Глава шестая

Он стоял на огромной равнине под красным солнцем, весь окружающий пейзаж являл собой сцену страшного опустошения. Варвар понял, что оказался в отдаленном будущем, отстоящем от его времени на бессчетные тысячелетия, в эпохе перед самым прекращением существованием Зимли. На заднем плане виднелись невысокие пологие горы, поверхность которых казалась объеденной из-за разрушительного действия ветра, дождя и старости. Под ногами похрустывало что-то вроде крупного бесплодного песка, на котором лишь изредка виднелись какие-то чахлые растения.

Но трепет у него вызывала вовсе не пустыня, около десятка пылающих знаков, подвешенных в воздухе. Варвар ясно видел охватывающие их языки пламени, но не мог ощущать ни тепла ни запаха костра. Сквозь непонятные символы дул ветер, издавая низкий стенающий звук. Сам воздух здесь был полон странных магических энергий, от обилия которых на лбу у Кутара выступил пот.

Варвар встряхнулся. Рука его коснулась Ледогня, пальцы сомкнулись на эфесе. Именно здесь и спрятался один из чародеев Зимли: в будущем отстоящем на тысячи и, наверное, даже миллионы лет. Как снисходительно объяснила Рыжая Лори, созданные этим магом чары перенесли его через пространство и время, точно так же как Рыжая Лори отправила его самого найти этого человека.

Кумбериец зашагал к горящим знакам. Они не остановили его и даже не замедли его шагов, так как их магия была направлена против убийц, вставших из могил, а не против живого человека.

Ему не пришлось далеко идти. Почти сразу он заметил вдалеке сидящую фигуру. Это был глубокий старик с плешивой головой и длиной седой бородой. Услышав, как заскрипел песок под ногами Кутара, он поднял голову и уставился на пришедшего широко раскрытыми от ужаса глазами. Бледные дрожащие руки поднялись, словно желая оттолкнуть кумберийца.

— Нет! — захрипел он. — Нет, нет…

— Я не убийца, — поспешил успокоить его Кутар. — Рыжая Лори и Афгоркон прислали меня тебе на помощь.

— Афгоркон? — переспросил плешивый заметно успокоившись. — Да, если кто и может помочь, так это он.

В двух словах Кутар рассказал ему об идоле и о покрытом эмалью ларце, в котором хранились утраченные было магические заклинания мага Афгоркона. Волнение старика все возрастало. Под конец он едва не приплясывал от нетерпения. Глаза его светились от радости.

— Это вполне может быть, даже очень возможно, — сбивчиво повторял он. — Ради такого наверняка стоит рискнуть! Ах, какая же это радость — объединить свои силы с легендарным Афгорконом, величайшая честь для всякого мага. Это будет наивысшим триумфом за всю мою долгую жизнь.

Немного помолчав и переведя дыхание, чародей добавил:

— Погоди! Я отправлю нас к Рыжей Лори с помощью свои чар. Пусть она видит, что я еще в силах…

Но тут воздух вокруг них так и запылал. Висящие в воздухе знаки ослепительно вспыхнули. Старик завопил, охваченный самым неподдельным ужасом. Кутар резко развернулся туда, куда был устремлен его перепуганный взгляд.

По равнине к ним большими прыжками неслись три полуистлевших трупа. Один из них представлял собой бурый скелет, кости которого соединялись иссохшими связками. И в руке он держал ржавый боевой топор.

— Умертвия, слуги убийцы! — истерически зарыдал старый Фордог Фейл. — Их ничем невозможно остановить. Беги, варвар, пока можешь еще спасти себе жизнь. Они не станут убивать тебя, если ты сам их не заставишь. Им нужен только я!

— Ну уж нет, Двалка-С-Боевым-Молотом! — в ярости заорал Кутар. — Рыжая Лори отправила меня доставить тебя к ней и я намерен именно так и сделать!

Он рванулся вперед, на ходу выхватывая сверкающий клинок. Краем глаза Кутар заметил, что пылающие у него над головой знаки теперь сгорали, как обычные дрова в костре — испуская дым и рассыпаясь пеплом и угольками. Должно быть, убийца нашел способ противодействовать их защитной магии. Издав низкое звериное рычание, варвар устремился навстречу приближающимся умертвиям.

Стальной клинок описал в воздухе дугу. Истлевшая голова самого проворного из врагов слетела с плеч. Кутар стремительно развернулся, рубанул по второму мертвецу, вонзая сталь между костями и прогнившей плотью. Но умертвия и не подумали останавливаться; ведь они не могли лишиться жизни вторично. Безголовый продолжал так же ловко размахивать своим ржавым мечом, у остальных также не убавилось прыти.

Варвар злобно выругался; по коже у него пробежали мурашки. Старик стоял позади него, терпеливо ожидая смерти, которую считал неизбежной.

Мертвецы теперь уже пробежали мимо Кутара, глядя лишь на старого Фордога Фейла, который смотрел на них, даже не пытаясь защититься. Кумбериец помчался следом за умертвиями и вскоре настиг их.

Теперь он описал Ледогнем широкую дугу с таким расчетом, чтобы лезвие перерубило им бедренные кости, лишив возможности двигаться. Два умертвия один за другим свалились на землю. Они попытались бежать на обрубках того, что когда-то было ногами, но продвигались лишь очень медленно. Третьего мертвеца Кутар догнал, когда тот уже поднял свой ржавый топор над головой старика. Ледогнь без труда перерубил подгнившее деревянное топорище, оружие упало наземь и рассыпалось в пыль. Умертвий развернулся и попытался броситься на Кутара, протягивая к нему костлявые руки. Сделав шаг назад, варвар снова взмахнул заговоренным мечом и лишил восставшего мертвеца сперва рук, а затем и ног. Точно так же он поступил и с двумя остальными умертвиями, которые еще пытались ползти к своей несостоявшейся жертве. Изрубив их на куски, варвар для верности растоптал их в мелкую крошку своими тяжелыми сапогами. Затем, тяжело дыша, он приблизился к Фордогу Фейлу.

— Пой свое заклинание, старик, пока кто-нибудь не прислал новых мертвецов.

Старик торопливо принялся что-то бормотать на непонятном языке. Через несколько мгновений они снова оказались в каюте «Волнореза».

— Фордог Фейл! — радостно воскликнула при виде старика Рыжая Лори. — Я не видела тебя с тех пор, как еще девочкой была при дворе короля Зопара, где ты служил главным магом. Ты меня помнишь?

— Дорогая девочка, милая рыжеволосая Лори, я отлично тебя помню, — улыбнулся старик, хватая ее за руки. — Ты всегда вертелась около меня, пробуя мои чары, запоминая мои заклинания. А когда бывала одна, то рылась в моих книгах по магии, заучивая их слово в слово и полагая, будто я ни о чем не догадываюсь. А теперь ты спасла мне жизнь…

— Ты должен мне помочь, Фордог Фейл. Одна я не справлюсь с этой задачей, слишком трудна она для меня.

И она продолжила рассказав о том как нашла ларец и статую, и об услышанном ей от Афгоркона.

Через некоторое время Кутар ощутил настоятельную необходимость подышать свежим чистым морским воздухом. Вонь от магии и трупов была ему вовсе не по вкусу. Он поднялся на палубу, подставив лицо лениво дующему соленому ветру, наблюдая, как корабль поднимается и опускается на волнах.

Повернув голову, он увидел Гровдона Докка, застывшего у румпеля неподвижно, словно статуя. Судя по всему, капитан впервые в жизни столкнулся с колдовством, а уж тем более с чарами такого рода.

— Скоро ли будем в Зоане, капитан? — окликнул его Кутар, будто речь шла о самом обыкновенном плавании.

— Если ветер не ослабеет и не переменится, то завтра после полудня мы бросим якорь в порту, — ответил Гровдон Докк, сплевывая против ветра. — Не по душе мне все это, ох, как не по душе! Ты только посмотри: ветер гонит корабль, а вокруг мертвый штиль!

В самом деле: рябь, появившаяся при первом дуновении ветра, исчезла. Теперь морская гладь была неподвижной, словно зеркало.

Кутар равнодушно пожал плечами. После того, что ему довелось повидать, в этом явлении для него не было ничего особенного. Махнув рукой ошеломленному моряку, он спустился по трапу.

Рыжая Лори ждала варвара в каюте. Старый Фордог Фейл полулежал, с удобством устроившись на ее койке.

— Где ты был? — требовательно спросила Кутара чародейка. — Ты мне нужен.

Кутар подумал о своем так и не высказанном совете Флариону. Наверное ему тоже следовало бросить эту ведьму на койку и взять ее; это могло научить ее хорошим манерам. Должно быть, прочтя эти мысли по его лицу, Рыжая Лори сердито прошипела:

— Даже и не мечтай! Я обрушу на тебя десяток проклятий, оставив всего лишь болтливым придурком.

— За этим ты меня и вызвала?

— У меня для тебя новое задание. Фордог Фейл рассказал мне, что Немидом из Абатора тоже укрылся от магии неизвестного мага-убийцы. Ты сейчас отправишься за ним.

— Девушка, у меня в животе урчит от голода. Я…

Но Рыжая Лори выкрикнула слова заклинания. Кутар ощутил мучительную боль во всех мускулах. Пол каюты у него под ногами накренился, а затем встал дыбом в ответ на мановение скипетра из стороны в сторону.

Он стоял на вымощенном квадратными плитками полу туннеля. Со всех сторон его окружали голубовато-лиловые стены, не то высеченные из цельного камня, не то вылепленные из чего-то вроде глины. Слева от него кучей валялись разбитые глиняные цилиндры, впереди мерцал странного вида красноватый свет. Варвар вздохнул и зашагал вперед. Скорее всего, именно там он и найдет Немидома из Абатора.

Он шел довольно долго; его грубые кожаные сапоги уже сплошь покрылись пылью. Наконец варвар расслышал тихо шепчущие голоса и ощутил запахи натра и бальзама. Он оказался в довольно большой комнате со стенами из лилового камня. Варвар догадался, куда он попал; именно здесь мертвецов Абатора начиняли для лучшей сохранности различными смесями и смазывали специально составленными для этого мазями. Из всех стран Зимли, только эта уделяла так много забот и денег сохранности своих покойников.

Кумбериец принялся высматривать того, кто был ему нужен. Один из тех, кто работает здесь, и должен оказаться Немидомом. Но все мужчины были похожи друг на друга: худые, сутулые, с кожей, лиловой от постоянной возни со специями и мазями.

Неожиданно один из трупов нарушил полагающуюся ему неподвижность. Женщина, которую закололи в какой-то ссоре, вдруг села и, выдернув у себя из ребер кинжал, бросилась на проходящего мимо полного мужчину с лохматыми седыми волосами.

Изрыгнув проклятие, Кутар прыгнул вперед и крепко схватил ту, что еще несколько часов назад была привлекательной женщиной. Притронувшись к мертвой застывшей плоти, варвар ощутил, что желудок у его так и стремится вывернуться наизнанку. Но это не помешало ему схватить умертвие за руку и, размахнувшись как следует, шарахнуть его о каменные плиты пола.

Тело принялось отчаянно извиваться и корчиться, пытаясь встать и добраться до своей жертвы. Смерть еще не наложила свой ужасающий отпечаток на черты этой женщины, что сейчас делало ее еще более отвратительной. Она кусалась и царапалась, как наверняка привыкла драться еще при жизни. Намотав на руку ее длинные волосы, кумбериец несколько раз ударил ее безжизненный череп о камни. Но, даже лишившись головы, тварь и не думала успокаиваться.

Освободившись от мертвой хватки ужасного существа, Кутар выхватил из ножен Ледогнь и, прыжком поднимаясь на ноги, несколько раз перерубил мертвую плоть, пока умертвие окончательно не затихло.

Немидом, который наблюдал за этой борьбой, тяжело дышал от страха. Остальные, собравшись вокруг них кольцом, только в ужасе вскрикивали, не стараясь ни помочь Кутару, ни убежать отсюда.

Наконец у ног варвара лежало множество кусков мертвой плоти, каждый из которых извивался и корчился. Подавив мощный позыв к рвоте, он продолжал смотреть на то, что еще недавно было погибшей женщиной, ожидая, пока не прекратится это противоестественное подобие жизни.

Затем он протянул руку и схватил Немидома за запястье. Колдун в страхе шарахнулся от него, но варвар притянул его поближе к себе и успокаивающе прошептал:

— Я пришел от Рыжей Лори и старого Фордога Фейла! Я хочу спасти тебя от убийц!

Розовое лицо низенького толстяка было покрыто потом. Он трясся от страха и лишь жалобно поскуливал, когда кумбериец тащил его за собой по одному из туннелей.

— Я ду-думал, что бу-буду в по-полной бе-бе-безопасности, — лепетал он, проводя ладонью по лицу и торопливо семеня следом за рослым варваром, — скрыв-ваясь в по-покойницой. Не сообразил, что тот, кто пытается перебить нас, использует ме-мертвецов! А эта была такой симпатичной…

— Ты лучше подумай, кто это может быть, — бросил Кутар на ходу, оглядываясь на коротышку.

Но тот лишь уставился на него с выражением полнейшей безнадежности, а затем покачал головой, тряся отвислыми щеками.

— Нет. Я думал, ты мо-можешь знать, поскольку попал сюда как раз вовремя, чтобы спасти мне жизнь.

— Тебе лучше сотворить чары чтобы унести нас отсюда, — прервал его варвар, объяснив, где находится сейчас «Волнорез».

Коротышка сделал руками несколько причудливых движений, произнес нараспев какие-то непонятные слова. Мгновение спустя туннели исчезли, и под ногами оказалась знакомая палуба бригантины. Маг вздохнул, и его напряженные плечи опустились.

Но вслед за этим он снова сжался в комок и обвел все кругом испуганным взглядом.

— Мы, знаешь ли, даже здесь не в безопасности. Убийца способен увидеть нас. Именно так он узнал, что я в покойницкой.

— И что Фордог Фейл скрывался во времени, близком к концу мира, — мысленно ответил ему варвар.

Он подхватил толстячка за локоть и помог ему спуститься по трапу в каюту, где ждали Рыжая Лори и Фордог Фейл.

— Когда ты отправился найти Немидома, мы с Фордогом Фейлом не сидели сложа руки, — заявила чародейка. — Переговорили с Казазелем из Комморала, с Ульнаром Темакволом, с Кылвырреном из Ургала. Мы решили объединить силы и применить всю магию, какую знает каждый из нас, чтобы создать вокруг нас неодолимый барьер.

Кутар пожал плечами. Взгляд зеленых глаз стал острее.

— Приведешь сюда Флариона и танцовщицу. В сумерках отправляемся в путь. Лошади будут ждать нас на причале. Гровдон Докк сейчас там и готовит все к нашему прибытию.

Варвар нашел Флариона с Кибалой на палубе; они во все глаза смотрели на гавань зоанского порта.

Кумбериец молча ткнул большим пальцем через плечо в сторону кормовой каюты.

— Им понадобится защита, — добавил он. — Они великие маги, но беспомощны как дети, когда нужно отбить нападение с кинжалом или мечом. Это и будет нашей задачей.

— Не желаю больше иметь никакого отношения к этому, — злобно прорычал Фларион. — Что мы с этого получили, Кутар? Ни единого медного сольдана! И чего нам ожидать дальше? Только опасностей, которые никак не вознаграждены. Я считаю, что надо предоставить этой рыжей и ее кудесникам выкручиваться самим.

— У тебя есть девушка, — напомнил кумбериец.

— Тьфу! — яростно сплюнул за борт Фларион. — Эта! Холодная, как северное море, клянусь Саларой! Чуть не вонзила в меня кинжал, когда я пытался поцеловать ее прошлой ночью.

— И что ты сделал? Отобрал у нее ножик и попросил прощения? Мальчик, когда дело касается юбки, ты настоящий глупец.

— Все равно… — неуверенно настаивал юноша.

— Тогда остаемся. Кто знает, может, ты еще заставишь эту девицу полюбить тебя, — насмешливо произнес варвар. — Хочешь, я поговорю с ней?

— Что ты собираешься сказать? — с подозрением поглядел на него Фларион.

— Такое, что она бросится к тебе в объятия. Просто дай мне управиться с этим по-своему и не вмешивайся. Согласен?

Фларион медленно кивнул, и принялся смотреть, как рослый варвар прошел через палубу к левому фальшборту, на который опиралась Кибала. Она увидела Кутара, схватилась за капюшон своего длинного плаща и откинула, его высвободив глянцево-черные волосы, которые тут же затрепетали у нее за плечами.

Вдруг Кибала набросилась на Кутара, словно фыркающая от злости кошка. Кумбериец усмехнулся и схватил ее за волосы, наполовину оторвав девушку от палубы. Девушка испустила крик, полный боли и ярости.

— Побереги дыхание, девушка, — проворчал варвар. — А не то я поучу тебя хорошим манерам, стукнув головой о фальшборт. Я просто хочу посмотреть на тебя.

Он рывком распахнул на ней плащ, разглядывая соблазнительное тело в короткой лиловой тунике, подчеркивающей все ее прелести. Танцовщица ахнула и попыталась запахнуть шерстяную пенулу.

— Говорю тебе, успокойся. Рыжая Лори говорит, что Афгоркон захочет получить тебя в жертву, а я говорю, что ты ему не понравишься. Я просто хочу посмотреть, что же все-таки ему намерены предложить. Как-никак, он ведь мой покровитель.

— Афгоркон? — прошептала девушка. — В жертву?

— Да, тот самый легендарный некромант. Он вот уж пятьдесят тысяч лет как умер, но по-прежнему жив. Конечно, тебя должны будут убить, чтобы доставить ему — он ведь обитает в мире, созданном им самим, в который нет входа никому живому. Так что сама понимаешь…

Девушка побелела. Колени у нее задрожали так, что ей пришлось опереться на фальшборт, чтобы не упасть.

— Ты просто шутишь, — простонала она. — Скажи, что ты шутишь, Кутар!

— Только не я! — покачал головой он. — И только не Рыжая Лори. Зачем, по-твоему, мы захватили тебя с собой? На кой нам нужна танцовщица — кроме как для жертвоприношения Афгоркону?

— Нет, — выдохнула она. — Нет!

— Я и говорю, что он не примет тебя, но мы никак не узнаем, пока ты не умрешь. Хотя, конечно, жаль. Фларион, похоже, высокого мнения о тебе. Почему, не знаю, и не могу догадаться — но это так.

— Фларион, — прошептала она, поворачивая голову посмотреть на другую сторону палубы.

— Даже не думай просить у него помощи, — бросил ей Кутар, и, оттолкнув от себя танцовщицу, зашагал по палубе к трапу.

Он усмехнулся, услышав, как зашлепали по доскам ее туфли в сторону правого борта, где стоял, прислонясь к фальшборту, молодой наемник. Свернув на трап, варвар увидел, как та умоляюще вцепилась в его руку, и смотрит на него, подняв прекрасное лицо.

Кумбериец уже заворачивал, когда его взгляд уловил в нескольких милях от корабля яркий луч света. От его ослепительного блеска заболели глаза. Это было вовсе не солнце! Колдовство — не иначе. Несколько секунд он, прищурясь, наблюдал за лучом, а затем круто развернулся, скатился по трапу и вихрем ворвался в каюту.

— На палубу, все, — прорычал он, махая рукой. — Сюда движется какой-то луч света — прямо к кораблю. Похоже, это по вашей части.

Немидом пронзительно вскрикнул. Рыжая Лори сделала легкий жест и протолкалась мимо варвара, который круто развернулся, устремляясь за ней. Поднявшись на палубу, она приставила ладонь ко лбу и пристально посмотрела в сторону севера.

— Да, это колдовство, — кивнула она.

— У тебя есть чары, способные противодействовать этому?

На палубе появились Фордог Фейл и Немидом, которые тоже уставились в ту же сторону. Коротышка обреченно пробормотал:

— Демонический свет. Способы противодействовать ему есть, но без своих свитков и артефактов я беспомощен.

— А я — нет, — отрезала Рыжая Лори и прошла мимо Кутара, заставив его посторониться.

Фордог Фейл заламывал худые бледные руки; лицо его все сморщилось от страха. Стоящий рядом с ним коротышка весь вспотел, и, судя по ужасу, застывшему в его глазах, боялся чего-то похуже смерти. Кумбериец зарычал и устремился в каюту следом за рыжей.

Та стояла, склонив голову, на коленях перед идолом и шептала, почти про себя:

— …уничтожить нас прежде чем мы… только твои мощь и сила могут… должен помочь нам, Афгоркон… убийца рассечет бригантину пополам, сжигая нас всех в демоническом пламени… спаси нас… спаси…

Кутар затаил дыхание, наблюдая за происходящим. Безликий камень на мгновение слабо замерцал, и кумбериец увидел как лицо идола проступило на том месте, где ему и полагалось быть. Черты его были и знакомыми и незнакомыми одновременно. Они не принадлежали умертвию, который некогда был Афгорконом и подарил Кутару Ледогнь. Это было лицо молодого колдуна, гордое и суровое.

— Я вижу демонический свет, он исходит из семи преисподних Эддрака. Обрушенное на тебя и других колдовство очень сильно, Рыжая Лори. И ты права. Без моей помощи этот свет сожжет дотла ваш корабль и все на нем!

Кутар задрожал. Рыжая Лори взвыла:

— Спаси нас!

— Взываю к Бельтамквару, отцу демонов. Призываю Элдрака, разрешившего похитить свет сей из своих семи преисподних!

Голос звучал мощно и внушительно, словно буря с северных ледников в родной стране Кутара.

В каюте вдруг сделалось очень холодно. Варвару, закутывающему в плащ свои широкие плечи показалось, что он видит стоящую рядом с идолом фигуру, будто сотканную из ослепительного красного пламени. Неужели это Элдрак из семи преисподних? А с противоположной стороны статуи, — неужели Бельтамквар, собственной персоной?

— Кто вызывает Элдрака?

— Кто вызывает Бельтамквара? — прозвучало почти одновременно.

— Я, — раздался в ответ голос идола. — Я, Афгоркон, друг вам обоим. Разве такова воля Элдрака, отец демонов? Он ли решил, что все кудесники Зимли должны быть истреблены неведомым убийцей? Ведь даже сейчас этот корабль окутывает демонический свет.

— Я вижу его, — взволнованно выдохнул Элдрак. — Он исходит их моих горящих миров! Но по какому праву? Я не давал разрешения!

— Тогда останови его, — резко бросил Бельтамквар.

Элдрак воздел руки, невнятно выкрикнул с полдюжины слов, от которых сам воздух вокруг стал сухим и горячим, как в пустыне.

Судя по раздавшимся на палубе громким радостным крикам, луч света снова удалился туда, откуда был вызван.

По спине Кутара пробежал холодок, когда он смотрел на этих демонов-владык, богов пространства и времени, на их мерцающие фигуры по бокам от неподвижного идола и на трепещущую коленопреклоненную ведьму. Он понимал, что Рыжая Лори призвала громадные силы, и что ее ужаснула вся мощь, свидетелем проявления которой она оказалась.

Однако Бельтамквара девушка не интересовала. Он пристально смотрел на идола с лицом Афгоркона, слабо мерцающим сквозь неровную каменную поверхность.

В каюте появился сам отец демонов. Это была высокая фигура, облаченная в черный плащ с пылающими золотыми знаками. Лица его не было видно; под капюшоном клубилось облако непроглядного мрака, сквозь который светились два красных глаза.

— Я не видел этого идола пятьсот веков, Афгоркон. И с тех пор считал его пропавшим.

— Так оно и было. Склонившаяся на полу женщина и варвар, который стоит в дверях, подняли его из того, что некогда было комнатой для моих магических занятий.

Непроглядная темнота под капюшоном повернулась к Кутару.

Два сверкающих красных глаза, в которых читалась вся древняя мудрость, окинули изучающим взглядом рослую фигуру варвара. Светлые волосы кумберийца поднялись дыбом, на лице его выступил пот. Никогда еще Кутару не случалось оказаться в присутствии настолько таинственных и могущественных сил.

Варвар по-звериному оскалил зубы и, положив руку на эфес меча, негромко зарычал.

Раздался резкий сухой смешок.

Бельтамквар снова повернулся к статуе.

— Кто похитил у Элдрака его демонический свет?

— Не знаю. Я попытался выяснить и не смог. Однако мне известно, что кто-то или что-то убивает кудесников и колдунов Зимли. Мертвецы встают из могил, держа оружие, с которым были погребены. Они разыскивают чародеев и нападают на них.

На пылающем нестерпимым для глаз огнем лице Элдрака появилась кривая улыбка.

— Но кто же тогда будет призывать нас, предлагая нам жертвы и редкие самоцветы, и другие любимые нами вещи?

— Я подумал об этом, — пробормотал Бельтамквар.

— И я, — выдохнул идол. — Я уже давно равнодушен к тому, что происходит в оставленном мною мире, погрузившись в сон и наслаждаясь вселенными, созданными силой моих чар.

Но все же теперь я проснулся, и понимаю, что уже не могу спрятаться от зова живых, что просят моей помощи. Мы должны объединить силы, все трое. Какой-то некромант на Зимле призывает неведомые мне силы, причем разглядеть его не под силу даже мне.

Если я смогу разыскать этот ограждающий щит, узнать, что это, то, возможно, сумею уничтожить его и узнать имя того, кто убивает кудесников.

— И мы поможем, — тихо прошептал Бельтамквар.

— Да-да, — кивнул Элдрак. — Мы поможем!

Фигуры, сотканные из темноты и бушующего пламени, медленно исчезли, а вслед за ними и лицо идола. Рыжая Лори задрожала, все еще согнувшись перед каменным изваянием, вся трепещущая и напуганная призванными ею ужасающими силами.

— Рыжая Лори, — снова раздался голос.

— Да, господин?

— Возьми мой ларец со свитками и мое каменное изваяние и отправляйся к развалинам Радимора в Тарии. Когда-то давно в незапамятные времена именно в Радиморе был центр действия магических сил. Там некогда соприкасались мир Зимли и миры преисподней Бельтамквара, Элдрака и других демонов. Не стану объяснять тебе, как и почему это произошло, ибо твой слабый человеческий ум не способен это воспринять. Главное, что именно там мы сможет объединить наши силы. Отправляйся же туда поскорее, если хочешь жить.

Чародейка встала и несмотря на охватившую ее дрожь попыталась шагнуть вперед. Она упала бы, если бы варвар вовремя не подхватил ее. Женщина зашаталась, уставившись на него невидящим взором.

— Они выпили все силы из моего тела… силы, которые были им необходимы, чтобы встретиться в нашем мире и поговорить друг с другом. Я уже думала, что умру, полностью опустошенная.

Рыжая Лори содрогнулась, прижавшись щекой к его груди. Гордая колдунья куда-то подевалась, теперь перед варваром была смертельно испуганная женщина. Кутар вдруг ощутил, что умолкнувшие было в нем нежные чувства разгораются с новой силой.

— Где находится этот Радимор?

— В нескольких милях к югу от Фирмиры, где ты нашел меня. Это совершенно пустынное место. В легендах рассказывается, что когда-то там творилась невероятно кощунственная магия, и поэтому даже боги отвернулись от этой местности… Кутар, мы должны сейчас же отправиться!

— Только после того, как ты поешь, — ласково улыбнулся ей кумбериец.

— Я не нуждаюсь в пище.

— И все равно, поешь. Тебе надо восстановить силы.

Она попыталась было сопротивляться, но была настолько слаба, что лишь капризно хныкала, как ребенок, когда варвар взял ее за локоток и повел к трапу, а затем помог ей подняться на палубу. Они прошли на камбуз, где Кутар нашел мясо и хлеб, и наполнил кружку коричневым, как лесной орех, элем из Эгиптона. Кумбериец с удовольствием насыщался вместе с ней. Чуть позже к ним присоединились все еще напуганные случившимся Фордог Фейл с Немидомом. Рыжая Лори рассказала им, что произошло в каюте.

Немного посовещавшись, они решили, что высадятся в Зоане. Там Фларион наймет лошадей, а Кутар останется на борту с остальными, на случай, если убийца пошлет к ним новые умертвия. Совместными усилиями Рыжую Лори отправили спать. Для предстоящего ей понадобится вся ее сила.

Фларион, которого варвар разыскал, едва распрощался с магами, к его удивлению не стал спорить.

Юноша выглядел странно довольным, причем настолько, что у варвара сразу же возникли подозрения. Варвар положил ладонь на руку молодого наемника и сжал ему запястье.

— Не вздумай сбежать с Кибалой, — тихо произнес он. — Учти, этим троим достаточно шепнуть всего несколько слов, чтобы вас найти и уничтожить, где бы вы ни вздумали скрыться. И, потом, ваша помощь мне будет далеко не лишней.

Юноша согласно кивнул.

— Я не убегу. Положись на меня, Кутар.

Заметив торжествующие огоньки в глазах юноши, Кутар понял, что у того явно что-то на уме.

— Кибала останется здесь. Ты отправишься в Зоан один.

— Как пройдут над головой две луны, — кивнул молодой наемник.

Корабль встал на якорь в зоанском порту. Для всех вокруг он был всего лишь одним из торговых судов, что курсируют по соленым водам, возя дуб в Туум и пряное красное вино из Маккадонии в Сибарос и южные страны, травы и пряности из Ифрокона и Испахана, оружие из кузниц Абатора, рабов из джунглей Оазии.

Зоан являлся перекрестком дорог своего мира, морским портом, ничем не уступающим Мемфору, расположенному на другой стороне континента. Запахи смолы и соленые ветры смешивались с мускусным запахом кораблей из тикового дерева, приплывших с другой стороны от экватора. Зоан был богатым городом, и сюда стекались все зло и все пороки человечества, которые можно было купить так же легко, как тонкие шали из Мантеня.

Фларион забрал Серко и еще пятерых лошадей, которые дожидались их в конюшне, выходящей на вымощенную булыжником улочку. Пять скакунов оказались животными крупными и сильными. Юноша купил их, догадываясь, что лошади явно краденые и заплатил он за них гораздо больше, чем они стоили. Но Рыжая Лори не поскупилась, отсыпая золотые монеты в его кошель. В таком предприятии, как это, — заверила она его, — золото и драгоценные камни ничего не значат.

Совершая покупки и путешествуя по узким кривым переулкам и мощеным пешеходным дорожкам неподалеку от порта, молодой наемник вдруг понял, что за ним кто-то идет. Он обернулся, внимательно вглядываясь в окружающие тени, рыская острыми глазами по темным углам, но не увидел ничего крупнее какого-то шмыгнувшего вдоль стены карлика. Спустя некоторое время за спиной Флариона раздалось мерное цоканье копыт.

Тем временем Гровдон Докк отправился вплавь к причалу и нашел баркас, который сдавался внаем. На нем он и приблизился к «Волнорезу», а затем забрал на берег Кутара, двух магов и танцовщицу. Рыжая Лори осталась с ним на корабле до тех пор, пока капитан не сможет вернуться за статуей, которая была слишком тяжелой, чтобы перевезти ее обычным способом.

Она отсчитывала Гровдону Доку золотые слитки, когда к ним подошел Фларион, чтобы рассказать, что лошади готовы. Прервав на миг свое занятие, чародейка распорядилась:

— Нам понадобится фургон для статуи. Сходи купи его. Или угони, если понадобится.

Через несколько минут юноша вернулся с двуколкой, в которую и запряг одну из лошадей. Он помог Кибале забраться внутрь, а затем они вмести с Кутаром взгромоздили туда и статую. Двуколка протестующее заскрипела, но выдержала.

Они отправились на запад к лежащим за Зоаном степям. Ехать они могли лишь с той быстротой, с какой двигалась груженая двуколка, и поэтому по городским улицам спутники пробирались очень медленно.

Фларион на своей лошади подъехал вплотную к Кутару и тихонько рассказал ему о карлике.

— Скорее всего, это был осведомитель воровской гильдии, — кивнул варвар. — Должно быть, он заметил, как мы расплачиваемся золотом. Если так, то скоро можно будет ждать гостей.

Они проехали всю ночь и большую часть дня, не увидев никаких признаков погони. Затем путники углубились в тарийские степи, где на горизонте с северной стороны неясной лиловой линией виднелись горы западного Сибароса. Ветер доносил слабый запах в изобилии росших здесь высоких трав, целые стаи птиц с резкими криками вспархивали при их приближении.

Они устроили привал у небольшого ручья и подкрепились продуктами, прихваченными с корабля. После еды все улеглись спать, а Кутар остался следить за окружающей местностью.

Вскоре он заметил далеко на востоке облако пыли, которое стремительно двигалось к ним, и пошел разбудить Флариона.

— Насколько я могу разобрать, это отряд всадников, человек пятьдесят, — пробормотал кумбериец, всматриваясь вдаль.

Фларион кивнул, а потом озадачено посмотрел на рослого варвара.

— Сколько еще до Радимора? С таким тяжелым грузом, как эта статуя, мы не сможем быстро добраться.

— Тогда забирайся с Кибалой в фургон и убирайся как можно быстрее. А я возьму лук и постараюсь задержать их.

Затем Кутар нежно прикоснулся к Рыжей Лори, будя ее.

Чародейка согласилась с распоряжениями варвара. Она пристально посмотрела на отдаленное облако пыли, а затем на удаляющуюся по равнине двуколку.

— Нам никак не суметь добраться вовремя. Кто б там ни гнался за нами, они скачут быстрее.

— Тогда езжай с магами вперед. Пустите в ход свои чары и вызовите какую-нибудь подмогу. — Кутар был уже в седле и доставал из чехла свой роговой лук. — Я буду прикрывать вас, пустив несколько стрел. Это должно дать вам время добраться до города.

— Ты просто жертвуешь собой понапрасну, — нахмурилась Лори, глядя на него. — Поезжай с нами, Кутар. Мы вместе сделаем все, что в наших силах или…

— Девушка, — звонко рассмеялся он, — ты в последнее время столько занималась магией, что позабыла, чем может блеснуть настоящий боец. Вон там, примерно в полудюжине миль отсюда, камни, вполне подходящие для засады. До них я доскачу с вами вместе, а затем оставлю, чтобы дать вам возможность добраться до Радимора.

С этими словами он легонько развернул ее и подтолкнул к остальным.

— Разбуди их, подыми в седла. И если хочешь жить — поторопись!

Загрузка...