Теология. Введение в богословские дисциплины. Учебно-методическое пособие

Лекция 4 Теология: сложение дисциплинарной структуры

Различительный признак теологии, отделяющий ее от любой нетеологической формы теоретизирования по поводу религии [Лекция 3.3] — наличие специфической предметно-дисциплинарной структуры. Характеристика теологической рефлексии как теоретической [Лекция 1.1] — исходный пункт для периодизации истории теологии как теоретической дисциплины знания.

Прямые аналогии с историей становления философских дисциплин. Единичность случаев совпадения начала соответствующего философского дискурса с его «самоосознанием» и дисциплинарной идентификацией (этика). Норма — наличие многих промежуточных стадий. Онтологический дискурс начиная с Парменида и «онтология» как результат структуризации метафизики в XVII в., эстетические воззрения начиная с Аристотеля и «эстетика» в вольфианской систематизации философии XVIII в., аксиологические идеи начиная со стоиков и «аксиология» как философская специализация с начала XX вв. (ср. «философско-религиозные» воззрения начиная с античности и «философия религии» со второй половины XVIII в. [Лекции 1.1, 3.2]). Закономерная стадиальность авторефлексии теологии в систематизации теологических дисциплин в аналогичной исторической последовательности[67]. Первая стадия: III–XVII вв.

Начальные школы преподавания богословия. Александрийская школа при Клименте: первый опыт тематизированного преподавания богословия. Четыре ступени богословских дисциплин — то, что соответствует апологии христианского учения и жизни («Протрептик»), христианской этике («Педагог»), догматике («Строматы») и библеистике, каждая из которых преподавалась на своем курсе [Лекция 2.2]. Концепция этой последовательности: восхождение по ступеням христианского познания истины (Педагог 1.1). Сходный «богословский состав» в сочинениях Оригена: «Истинное слово» против Цельса и апологетика, «О началах» и догматика, сочинение по аскетике, библейская текстология («Гекзаплы»)[68], экзегеза книг Ветхого и Нового Заветов (схолии, гомилии, комментарии)[69]. Предварение пастырского богословия в школе бл. Августина и библейской герменевтики в школах Антиохийской и Каролингских.

Петр Абеляр (1079–1142): первый опыт разработки теологии как «рациональной дисциплины», содержащей дифференциацию методов богопознания. Задачи теологии до Абеляра — апологетическая и «положительная», после Абеляра — также логическая (обоснование системы богословского знания и ее «дедуцирование») и критическая[70]. Этика и логика как методологические стадии богопознания. Первый опыт «Введения в теологию» (introductio ad theologiam). Догматические проблемы — «О единстве и троичности Бога», «Теология высшего блага», «Христианская теология»; этические — «Этика или познай самого себя» (с начальным различением этической теории и практики); пастырско-канонические — «Любому ли настоятелю принадлежит право связывать и разрешать?» (ср. экзегетические — схолии к книге Пророка Иеремии и т. д.).

«Стертая» предметная структура в основных средневековых компендиумах. Четыре книги «Сентенций» Петра Ломбардского (ок.1100–1160), обобщающие результаты святоотеческого богословия под углом зрения католической доктрины. «О таинстве Троицы» и «О творении и формировании материальных и духовных существ и о многом другом»— догматическая тематика (о Боге-Троице, троичной терминологии, о творении мира невидимого и видимого и о человеческой душе как образе и подобии Божием, о грехопадении человека, свободе воли и благодати). «О воплощении Слова» — догматическо-этическая (христология, основные христианские добродетели и заповеди). «О таинствах» — догматическо-эсхатологическая. Догматическая, этическая и апологетическая проблематика у Фомы Аквинского в «Сумме против язычников» (1259–1264). «Сумма теологии» (1265–1273): о Боге как таковом, о Св. Троице, о Божественном действии в мире (догматическая проблематика), об антропологии и этике (нравственно-богословская), о Воплощении, Искуплении, церковных таинствах (догматическая).

Основные предметы теологии в немецких университетах к началу XVII в.: богословие «схоластическое», полемическое, нравоучительное. Логическая обоснованность трехчастного куррикулума преподавания теологии — основные задачи богословия как апология и распространение христианской истины, ее раскрытие и «разработка» ее применения в жизни. Необходимость реконструировать соответствующие богословские протодисциплины — основной признак стадий, предшествующих научной авторефлексии теологии[71].

Новый период (с XVII в.): эксплицитная научно-критическая дисциплинарная идентификация предметностей богословского дискурса с целью создания системы богословских наук. Три основных стимула: 1) успехи в отделении метафизики от богословия и в структуризации предметов самой метафизики, в которую включается и «естественная» теология во второй схоластике (ср. грандиозные «Метафизические рассуждения» (1597) Ф. Суареса[72]) и в университетской немецкой философии XVII в.; 2) претензии религиозных рационалистов на построение теологии «в пределах одного только разума» (ср. «естественная религия»)[73], побуждавшие противопоставить им научно построенную теологию, «основывающуюся на Откровении»; 3) конкуренция протестантской и католической теологии. Наиболее убедительные способы деления предметов метафизики у немецких философов. Р. Гоклений (1613): рациональная натурфилософия, онтология, рациональная теология (theologia rationis); И. Микраэлий (1653): метафизика общая (онтология) и метафизика специальная (рациональная теология, пневматология и антропология) — схема, популярная и в XVIII в.; И.Б. дю Хальде (1678): онтология, этиология[74], естественная теология (theologia naturalis)[75].

Начальная инициатива лютеранских богословов в структуризации «богословской теологии» как системы научно организованного знания. Георг Калликст (1586–1656), последователь Мелахтона, впервые четко отделивший «теологию» от «веры», и его «Конспекты нравственного богословия» (1634) — различение theologia dogmatica как исследование положений вероучения и theologia moralis как исследование христианской нравственности[76] (христианская этика как объединяющий фактор, призванный сбалансировать конфессиональные конфронтации). Г. Альтинг, автор «Исторического богословия» (1635): постановка вопроса о целесообразности различения теологии догматической и исторической (богословское осмысление Св. Писания и истории Церкви). Л.Ф. Рейнхарт, автор «Свода христианского догматического богословия» (1659): выяснение предметности догматического богословия как важнейшей из богословских наук наряду с богословием «церковным» (дидактическое, «положительное»), истолковательным, историческим и апологетическим. Появление к этому же времени деления на «теоретическую теологию» и «практическую науку». Иезуит Дионисий Петавий, автор «О богословских догматах» (1644–1650): систематизация догматов Церкви как предмет догматического богословия. Основной итог классификационной работы — отделение систематической теологии от исторической, а в рамках систематической различение догматического и нравственного богословия.

Устойчивость этих принципов деления до критики их «рационализма» Ф. Шлейермахером (1768–1834) с позиций христианской «философии жизни» [см. Лекция 1.1], а также экклезионизма — рассмотрения теологического знания в перспективе задач и функций Церкви (не «преподавния христианской религии»)[77]. Последователи Шлейермахера. А. Неандер (1789–1850), «отец новейшей церковной истории»: задача богословского образования — образование христианской жизни (Lebensgestaltung) в человеке, поскольку он формируется в Церкви, а не просто усвоение определенных истин (ср. Баумгартен-Крузий). Конкретный результат данной тенденции — введение в круг теологических дисциплин осмысления и организации «правил церковных искусств» (praktische Theologie). Противоположная тенденция (не без влияния немецкой классической философии) — стремление ввести в теологию «христианскую философию», прежде всего христианскую философию истории и культуры (spekulative Theologie). Попытки синтеза обеих тенденций.

«Синтетическая» классификация теологических дисциплин у Л. Пельта (1848, 1862). Предмет теологии — научное самосознание Церкви как осознание ею своего самосозидания, отсюда «приоритет в последовательности» за исторической теологией.

Историческая теология: 1) «Библейская теология Ветхого и Нового Завета» (каноника — изучение сложения корпуса библейских текстов, исагогика — введение в библейские книги, герменевтика — их филологическо-богословское истолкование), 2) «Историко-церковная теология» (история церкви; история догматов; история церковной нравственности, литературы и искусства; источниковедение, церковная география и хронология[78]); 3) «Церковная статистика» (изучение образовавшихся конфессий и деноминаций и их сложившихся символов веры, а также их географии). Переход от «церковной статистики» к систематической теологии.

Систематическая теология: 1) «Теологическое учения об первопринципах или основах» образовавшихся форм христианства (учение о церковном предании; «систематическая символика»[79]; полемика — учение об этических и догматических искажениях в истории церкви); 2) «Тетическая теология» как наука о догматическом и этическом содержании этих принципов (догматика — изучение основной истины Царства Божия, этика — изучение осуществления ее в христианской жизни); 3) «Христианская философия» — система знаний о Боге и божественном в контексте целостного человеческого знания (спекулятивная теология, которая зарождается в мистике, эксплицируется в тео-софии, утверждается в «критике», оформляется в «умозрении», прежде всего в философии истории, представляя христианство как высшую религию, научную систему и завершение культуры). Переход от систематики к практической теологии: осуществление «спекулятивного» идеала в жизни церкви.

Практическая теология: 1) «Принципы практической теологии» (от раскрытия того, как человек приходит к Богу через Самого Бога до обоснования церковной организации как условия этого процесса); 2) «Церковное право и церковное управление» (церковная «политика» и душепопечительство); 3) «Теории церковных искусств» (искусство богослужения — литургика, искусство проповеди — гомилетика, искусства педагогики, катехизации, миссионерской деятельности и христианского образования)[80].

Некоторые методологические тенденции, характерные для немецкой систематизации богословских дисциплин в XIX в. Обобщение самой классификации богословских наук (в контексте определения задач теологии как таковой) в специальную пропедевтическую метадисциплину «теологическая энциклопедия» — иногда со статусом третьей систематической дисциплины (наряду с догматикой и этикой)[81]; специальное место, уделяемое «спекулятивной теологии» (см. выше) и «теологии христианских памятников» (всестороннее изучение памятников христианской архитектуры и искусства и их богословское осмысление). Общая западная тенденция к рубежу XIX–XX вв.: потребность включать в систему богословских дисциплин также «естественную теологию» [Лекция 3.2] (сохранявшуюся и в составе философской метафизики — см. 4.1) в качестве апологетики, основного богословия, «фундаментального богословия». Дискуссии относительно целесообразности этого новшества и способов его инкорпорирования в систему богословских дисциплин.

Основные способы деления теоретических дисциплин в русском богословии, опиравшиеся на немецкий преимущественно опыт в преподавании введения в богословские науки[82]. «Учебный» принцип деления митрополита Макария (Булгакова):

[83]

С.С. Глаголев: принцип деления исходя из трех основных вопросов (и «запросов») богословия. Вопрос «Как следует верить?» — богословие теоретическое (догматическое и «основное» — почему надо верить? и как надо верить? включая «сравнительное» — сопоставление вероучительных и духовно-практических «разночтений» православия, католицизма и протестантизма); вопрос «Как верили и верят?» — богословие историческое (библейская и церковная история включая патристику); вопрос «Что нужно делать, чтобы жить по вере и приводить к ней других?» — богословие практическое (нравственное, литургическое, церковное право, пастырское, гомилетика, аскетика)[84].