Глава 20

Мы не смогли подойти в административную часть Пассажа. Желтая лента протянулась по всему коридору, а охранники, суетливо бегавшие взад-вперед, отказались пропустить нас. Я предъявил охране удостоверения личности, которые нам выдал Моа.

– Послушайте, мы действуем от имени капитана Парваттани, – сказал я. – Нам необходимо поговорить с заключенным.

– У нас нет никакого заключенного, сэр, – решительно ответил охранник.

– Прекрасно, – проворчал я. – Называйте его как вам угодно. Пользуйтесь любым политкорректным термином, который вам больше всего нравится. Задержанный, интернированный, помогающий вам в ваших расследованиях.

– Я хочу сказать, сэр, – поправил меня охранник, глядя прямо перед собой, но щеки его при этом стали отливать насыщенным синим цветом, словно экран дешевого телевизора, – что того, кого вы ищете, у нас больше нет.

– Черт! Где Парваттани?

Я оттолкнул охранника и прошел дальше. Корреш, Маша и Цира проследовали за мной.

– Пожалуйста, сэр, сэр, мадам, не заходите за линию! – запищали охранники.

Мы не обратили на их писк ни малейшего внимания.

– Я занят! – крикнул я, не оборачиваясь.

– Я с ними, – дерзко заявила Эскина и засеменила за нами.

Парваттани приветствовал нас. Круги от бессонной ночи у него под глазами были не меньше наших.

– Я, конечно, должен был вам сообщить, – произнес он извиняющимся тоном, показывая мне пустую камеру, где сидела задержанная нами крыса.

Камера была обставлена наподобие мастерской. В ней находились диван-кровать, книжная полка, лампа, которая, вероятно, до того использовалась хомяками, ожидавшими своей очереди.

– Но, к сожалению, у меня не было ни одной свободной минуты.

– Не беспокойтесь, – заверил я его. – У нас у самих день был сумасшедший. Есть какие-нибудь признаки взлома?

– Проникновение было совершено магическим способом, – ответил Парваттани. Он поднял рамку, заполненную прозрачным гелем. Сквозь нее можно было видеть камеру предварительного заключения. Все было залито темно-фиолетовым светом. – Громадный, доселе невиданный расход очень мощной магической энергии. Избыточной для вскрытия такой маленькой камеры с волшебным запором столь незначительной мощности. Джинны очень обеспокоены.

Я тоже был очень обеспокоен. Происшедшее могло означать только одно – Раттила осовободил заключенного либо перед, либо после визита к нам прошлым вечером. Наверное, он ощущает себя невероятно могущественным, раз использует для столь примитивной работы такое громадное количество магической энергии.

К нам подбежал один из охранников и отсалютовал.

– Вот хрустальный шар, сэр, – выпалил он.

Парваттани взял у него шар.

– Он был встроен в потолок. Сейчас мы увидим все, что произошло прошлой ночью.

Мы все склонились над шаром, чтобы получше рассмотреть картинку. Парваттани произнес соответствующее заклинание, и через несколько мгновений перед нами развернулись ночные события. Однако большая часть совершившегося проходила в абсолютной темноте, и лишь однажды имела место ослепительная вспышка света. Парваттани прокрутил запись на начало и запустил ее снова, но в очень замедленном темпе. Вспышка, как оказалось, озарила не одну, а две фигуры. Два вора проникли в камеру предварительного заключения, где находилась задержанная пассажная крыса. В это мгновение всю поверхность хрустального шара заполнила чья-то физиономия. Перед нами, вложив большие пальцы в уши, помахивая всеми остальными в нашу сторону, высунув язык насколько только можно и зажмурив глаза в жесте глубочайшего презрения, стоял Скив. Давление у меня подскочило до предельной точки.

– Я с него кожу живьем сдеру! – зарычал я.


– Мои верные подданные, – обратился Раттила к приветствовавшим его пассажным крысам. – Мы вновь в полном составе.

Майно теребил свои длинные черные усы, склоняясь в низком поклоне перед Помойным Троном.

– Только благодаря нашему великому покровителю, – провозгласил он. – Быть освобожденным из такой маленькой миленькой комнатки – настоящее удовольствие. Но там же совсем нечего было украсть. Такая ску-у-ука!

Гарн вернулся в Крысиную Нору последним. Он шпионил за компанией Ааза.

– Вам надо было бы на них посмотреть, – злорадно крикнул он. – Бегают кругами и пытаются понять, каким образом мы их облапошили. А кстати… как нам удалось их облапошить? – спросил он у Раттилы.

– Идиот! – ухмыльнулся Раттила. – Сила, которой я теперь обладаю, превосходит все, что они до сих пор имели в своем распоряжении!

Он взмахнул руками, и в разные стороны полетели молнии, рикошетом отлетая от стен. Пассажные крысы пали ниц на грязный пол. Взорвались и взлетели на воздух горы одежды и детских игрушек и засыпали всех осколками пластика и обрывками ткани.

– Ну а теперь представьте, на что я буду способен, когда мои таланты достигнут кульминации!

– Э-э… Рэтти, тебе следует пользоваться сдерживающим механизмом, иначе… – заметил Стрют, притаившийся у подножия трона.

– НЕ НАЗЫВАЙ меня Рэтти! – рявкнул Раттила и изрыгнул изо рта вихрь пламени. Он врезался в ближайшую к нему кучу дорогих вещей, наворованных крысами, и она вспыхнула. – Пока я доволен. Когда я разозлюсь, то буду гораздо, гораздо страшнее. – И он наклонился над Стрютом, словно повелитель над несчастным подданным. – Ты сможешь называть меня Рэтти, только когда я сам захочу.

– Конечно, Рэ… я хотел сказать, хозяин.

– А пока в наказание ты прочтешь наизусть все мои титулы, все до одного! – И он злобно уставился на собравшихся вокруг пассажных крыс.

– Король Мусора, Маркиз Торговли, Собиратель Брошенной Собственности, Экстраординарный Властелин Магии, Полномочный Обладатель Помойного Трона и Правитель Всех Крыс и Прочих Мелких Созданий.

Раттила прищурился от удовольствия.

– Еще раз!

Стрют вздохнул и повторил хвалу повелителю. Остальные крысы присоединились к нему.

– Превосходно. А теперь отметим нашу победу!

С помощью одного-единственного щелчка Раттиле удалось получить достаточно энергии из силовых линий, проходивших через Пассаж, чтобы извлечь почти чистую белую камчатую скатерть из сумки, где она пролежала целых два года. Свечи со всех концов Крысиной Норы сами собой собрались в центре и по мысленной команде Раттилы влезли в подсвечники. Таким же образом он заставил их загореться. Он даже рассмеялся, увидев, с какой легкостью его мысль разжигает огонь. А ведь огонь – это жизнь! Да, такая победа стоила пяти лет, проведенных в упорном и кропотливом собирании энергии у примитивных и пошлых посетителей Пассажа. И ведь за многое в своей окончательной победе он должен благодарить Ааза и его компанию. Если бы они не привлекли его внимание к Скиву, Раттила обращался бы с его карточкой так же, как со всеми остальными, и не проник бы в глубины познаний, накопленных пентюхом за многие годы. И каких преимуществ лишился бы.

На столе появились и заняли свои места бутылки, консервные банки и коробки. Раттила управлял ими, словно дирижер оркестром. Крысы расширенными от изумления и полными жадности глазами смотрели на сладости, колбасы, желе, печенье и густой томатный суп. Потирая лапки, они собрались вокруг скатерти.

– И вот теперь, – воскликнул Раттила, взмахнув рукой, – настало время для пира! Вначале икра!

По его команде открылись крошечные баночки, и их содержимое, похожее на маленькие жемчужинки, высыпалось на заранее приготовленные круглые крекеры, которые сами распределились между крысами. Крысы нервно переглянулись.

– Э-э… Рэт… Раттила, мы ведь не любим икру, – отважился заговорить Стрют.

– Вам придется ее полюбить! – прогромыхал Раттила, и его красные глазки засверкали. – Она дорогая! Только подумайте о том множестве несчастных крыс, которые не могут позволить себе икру!

– Ну ладно, чувак, – ответил Стрют, смирившись с неизбежным.

Оглянувшись на товарищей и пожав плечами, он откусил кусочек, изо всех сил стараясь скрыть свое отвращение. Все остальные последовали его примеру. Раттила почувствовал, с каким омерзением жуют они его угощение. И это тоже доставило ему удовольствие.

Может быть, еще рановато было устраивать пир? Наверное, следовало бы подождать момента, когда показатель на «Мастер-Кард» достигнет предела, но миг этот был уже близок. Теперь Раттила ощущал почти безграничную силу. Как чудесно! Карточки Маши неплохо подкрепляли его.

– Приближается день, когда я буду всемогущим, всесильным и всепроникающим! – сообщил он крысам, когда магическая сила подала им фаршированного фазана – еще один дорогой деликатес. – Я с вожделением предвкушаю наступление этого мгновения.

– Конечно, конечно, – пробормотали крысы, засовывая недоеденную икру под скатерть в надежде, что он не заметит.

– Конечно, конечно! – передразнил их Раттила. – Все будет так, как я скажу! – И выпустил еще один разряд энергии, от которого сотряслось само основание Пассажа. – Видите? Мне все подвластно.

Из ближайшей кучи по молчаливому приказу Раттилы вылетела коробка с «Машенькиным секретом» и подлетела к нему. Из нее высыпалось содержимое и стало порхать по норе.

Оперенные подвязки летали словно круглые бабочки. Да, скоро наступит то будущее, в котором он всех бабочек сделает круглыми!

– Как мило, как мило! – пропищали Оив и Лоузи.

– Да, мило, – согласился с ними Раттила.

Он пристально разглядывал подвязки. Они были полны волшебства. Они должны принадлежать ему! Раттила протянул руку и прикоснулся к ним «Мастер-Кард». Перышки опустились, как только подвязки лишились своей волшебной силы.

– О-о-о-о-о! – заголосили крысы. – Зачем ты это сделал?

– Какое вам до них дело? – рявкнул Раттила, отбрасывая от себя шелковые обрывки.

– Они такие миленькие, – возразила Оив. – Мне понравилась та, на которой есть коробочка для бутербродов. В таком маленьком кармашке сандвичи можно сохранить свежими целый день.

– Не беспокойтесь, – провозгласил Раттила, разрывая последнюю подвязку. Она сразу же разлетелась маленькими язычками пламени, но он не обратил на них ни малейшего внимания. – Скоро вся власть в Пассаже будет принадлежать мне, и вы сможете получить столько игрушек, сколько захотите. И все сандвичи будут ваши!

Стрют и несколько других крыс стали потихоньку пробираться в глубь норы. Они все больше и больше боялись Раттилу. Им казалось, что он сходит с ума. Но он успел уловить шепот их мыслей: «Власть растлевает!»

– Нет! – произнес он громовым голосом и выпустил еще один сгусток магической энергии, который сотряс всю Крысиную Нору, и отовсюду посыпались горы товаров. – Власть прекрасна! Сила чудесна! Конечно, они могут быть опасны. Но, как известно, знание – сила! – Он хотел было отбросить коробку, но тут его рассмешило название. – «Машенькин секрет»… Да, мы успели узнать немало «Машенькиных секретов», не так ли? – спросил он и воспроизвел в памяти ее образ.

Лоузи великолепно удалось многое из нее выудить. По правде говоря, если бы даже они добыли настоящую кредитную карточку, то получили бы значительно меньше информации, чем то, что удалось выведать Лоузи. Раттила буквально купался в информации о Маше.

– Она ведь не использовала всю силу, которая была в ее распоряжении, предпочитая полагаться на всякую там бижутерию. Если бы не это, я бы уже достиг желаемого предела. Ну ладно, и так хорошо! – провозгласил он, ласково поглаживая «Мастер-Кард». – И так сойдет! После того как я стану самым могущественным волшебником в мире, я включу в свою коллекцию извращенца и тролля. А пока, – он повернулся к своим дрожащим от страха подданным, – жрите! У вас здесь всего хватает, а крысы Бруклина голодают!


– Мы же можем подождать, пока псевдо-Скив снова не появится, – предложил Корреш, выходя из резиденции Парваттани.

Я не знал, куда теперь направиться, но прекрасно понимал, что если останусь на месте, то начну откручивать головы направо и налево, а вокруг не было ни одной головы, которую следовало бы открутить.

– И что мы теперь будем делать? – мрачно спросил Цира. – У нас больше нет ни ловушки, ни пленника.

– Не знаю, мне надо подумать, – ответил я не менее мрачно.

Вторжение налоговых агентов и исчезновение крысы вывело меня из равновесия, но самые большие мучения причиняло выражение глубочайшего и совершенно искреннего сострадания на лицах торговцев. Все вокруг знали о нашем унижении. Я понимал, что скорее всего покупатели, находившиеся в «Машенькином секрете» в момент, когда произошли печальные события, успели разнести по всему Пассажу слухи о разгроме магазина. Торговцы почти наверняка думают, что мы полные идиоты. Теперь придется распрощаться и с добрым именем корпорации М.И.Ф.

Пухленькая дамочка-джинна выплыла из обувного бутика и начала нарезать вокруг нас круги.

– Ах, милые, милые господа, – выпалила она. – Марко нам все рассказал о том, что произошло! Он рассказал нам, а мы рассказали всем остальным в Пассаже!

– Да, да, – пробурчал я, пытаясь отмахнуться от нее и прекратить назойливые причитания. Мне совсем не хотелось вспоминать в подробностях то, что произошло.

Однако оказалось, что у нас с джиннами мозги устроены по-разному.

– Спасибо, спасибо, спасибо! – Она расцвела в улыбке, приблизилась ко мне и попыталась горячо поцеловать в губы. Потом схватила Циру и Корреша и тоже расцеловала. – Теперь мы все тщательно проверяем свои счета, ищем случаи нестыковок в расходах! Вы могли бы спасти всех нас от этого жуткого Раттилы! – Она обняла Машу и Эскину притянула к себе. – Вы совершенно чудные!

– Да, – согласился я, когда до меня наконец дошло то, о чем она болтает. Мне бы следовало и раньше догадаться. Джиннов, конечно, гораздо больше интересует то, как избавиться от невидимых воров, нежели закрытие нашего магазина за неуплату налогов. И потому я немного приободрился. – Да, мы чудные!

– Пойдемте, выберите что-нибудь из моих товаров, – пригласила она нас и подвела к витринам с обувью. – Все. Прошу вас.

– Извините, нас ждет работа, – возразил я, но тут заметил, как воспряли духом мои спутники благодаря теплым словам джинны. – Ну ладно… хорошо.

Не то чтобы мне нужна была обувь, но владелица по имени Таркени располагала столь восхитительными аксессуарами, что я не смог устоять. Здесь имелись ремни и наборы для личной гигиены, один из которых был сделан из подобия чешуйчатой кожи, удивительно похожей на мою собственную, только из бронзы. Я долго стоял и вертел ремень в руках, пока Таркени не затолкала его в мешок и не вручила мне.

– Это наименьшее из того, что мы можем и должны для вас сделать, – провозгласила она.

К тому моменту, когда мы уходили из магазина, мы чувствовали себя уже намного увереннее.

– Видишь, Великан, – воскликнула Маша, подмигнув мне, – торговая терапия на самом деле помогает.

– Такова жизнь! – провозгласил Цира, с восторгом рассматривая свои новые туфли.

Подобрать обувь для его громадных ласт было не простым делом, и туфли, которые джинна натянула на его ноги, по-видимому, стоили десятки и десятки золотых.

– Да уж! – откликнулся Корреш, рассматривая новый автоматический свиток, включающий бесчисленное множество текстов.

Множество других благодарных продавцов стремились так или и иначе помочь нам выйти из тяжелой полосы неудач. У меня почти не было времени думать о подлых самозванцах или о нашем собственном унижении, так как через каждые сто шагов очередной владелец магазина или ларька затягивал нас в свое заведение.

– Вы такие милые, такие хорошие! – заметила гурами, целуя всех нас и заставляя примерить колечки и браслеты, которые она продавала.

– Моя мама просила вам это подарить, – сказал подросток-эльф, вручая нам мешок со свечами.

Я даже каким-то образом оказался в мебельном магазине, в котором владелец-джинн следовал за мной по пятам, обещая громадную скидку на любую купленную вещь.

– Или на все то, что вы соблаговолите заказать, – добавил он с подчеркнутым радушием, и широкая улыбка прорезала его круглое голубое лицо.

Я осмотрел подборку кресел, одно из которых должно было заменить мое сгоревшее кресло, с наслаждением думая о том, как я протяну Вуфлу чек и потребую его оплатить.

Благодаря одной из машиных штучек те покупки, которые не мог нести Корреш, плыли за нами по воздуху до самого отеля.

– Если не предвидится новой погони за очередным «клоном» Скива, я, наверное, немного сосну, – сообщил я своим спутникам.

Маша прикрыла широкий зевок своей полной рукой.

– Неплохая идея, Толстый и Чешуйчатый, – ответила она.

– Ах, вот вы где! – воскликнул Римбальди Джиннелли, пробираясь к нам сквозь толпу. Он схватил Машу за руку. – Сегодня я от вас в еще большем восторге, чем прежде, прелестнейшая! Зайдите в мой магазин! – Он повел нас за собой. – Вы должны посмотреть наряд, который моя супруга приготовила для этой роскошной дамы. Я уверен, вы все будете восхищены увиденным!

Я заметил знакомую четверку лиловых глаз на противоположной стороне коридора рядом с художественной галереей.

– Эй, послушайте, там, кажется, Хлоридия? – спросил я, заставив всех остановиться. – Дайте-ка я ее догоню.

– Конечно! – прогремел Римбальди. – Приводите ее с собой.

Но когда я повернулся, намереваясь броситься к ней, Хлоридия уже исчезла в толпе. И все-таки я почувствовал облегчение, вновь увидев ее в Пассаже. Рано или поздно мы встретимся.

Загрузка...