Глава 3


Я шустро перебирала ногами, стремясь как можно дальше уйти от родительского дома. Милый братец ни за что не успокоится, пока не доведёт свой замысел до конца. Отец уже покоится в могиле, и от наследства Сертера отделяет только моё существование.

Пропади пропадом и этот титул, и эти земли с деньгами! Ничего хорошего я от них не получила, только полную страданий и мучений жизнь. Пока мачеха была молода и красива, меня ещё как-то терпели, а вот теперь, после оспы, обезобразившей её раздобревшее от сытной и беззаботной жизни лицо, моё существование превратилось в сплошную борьбу за выживание.

Конечно, ведь всё имущество и земли принадлежали моей матери, умершей при родах, и только после моей смерти могли перейти во владение моему единокровному младшему брату, который, несмотря на разницу между нами в пять лет, очень даже хотел стать графом. А его маменька только этой мыслью и жила последние годы, отгоняя всеми способами моих женихов и стараясь попросту изжить меня, как и своего супруга, ныне покойного моего отца.

Юбку я сбросила ещё на опушке, в ней далеко не убежишь, а вот добротные рабочие штаны отца очень даже неплохо подходили для моих целей.

Собиралась я на скорую руку: за плечами болтался небольшой рюкзачок с запасом еды на три дня, сменные брюки и рубашка, ну и кое-какие мелочи. К поясу был пришит небольшой кошель с деньгами, что мне выдавал отец на женские безделушки, да пара золотых браслетов, которые мне были подарены на двадцатипятилетие в прошлом году. Это немного, но на скромную жизнь хватит, только надо добраться до города, снять жильё и потихоньку готовить травяные отвары и настойки. У меня был талант к этому делу, а частые походы к деревенской лекарке дали необходимые знания. Да и магия у меня имелась. Пусть слабенькая, но для моего занятия и этого хватало. Вот с такими мыслями я и продиралась сквозь густые заросли.

Скорость передвижения, несмотря на все мои старания, была невысокой. Мало того, что бежать пришлось ночью, так ещё и глубокий снег замедлял моё продвижение. Можно было, конечно, пробираться вдоль опушки, но это было слишком рискованно. А вдруг меня хватятся и отправят погоню? По утоптанной дороге кони быстро настигнут беглянку. Так что, лучше уже помучиться.

В ночном заснеженном лесу было страшно. Но куда страшнее было оставаться на верную гибель в ставшем чужом родительском доме. Звери очень хорошо чуют магию, так что вряд ли будут связываться, а вот люди… люди – другое. Любыми способами, лишь бы добиться своих низменных целей.

Б-р-р… Какой мороз! Да, неудачное я выбрала время для побега. Очень неудачное.

Я остановилась, чтобы хоть ненадолго перевести дыхание и оглядеться. В такую темень немудрено и заблудиться, хотя мне казалось, что этот лес я знаю очень хорошо. Так, где-то тут есть тропинка к озеру, а потом, чуть подальше, ещё одна, через чащу. Сейчас дороги, конечно, перемело, но всё равно идти, где деревья не навалены на пути, всё равно легче. Я посмотрела по сторонам. Темно, страшно, холодно. Наверное, мне не нужно идти ночью, а лучше где-нибудь укрыться, а уже поутру продолжить путь. И силы сохраню, и толку больше будет. Так, надо найти старую берлогу, которую мы в прошлом году обнаружили с лекаркой, и переночевать там. Хоть какая-то крыша. А магический огонёк не даст замёрзнуть.

Определив для себя задачу, я начала забирать правее, к озеру. Хорошо, что наст крепкий и большей частью выдерживает мой вес, иначе вообще мне было бы не добраться до старой берлоги.

Вот густой валежник, вот старая разломленная молнией сосна, а вот и заросли малинника, за которыми и находится берлога. Я протискивалась сквозь ветки, обрадованная, что сумела так быстро найти заветное место. Тело просило отдыха, поэтому я неосознанно торопилась и даже не заметила, что берлога не пустует.

Но это я уже поняла, когда залезла внутрь и подвесила светлячок.

Волк! В старой берлоге спал здоровенный облезлый волчара. Зверь, видно, был болен, так как даже не отреагировал на моё вторжение. Что же мне теперь делать? Уходить? Но куда? А если остаться, то где гарантия, что не стану поздним ужином для исхудавшего хищника? Я решила всё-таки рискнуть. Навесив на себя свой слабенький охранный купол, я устроилась в противоположном от волка углу. Главное теперь – проснуться раньше серого, а вот там попытаемся как-нибудь договориться.

Кое-как устроившись на прелой листве, я подложила рюкзак под голову, вплела в охранку ниточку огня, чтобы не замёрзнуть и закрыла глаза. Усталость и нервные переживания последних дней настолько утомили моё сознание, что я отключилась сразу, как только веки смежились.

Во сне было тепло и как-то по-домашнему уютно. Самое интересное, я даже не запомнила, что именно мне снилось, но вот ощущение подержалось до самого пробуждения. Хорошо-то как! Я наконец-то свободна! Ото всех упрёков, издёвок и оскорблений, тычков и оплеух. Счастье. Пусть лес. Пусть холод. Пусть полуголодное существование. Но я теперь сама себе хозяйка.

Я счастливо улыбнулась и решилась открыть глаза. И тут же вскрикнула от неожиданности. За своими розовым мечтами как-то совершенно забыла о зубастом соседе. И вот теперь он стоял, нависая надо мной, вздёрнув верхнюю губу, из-под которой выглядывали острые клыки, и внимательно рассматривая меня, как некую диковинку. И взгляд совсем такой понимающий, я даже рассердилась.

– Чего уставился? Глаза сломаешь!

Вообще-то я по природе не грубая, и воспитание имеется, но в данной ситуации эмоции взяли верх над разумом.

Волк отшатнулся и фыркнул. А потом потянул носом и облизнулся.

Это что? Он так намекает, что неплохо было бы подкрепиться, а я как нельзя лучше для этого подхожу?

Моё возмущение было столь велико, что все остатки сонливости вмиг с меня слетели и я вскочила на ноги.

– Даже и не думай! Ничего тебе не обломится! – и демонстративно запахнула расстегнувшийся полушубок.

Но волк не обратил никакого внимания на мои грозные слова. Вместо этого он потянулся к моему рюкзаку.

– Э, нет! А я что потом буду есть? Максимум, на что ты можешь рассчитывать, так это на то, что дам кости догрызть.

А вообще ситуация абсурдная. Я нахожусь в волчьем логове и ещё ставлю ему какие-то условия. Да он легко может и со мной разделаться, и едой из рюкзака угоститься, никого не спрашивая.

Но волк меня в очередной раз удивил. Он, рыкнул в мою сторону что-то явно оскорбительное и, неловко подогнув переднюю лапу, лёг и подчёркнуто равнодушно отвернулся от меня. Обиделся.

Боги, что здесь происходит? Мир сошёл с ума или это у меня с головой проблемы?

– Ладно уж, поделюсь, – буркнула я, видя такое ко мне отношение.

Я раскрыла рюкзак и достала оттуда копчёную курицу. Этой еды мне хватило бы на несколько дней, а вот теперь придётся скормить этому голодяке. Я вздохнула: курицу было жалко, но не заметить бедственного положения волка тоже не могла.

– Угощайся, – я по привычке разложила небольшое полотенце, заменявшее мне в походах обеденный стол и положила на него курицу, разделив её на четыре куска. Только потом догадавшись, что волку моя забота о чистоте совершенно безразлична.

Однако он снова повёл себя ненормально. Волк осторожно взял первый кусок и начал жадно пережёвывать, но делал он это как-то аккуратно.

Я хмыкнула. Волк, обученный правилам приличия? Глупость какая…

Загрузка...