоже, что на него действительно накладывали ремни, которые должны были стянуть его, чтобы крышка не соскочила. Если бы Пит не подсунул огрызок карандаша, их упаковали бы так, что они неминуемо бы задохнулись.

— Они вернулись сюда, чтобы украсть и гроб тоже! — зашептал Хамид в полном мраке, обращаясь к Питу. — Что нам теперь делать?

— С такими бандитами я предпочитаю не связываться, — ответил Пит. — Лучше остаться лежать, не двигаясь. Теперь у нас есть полный шанс узнать, кто их заказчик. Они доставят нас прямехонько к нему. А когда он откроет крышку, мы выскочим и убежим!

— Хамид не знает страха, — храбро сказал маленький ливиец.

— Я тоже не боюсь, — ответил Пит. Однако, когда саркофаг подняли и оба грабителя стали выносить его, он все-таки занервничал.

— Чертовски тяжелый этот старый сундук, — проворчал тип, которого звали Джо.

— Ох, и тяжелый, прямо, как свинцовый, — согласился с ним Гарри. — Давай, помоги мне поднять его в машину.

Саркофаг закачался в воздухе, поплыл вверх, его пинали со всех сторон, без всякого пиетета. Потом он глухо стукнулся о днище кузова.

— Так, готово, — буркнул второй грубым низким голосом. — А теперь давай поскорей мотать отсюда. Мне только хотелось бы знать, что этот тип собирается делать с мумией и этим старым трухлявым деревянным сундуком.

— Знаешь, у некоторых такой зуд — собирать всякое старье, — сказал другой. — Во всяком случае пусть сначала заплатит — за две ездки. А если закапризничает, товара ему не видать. Мы спрячем его и отдадим, только когда он и это турне оплатит нам тоже. Ну, так поехали!

Дверка кабины с шумом захлопнулась. В следующую минуту машина тронулась. И Пит с Хамидом отправились в путешествие в туго затянутом ремнями саркофаге. Вопрос только, куда?

Оба предприимчивых юных сыщика были, очевидно, обескуражены, лишившись свободы передвижения и к тому же обозримости пространства. В этом месте развития событий я надеюсь только, что Пит вовремя и в нужном месте вспомнит про свой опознавательный знак. Где-то мы обнаружим потом его синий вопросительный знак?

Загрузка...