Укради мое сердце

Глава 40

POV Вероника

Я поднялась на второй этаж и затаила дыхание. Над головой был железный купол, а посреди помещения находилась какая-то огромная штуковина, в которой я распознала телескоп. Немного в стороне на полу был расстелен плед, а рядом работал обогреватель.

— Обсерватория? — зачарованно выдохнула я, подходя к телескопу и заглядывая в окуляр, но там была лишь чернота.

— Нравится? Я пожертвовал небольшую сумму на ремонт здания, чтобы нам никто не мешал. Подожди, телескоп должен быть уже настроен, но здесь нужно что-то нажать, чтобы разъехалась крыша.

Пока Рома копался у стены, пытаясь понять, как работает громоздкий механизм, я медленным шагом прошлась по скрипучему полу, пытаясь скрыть счастливую улыбку. В углу заметила низкий столик, на котором были фрукты, бутылка вина и десятки незажженных свечей. На полу вокруг одеял, из которых было сделано импровизированное ложе, была включенная гирлянда, которая мигала разными цветами и была единственным освещением в этой части старенькой обсерватории. А парень, похоже, подготовился.

— Есть! — радостно воскликнул он, смотря вверх.

Крыша разъехалась, и мне открылся вид на тёмное небо.

— На самом деле я пытался выучить названия созвездий, чтобы блеснуть умом перед тобой, но сейчас могу точно сказать, только где находится луна, — рассмеялся парень, приглашая меня заглянуть в телескоп первой.

Я прижалась глазом к холодному окуляру, и сердце пропустило удар от того, что предстало моему взгляду. Тысячи маленьких светящихся огоньков мерцали и сливались, складываясь в созвездие. Это была настоящая магия.

— Как тебе? — спросил Рома, как мне показалось, взволнованным голосом, обнимая меня со спины и зарываясь носом в моих волосах.

— Это… это самое прекрасное, что я видела в своей жизни. — Я отрываюсь от созерцания звезд и поворачиваюсь к парню. Потому что он с недавних пор моя главная путеводная звезда. Тот, благодаря кому моя жизнь так резко изменилась и заиграла красками. Тянусь к его губам за поцелуем и чувствую, как в один миг в помещении вдруг становится жарко, но не уверена, что дело в обогревателе.

— Мне удалось удивить тебя? — выдыхает мне в губы Рома, разрывая наш поцелуй первым.

— Да. — Я заглядываю ему в глаза и провожу языком по нижней губе, давая понять, что прекрасно поняла намёк. Внизу моего живота разгорается жар, который волнами расходится по всему телу и наполняет меня желанием. Я предвкушаю сегодняшнюю ночь и точно знаю, что она будет ещё лучше, чем предыдущие.

Замечаю, как завороженно Рома следит за мной взглядом, как дёргается его кадык, когда кончик моего языка увлажняет губы. Он делает шаг назад, смотря мне куда-то за спину, словно боится сорваться и наброситься на меня.

Пока Соловьев зажигает свечи и разливает по бокалам вино, я неотрывно смотрю на звездное небо. Не могу оторваться от телескопа и от того, что можно увидеть с его помощью. Жаль только, что его нельзя передвигать, чтобы по карте найти и другие звёзды.

Я вдруг вспомнила легенду о том, что если человек умирает, то его душа улетает в небо и превращается в звезду, чтобы наблюдать за любимыми с высоты. Интересно, какая из них мой папа?

— Иди сюда, все готово, — сквозь мысли доносится голос Ромы, я отрываюсь от телескопа и поворачиваюсь в его сторону.

***

От выпитого вина и от предвкушения у меня закружилась голова. Меня манят его губы. Я хочу его. Безумно. И без разницы, что мы находимся в обсерватории, в которую в любой момент может кто-то заглянуть. Я не могу больше сдерживаться. Доверчиво заглядываю в глаза Ромы, и мы одновременно срываемся с цепи. Тянемся друг к другу и сливаемся в поцелуе.

Наши языки пляшут в бешеном ритме страсти, рука парня проникает под свитер и движется вверх. Он запускает пальцы под чашечку лифчика, надавливая и лаская мою грудь. Я дрожу от возбуждения. Чувствую, как внутри меня разгорается пожар. Мне нравится то, как он целует меня, нравится, как меня заполняет его умелый язык. Нравится, когда он перестает быть нежным и осторожным, перестает контролировать себя и срывается в бешеный ритм.

Мои руки не могут найти себе места, я одновременно хочу с силой вцепиться в его плечи, хочу зарыться пальцами в его волосах, хочу стянуть с него одежду, хочу ласкать его твердый член. Рома словно чувствует мои мысли, торопливо снимает с меня свитер, а потом и сам избавляется от лишней одежды.

Моя кожа в одно мгновенье покрывается мурашками. Несмотря на то, что рядом работает обогреватель, в помещении все равно холодно. Губы Ромы хаотично целуют то мою шею, то берут в захват мои соски. Его прохладные пальцы проходятся вниз по моему позвоночнику, вызывая дрожь по всему телу. Его губы играют с моими сосками, и я стону от наслаждения. Непослушными пальцами расстегиваю ремень на его штанах и проникаю под пояс.

Он возбужден не менее, чем я, и я хочу довести его до предела. Хочу свести его с ума. Хочу, чтобы он никогда не смел даже подумать о других девушках.

— Подожди, — отрываюсь от губ Ромы и перевожу дыхание. — Кажется, я кое-что проиграла тебе. — Я смущаюсь, когда произношу эти слова, но горящий блеск в глазах парня подтверждает то, что я двигаюсь в правильном направлении. — Поднимись, — командую я, становясь на колени.‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ты уверена? Я могу подождать, — дрожащим голосом говорит парень, не отрывая от меня взгляд.

— Да.

Рома медленно поднимается, не прекращая следить за моими движениями. Я подползаю ближе к нему, быстро справляюсь с пуговицей, нарочито медленно тяну вниз «собачку» молнии и достаю из боксеров его пульсирующую плоть. Провожу пальцами вдоль твердого члена и останавливаюсь на головке. Облизываю пересохшие губы и сглатываю подступивший от волнения к горлу ком.

Несколько мгновений я зачарованно смотрю на него, не зная, с чего начать. Но мне хочется. Очень хочется. Почувствовать его вкус и услышать стон его удовольствия.

— Ник, если…

Рома не успевает договорить, потому что я придвигаюсь к его паху и обхватываю губами головку. Слышу шипение парня и чувствую, как напряглось все его тело. Обхватываю дрожащей рукой член и двигаю ладошкой вверх-вниз. Описываю языком круги и беру его в рот глубже.

Рома зарывается пальцами в мои волосы и задает ритм. Я заглатываю его еще глубже, блуждаю языком по горячей плоти и помогаю себе рукой. В какой-то момент я поняла, что и сама завелась до предела от этого действия. В трусиках стало мокро, и от каждого прикосновения тонкого хлопка к моим губкам внизу живота все больше и больше разгорался огонь.

Я посасываю его головку, как леденец, чувствуя на кончике языка солоноватый вкус его возбуждения.

— Бля, детка, кажется, я в раю. И этот рай — твой сладкий ротик.

А потом Рома резко отстраняет меня от себя, опускается на колени и толкает меня на одеяла. Достает из кармана маленький квадратик, нетерпеливо разрывает упаковку презерватива зубами и раскатывает тонкий латекс на всю длину члена.

Он стягивает с меня джинсы, приспускает свои штаны, даже не снимая их до конца, и, дрожа от неудовлетворенного возбуждения, разводит мои ножки и входит одним резким толчком.

— Тебе хорошо? — прошептал он, обдавая шею горячим дыханием.

— Да, не останавливайся. — Я выгибаюсь ему навстречу и принимаю его полностью.

Я перестала контролировать себя. В порыве страсти выкрикивала имя парня, просила не останавливаться и оставляла на его теле следы от своих зубов. Выгибалась ему навстречу, чувствуя, как с каждым его толчком приближается желанная разрядка. Дыхание Ромы было хриплым и неровным, он водил руками по моему телу, лаская меня и сводя с ума.

Я почувствовала, как мир вокруг взорвался, и забыла, как дышать. Замерла, не в силах пошевелиться, ловя ртом поцелуи Ромы и чувствуя, как он делает последние толчки и замирает внутри меня. У меня нет сил произнести и слово. Парень обессиленно упал на меня сверху, и я обвила руки вокруг него, сжимая в своих объятиях. Я задыхаюсь от удовольствия, оттого, что мы так близко друг к другу, и оттого, что я чувствую на себе его обнаженное вспотевшее тело.

— Люблю тебя, — все еще не отдышавшись, шепчет мне на ухо Рома.

— И я тебя люблю. Очень.

Эти слова вырываются из меня сами. В первый момент я даже не понимаю, что произнесла это вслух. Как и Рома. Он отстраняется от меня, приподнимаясь на локтях, и неверяще заглядывает мне в глаза, ища подтверждение моим слова. Я прикусываю нижнюю губу и отвожу взгляд в сторону. А потом смелею, хочу признаться ему еще раз, но не успеваю. Прекрасный миг разрушает мелодия телефонного звонка моего телефона.

— Перезвонят, — говорю я, притягивая парня к себе для поцелуя.

Но звонивший был слишком настойчив, поэтому мне все-таки пришлось высвободиться от объятий Соловьева и нащупать в кармане джинсов, которые были отброшены в сторону, телефон.

Сердце забилось чаще, а кровь отхлынула от лица. Звонили из клуба.

Я поднялась с пола, обулась и отошла к телескопу, подальше от Ромы, чтобы он не слышал мой разговор. Хотелось выбросить к черту телефон, раздавить его, разбить об стену, чтобы меня больше никогда не беспокоили. Но несмотря на эти желания я скольжу пальцем по экрану телефона, принимаю звонок и подношу трубку к уху.

— Да, — голос звучал хрипло и слабо. Я вся дрожала. От прежнего тепла не осталось и следа.

Рома, прищурившись, не отрывал от меня взгляда, и ради него я пыталась сделать вид, что все нормально. Ничего такого не происходит.

— Вероника, солнышко, как твои дела? — послышался мужской голос на том конце телефона. От веселого голоса Александра Игоревича по телу прошелся неприятный озноб.

— Все хорошо, спасибо, — мой голос звучал сухо, я состроила смешное выражение лица, давая понять Роме, что звонок не важный.

— У нас тут в клубе случилось ЧП, Милка ногу на своих каблучищах сломала, а Женечка, Вика и Света подхватили какую-то кишечную палочку, съев суши, Маринка улетела с подругами на отдых. Кадров катастрофически не хватает, не могла бы ты в знак наших былых хороших отношений выйти на подмену?

— Эм-м, мне не совсем удобно, мы же с вами, кажется, все решили, — я осторожно выбираю каждое слово, потому что более чем уверена: если Соловьев узнает, что мне звонят из стрип-клуба, вырвет из рук телефон и пошлет моего бывшего шефа куда подальше.

— Вероника, — голос мужчины звучит уже не так доброжелательно, — ты ведь помнишь о той папке, которую я храню в своем ящике. Ты мне нравишься, и я отпустил тебя без проблем, но завтра у нас много заказов, персонала не хватает, выйдешь на пару часиков на разогрев, и больше я тебя не потревожу. А если откажешься, поверь, я умею быть злопамятным.

Я молчала. Отвернулась от парня и пыталась совладать со своим дыханием.

— Хорошо, только так, как договорились, и потом все.

На самом деле я понимаю, какая я дура, что соглашаюсь на это, но впутывать Рому в свои проблемы не хотелось.

— Я знал, что мы найдем с тобой общий язык. Наберешь завтра Яне, она все расскажет. На два часа всего нужны девушки. И не переживай ты так, это всего лишь номер на разогреве, я помню, что ты у нас хорошая девочка, — усмехнулся он и отключился.

— Кто звонил? — Я вздрогнула, когда теплые руки Ромы прикоснулись к моей спине.

— Да так, из спорт школы. Кажется, я вся продрогла, как насчет того, чтобы одеться и отогреться за стаканчиком вина? — спрашиваю после секундного замешательства и, не дожидаясь ответа парня, поднимаю с пола свою одежду, быстро натягивая на себя.

— А как насчет того, что минуту назад ты наконец-то призналась мне в любви? — не отставая от меня, спрашивает Рома и счастливо улыбается.

— Оу, мне кажется, тебе послышалось. Какая любовь? Какие признания? — поддергиваю его.

— Тебе меня не обмануть. Ну, давай же, мисс Ледышка, произнеси это еще раз вслух. Я весь в ожидании. Мне стоит записать это на диктофон, чтобы в одинокие холодные ночи слушать твой голос и рыдать, как девчонка, от разлуки.

— Не знала, что ты у меня такой чувствительный.

Я смотрю на него игривым взглядом, пытаясь скрыть тревогу, подхожу ближе и, привстав на носочки, провожу языком по его нижней губе. А потом выдыхаю прямо в рот:

— Я люблю тебя, Роман Соловьев. Безумно. И если ты сделаешь мне больно, убью, не задумываясь.

— Понял. Угроза принята.

Оказалось, это не так сложно — признаться в любви. Куда сложнее сохранить ее и не потерять.