Торговля женщинами и детьми в современном Китае

Торговля женщинами: факторы, определяющие спрос и предложение

Ежегодно сотни тысяч женщин продаются и покупаются в Китае. Китайские преступные группировки продают своих соотечественниц как внутри страны (женщин и детей похищают и вербуют в бедных[13], как правило, северных, западных провинциях и переправляют для продажи в богатые прибрежные провинции и специальные экономические зоны), так и за границу. Одновременно в КНР поставляют женщин и детей из Вьетнама, КНДР, Монголии, России, Непала, а вывозят в Таиланд, Корею, Австралию, Малайзию, Тайвань, Японию, Сингапур, Гонконг, Макао[14], США и Европу[15]. В Южном Китае существует даже невольничий рынок, на который поставляют женщин как из внутренних районов Китая, так и из-за рубежа — из Непала, Мьянмы и России. Значительное количество женщин вербуют и похищают в бедных районах Юньнани, Сычуани и Гуйчжоу[16]. Китайские организованные преступные группировки проводят торговые операции, не выпуская жертв из сферы влияния китайской мафии. Они продают женщин и детей как для использования в секс-индустрии, так и в других целях. Тем не менее, основной сферой их преступной деятельности остается контрабанда за границу мужчин в качестве дешёвой рабочей силы[17].

Китайские власти осознают серьёзность проблемы, её связь с политикой ограничения рождаемости и негативные последствия торговли людьми для общества. Так зам. председателя комитета людских ресурсов и окружающей среды Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая Ли Вэйсюн в своем выступлении на ежегодной сессии ВК НПКСК (авг. 2004 г.) обратил особое внимание на значительную диспропорцию полов в структуре населения КНР и возможные социальные последствия. Предпочтение потомков мужского пола приобрело особое значение в условиях жёсткой политики ограничения рождаемости и нежелательности появления в семьях девочек. В некоторых сельских районах, по данным китайских демографов, в возрастной группе детей 5—10 лет 80 % составляют мальчики[18]. За более чем два десятилетия проведения жёсткого демографического курса в стране не появились на свет 50 млн девочек — таковы последствия избирательных абортов и инфантицида новорождённых девочек[19].

По подсчётам китайских демографов, к 2020 г. в связи с этой диспропорцией в Китае будет насчитываться 30—40 млн мужчин брачного возраста, которые не смогут создать семью и у которых не будет реальной перспективы найти жён в КНР. В этих условиях на новой экономической почве возрождается обычай торговли невестами. Как правило, в качестве будущих жён в КНР покупают женщин из КНДР, Вьетнама и Мьянмы.

По мнению Ли Вэйсюна, «такая серьёзная численная разница между полами представляет угрозу здоровому, гармоничному и уверенному росту населения страны и влечёт за собой такие социальные проблемы, как похищения женщин и проституцию». Он призвал китайское правительство принять срочные меры «правового, экономического, культурного и общеобразовательного характера, особенно на селе, чтобы выровнять пропорции среди новорождённых»[20]. Ли Вэйсюн считает «поразительный рост» уровня проституции и купли-продажи женщин одним из негативных последствий государственной политики «одна семья — один ребёнок»[21].

Однако, с нашей точки зрения, существует ещё целый ряд экономических, социальных и культурных факторов, играющих немаловажную роль в стремительном распространении торговли людьми в КНР. В условиях рыночной экономики и традиционных предпочтений в деловой сфере, всё ещё отдаваемых в китайском обществе мужчинам, женщины в современном Китае являются наиболее экономически уязвимой группой. Так, на начало 2005 г. общее число нуждающегося населения Китая составляло 20 млн человек, из которых 60 % — женщины[22]. В 2004 г. более 1 млн дипломированных специалистов пополнили ряды безработных, причём большинство из них девушки[23].

Помимо численной нехватки женщин торговле женщинами способствуют наличие в городах значительного количества мужчин-мигрантов из сельских районов и женская безработица. Часто мигранты обращаются к торговцам, поскольку им практически невозможно найти жену ни в деревне, ни в городе[24]. Имеет значение и тот факт, что рост расходов на традиционную свадьбу, которые составляют в среднем $ 2,5 тыс. делает брак очень дорогостоящим и даже недоступным для мужчин с невысокими доходами, покупка же жены, как правило, обходится значительно дешевле — $ 500—800. Для крестьян и мигрантов из отдалённых небогатых провинций основной целью вступления в брак является продолжение рода, тогда как романтические чувства между будущими супругами не имеют такого значения, как в городах[25].

Женщины в Китае, которых меньше, чем мужчин, и статус которых в обществе растёт с каждым годом, становятся всё более и более придирчивыми при выборе брачного партнёра, что резко снижает шансы мужчин с низкими уровнями доходов и образования на создание семьи. Кроме того, ситуацию осложняют психологические проблемы, распространяющиеся среди части китайских мужчин: застенчивость, боязнь отказа, неуверенность в себе, отсутствие навыков общения с представительницами противоположного пола. Знакомиться с представительницами прекрасной половины человечества в баре или на улице у сельских парней часто не хватает смелости. Если в условиях нехватки женщин у деревенских девушек есть реальные шансы выйти замуж за горожан, то у юношей из сельской местности они практически сводятся к нулю: жительницы городов не хотят связывать с ними свою жизнь по материальным соображениям и из-за разницы в культурно-образовательных уровнях[26].

Именно эти тенденции обусловили особую популярность среди разных возрастных групп и слоёв населения Китая брачных агентств и служб знакомств. Подчеркнём, что брачные агентства и международные службы знакомств — один из наиболее распространённых в мировой практике преступных сообществ метод вербовки женщин, попадающих в дальнейшем в сферу сексуальных услуг. Многие из этих агентств действуют через глобальную сеть Интернет. Некоторые брачные агентства используются криминальными структурами для поиска и вербовки женщин, которые хотят выйти замуж за иностранцев, а также для поиска потенциальных покупателей «живого товара».

Способы вербовки женщин в Китае в принципе практически не отличаются от таковых в других частях мира. Используются средства массовой информации: в прессе размещаются объявления о трудоустройстве за границей, как правило, предлагаются рабочие места, не требующие особой квалификации (домработницы, няни, сиделки). Гарантируются хорошие заработки молодым, привлекательным женщинам, которые согласятся работать танцовщицами, официантками или в сфере эскорт-услуг. Проводится работа среди участниц конкурсов красоты, которые в последние годы получили распространение и в Китае. Сценарии вербовки детально продуманы, чтобы убедить женщин, что возможность трудоустройства действительно реальна. Таким образом, в руки торговцев женщины попадают либо по собственной воле, дабы заработать на жизнь (не подозревая, что их ожидает в действительности), либо будучи похищенными из родных мест насильственно, либо соблазнившись на заманчивые посулы о работе в городе. Некоторые торговцы используют подлинные документы и туристические визы для легального въезда женщин в страну назначения в случае, если женщин вывозят за рубеж. После окончания действия туристической визы последние становятся чрезвычайно уязвимыми и попадают в прямую зависимость от своих «хозяев», поскольку автоматически они становятся нелегальными мигрантами, подлежащими в большинстве стран аресту и депортации.

Достаточно распространена в КНР и «вторичная» вербовка женщин через их друзей и знакомых. Вывезенные женщины, попавшие в сети торговцев людьми и вовлечённые в сферу сексуальных услуг, возвращаются через некоторое время в родные места и уже сами вербуют соотечественниц и даже родственниц. Первых, как правило, вынуждают вербовать новых жертв угрозами им лично или родственникам, или же обещают более выгодные условия «работы». Вербовка может осуществляться и косвенным путём. Так, например, тибетки, занятые в секс-индустрии, поддерживают тесные связи со своими семьями, возвращаются в свои деревни на зимние месяцы, где пропагандируют проституцию как быстрый путь к финансовой обеспеченности и самостоятельности, втягивая в эту сферу новых девушек[27].

Можно выделить следующие основные причины роста торговли женщинами в КНР:

● торговля женщинами является высокоприбыльным предприятием с низким уровнем риска по сравнению с торговлей наркотиками и оружием. Получателями прибыли являются как местные, так и транснациональные организации торговцев и сутенёров: преступное сообщество в Китае рассматривает торговлю людьми как источник дополнительных капиталов для развития своей страны;

● формирование и бурное развитие рынка сексуальных услуг[28];

● огромный разрыв в уровне жизни и доходах городских и сельских жителей, населения различных китайских провинций, неравные возможности трудоустройства; бедность превратила проституцию в вынужденный способ выживания китайских женщин;

● гендерное неравенство — высокий уровень женской безработицы и дискриминация при трудоустройстве; массовая миграция сельских девушек в города в поисках работы и более высокого уровня жизни[29];

● изменение критериев выбора брачного партнёра и представлений о семье и браке при сохранении отдельных традиционных представлений в сельской местности о месте женщины в семье и обществе;

● высокая стоимость свадебных расходов и нехватка женщин сделали выгодным приобретение жены у торговцев;

● в целом (по экономическим соображениям и в соответствии с традиционными взглядами) толерантное отношение населения к проституции и торговле женщинами;

● ослабление государственного контроля, децентрализация власти, несоблюдение существующих законов, несовершенство законодательства, коррумпированность местных властей и полиции;

● дисбаланс в соотношении полов, сформировавшийся в условиях традиционного пренебрежительного отношения к девочкам, инфантицида и, как следствие, политики ограничения рождаемости, спровоцировал возрождение таких явлений, как браки по принуждению и похищение женщин с целью продажи. Острая нехватка женщин угрожает стабильному развитию КНР и региональному развитию, поскольку и в Индии, и в Корее, и на Тайване, и в Пакистане уже имеется половой дисбаланс в пользу мужчин, а к 2020 г. в КНР и Индии мужчин в возрасте от 15 до 34 лет будет по прогнозам на 60 млн больше, чем женщин той же возрастной группы. Это, по мнению некоторых специалистов, может рано или поздно привести к всплескам насилия, росту преступности, проституции, наркомании в этих странах, распространению милитаристского и монашеского образов жизни среди мужчин, которым не удастся создать семью[30]. В этой связи особый интерес представляют выводы, к которым пришли американские исследователи В. Хадсон и А. ден Бур[31]. Они полагают, что десятки миллионов молодых людей, будучи «лишними», вполне могут превратиться «в резервную армию организованной преступности и антиправительственного движения»[32].