Часть II Глава 20. Отчет

Радгар ступил на тёмно-серый, шершавый пол. Наконец он мог спокойно дышать без громоздкой маски. Охотник волочил за собой увесистый мешок с оледенелыми останками мятежников. Он оставил ууманку на корабле, закрыв двери на сложнейший код, который был доступен и понятен только ему самому. Даже в случае, если кто-то попытается взломать Неруда, Радгар тут же об этом узнает, получив уведомление на коммуникатор.

Арбитр направлялся прямиком в зал совещаний, где обычно собирались главы кланов — Совет Старейшин. Сегодня его ждал Предводитель всех кланов яутжа — Харран, Ариас и несколько охотников, для ознакомления с отчётом о запретной планете. Радгар настроился на нужный лад с большим трудом, он запрятал свои опасения и мысли о Таре глубоко в пучину своего разума, а на поверхности оставил лишь мысли о проделанной работе и охоте на Земле.

Ощущая знакомый запах своих собратьев, терпкий и мускусный, бьющий в нос, Радгар почуял, что кроме знакомых ему яутжа за закрытыми дверями присутствует ещё кто-то. Кто-то более молодой, наверное недавно окроплённый охотник, что весьма удивило его. Тяжелая дверь начала подниматься вверх, как только сенсоры обнаружили арбитра. Как и предполагал Радгар, — Ариас, Харран и несколько кровавых ждали его внутри зала. Высокий потолок, отсутствие декоративных элементов, тёплый, кажущийся каменным пол и огромный овальный стол для переговоров — это всё, что было в зале примечательного. Самое важное в этом месте — безопасность. Поэтому стальная дверь, оборудованная не только замком, а так же и сенсорами, считывающими биологический запах, была искусно сделана самыми лучшими инженерами из клана Техников.

Незнакомый охотник молодой крови, также находился в зале. Что было необычно, ведь на подобные мероприятия допускались только избранные. Часто, отчёты рассматривали в кругу всех воинов клана, но в случае с Землей и в некоторых других ситуациях, до отчёта допускались лишь самые достойные.

Харран радовался тому, что его самый доверенный арбитр, наконец вернулся в целости и сохранности. Остается выяснить, что послужило причиной задержки. Предводитель прислушивался к каждой вибрации, исходящей от Радгара, но в эмоциях арбитра не было ничего необычного. А вот запах исходивший от него, казался более чем странным. Все окружающие сразу же его почуяли. Совершенно чужой, непривычный запах обволакивал всего арбитра и, кажется даже впитался в него. Бывало, что посещая обитаемые планеты, яутжа приносили с собой оттуда необычные запахи. Но, чтобы так сильно пахло, будто источник находиться где-то рядом!

Радгар склонился перед Харраном в уважительном приветствии. Арбитр сразу ощутил смятение присутствующих и догадался, что это всё из-за запаха, но не дал беспокойству пронять себя.

— Приветствую тебя, Предводитель! Сроки моего прибытия на Атолл были нарушены, за что я приношу свои глубочайшие извинения.

— Приветствую тебя, Радгар! Добро пожаловать на Атолл, — Харран одобрительно коснулся своей рукой с увесистыми наручами и длинными черными когтями плеча арбитра.

Все присутствующие приняли приветственно-уважительную стойку, согнув правую руку, сжатую в кулак и прислонив её к груди. На самом деле, Радгар и Харран готовились к двум отчётам: первый отчёт в присутствии Ариаса и более подробный отчёт — только для Предводителя. Радгар, без промедления, вручил Предводителю электронный накопитель, предварительно отредактированный и включающий в себя только обследование, потерпевшего крушение челнока, а так же выслеживание молодой матки каинде-амедха и её последующее убийство. Всё было преподнесено так, что казалось, будто задержка Радгара была связана только с побегом двух фейсхагеров. Ни у кого не возникло ни единого вопроса к арбитру. Хотя все присутствующие ощущали ноты недовольства исходящие от Ариаса, словно он готовился высказать свои сомнения или сделать какую-либо ремарку. Радгар отлично понимал истоки этого недовольства, ведь если он не ошибается в своих подозрениях, возложенные на молодых охотников надежды Ариаса не сбылись, как бы он не старался. В итоге второй арбитр наконец произнёс:

— Радгар убил матку, третью матку за свою службу, но не считаешь ли ты Харран, что этого недостаточно для нового назначения? Каинде-амедха явно не дотягивает до настоящей королевы-матки.

Вот, как решил выкрутиться Ариас, представив совершенно иную причину своему недовольству.

— Я буду решать это во время Совета Старейшин без твоего участия, Ариас, — даже не посмотрев в сторону Ариаса, произнес Харран.

Зрительные образы с накопителя отображались на огромном экране, выдвигающимся сверху и задвигающимся обратно по нажатию нужной кнопки на огромных наручах Предводителя всех кланов. Только у него были подобные наручи, с помощью которых, можно было открывать и закрывать любые двери на Атолле, а также управлять любой техникой.

— С какой целью ты подвесил мёртвого уумана? Это нарушение, Радгар, ведь причина его смерти каинде-амедха, а не твой клинок.

— С целью отпугнуть ууманов. Эта постройка, где обосновалась матка, могла обозначать близость поселения. Чтобы уумана не вздумали соваться, я прибегнул к обряду. Это нарушение, я полностью согласен, но убить безоружного уумана, потому что он свидетель — было бы ещё худшим решением.

Харран промолчал, продолжая наблюдать.

На самом деле, Предводитель пытался скрыть свое нетерпение. Он знал, что всё самое интересное в отчёте ему только предстоит узнать, а так же объявить, какое наказание за срыв сроков ждёт арбитра. Он делал вид, что внимательно наблюдает за происходящем на экране, иногда делал паузы и замечания. Харран был мудрым Предводителем, но он не был самым старшим из глав кланов. Управление всеми кланами — это дело не из легких и порой, ошибка предполагать, что самый старший — значит самый мудрый. Такую ошибку совершали почти всегда и это не приводило ни к чему хорошему. Поэтому с новым Кодексом и объединением кланов пришёл и новый тип управления. Всего кланов яутжа — семь. Среди которых, остался всего один клан, который ещё почитал старый Кодекс, но вынужден был жить по новому. Клан мятежников, клан всегда имеющий свое мнение и часто выдающий идеи старого мира за новые — клан Древних. К этому клану относился Ариас. Клан не уничтожили лишь потому, что их знания старого мироустройства и противоположное мнение могло иметь свои плюсы, хотя клан приносил много проблем и споров, вносил раздор. Старейшина клана Древних — Исхир, был причиной задержки вынесения некоторых приговоров, принятия решений. Старейшины даже предлагали разделить клан и убить Исхира. Только Харран — мудрый Предводитель сдерживал их, призывая сохранять мир и уметь выслушать другое мнение.

Харран, по совместительству был также главой клана Владык. Часто, Предводителя выбирали именно из этого клана, так как кроме основного пути крови, выходцы этого клана изучали историю, политику и управление. Были и исключения, но чаще именно Владыки могли правильно управлять всеми. Радгар же относился к клану Войнов, потому как его отец был из этого клана, в то время как мать относилась к клану Учёных. В таких случаях молодому яутжа дают сделать выбор в пользу того или иного клана и выбор арбитра пал на клан Войнов. Необычайно сильный и ловкий, Радгар прошёл путь крови даже слишком легко. Радгар рано стал сиротой, совсем мальком он остался без матери и отца. Харран, в какой-то степени заменил ему отца, увидев в молодом войне что-то особенное. Он следил за его успехами и взял над ним опеку несмотря на то, что это должен был сделать кто-то из клана Воинов. Харран был старше Радгара всего на век, но всё равно вызывал в арбитре чувства сродни с чувствами сына к отцу.

После окончания просмотра записей с маски, Радгар вывалил на огромный, овальный стол, где заседали Старейшины во время Совета — останки убитых яутжа. Грудина одного из них была разорвана, по форме раны было ясно, что оттуда извлекли зародыш чужехищника, не успел тот сформироваться и вырваться самостоятельно.

— Отвратительно, как позволил он мерзкому каинде-амедха отложить в свое тело эмбрион! — Ариас не сдержал своего презрения и подойдя к останкам ударил мертвое тело своей когтистой лапой.

Радгар сразу понял, что причина его негодования не только в чувстве омерзения. Но так же в том, что эти двое не оправдали ожиданий. Не сотворили хаос на планете рабов. Так называли Землю в клане Древних, но только между собой, ни в коем случае не в Совете и не при участниках других кланов, иначе за это можно было бы понести наказание. Но Предводитель и арбитр были осведомлены о пренебрежительном отношении Исхира и его клана к менее развитым расам.

— Убери лапы Ариас! Тела нужно передать биологам для исследования и составления заключения. А затем передать их клану, чтобы те решили что с ними делать. — Вмешался один из Кровавых, тот что был наставником опозоренного молодого война.

— Ты в этом виноват, Шайнт! Ты недостаточно хорош, чтобы быть наставником учеников! — начал было поднимать скандал Ариас, но Харран, быстро его успокоил приказав покинуть помещение.

— Который раз ты проявляешь неуважение, Ариас! Здесь не место для подобных выходок! Если хочешь выразить недовольство идите в Зал Состязаний!

— Прошу прощения, Предводитель, — склонился Ариас, блеснув своими жёлтыми глазами в сторону Шайнта.

— Оставьте нас с Радгаром наедине, все вон! Сиан, стой за дверью, я вызову тебя, когда будет необходимо — обратился он к молодому охотнику.

— Да, Предводитель, — взволнованно ответил тот.

Как только двери закрылись, Радгар немного расслабился, он не удержался и спросил Харрана:

— Зачем здесь этот малёк? Эти двое его братья? — указал на тела Радгар.

— Нет, у него совсем другая роль. Но об этом позже. А сейчас расскажи мне всё!

Радгар достал из наручей ещё один накопитель и вручил его Харрану. Предводитель тут же вставил его в соответствующее гнездо на панели, заблокировал вход в Зал Совещаний и включил запись, отметив про себя, как заволновался Радгар. На большом экране вспылила информация о первой цели охотника — уумане Кайле. Целое досье с грязными, незаконными делами. Затем последовал обзор какой-то Земной базы у воды. Харран позволил охоту на ууманов зная, что арбитр выберет себе не просто соперника, а соперника из грязной крови. По крайней мере, он на это надеялся. Ведь кроме того, что это являлось наградой, это же было и проверкой.

— Он слабак. Его страх убил его! Трус!

— Знаю, он являлся кем-то вроде арбитра у ууманов. Пытался стать главой их организации по соблюдению закона. Совершил покушение на своего Старейшину. Кроме того сотрудничал с кланом грязной крови, с группировкой, как они называют таких.

— Ты очень хорошо подготовился, изучил многое перед охотой. Это похвально.

То, что последовало далее не слишком понравилось Харрану. Арбитр пытался добраться до уумана, хорошо защищенного и прикрывающимся толпой воинов. Но так и не сумел поймать его, при этом убив нескольких ууманов. Благо те угрожали ему оружием и вовсе не собирались сдаваться. Поэтому нарушений здесь не было. Далее запись показала какую-то постройку. Видимо арбитр последовал за своей целью дальше, готовился к новому нападению и лечил свою рану. Харрана смущало, что запись не является цельной, Радгар вырезал какие-то моменты.

— Почему запись не оригинальная?

— Я всё объясню Харран, но прошу досмотри до конца.

Предводитель вновь уставился на экран, он видел сотни летящих конечностей, толпы вооруженных ууманов, видел как ловко Радгар разделывался с каждым, используя их же оружее и наконец арбитр добрался до своей цели. На экране появилось новое досье. Глава организации по борьбе с преступностью — продажный, двуличный и хитрый ууман. Слабый физически, но превосходный стратег. Но зачем Радгар так унизил его? Харран сразу почувствовал гнев арбитра. Вероятно, было за что срывать лицо с уумана. Здесь запись остановилась, Радгар нажал на паузу.

Предводитель в недоумении развернулся к арбитру. Его массивные наросты над глазницами, что можно было принять за брови — высоко поднялись от удивления, негодования, а янтарные глаза почти уже выдавали подступающую злость.

— Что происходит?!

— Послушай меня Предводитель, то что ты увидишь дальше, возможно повергнет тебя в шок. Но прежде, дай мне сказать.

— Слушаю.

— Я выбрал себе самку, — твердо сказал Радгар, устремив свой взор прямо в янтарные глаза Предводителя.

Харран удивился, он знал что Радгара не беспокоила эта сторона жизни и на время сезона он просто пользовался мимолетными встречами со свободными самками и никто никогда не цеплял арбитра, даже Латша, за которой охотились многие не оставила следа в его суровом разуме. Харран иногда даже не понимал его чёрствости, сам имел большое семейство, любимую спутницу жизни. Но Радгар, казалось не создан для этого. Он воин, прирожденный охотник.

— И кто же это? Неужели ты встретил её на Земле?

— Так и есть. Это ууманка.

«Ууманка? Да как же это? Это противоречит природе! Законность этого тоже под большим вопросом. Что же такое с этим арбитром»?! — опешил Предводитель.

— Но, как?

— Ууманка войн, охотница. Она случайно оказалась, в том месте, где я настиг матку каинде-амедха.

— Она что-то знает?

— Нет. Люди не осведомлены о нашем существовании или о существовании каинде-амедха. Они попросту беззащитны, как ты и утверждал, Предводитель. Сейчас я прошу посмотреть на неё, посмотреть на её охоту, чтобы ты понял, она достойный воин среди ууманов. То, что ты увидишь — её охота на уумана, предавшего её.

Харран хотел было разъяснить арбитру, что землянка не может быть достойным воином. Но не стал ничего говорить, просто уставился в экран. Там появился тонкий, хрупкий силуэт ууманки. И что он мог в ней найти? Узкие бедра, странные отростки на груди. Очертание этой инопланетянки казались Харрану неприглядными и совершенно чужими. Он наблюдал, как ууманка обследует чьё-то жилище. Как она обездвижила другую, совершенно такую же ууманку и притаилась в ожидании своей цели. Да, она не убила безоружную, это хорошо. Затем появился ууман, после недолгих разговоров он открыл огонь, землянка отстреливалась, а затем, по-видемому её захлестнула ярость и нетерпение, она прострелила конечность своему врагу и убила его выстрелом в голову. То что она сотворила потом напоминало традиционный сбор трофеев у воинов яутжа. Отрезала голову уумана и забрала с собой.

— Ты же понимаешь Радгар, увиденное не является доказательством того, что ууманка — охотница. Я не могу дать ей за это, — пораженный увиденным, заключил Предводитель.

— Я не прошу дать ей звание, я только показываю, что ууманка достойная. Что у себя на планете она — войн.

— Как ты выбрал её? Облик совсем не привлекательный, — нахмурив надбровные дуги спросил Харран.

— Для меня привлекателен её запах и даже этот облик.

— Запах?! Да как такое возможно, Радгар? Стало быть, от тебя сейчас исходит её запах?

— Да, я знаю вы все это почуяли.

— Именно! И он не приятен! Он чужой, как тот, что ты привозил с планеты Ва’ал, когда охотился на червей. Вот с чем могу сравнить этот уумановский запах. Разве можно его принимать за запах самки? Даже запахи чужих самок нашего вида приятные, но не будоражащие. Но этот запах просто чуждый, инопланетный!

Предводитель не был зол, но он был крайне удивлен. Что мог найти самец яутжа в самке ууманов? Он ощущал странное вибрации от Радгара, будто облегчение. Радгар расслабился и сбросил с себя какой-то груз.

— Я не знаю, что делать с тобой и твоей ууманкой Радгар, рано ты радуешься!

— Я рад тому, что её запах тебе не приятен.

— Как это понимать?

— Я имел опасение, что моя землянка отличается от других, имея такой запах. Другие самки с Земли не привлекали меня. Я предположил, что она может привлекать и других самцов яутжа. А теперь понимаю, что это далеко не так.

— Странное предположение.

Радгар снова нажал на кнопку и запись продолжилась. Предводитель увидел, как ууманка пыталась помочь арбитру, как её израненную, арбитр нашёл в том самом здание, где убил второго уумана.

— Так вот почему ты был так зол и унизил этого уумана, он искалечил твою самку?

Радгару понравилось, что Харран назвал её его самкой. Значит он всё-таки готов принять её.

— Да, он видел меня, ты уже это и сам понял. И пытался её разговорить, узнать обо мне. Она была на грани смерти, Харран. Но ни слова не сказала.

— Ты убил очень многих ууманов. Это плохо. Ты позволил эмоциям взять вверх, Радгар.

— Да. — опустил голову Радгар.

— Но в итоге, ведь не осталось и следа твоего пребывания на планете? Никто из ууманов ничего об этом не узнал, все кто видели тебя мертвы. Я сам лично, то и дело проверял сеть ууманов. Знаю, что ничего такого там не всплывало.

— Так и есть.

— Мне надо подумать об этом. Многое из того, что я видел выходит за рамки дозволенного.

— Я приму любое твое решение, Предводитель, — спокойно сказал Радгар, слегка наклонив голову.

— Что касается ууманки. Только подумай — потомство она тебе, скорее всего, не даст. А если и даст, то каким оно будет? Можем ли мы позволить родится на свет гибриду, неизвестному созданию. Вероятно он будет слабым, как ууманы. Наши законы запрещают вмешиваться в жизнь на других планетах, в частности, если эта разумная жизнь. Я против рабов, против экспериментов, что ранее проводились над существами с разных планет, включая Землю. Как ты объяснишь Совету, что землянка — твоя самка? Ведь, по сути я не позволял тебе общение с ууманами. Твоя задача была отыскать челнок и наказать беглецов. Что это будет — случайность?

— Это и есть случайность.

— Как воспримут её другие кланы? Клан Учёных, клан Древних? — сделав акцент на последнем слове, спросил Харран.

— Меньше всего меня волнует мнение Древних, — раздраженно ответил арбитр.

— Их попытки вернуться к рабовладению, пренебрежительное отношение к ууманам и остальным расам. Как ты думаешь отреагирует Исхир? Мне придется его успокоить.

— Твои опасения насчет Исхира мне понятны, но причем здесь клан Учёных?

Харран на мгновение замолчал, словно обдумывал свою последующую фразу.

— Учёные-генетики, ранее тесно сотрудничали с кланом Древних.

— То есть в отношении к инопланетянам они за одно?

— Не на столько, я предположил, что Исхир может припомнить Учёным их тесные связи и подговорить выступить против твоей ууманки.

— Харран, были ли раньше смешанные союзы? Я пытался найти эту информацию, но не нашёл ни следа.

— Всё, что касается других рас, смешенных союзов и их потомства — вся информация уничтожена, воспоминания Старейшин, только в их голове. Даже мне не известна эта информация.

Радгар чётко уловил мимолетное сомнение в словах Предводителя. Он явно знал что-то, но не имел желания сказать. И допрашивать самого Предводителя, даже доверенному лицу было непозволительно. Арбитр какое-то время раздумывал, но всё же осмелился задать последний вопрос.

— Для чего скрывать такое? Это ведь важная часть истории.

— Чтобы сохранить нашу культуру. Запрет вторгаться в чужие цивилизации создан не только для сохранения баланса Вселенной. Но так же, чтобы создавать своё, а не подсматривать у других.

— Но ведь мы на пороге большого путешествия в поисках достойного противника, в поисках разумных инопланетян и их технологий.

— Верно, но не их культуры. Нам не интересна их культура и генетика. Мы ищем войны, как бы не хотел я жить в мире. В нашей природе — охота. Без охоты и достижений яутжа не могут существовать. Ты забрал ууманку и это непозволительно, но также я понимаю, что она свидетель и твоя самка. Одно противоречит другому! Уверен, найдутся те, кто будет негодовать по этому поводу.

— Я готов ко всему. Но она останется со мной. Есть многое, что мне понадобиться сделать для неё, но я готов.

— Не ожидал от тебя такого, Радгар. Придётся созывать Совет. Ууманка на Атолле…даже не представляю к чему может это привести. На Совете мое слово — последнее. Выслушаю всех, но решение буду принимать я. Не буду запрещать тебе, ты добился высокого положения и закона запрещающего союз с уманкой нет, как с любой самкой инопланетного происхождения. Одно знаю наверняка — союзы были, но это были неравноправные союзы. Инопланетяне, как тебе известно были рабами, наложницами. Возможно об этом припомнят на Совете, будь готов услышать это. А пока есть ещё, что необходимо обсудить.

— Ариас? — догадался Радгар.

— И он тоже, Ариас причастен к тому, ради чего ты отправился на Землю, я уверен.

— Он выдаёт себя даже своими эмоциями, — подтвердил он.

— Да, а так же он стал часто интересоваться обучением воинов. Он принимает участие в учениях, не успевая выполнить свои обязанности арбитра. За ним нужно присмотреть, а так же есть подозрение, что его клан, клан Древних — имеет связи с грязной кровью.

— Это хороший повод, наконец разделить клан и разделаться с мятежниками!

— Я знаю, ты хочешь этого. Но они не только сеют раздор, ты знаешь сам, они важная часть Совета, — заметил Харран.

— Не знаю, Предводитель, тебе виднее.

— Сойдемся и на этом. Ариаса мы еще обсудим, сейчас позволь мне приступить к твоему наказанию. Я сомневался, что такое наказание будет справедливым. Но теперь, узнав все обстоятельства, я уж точно уверен. Видел того малька?

— Он же окропленный?

— Для меня он всё равно еще малёк, только что прошел путь крови. Это мой старший сын — Сиан. И теперь — ты его наставник!

— У меня нет такого навыка, Предводитель, ты знаешь сам!

— Что бы ты не говорил, я хочу чтобы какое-то время он служил тебе помощником. Он хороший войн, но также он хороший техник, благодаря его матери. Его судьба будет решаться в ближайшее время. Он прошёл лишь обязательный для всех путь крови и добился успехов. Не таких, как ты в свое время, но он также добился успехов в инженерии. И как бы я не хотел сделать из него будущего война и главу клана, но считаться с его природой я тоже должен. Пусть он будет тебе помощником, а ты прими роль его наставника в охоте, это будет полезно для вас обоих. Ты сможешь лучше себя контролировать, а он сможет лучше понять для себя роль охотника и арбитра.

— Так ему больше подойдет наставничество Тремера, если он имеет способности к инженерии?

— Затем я отправлю его к Тремеру, через пару сезонов. Он рвётся туда сам, решил всё для себя. Но пусть поймет, что не всё так просто и возможно есть шанс, что он ошибается в своём выборе.

— Как прикажешь, Харран. Но роль наставника мне чужда.

— Мне она тоже была чужда, когда я стал таковым для тебя.

— Ты превосходный наставник, Харран.

— Знаю, поэтому я уверен, что и ты таковым станешь.

Предводитель нажал на своих наручах кнопку и дверь открылась. Молодой войн, примерно на голову ниже Радгара, только что получивший свои первые доспехи, уверенно вошел в зал.

Загрузка...