— Ты что устроила, Лия?!
Крик мужа раздался прямо с порога. Спустя два часа после того, как я оставила его с этой дрянью в ресторане.
Домой он, очевидно, не торопился. Надо полагать, все это время утешал эту гадину, ведь это оказалось для него важнее, чем спасать семью.
И это уже был приговор.
Гневные, громкие шаги приблизились, ворвались в комнату. Я поднялась ему навстречу…
— А ну заткнулся, кобелина, — отчеканила металлическим голосом. — Разбудишь дочь — я тебе бубенцы оторву.
Он потрясенно замер посреди гостиной. Посмотрел на меня так, будто видел впервые…
Ещё бы. Я ведь никогда раньше с ним так не говорила. Ни таким тоном, ни в таких выражениях.
Но подстраиваться больше ни под кого не собиралась. На мою любовь, ласку и заботу он ответил изменой. Значит, теперь мы будем говорить по-другому. Так, как он того заслуживал.
Онемев, он стоял и хлопал глазами. Видимо, то дерьмо, которое хотел на меня вылить, резко застряло у него в горле.
Я молча ждала.
Наконец он откашлялся. Принял грозный вид… Но говорил уже куда тише, не смея повышать голоса.
— Я спросил, что ты устроила там, в ресторане. Ты сдурела, Лия?!
Я спокойно скрестила на груди руки.
— А ты не сдурел бегать на свидания с какой-то быдловатой дрянью, будучи женатым, и зная, что тебя ждут дома?
Он хмыкнул. Обвёл меня с головы до пят выразительным взглядом, словно желая подчеркнуть этим каждый мой недостаток…
Внутренности запылали. Но я упрямо вздернула подбородок. Нет уж. Я больше не позволю меня принижать. Не позволю заставлять чувствовать себя какой-то уродиной.
А его голос прозвучал неожиданно ласково, когда он произнес:
— Ну что ты разбуянилась? Не надо так волноваться. Ну, встречаюсь я с ней и что? Я же от тебя не ухожу. И никуда не денусь, у нас ведь семья.
От запредельной наглости его слов меня захлестнуло волной гнева и отвращения.
Благодетель! Никуда он не денется, вы подумайте! Так, пошляется с этой сучкой и ко мне снова придёт, а я, видимо, должна быть от этого счастлива, ведь меня не бросают, от меня не уходят!
И ещё хватает совести называть это «семьей»!
— Ты идиот? — спросила, презрительно усмехнувшись. — Или меня держишь за идиотку? Ты не денешься — денусь я! Мне мужик, собирающий всякую падаль, рядом не нужен!
Он поморщился.
— Лия, ну а чего ты хотела? Посмотри на себя в зеркало!
Он снова пытался меня унизить. Но я не намеревалась этого позволять.
— А ты на себя смотрел? Морду свою козлячью разглядел?
Он вздохнул.
— Не злись. Просто пойми… Я же мужчина. У меня есть потребности. А при виде тебя у меня, уж извини, все падает. После родов ты так изменилась, что я совсем тебя не хочу… Но это не причина рушить семью.
— Ох, какой ты, оказывается, прекрасный семьянин! — издевательски восхитилась я.
— Именно так, — остался он невозмутим. — Я вас не бросаю, несмотря ни на что.
Он нас не бросает… вы подумайте только!
Следующая мысль вспыхнула в голове очищающим, спасительным пожаром.
Да я сама его брошу!
Нет, вовсе не уйду с дочкой в никуда, оставшись со всеми заботами один на один, и позволив ему и его бывшей-нынешней шлендре наслаждаться жизнью, как ни в чем не бывало.
Я его проучу.
Я получу возмещение за все, что вложила в этот брак.
Я покажу ему, каково мне пришлось. Дам осознать и прочувствовать, как он сам меня довёл до того, что теперь перед собой видел.
Пусть вкусит всех прелестей родительства, которых так избегал!
А я наконец приведу себя в порядок.
Снова стану той, кого он когда-то хотел.
Той, кого захочет снова.
Но уже не получит.
Подступив к нему вплотную, я посмотрела мужу прямо в глаза и негромко, но отчётливо сказала:
— Ты жалок. И не понимаешь одной очень важной вещи. Я-то исправлю свою внешность, стану такой, какой и была, даже лучше. А ты так и останешься тем говном, что ты есть.
Больше ничего не добавляя, я развернулась и ушла в спальню, к Настеньке.
Нужно было тщательно спланировать новую жизнь.