Тыква с секретом

Допрос с пристрастием

– Лидия, я задам тебе несколько вопросов, хорошо? – сказал папа в присутствии коллег-полицейских, приехавших из-за жуткой находки в расколовшейся тыкве.

– Да, детектив, – отозвалась я, слегка смутившись.

Мне столько раз доводилось слышать истории о делах, которые ведет отец, но это не шло ни в какое сравнением с тем, что происходило теперь. Прямо сейчас меня допросят. Мои показания занесут в протокол. На сказанные мною слова будут опираться при расследовании преступления. Я как могла пыталась не нервничать, но руки дрожали не переставая с тех пор, как мы обнаружили череп.

Первые вопросы оказались настолько легкими, что я умудрилась расслабиться. И зря, потому что дальше папа пошел в словесную атаку.

– Как давно ты разослала приглашения на вечеринку?

– Сегодня.

– Точное время?

– Сейчас посмотрю. – Я потянулась за телефоном, чтобы проверить, во сколько были отправлены первые сообщения о празднике. – Пятнадцать часов двадцать три минуты.

– Говорила ли ты кому-то о вечеринке до сегодняшнего дня?

– Только Фелисити.

Мне стало жаль подругу, которая оказалась втянута в этот кошмар из-за общения со мной. Не будь детектив моим отцом, я бы сейчас испытывала жуткий стресс. Представляю, каково придется Фел.

– Думаешь, она могла кому-то рассказать?

– Вряд ли, но лучше спросить у нее.

Я не брала с подруги обещание молчать, но она точно не из болтливых.

– Мы допросим ее позже, – сказал папа. – Тебе известно, из-за чего началась потасовка между старшеклассниками?

– Понятия не имею. Они постоянно ссорятся и дерутся, как маленькие дети.

– Ты и раньше разнимала их?

– Нет. Я же не дура – лезть в самое пекло, – неловко улыбнулась я, взглянув на стоящих позади отца полицейских.

– Тогда почему подвергла себя опасности сегодня?

– Потому что это моя вечеринка и я должна была позаботиться о порядке.

Одобрительно хмыкнув, папа провел указательным пальцем по усам.

– Череп принадлежит нашему пропавшему соседу? – спросила я.

Это первое, что пришло мне в голову, когда царивший вокруг хаос поутих.

– Пока неизвестно, но мы это выясним. А почему ты считаешь, что это связано с исчезновением мистера Фокса?

Несмотря на то что в городе мы совсем недавно, отец уже успел вникнуть во все текущие дела полиции.

– Потому что сегодняшнее происшествие произошло так близко к его дому, – объяснила я ход своих мыслей.

– Понятно. – Он сделал несколько записей и снова вернулся к допросу. – Ты помнишь точное количество тыкв, расставленных на лестнице?

– Количество тыкв? – переспросила я, пытаясь понять, к чему он клонит.

Прошло несколько секунд, прежде чем я догадалась.

– А-а-а! Кто-то подбросил тыкву с черепом на наше крыльцо?

– Вероятно, – подтвердил отец. – Так сколько?

– У нас довольно широкая лестница, поэтому мы с Фелисити поставили по четыре тыквы на каждой ступеньке, по две с каждого края. Когда я пыталась разнять парней, их количество было тем же самым.

– Значит, произошла подмена. Во сколько вы украсили тыквами лестницу?

– В шесть вечера.

– Во сколько появились первые гости?

– Ровно в восемь.

– Во сколько началась драка на улице?

– Думаю, около девяти, – с трудом припомнила я.

– Где ты была в этот момент?

– В доме.

– А точнее? – нахмурился отец.

– У себя в комнате. Я забыла часть костюма и поднялась, чтобы взять ее.

Не могла же я рассказать о произошедшем на чердаке.

– Хорошо. Я обязан спросить, не появились ли у тебя за этот короткий срок враги. Может ли кто-то желать тебе зла?

– Нет, – уверенно ответила я.

– Точно? Кто-то использовал вечеринку, которую ты устроила, в своих интересах.

– Стечение обстоятельств. Просто наши тыквы подвернулись кому-то под руку, вот и все, – настаивала я на своем.

– Весь город в тыквах, Лидс, – тихо напомнил мне папа. – Ее могли оставить где угодно.

– Жена мистера Фокса не празднует Хеллоуин. Если бы кто-то подошел к ее дому с тыквой в руках, это бы бросилось в глаза всем соседям. Преступник не мог так рисковать.

– Ваша дочь – прирожденный коп, – расхохотался один из полицейских.

Папа проигнорировал его наблюдение.

– Почему ты продолжаешь настаивать, что это дело связано с исчезновением мистера Фокса? Тебе известно что-то еще?

– Только то, что известно всему городу: он пропал прошлой осенью, и с тех пор его никто не видел. Все, с кем я говорила, считают его погибшим.

– На каком основании они делают такой вывод?

С каждой минутой допроса отец все меньше походил на отца и все больше – на детектива.

– Говорят, у него была счастливая жизнь. Он бы не оставил любимую жену и работу, чтобы податься в бега. Это не имело смысла.

– Спасибо, что ответила на мои вопросы. Можешь идти.

Обернувшись к коллегам, папа попросил их привести следующего свидетеля, Фелисити. Услышав ее имя, я невольно вздрогнула.

Выйдя на задний двор, где разместили всех присутствующих на вечеринке (по крайней мере тех, кто не скрылся, когда запахло жареным), я попыталась разыскать хотя бы одного человека, к которому могла подойти, чтобы не чувствовать себя одиноко. Но я не преувеличиваю, говоря, что подружилась только с Фелисити. Никто из находящихся сейчас на лужайке не мог мне помочь.

– Неплохо держишься, – заметил кто-то сбоку от меня. – Не против компании?

Повернувшись, я увидела Итана. Он стоял держась за рукава повязанной вокруг бедер серой толстовки. Его еще недавно причесанные волосы растрепались и беспорядочно обрамляли вытянутое лицо с острыми скулами.

– Как будто у меня есть выбор, – огрызнулась я и сразу же отвернулась.

Я задумалась о том, что стало с моей собственной прической, и невольно провела пальцами по длинным каштановым волосам. От волн, которые мне сделала Фелисити, не осталось и следа.

– Это мистер Фокс, – безапелляционно заявил Итан. – Я видел его там, возле черепа.

– Уверена, полиции не терпится выслушать твои бредни.

Несмотря на сказанное, в глубине души я порадовалась, что он тоже придерживается этой версии.

– Вот увидишь, я прав.

– Раз ты медиум, почему бы тебе не пойти и не спросить у мистера Фокса, кто его убил? – спросила я, взглянув на Итана.

– Он не знает, – коротко ответил он, не глядя в мою сторону.

– Ну конечно. Как удобно. – Покачав головой, я достала телефон из кармана и увидела, что кто-то отметил меня на фото в BeatShot[1]. – Какого…

– Что там? – Подойдя ближе, Итан посмотрел на экран. – Похоже на постер к фильму ужасов.

Он был прав. Кому-то удался отличный кадр, на котором видны не только раскрытые в изумлении рты подростков, но и то, что вызвало такую бурную реакцию.

– Они разве не понимают, что делают? – возмутилась я. – Это же… Да как они вообще могли выложить это в сеть?!

– Пока не будет официального заявления от полиции, многие будут считать этот череп муляжом. Хеллоуин ведь.

– Уверена, что он настоящий, – фыркнула я, не оставляя места сомнениям.

– Почему? – поинтересовался Итан.

Его каре-зеленые глаза сверкнули неподдельным любопытством.

– Потому что это мои тыквы, а я точно ничего в них не прятала, – объяснила я. – Папа привез их с фермы за городом, а Фелисити вырезала каждую тыкву на моих глазах. Мы бы точно заметили, будь с одной из них что-то не так.

– Логично. Можно вычеркнуть тебя из списка подозреваемых.

– Да неужели? – закатила я глаза.

– Не только из-за этого, но и потому, что твоя семья здесь недавно.

– Кто еще есть в этом списке?

Злорадно ухмыльнувшись, он ответил:

– Только что занес в него имя твоей подруги.

– Фелисити? – нахмурилась я. – Из-за того, что она имела доступ к тыквам?

– Да. И она наверняка знала о вечеринке заранее. Я же прав?

– Прав, – не стала я отрицать очевидное.

Конечно, Фел была первой, с кем я поделилась своей идеей. Мы планировали этот Хеллоуин задолго до того, как я осмелилась спросить об этом маму.

– Но ребята, которые затеяли драку возле той самой тыквы, тоже выглядят подозрительно.

– Думаешь, полиция ими заинтересуется?

– Да. Если бы не драка Эзры и Дэнни, неизвестно, как скоро мы бы обнаружили череп.

– Я все же склоняюсь к версии, что это была нелепая случайность.

– Да неужели?

– Сама подумай. Ты ведь тоже участвовала в этой потасовке, и именно из-за тебя разбилась та тыква.

– Так ты меня подозреваешь? – ощетинилась я, невольно сжав руки в кулаки.

– Да нет, – отмахнулся он от меня. – Ты здесь точно ни при чем.

– Ну спасибо.

Только когда мы замолчали, до меня начало доходить, во что я влипла. С самого детства мне свойственна такая запоздалая реакция. Каким бы тяжелым ни было событие, в первые часы происшествия мой мозг ведет себя так, будто ничего не случилось. Теперь же, когда уровень адреналина в крови спал, я шаг за шагом начинала впадать в ужас из-за увиденного. Человеческий череп прямо перед нашим домом… Да, мне определенно нужно было время, чтобы по-настоящему это осмыслить.

– Твой отец – детектив полиции? – вдруг поинтересовался Итан.

– Да, – ответила я, тряхнув головой, чтобы отогнать непрошеные мысли.

– Это он всех опрашивает?

– Да, он. А что?

– Странно это, не находишь?

– О чем ты?

– Кто-то подбросил череп прямо под нос копу. Зачем убийце так поступать?

Я поежилась.

– Слушай, давай все же дождемся экспертизы и официального заключения. Может, это и правда муляж.

Несмотря на мою уверенность в обратном, мне отчаянно захотелось быть неправой.

– Он настоящий, даже не сомневайся, – сказал Итан, разглядывая толпу старшеклассников перед нами. – Один из них может быть как-то замешан в этом.

– Поумерь свои дедуктивные способности. Мой отец во всем разберется.

– Как разобрался с пропажей мистера Фокса прошлый детектив?

Недоверчивый и полный скептицизма голос Итана пробудил во мне еще больший интерес к исчезновению школьного учителя.

– Что ты имеешь в виду? Дело вели спустя рукава?

– Можно и так сказать. Мистера Фокса искали в основном сами жители города.

– Слышала, он был хорошим учителем.

– Ну да, – подтвердил Итан, – он умел пробудить в учениках интерес к своему предмету. Думаю, многие в нашей школе его любили.

– Многие, но не ты?

Мне показалось, что я поймала его с поличным.

– Я не возвожу в культ людей, которые всего-навсего выполняют свою работу. Учитель должен быть таким, каким был мистер Фокс. Но ничего выдающегося он не сделал.

– Надо же, сколько снобизма, – поморщилась я. – А может, ты на него обижен? В любимчиках ты у него явно не ходил.

– У меня были лучшие оценки в классе по его предмету. Но я их заслужил своим трудом, а не расположением мистера Фокса.

То, как именно он рассказывал о минувших школьных буднях, заставило меня усомниться в репутации учителя, о которой я слышала. Возможно, не таким уж и безукоризненным человеком он был.

– Итан Блейк? – раздался голос уже знакомого мне полицейского. – Проследуйте за мной в дом.

– Поговорим позже, – сказал мне на прощание Итан.

– Ага, – автоматически бросила я в ответ.

Три месяца в городе – и вот во что оказалась втянута моя семья. Как долго соседи, проходя мимо нашего дома, будут вспоминать, что именно на нашей лужайке обнаружили череп? Даже не представляю, через что придется пройти, если он и впрямь принадлежит мистеру Фоксу. И одно я знаю точно: друзей после такого у меня точно не прибавится.

– Лидия! – позвала меня бегущая ко мне Фелисити.

На скорости влетев в мои объятия, подруга расплакалась.

– Я так перенервничала, говоря с детективом! Он задавал просто кошмарные вопросы! Как будто в чем-то меня подозревает!

– Их вопросы всегда такие, не принимай на свой счет, – попыталась я успокоить ее. – Будем надеяться, что все позади.

– Детектив сказал, что меня могут пригласить на повторный допрос! Почему он так сказал? – всхлипнула Фел.

– Это стандартная фраза, не переживай, он ее всем говорит.

– Мне точно ничего не грозит?

– Если только тебе нечего скрывать.

Отстранившись от подруги, я заглянула в ее покрасневшие и полные влаги глаза. Если бы невиновность была человеком, то выглядела бы она именно так.

– Я им все-все рассказала, ничего не скрыла! – заверила меня Фелисити. – Честное слово!

– Тогда тебе точно не о чем волноваться.

– Почему ты так спокойна? Тоже думаешь, что это муляж?

– Нет, я почти уверена, что череп настоящий. Но я в таком сильном шоке, что пока ничего не осознала. Меня чуть позже накроет.

Когда мама сообщила мне о смерти тети, я в ответ только кивнула. Вообще ничего не сказала. Не проронила ни единой слезинки. Просто вернулась к своим делам, отбросив эту новость на задворки сознания. А пару часов спустя потянулась к телефону, чтобы написать Мэри, и вдруг поняла, что писать больше некому. Я больше никогда с ней не поговорю, не увижу ее улыбку, не услышу ее тихий родной голос. Тогда-то мой шок и прошел. В ту ночь я не сомкнула глаз, проревела без передышки почти восемь часов.

Оставалось только догадываться, что со мной будет после того, что случилось сегодня.

Внезапно мне в голову пришла одна мысль.

– Фел? – позвала я совсем поникшую подругу.

– Да?

– Можешь показать мне фото, которые мы сделали на крыльце?

– Конечно.

Она протянула мне уже разблокированный телефон. Открыв галерею, я пролистала несколько снимков, пока не добралась до того, который искала. Приблизив сделанный подругой кадр, я вгляделась в стоящие рядом две тыквы и, увидев очевидную разницу между ними, вздрогнула.

– Скоро вернусь, – сказала я и устремилась в дом.

– А телефон? – крикнула мне вслед подруга.

– Он мне нужен!

Папа все еще допрашивал Итана, когда я ворвалась в кухню. Они сидели за нашим обеденным столом, выглядя при этом чересчур напряженными. Похоже, коннекта у них не случилось, что совсем не удивительно, учитывая то, какое большое у Итана самомнение. Отец не терпит высокомерия. Сколько себя помню, он всегда считал, что все люди равны.

– Лидия, мы еще не закончили, – строго уведомил меня папа.

– Мне нужно дополнить показания, – объяснила я свое появление и, подойдя ближе, положила перед ним телефон. – Вот, взгляни на тыквы.

– На что конкретно я должен смотреть?

– Фелисити не сильна в вырезании тыкв, все они получились жутко уродливыми. Посмотри, какие кривые глаза и рты.

– Вижу.

– Но не у этой.

Я указала на тыкву, которая выделялась среди остальных. Тот, кто ее вырезал, сделал это филигранно и очень красиво.

– Когда была сделана эта фотография? – спросил он, быстро сообразив, к чему я клоню.

– До прихода гостей. Примерно в семь тридцать. Значит, это случилось в те полтора часа, когда…

– Лидия! – остановил меня папа.

Проследив за его взглядом, я поняла, что он не может обсуждать подробности дела в присутствии Итана.

– Спасибо, можешь идти.

– Да, хорошо.

Бодро кивнув, я поспешила ретироваться.

Вернувшись на задний двор, я решила не говорить Фелисити о своей находке. Нужно быть умнее и не распространяться о том, что в конечном счете может дойти до преступника.

Если бы тетя знала, что сейчас происходит в ее доме, она бы пришла в бешенство. Она любила гостей, но точно не по такому поводу. Мэри, прости! Я этого совсем не хотела!