Глава 1

Вода Звёздного пруда была спокойна, как тёмное зеркало. Цикады каддир таинственно смолкли. Академия джедаев погрузилась в тревожную тишину. Люк понял, что время пришло. Он закончил медитацию, распрямил ноги (он висел в воздухе скрестив ноги) и ступил на пол павильона.

Мара была рядом, Она поддержала его под руки, если силы откажут.

– Как ты себя чувствуешь?

У Люка ныло всё тело, болела голова и тряслись руки. Ноги тоже слегка дрожали.

– Всё в порядке, – ответил он. В животе было пусто, как в космосе. – Не помешало бы подкрепиться.

– Это уж точно, – продолжая держать его под руку, Мара направилась к выходу из павильона для медитаций. – Пойдём поедим и немного отдохнём.

Люк не пошёл за ней.

– Могу продержаться ещё час, – в Силе он почувствовал, что почти весь Орден джедаев собрался в лекционном зале и ждёт объяснений, почему он всех сюда созвал. – Надо покончить со всем прямо сейчас.

– Люк, у тебя вид, как будто ты только что висел в пещере вампы, – покачала головой Мара. – Тебе нужен отдых.

– Мара, время пришло, – настаивал Люк. – Бен здесь?

– Не знаю.

Хотя их сын все-таки начал проявлять интерес к Силе, он всё ещё замкнуто вёл себя с родителями. Люка и Мару тревожила такая отстранённость Бена, но они не торопили события. Буря, пронесшаяся в Силе во время войны с юужан-вонгами, отравила его недоверием к пути джедаев. оба знали, что если он и решит пойти по их стопам, то найдёт свой путь.

– А нужно ли вмешивать во всё это Бена? – в вопросе Мары уже слышался ответ.

– Извини, но, кажется, нужно, – сказал Люк. – Теперь, когда Джейсен убедил его, что можно спокойно открыться Силе, Бену предстоит то же решение, что и всем остальным.

– Может, стоит подождать, пока дети повзрослеют? – нахмурилась Мара.

– Спросим у них ещё раз, когда они станут учениками. Не знаю, спасу ли я Орден джедаев или уничтожу его…

– Я знаю. Мастера тянут Орден каждый на себя. Если ты этого не сделаешь, останутся лишь осколки.

– Да, мне тоже так кажется, – согласился Люк. Корран Хорн и Кип Дюррон никак не находили общего языка в вопросах политики Галактического Альянса по отношению к килликам. Казалось, каждый мастер пытается навязать своё видение компромисса остальным джедаям. – Но независимо от исхода дела Орден джедаев сильно изменится. Если кто-нибудь из учеников не захочет в этом участвовать, то лучше выяснить всё сразу.

Мара задумалась и вздохнула.

– Скажу Нанне, чтобы привела Бена, – она вынула комлинк и отошла. – И скажу Кам и Тайон, чтобы созвали учеников.

– Хорошо. Спасибо.

Люк продолжал смотреть на тёмную водную гладь. Всю неделю он провёл в глубокой медитации, посылал зов в Силе всему Ордену джедаев. Было бы легче воспользоваться ГолоСетью, но многие, например, Джейна и её команда, находились вне зоны действия ГолоСети. Кроме того Люк пытался прозрачно намекнуть остальным членам Ордена, что все джедаи должны подчиняться единой власти. И его план удался. Во всех уголках галактики мастера прерывали переговоры, рыцари-джедаи останавливали расследования, а ученики останавливали схватки. Несколько джедаев оказались в далёких мирах совсем без средств транспорта, а некоторым не удалось отложить дела без пагубных последствий, но большинство ответило на зов. Только двое сознательно его проигнорировали – Люк расстроился, но не удивился.

Знакомое присутствие в Силе появилось на тропинке позади павильона для медитаций.

– Здравствуй, Джейсен, – Люк даже не обернулся.

– Извини, если побеспокоил, – Джейсен остановился у входа.

– Пришёл объяснить, почему здесь нет Джейны и Зекка? – Люк продолжал созерцать пруд.

– Они не виноваты. Они со мной… не во всём согласны.

– Не надо их выгораживать, Джейсен, – Мара выключила комлинк. – Если ты почувствовал зов Люка, то и они тоже.

– Не всё так просто, – покачал он головой. – Они могли подумать, что я пытаюсь обмануть их.

Люк, наконец, повернулся к нему.

– Почему-то Тизар и Лоубакка так не подумали, – он почувствовал, что ещё три рыцаря-джедая прибыли на Оссус вместе с Джейсеном. – И Тахири тоже.

– Что тут скажешь, – развёл руками Джейсен. – Я не их брат.

Мара нахмурилась.

– Джейсен, сестра использовала тебя как повод. Об этом всем известно, и давай закончим этот разговор, – она повернулась к Люку. – Сейчас Нанна приведёт Бена, а Кам говорит, что учащиеся ждут в лекционном зале ещё с утра.

– Спасибо, – Люк присоединился к Джейсену в задней части павильона и указал на дорожку к лекционному залу. – Пойдём. Надо поговорить.

– Знаю, – Джейсен пошёл рядом с Люком, между ним и Марой. – Должно быть, ты сердишься за тот налёт на чисский склад.

– Сердился, – поправил Люк. – Но твоей тёте удалось убедить меня, что если ты в этом участвовал, то была на то веская причина.

– Я не просто участвовал, это была полностью моя идея.

– Твоя? – переспросила Мара.

Джейсен замолчал. Люк чувствовал, что он борется с самим собой и пытается понять, что можно им рассказать. Племянник явно пытался что-то скрыть, что-то очень важное, как сама Сила.

– Мне было видение, – заявил, наконец, Джейсен. Он остановился и посмотрел на крону красного дерева дберго. – Я видел, что чиссы готовят внезапное нападение на килликов.

– И ты решил для надёжности спровоцировать чиссов? – спросил Люк. – Не лучше ли было предупредить килликов?

В Силе пронёсся холод страха Джейсена.

– Это не всё, – продолжил он. – Я видел, что киллики готовят контратаку, а потом война перекинется на Галактический Альянс.

– Поэтому вы и напали на чисское хранилище? – поинтересовалась Мара. – Чтобы защитить Галактический Альянс?

– В том числе, – ответил Джейсен. – Нужно было вмешаться. Если разразится война, её уже невозможно будет остановить. Никогда, – он повернулся к Люку. – Дядя Люк, я видел, как погибнет галактика.

– Погибнет галактика? – у Люка в животе появился холодный ком. Учитывая необратимые перемены в Ордене, он начал понимать, почему Джейсен ощутил необходимость в крайних мерах. – И всё из-за внезапной атаки чиссов?

– Поэтому я и убедил Джейну и других помочь мне, – кивнул Джейсен, – чтобы предотвратить это нападение.

– Понятно, – Люк замолчал, соображая, как бы он поступил на месте Джейсена после такого пугающего видения. – Я понял, почему ты решил действовать, Джейсен. Но не стоит пытаться изменить видение. Это опасный путь даже для джедая с твоими талантами и возможностями. Ты видел лишь возможное будущее.

– Я не мог его допустить, – быстро нашёлся Джейсен.

И опять Люк почувствовал в нём какую-то скрытность.

– Что ты скрываешь? – спросил он.

– Ничего… и всё, – Джейсен развёл руками, и Люк почувствовал, что племянник ушёл в себя.

Они подошли к Изогнутой тропе, вьющейся вкруг прямоугольных тротуарных камней, расположенных на неравном расстоянии друг от друга – чтобы путники замедляли ход и сосредотачивались на дороге через сад. Люк позволил Маре уйти вперёд и с интересом наблюдал, как племянник инстинктивно выбирает кратчайший путь между камнями.

– Джейсен, а ты уверен, что действительно предотвратил то, что явилось тебе в видении? – спросил Люк. Он вилял влево-вправо позади племянника, рассеянно ступая с одного камня на другой. – Ты уверен, что твои действия не приближают увиденное?

Джейсен промахнулся мимо камня и упал бы на мягкий мох, если бы не почувствовал ошибку и не поймал равновесие. Он остановился и развернулся к Люку лицом.

– Это риторический вопрос, мастер? – спросил он.

– Не совсем, – Люка беспокоило, что Джейсен опять остановил будущее, как тогда, когда говорил сквозь время с Леей у места крушения "Тахионного флаера" на Йоггое. – Я должен быть уверен, что знаю всё.

– Даже Йода всего не знал, – с улыбкой возразил Джейсен. – Будущее всегда в движении, если ты об этом.

– Спасибо, – чувствуя опасную рябь в Силе, Люк уже однажды просил Джейсена не заглядывать в будущее. – Но всё равно жаль, что ты действовал так… внезапно.

– Надо было что-то делать, – пожал плечами Джейсен. – А когда дело доходит до будущего, дядя Люк, разве нам не приходится идти вслепую?

– Приходится, – согласился Люк. – Поэтому обычно мудрее поступать осторожно.

– Ясно, – Джейсен глянул на Изогнутую тропу, где крутая крыша лекционного зала возвышалась над бамбовой изгородью. – Значит, ты созвал сюда на Оссус весь Орден, чтобы поступить осторожно?

Люк нарочито нахмурился.

– Я сказал "обычно", Джейсен, – он картинно вздохнул, чтобы показать, что не рассердился. – Иди вперёд. Смотрю, ты весьма неуважительный племянник, который только и ждёт возможности посадить старших в лужу.

– Конечно, мастер.

Джейсен с улыбкой поклонился и по кратчайшему пути направился к лекционному залу. Люк проводил его взглядом. Был ли тот трюк, который Скайуокер собирался сделать с будущим Ордена, менее самоуверенным и слепым, чем налёт племянника на чисский склад?

– Ты должен вмешаться, – Мара почувствовала, что мысли мужа ушли в сторону, – и это будет наилучшим выбором.

– Знаю, – отозвался Люк. – Это меня и беспокоит.

Он пошёл дальше, сосредоточившись на мускусном запахе садовой земли и намеренно отвлекаясь от речи, которую готовился произнести. Он и так знал, что ему нужно сказать – это стало ясно, как только он подробнее узнал об усиливающемся расколе в Ордене. Колебания только помешают ему донести свои мысли до других джедаев. Пусть лучше слова приходят сами собой и идут от сердца – может быть, тогда джедаи воспримут их своими сердцами.

Когда они достигли восточного фронтона лекционного зала, Люк почувствовал знакомое спокойствие. Он ощутил напряжение джедаев, ожидающих его внутри. Все надеялись, что он примирит разногласия, раздирающие Орден на части. Но вместе с этим он чувствовал большее: недовольство, враждебность, даже горечь и ярость. Разногласия настолько обострились, с переходом на личности, что несколько мастеров-джедаев уже не могли находиться в одном помещении друг с другом.

Люк отодвинул дверь лектора и прошёл по небольшому паркетному проходу. Когда они подошли к раздвижной панели на другом его конце, джедаи почувствовали их приближение, и приглушённый шум стих.

Мара поцеловала Люка в щёку.

– У тебя всё получится, – прошептала она.

– Знаю, но держи наготове парализующую гранату на крайний случай.

– Она не понадобится. Они и так оцепенеют от твоих слов.

Мара раздвинула панели, открыв простую, с высокими потолками аудиторию, поддерживаемую светлыми деревянными колоннами. Джедаи собрались в передней её части. Кип Дюррон и его сторонники выстроились у левой стены, а Корран Хорн со своими – у правой. Джейсен и Бен сидели посередине вместе с четой Соло и Сабой Себатайн, а ученики расположились небольшими группами по обеим сторонам центрального ряда.

Люка поразила малочисленность собравшихся. В зале, рассчитанном на две тысячи (Академию джедаев в полном составе плюс обслуживающий персонал), находилось менее трёхсот человек, если считать учеников и Хана. Свободные скамьи напоминали Люку о том, сколь слаба защита джедаев против Тёмных Сил, которые то и дело появлялись в различных уголках галактики, оставшихся без присмотра.

Скайуокер остановился у кафедры и глубоко вздохнул. Хоть он уже десятки раз репетировал свою речь, сейчас Люк волновался больше, чем когда встретился лицом к лицу с Дартом Вейдером в Облачном городе. Слишком многое зависело от его слов и от реакции джедаев.

– Тридцать пять тысяч лет тому назад я стал последним хранителем древнего ордена, некогда процветавшего на протяжении тысячи поколений. Всё это время никакое зло не пыталось оспорить его могущество, и ни одно честное существо не ставило под сомнение его целостность. Но он пал вследствие предательства повелителя ситхов, скрывавшегося под маской друга и союзника. Выжила лишь горстка мастеров, которые скрылись в пустынях и болотах, чтобы светоч, некогда называвшийся Орденом джедаев, не угас.

Люк замолчал и переглянулся с Леей. На её лице лежали морщины, оставленные сорока годами жертвенной службы галактике, но карие глаза ещё сохранили блеск молодости. Сейчас они тоже горели – от любопытства. Люк не обсуждал свою речь даже с ней. Он опять обвёл взглядом остальных джедаев.

– Под руководством двух таких мастеров я способствовал возвращению джедаев и вновь зажёг былой свет их ордена. Наш Орден был лишь слабым подобием яркого маяка, освещавшего путь Старой Республике, но он креп и становился всё ярые.

Люк почувствовал, как нетерпение в Силе сменилось оптимизмом. Однако у сестры появилась тревога. Как политик, обладающий даром Силы, и бывшая Глава государства, она угадала его намерения. Люк выбросил её беспокойство из своей головы. Он хотел спасти Орден, а не заниматься самовозвеличиванием.

– Мы росли до сегодняшнего дня, – Люк посмотрел сначала на Коррана со своими сторонниками, а потом на Кипа со своими. – Сейчас нам угрожает другой противник, которого я не заметил из-за того, что не понимал старых правил. Я самонадеянно полагал, что мы нашли путь, лучше других отвечавший вызовам нашего времени. Я ошибался.

В зале раздался тихий ропот протеста. Сила вокруг Кипа и Коррана наполнилась чувством вины. Люк поднял руку, призвав к тишине.

– Воображение рисовало мне орден, в котором все мы служим Силе, подчиняясь лишь велениям нашей совести. Мы готовили учеников к тому, что они должны идти на зов сердца, – Люк встретился с взволнованным взглядом Леи. – Это была утопия, которая с каждым днём становилась всё более нереальной.

Люк опять обвёл взглядом джедаев.

– Я совсем забыл о том, что праведные существа могут не соглашаться между собой. Можно изучить все факты, рассмотреть их со всех точек зрения, и всё равно прийти к совершенно противоположным выводам, причём каждая из сторон будет искренне верить, что её взгляд является единственно правильным. Когда такое происходит, легко потерять из виду нечто более важное, чем кто прав, а кто нет, – Люк посмотрел на Кипа, который не отвёл взгляда, хотя и густо покраснел. – Когда джедаи враждуют между собой, они не в ладах с Силой.

Люк перевёл взгляд на Коррана, который виновато потупил взор.

– А если джедаи не в ладах с Силой, они не могут исполнять свой долг перед собой, перед Орденом и перед Альянсом.

Зал погрузился в молчание. Люк тоже молчал, но не затем, чтобы усилить напряжение, а чтобы дать джедаям поразмыслить над той ролью, которую каждый из них сыграл в этом кризисе.

Бен и ученики сидели, потупившись, и не шевелились. Но взгляды их метались из стороны в сторону в поисках подсказок на вопрос, как им следует реагировать. У Тизара Себатайна полегла чешуя, выдавая стыд за участие в нагнетании кризиса. У Лоубакки повисли широкие плечи. Тахири сидела прямо, уставившись вперёд, и пыталась своей застывшей позой скрыть чувство вины. Казалось, только Лея не приняла близко к сердцу этот тонкий упрёк. Она сидела, сложив ладони клином, и, прищурясь, смотрела на Люка. Лея настолько успешно скрывала свои эмоции в Силе, что Люку не удавалось их прочитать.

Когда настроение в зале сменилось на сожаление, Люк продолжил:

– Я долго размышлял и пришёл к выводу, что наша реакция на кризис, теперешний или любой другой, не так важна, как чувство сплочённости. Хоть нас ведёт Сила, мы всего лишь смертные. Нам не избежать ошибок. Сами ошибки никогда не приведут нас к гибели, но от взаимной вражды мы не сможем оправиться. Она измотает нас, и мы уже ничего не сможем противопоставить нашим врагам. Этого и хотят Ломи Пло, и Тёмный Улей. Только так они и смогут победить нас.

Люк глубоко вздохнул.

– Поэтому призываю каждого из вас ещё раз задуматься, почему он стал джедаем. Если вы не можете поставить благо Ордена превыше всего остального и следовать указаниям старших, то прошу вас покинуть Орден. Если у вас есть другие обязанности или обязательства, несовместимые с пребыванием в Ордене, то прошу вас покинуть его. Если вы не можете быть прежде всего рыцарями-джедаями, то прошу вас не быть ими вообще.

Люк замолчал, переводя взгляд с одного ошеломлённого лица на другое. Казалось, только Лея была потрясена по-настоящему, но он этого ждал.

– Хорошенько подумайте над своим выбором, – закончил он. – Когда будете готовы, подойдите ко мне и сообщите о своём решении.

Загрузка...