Техника и вооружение 2014 04

Зенитный ракетный комплекс "Оса-М"

Практическое применение нового оружия порой дает парадоксальные результаты. В частности, по результатам боевых действий у Фолклендских островов в 1982 г. (единственного послевоенного конфликта с массированными атаками авиации по кораблям) наиболее результативными оказались ЗРК самообороны, в частности, «Си Вульф», имевшие относительно скромные летно-тактические характеристики. При этом практически ничего не удалось записать на счет ЗРК средней и большой дальности, все предшествующие десятилетия олицетворявших собой грозную боевую мощь зенитного ракетного оружия. Несколько десятилетий не являлись приоритетными и отечественные разработки корабельных ЗРК самообороны, хотя формально все началось именно с такого комплекса…

В середине 1950-х гг. при разработке ЗРК М-1 «Волна» ставилась цель получить комплекс малой дальности, дополняющий на больших кораблях более дальнобойные М-2 и М-3. Но ЗРК М-2, созданный на базе сухопутного С-75, оказался малопригодным для применения на кораблях, а работы по М-3 завершились еще на «бумажной» стадии.

С другой стороны, в ходе разработки и испытаний М-1 с ракетой В-600 (4К90) выявилась возможность расширения его зоны поражения по сравнению с первоначально заданной величиной. Поэтому до конца 1960-х гг. М-1, оставаясь единственным корабельным ЗРК, выполнял скорее задачи комплекса средней дальности, а не самообороны — в особенности после того, как в его состав ввели усовершенствованную ракету В-601 с увеличенной зоной поражения. Но при этом масса и габариты М-1 допускали его размещение только на кораблях не меньших, чем эсминец.

Компоновка ЗУР 9М33.

1 — передатчик радиовзрывателя; 2 — рулевая машинка; 3 — блок питания; 4 — воздушный аккумулятор давления;5 — приемник радиовзрывателя; 6 — аппаратура радиоуправления; 7 — автопилот; 8 — боевая часть; 9 — РДТТ; 10 — шарнир стабилизатора.

Между тем, еще в конце 1950-х гг. стало ясно, что сколько-нибудь эффективная ПВО сторожевых и малых противолодочных кораблей, а также строившихся большими сериями ракетных катеров немыслима без зенитного ракетного оружия. Одновременно было признано, что ПВО крупных кораблей и корабельных соединений должна быть эшелонированной и включать в себя наряду с комплексами средней и большой дальности также и ракетное оружие самообороны. Проработки соответствующего корабельного комплекса М-4 начались практически одновременно с первыми исследованиями по ЗРК малой дальности для ПВО Сухопутных войск.

Практически совпадали и характеристики обоих ЗРК, предназначенных для решения аналогичных задач — поражения в первую очередь внезапно появляющихся низколетящих целей. При этом, помимо высокой устойчивости к помехам от местных предметов, к влиянию переотражения излучения радиолокационных средств от подстилающей поверхности на работу как станции наведения, так и радиовзрывателей ракет, условия боевого применения определяли и необходимость предельного сокращения времени реакции ЗРК. Как по кораблям, так и по частям и подразделениям Сухопутных войск ожидались групповые действия самолетов с применением обычных средств поражения, в отличие от прорыва к стратегическим целям одиночных носителей ядерного оружия — основных целей Войск ПВО страны. Это обстоятельство накладывало повышенные требования по огневой производительности двух комплексов.

Осознание необходимости унификации средств обоих комплексов пришло уже на начальной стадии работ. К этому же склонялись и за рубежом. Так, в те годы появились в значительной степени унифицированные английские комплексы «Си Кэт» и «Тайгер Кэт», активно рекламировалась только что начатая разработка американских ЗРК «Маулер» и «Си Маулер».

Создание унифицированных отечественных ЗРК — сухопутного «Оса» (9КЗЗ) и корабельного «Оса-М» (4К-33) с единой ЗУР 9М33 — началось по постановлению № 1157-487 от 27 октября 1960 г. Комплекс предназначался для поражения целей типа МиГ-19, летящих на высотах от 50-100 м до 5 км со скоростью до 500 м/с, на дальностях от 0,8–1 км до 8-10 км при курсовом параметре до 4–5 км. Масса ракеты не должна была превышать 60–65 кг, что позволяло двум военнослужащим вручную перезаряжать пусковую установку ЗРК Сухопутных войск. В корабельном комплексе использовалась значительная часть радиоэлектронных средств сухопутного ЗРК.

Головным разработчиком ЗРК в целом и боевой машины комплекса 9КЗЗ был определен НИИ-20 ГКРЭ. Главным конструктором комплекса первоначально назначили В.М. Тарановского, которого вскоре сменил М.М. Косичкин. Для привязки ЗРК к корабельным условиям применения задействовали КБ завода № 782 (в дальнейшем — завод «Радуга»), уже имевшее опыт создания корабельных радиолокационных станций наводки зенитной артиллерии. Главным конструктором «Осы-М» в этой организации, позже преобразованной в КБ «Аметист», стал А.П. Малиевский, затем — Н.И. Ермолов. К созданию корабельной пусковой установки подключили ленинградское ЦКБ-34.

Проектирование единой ЗУР поручили КБ завода № 82 Мосгорсовнархоза (ныне — КБ «Молния») во главе с А.В. Потопаловым. В начале 1950-х гг. это предприятие, расположенное в подмосковном Тушино, первым освоило выпуск разработанных коллективом С.А. Лавочкина ракет для системы С-25. Затем в сформированном при заводе КБ-82 провели ряд мероприятий по их усовершенствованию. Однако собственные конструкции КБ-82 преследовали неудачи. Летом 1959 г. КБ-82 отстранили от работ по ракете для комплекса ПВО С-125: тему передали более опытному коллективу ОКБ-2 П.Д. Грушина, предложившему ракету В-600П — слегка доработанный вариант корабельной В-600. Впрочем, подключение КБ-82 к разработке 9М33 было не просто моральной компенсацией за отстранение от С-125 — этот коллектив уже привлекался для выполнения первых проработок будущей ракеты предлагавшегося к созданию корабельного комплекса М-4.

Сухопутная «Оса» должна была стать первым автономным ЗРК с размещением на одном самоходном шасси не только ракет, пусковых устройств, станций наведения, но и радиолокационных средств обнаружения воздушных целей. Целесообразное для Сухопутных войск решение было распространено и на корабельный комплекс: в состав станции 4Р-33 включили собственные средства разведки целей, что поначалу выглядело несколько парадоксальным. Как правило, каждый боевой корабль оснащался мощной РЛС обнаружения воздушных целей, поисковые возможности которой значительно превышали соответствующие показатели канала обнаружения «Осы-М» за счет более высокого энергетического потенциала и использования крупногабаритной антенны, а также благодаря расширяющему горизонт размещению этой антенны на топе мачты.

Однако реализация собственного канала обнаружения, органически включенного в комплекс «Оса-М», позволила сократить время реакции ЗРК на 6–8 с, что было чрезвычайно важно при борьбе со скоростными низколетящими целями, ведь в те годы информация передавалась, как правило, голосом оператора.

Пусковая установка ЗИФ-122 ЗРК «Оса-М».

Другим преимуществом внедрения собственного канала обнаружения стало повышение устойчивости ПВО корабля к воздействию активных помех противника: общекорабельная РЛС и средства «Осы-М» могли работать на разных частотах. Немаловажным являлось и элементарное дублирование не очень надежных технических средств того времени. Кроме того, на одном из основных носителей комплекса «Оса-М» — малом ракетном корабле пр. 1234, и так перегруженном множеством антенных постов системы целеуказания ударного ракетного комплекса П-120 «Малахит», — наличие РЛС обнаружения цели в составе ЗРК позволило отказаться от общекорабельной РЛС.

Большое количество нововведений привело к немалым объективным трудностям. Уже в 1961 г. на этапе выпуска аванпроекта выявилась расстыковка показателей основных элементов ракеты и комплекса, разрабатываемых различными организациями. Стараясь решить выявленные проблемы, разработчики постепенно отказались от ряда наиболее передовых, но еще не обеспеченных производственной базой технических решений. В результате, так и не вышли из «бумажной» или экспериментальной стадии РЛС обнаружения и сопровождения целей с фазированными антенными решетками, полуактивная радиолокационная головка самонаведения ракеты, объединенная с автопилотом в так называемый многофункциональный блок. Последняя неудача буквально «рассыпала» ракету.

На начальной стадии работ, исходя из заданной стартовой массы ракеты в 60–65 кг, в КБ-82 предполагали, что с многофункциональным блоком, масса которого оценивалась в 12–13 кг, точность наведения ракеты будет достаточной для эффективного поражения целей боевой частью массой 9,5 кг. В получавшийся «остаток» в 40 кг предстояло вписать двигательную установку и систему управления.

Однако, едва начав работу, разработчики бортовой аппаратуры недопустимо (почти вдвое) превысили заданную массу многофункционального блока. Это заставило рассмотреть применение радиокомандного управления при соответствующем снижении точности наведения. Нереальными оказались и заложенные в проект характеристики двигательной установки. Выявившийся при летных испытаниях недобор энергетики потребовал применения большего заряда топлива, а стартовая масса достигла 70 кг.

В 1962–1963 гг. на Донгузском полигоне провели серию бросковых испытаний макетов ракет, а также четыре автономных пуска ЗУР с полным комплектом аппаратуры, из которых только один прошел успешно. Решением ВПК № 11 от 8 января 1964 г. для оказания необходимой помощи разработчикам «Осы» организовали комиссию во главе с начальником НИИ-2 В.А. Джапаридзе, в состав которой включили головных разработчиков ЗРК Войск ПВО страны — А.А. Расплетина и П.Д. Грушина. Для КБ-82 это оказалось губительным: в результате было принято постановление от 8 сентября 1964 г., по которому разработку ЗУР 9М33 передали ОКБ-2 П.Д. Грушина, установив новый срок предъявления ЗРК на совместные испытания — II кв. 1967 г.

Грушин начал трудиться над новой ракетой еще до завершения работы комиссии. К этому времени окончательно выяснилось, что создатели бортовой аппаратуры не впишутся в отведенные им лимиты. Переход на менее точное радиокомандное наведение потребовал полуторакратного утяжеления боевой части и изменения параметров радиовзрывателя.

Трезво оценив имевшиеся возможности, Грушин даже не пытался обеспечить заданные постановлением характеристики ракеты. Для того чтобы обосновать правильность принятого решения, Г рушин провел анализ зарубежных аналогов «Осы» — американского «Маулера», итальянской «Индиго», английских «Си Кэт» и «Рапиры». Как и следовало ожидать, среди разработчиков этих проектов успеха достигли лишь те, кто удержался в рамках реальности, не ориентируясь на отдаленную перспективу.

Малый противолодочный корабль пр.1124М (МПК-118). Черноморский флот, 2006 г.

Малый ракетный корабль пр. 1234. 1988 г.

Сторожевой корабль пр. 1135 «Задорный». 1988 г.

Сторожевой корабль «Безукоризненный» в Средиземном море. Декабрь 1989 г.

Новый проект ЗУР 9М33 базировался на уровне характеристик уже освоенных ракетных топлив и бортовой аппаратуры. Габаритами бортовой аппаратуры был определен минимально возможный наружный диаметр ракеты — 208 мм. Чуть ли не впервые выбор основных параметров ракеты проводился с привлечением ЭВМ. По результатам анализа возможных компоновок выяснилось, что двухступенчатые схемы не имели реальных преимуществ перед одноступенчатыми. Для требуемых дальностей и высот перехвата массы ракет получались соизмеримыми, но длина двухступенчатой ракеты была несколько больше. Кроме того, отделившаяся стартовая ступень могла нанести ущерб своим войскам или повредить соседний корабль. Вариант с очень перспективным, казалось бы, маршевым ПВРД заметно проигрывал одноступенчатому по массе и, в особенности, по габаритам, что было крайне важно для корабельного комплекса. Поэтому разработчики остановились на одноступенчатом варианте с двухрежимным твердотопливным двигателем с двумя одновременно воспламенявшимися шашками из топлив с различными скоростями горения. Это обеспечивало стартовый режим для интенсивного разгона ЗУР и маршевый режим при поддержании высокой сверхзвуковой скорости на всей траектории полета на максимальную дальность.

Для ракеты была принята аэродинамическая схема «утка», обеспечивавшая высокую маневренность и минимальное сопротивление. Известно, что для этой схемы характерен так называемый момент «косой обдувки», возникающий при воздействии на крылья возмущенного отклоненными рулями воздушного потока, что порождает нежелательный момент по крену. Обычно для его парирования использовались размещенные на крыльях элероны, что требовало установки на ракету дополнительных рулевые машинок. На малогабаритной ракете «лишние» объемы и резервы массы для них отсутствовали. П.Д. Грушин и его сотрудники просто проигнорировали «косую обдувку», допустив свободное вращение по крену крыльевого блока, закрепив его на подшипниковом узле, так что момент практически не передавался на корпус ракеты.

Технический облик и характеристики нового варианта ЗУР были представлены в эскизном проекте, выпущенном уже в сентябре 1964 г. В конструкции ракеты впервые использовали новейшие высокопрочные алюминиевые сплавы и стали. Три передних отсека с аппаратурой для обеспечения герметичности выполнили в виде единого сварного моноблока.

Длина ракеты составляла 3158 мм, диаметр — 208 мм, размах крыльев — 650 мм, масса -126 кг, в том числе 15 кг приходилось на осколочно-фугасную боевую часть, радиус поражения которой по самолету F-4 оценивался в 5 м. Средняя скорость ракеты равнялась 500 м/с.

Большой противолодочный корабль пр.1134Б «Керчь» в Севастополе, 2006 г.

Тяжелый авианесущий крейсер пр.1143 «Киев». 1985 г.

К концу 1964 г. был готов и проект пусковой установки «Осы-М», ставшей еще одной уникальной особенностью комплекса. Предполагалось, что новая ракета будет более чем на порядок легче ЗУР комплекса М-1. Это определяло и намного более миниатюрное исполнение пусковой установки и всех ее элементов. Но комплекс предназначался, в первую очередь, для вооружения малых ракетных и противолодочных кораблей, на которых пусковая установка располагалась на высоте всего 4–5 м над ватерлинией, на удалении порядка 10 м от форштевня. В результате, в штормовых условиях можно было ожидать не только забрызгивания или заливания пусковой установки, но и сокрушительных ударов волн по ее хрупкой конструкции. Возможный результат подобных проделок стихии был наглядно продемонстрирован в 1970 г. в Бискайском заливе в ходе мореходных испытаний крупнейшего из новых кораблей нашего флота — противолодочного крейсера пр. 1123. Удары волн почти выворотили из палубы реактивную бомбометную установку РБУ-6000, по массогабаритным показателям близкую к пусковой установке «Осы-М». Требовалось учитывать и суровые климатические условия нашей страны. Не только в Баренцевом, но и на Черном море конструкция могла подвергнуться обледенению.

Тогда конструкторы ленинградского ЦКБ-34 решили разместить разработанную ими пусковую установку СМ-126 под палубой, под прикрытием раскрывающегося люка. Подъем пусковой установки в надпалубное пространство производился непосредственно перед пуском ракет, поэтому неблагоприятное воздействие на нее стихий продолжалось лишь считанные секунды. Вертикальное перемещение пусковой установки позволило также отказаться от специальных устройств подачи на ее направляющие ракет из погреба боезапаса. При опускании пусковая установка «насаживала» ракеты на свои направляющие из соответствующим образом провернутых барабанов, фиксировала их и перед пуском поднималась вместе с ними. С учетом унификации сухопутного и корабельного вариантов ракет по бугелям и бортовым разъемам было принято необычное размещение ракет в барабанах — носовой частью вниз. Кроме защиты установки от внешних воздействий, подпалубное размещение пусковой установки повышало остойчивость корабля, что являлось немаловажным для небольших кораблей.

Другой оригинальной особенностью пусковой установки «Осы-М» стало размещение боезапаса из 20 ракет в четырех барабанах. Многочисленность барабанов была связана с тем, что применительно еще к легкой ракете, создававшейся в КБ-82, для повышения огневой производительности комплекса предусматривалась разработка пусковой установки с четырьмя направляющими, а их одновременное заряжание обеспечивалось соответствующим количеством барабанов.

В ноябре 1963 г. состоялась одна из первых коррекций состава кооперации создателей комплекса «Оса-М» — был заменен разработчик пусковой установки. Им стало ЦКБ-7 (ныне — ПО «Завод «Арсенал им. М.В. Фрунзе») во главе с П.А. Тюриным. Там организовали отдел, возглавляемый заместителем главного конструктора ЦКБ-7 B.C. Петрикеевым. При этом было невозможно использовать раннее выполненные ЦКБ-34 проработки по пусковой установке СМ-126, предназначенной для значительно более легких ракет КБ-82. В ЦКБ-7 спроектировали новую конструкцию под индексом ЗИФ-122 для почти вдвое более тяжелой ракеты. Установка обеспечивала загрузку и хранение ракет, их предстартовую проверку и подачу для пуска. Ее выполнили полностью автоматизированной, с дистанционным управлением стрельбой.

Первый пуск новой грушенской ракеты 9М33 с передвижной сухопутной установки был выполнен 27 марта 1965 г. на Донгузском полигоне. К началу 1967 г. летные испытания сухопутной «Осы» были доведены до этапа выполнения пусков ракеты в замкнутом контуре управления, а летом начались государственные испытания. Но при этом стала очевидна недоработанность наземных средств комплекса — неудачная компоновка боевой машины, невыполнение ряда требований задания заказчика. Это привело к тому, что государственные испытания приостановили на 2 года, а боевую машину пришлось создавать практически заново, на совершенно ином шасси. Последовали и очередные оргвыводы: руководителем НИИ-20 был назначен В.П. Ефремов, руководителем разработки «Осы» — И.М.Дризе.

В этих условиях корабельный вариант комплекса по степени отработки неожиданно обогнал сухопутный, до того считавшийся важнейшим из-за более солидного объема ожидаемого заказа. К 1967 г. опытовое судно ОС-24 (бывший крейсер «Ворошилов») дооборудовали для установки «Осы-М», сохранив и возможность продолжения начатых с него годом раньше испытаний комплекса «Шторм». Летные испытания «Осы-М» проходили относительно успешно, но флотских заказчиков волновало подтверждение работоспособности комплекса на малых кораблях, для которых он, собственно, и предназначался. На ОС-24 станция наведения 4Р-33 располагалась на палубе кормовой надстройки в 12 м от водной поверхности — вдвое выше, чем на малых кораблях- носителях «Осы-М», что определяло иные условия отражения излучения от подстилающей поверхности.

Поэтому решающими для заказчиков стали испытания «Осы-М» на малом противолодочном корабле МП К-147, головном из серии спроектированных в Зеленодольском ПКБ (главный конструктор — Ю.А. Никольский) и заложенном по пр.1124 на расположенном в том же Зеленодольске «Заводе им. Горького» под номером 701 еще 26 декабря 1966 г. и переведенный в Севастополь в сентябре 1968 г. До конца 1969 г. он оставался без станции наведения 4Р-33: разработка морского варианта комплекса, как и сухопутного, основательно отставала от планов. Неоднократно прерывались и начатые в 1968 г. государственные испытания корабля.

После укомплектования ЗРК «Оса-М» с борта МПК-147 провели его испытания, входе которых выполнили пуски четырех бросковых, трех телеметрических и одиннадцати боевых ракет. Не все шло гладко: первая телеметрическая ракета не вошла в луч станции наведения. Причиной еще двух неудачных пусков стал отказ бортового ответчика ракеты и потеря управления. Но в остальном испытания прошли успешно. Были сбиты три мишени Ла- 17ММ, парашютная мишень М-6, достигнуто прямое попадание в катер-мишень пр.183Ц, поражена осколками надводная цель Н-1,5. В основном успешно прошли и пуски по имитированным («электронным») целям, в том числе сверхзвуковым. Наиболее эффектным оказался залп по Ла-17ММ, в ходе которого первая ракета сбила мишень, а вторая подорвалась среди ее обломков.

В процессе испытаний подтвердились основные характеристики «Осы-М» по диапазону высот поражения целей (от 50 до 5000 м) и дальностей (до 10 км). Скорострельность комплекса превышала заданную — два двухракетных залпа в минуту, при этом на перезаряжание пусковой установки требовалось 16–21 с. На МПК-147 обеспечивался пуск ракет в секторе свыше ±120° от носа, т. е. огнем ЗРК было прикрыто более 2/3 возможных секторов атаки самолетов противника.

Хотя МПК-147 к началу 1970 г. вошел в состав флота, установленный на нем ЗРК «Оса-М» приняли только в опытную эксплуатацию. Как назло, в период испытаний стояла великолепная погода. Потребовалось дополнительно подтвердить боеспособность комплекса в сложных метеоусловиях. Но и после этих испытаний разработчикам «Осы-М» пришлось дожидаться затянувшейся доводки сухопутного комплекса. Постановление № 748–215 о принятии «Осы» и «Осы-М» на вооружение было подписано только 4 октября 1971 г.

Ракетный корабль на воздушной подушке пр. 1239 «Бора». Севастополь, 2006 г.

К концу этого года в составе флота имелось уже пять малых противолодочных кораблей пр.1124 и четыре малых ракетных корабля (МРК) пр. 1234, спроектированных в ленинградском ЦМКБ «Алмаз» (главный конструктор — И.П. Пегов) и строившихся на расположенном там же одноименном заводе. На МРК был установлен комплекс «Оса-М» с теми же характеристиками, но отличавшийся немного уменьшенным (из-за особенностей его архитектуры) сектором обстрела.

Кроме того, вступили в строй три больших противолодочных корабля пр.1135 (с 1977 г. «разжалованных» в сторожевики), спроектированные Северным ПКБ (главный конструктор — И.П. Соболев) и предназначенные для действий в океанской зоне. Благодаря их комплектации двумя комплексами обеспечивалась круговая зона зенитной ракетной обороны. Пусковая установка № 1 имела сектор обстрела более ±120° от носа, а № 2 — от кормы.

В строй вступил и головной большой противолодочный корабль пр.1134Б — «Николаев», на котором «Оса-М» впервые использовалась как комплекс самообороны, дополняющий «Шторм». На нем побортно располагалось по одной пусковой установке ЗИФ-122 и станции 4Р-33. Но из-за их взаимного затенения оставались непростреливаемые сектора в нос и в корму — порядка 15' от диаметральной плоскости. В результате на этих кораблях не удалось создать круговую зону прикрытия даже двумя комплексами «Оса-М». В ходе государственных испытаний «Николаева» с 17 по 24 декабря 1971 г. провели три пуска по имитированным целям, два — по катеру и два — по парашютным мишеням М-6.

В 1975 г. ЗРК «Оса-М» был успешно испытан на тяжелом авианесущем крейсере «Киев», головном корабле пр.1143. Типичная для авианосцев архитектура с неизбежно асимметричным «островом» ограничила зоны обстрела передней пусковой установкой сектором только по левому борту, а кормовой — только по правому. В процессе испытаний с каждой пусковой установки осуществили по пять пусков — по имитированным целям, по катеру и по парашютным мишеням М-6.

В 1980 г. прошли успешные испытания и на другом исполине советского флота — атомном ракетном крейсере «Киров» пр.1144, а еще через 3 года — на ракетном крейсере пр.1164. Однако уже к середине 1970-х гг. наличие всего двух одноканальных ЗРК «Оса-М» с 40 ЗУР представлялось недостаточным для самообороны авианесущих и ракетных крейсеров, которые в случае начала боевых действий стали бы своего рода «магнитами», притягивающими средства воздушного нападения противника.

Для расширения боевых возможностей ЗРК «Оса-М» модернизировался, в том числе и в направлении снижения нижней границы зоны поражения. Для принятого на вооружение в 1979 г. комплекса «Оса-МА» ее величина была доведена до 25 м, а для созданного в первой половине 1980-х гг. «Оса-МА2» — до 5 м. Кроме того, состоялись успешные испытания по использованию модернизированных станций типа 4Р-33 для управления огнем артиллерийских установок АК-630.

Несмотря на длительность нахождения на вооружении, в том числе и на ряде кораблей зарубежных государств, комплексам «Оса-М» не довелось принять участие в боевых действиях. Максимально близок к этому был ЗРК ливийского малого ракетного корабля «Эан Загид», потопленного в ночь на 25 марта 1986 г. ракетами «Гарпун», запущенными с американского крейсера «Йорктаун» сразу же после кратковременного нарушения МРК режима радиомолчания. По другой версии, «Эан Загид» стал жертвой применения управляемых бомб и ракет «Гарпун» самолетами палубной авиации. Однако нельзя считать, что именно зенитный комплекс подвел ливийский корабль. Как показал анализ, установленная на «Эан Загиде» аппаратура ЗРК «Оса-М» даже не включалась на излучение.

С другой стороны, сухопутный вариант комплекса «Оса» проявил себя с самой лучшей стороны, как при проведении многочисленных учений, так и в ходе боев в Ливане в начале 1980-х гг. Отмеченная тогда же завидная помехозащищенность «Осы» была обусловлена применением высокопотенциальных радиоэлектронных средств в относительно небольшой по дальности зоне поражения этого комплекса.

С комплексом «Оса-М» связано одно из наиболее трагичных событий в послевоенной истории советского флота, произошедшее на Дальнем Востоке 16 апреля 1987 г. В этот день должны были проводиться учебные зенитные ракетные стрельбы малым противолодочным и двумя малыми ракетными кораблями. Для обеспечения стрельб с ракетного катера Р-42 пр. 1241.1 запустили ракету-мишень РМ-15М — переоборудованную ПКР П-15М «Термит». В соответствии с программой полета мишень летела прямолинейно на высоте 50 м, затем снизилась до 25 м и должна была пройти на безопасном удалении от обстреливавших ее кораблей. Первая запущенная с малого ракетного корабля «Муссон» ЗУР перехватила мишень на дальности 5 км, не причинив ей видимого вреда. Боевой частью второй ракеты, сработавшей на удалении 2,5 км от «Муссона», мишень была повреждена. Но вместо того чтобы упасть в воду, она развернулась в сторону обстрелявшего ее корабля и угодила в его надстройку с левого борта. Остававшиеся на борту мишени сотни литров жидкого топлива разбрызгались и смещались с воздухом соседних помещений, создав условия для объемно-детонирующего взрыва. Этим взрывом в главном командном пункте были убиты многие офицеры, включая командира — капитана 3 ранга В.Г. Рекиша и старшего на борту — заместителя командующего Приморской флотилией капитана 1 ранга Р.Г. Темирханова. Несмотря на героическую борьбу экипажа за живучесть МРК, к полуночи «Муссон» затонул. Погибли 39 из находившихся на его борту 76 человек, большинство выживших были обожжены и ранены.

Эта трагедия вновь поставила вопрос о достаточности могущества боевой части «Осы-М» для надежного поражения ПКР. Конечно, попадание потерявшей управление РМ-15М в находившийся в стороне от ее курса «Муссон» можно отнести к редкой случайности: в боевой обстановке дальнейший полет поврежденной ПКР в направлении ее цели представляется наиболее вероятным. Поэтому разработчики новых видов корабельного зенитного ракетного оружия активизировали исследования по изучению воздействия боевых частей зенитных ракет на реальные цели; начали внедряться новые технические решения, направленные на обеспечение гарантированного поражения цели.

Спустя полвека после начала разработки у «Осы-М» можно усмотреть немало недостатков. Прежде всего, это одноканальность по цели и ограниченный боекомплект. Поэтому сомнительной представляется возможность успешной обороны даже оснащенного парой комплексов «Оса-М» корабля пр.1135 от залпа восьми «Гарпунов» или «Экзосетов» — своего рода «джентльменского набора» многих натовских боевых кораблей.

Пуск ЗУР 9М33 ЗРК «Оса-М».

Сторожевой корабль пр.1166 «Татарстан».

Тем не менее, ЗРК «Оса-М» не только остается на вооружении, но и устанавливается на строящиеся корабли пр.1166, головной из которых, «Татарстан», вошел в строй уже в XXI в. Объясняется это тем, что создававшийся на смену «Осы-М» комплекс «Кинжал» так и не смог в полной мере его заменить, так как оказался более громоздким и тяжелым. В наибольшей мере эти показатели оказались критичными для новейших ракетных кораблей на воздушной подушке со скегами пр. 1239 «Бора» и «Самум», получивших на вооружение все ту же «Осу-М».

В целом более чем за треть века «Осой-М» и ее модификациями было оснащено более 70 малых противолодочных кораблей пр.1124, 1124М, П1124, 37 малых ракетных кораблей пр. 1234, 12341, 12347, два пр. 1239 и один пр. 1240, 39 сторожевиков пр. 1135, 1135М, 11351, два пр.11660, восемь больших противолодочных кораблей 1134Б, два тяжелых авианесущих крейсера пр. 1143, три тяжелых атомных крейсера (пр.1144 и 11442), три ракетных крейсера пр.1164, три танкодесантных корабля пр. 1174 и корабль комплексного снабжения пр. 1833. При переоснащении двух крейсеров пр.68бис в корабли управления по пр.68У-1 («Жданов») и по пр.68У-2 («Адмирал Сенявин») они также получили по ЗРК «Оса-М». В общей сложности, на отечественных кораблях было установлено около 220 комплексов типа «Оса-М», который стал самым массовым на отечественном флоте.

Кроме того, «Оса-М» с 1970-х гг. поставлялись на экспорт. Этот ЗРК был установлен на десяти построенных на советских верфях малых ракетных кораблях пр.1244Э и на 12 сторожевых кораблях пр. 1159.

Использованы фото Д. Пичугина, из архивов авторов и ВМС США.

Владимир Щербаков