Ушастое Возмездие

Глава тридцать вторая. В которой зелье было готово

Глава тридцать вторая. В которой зелье было готово

Подушку принесли быстрее, чем представлялось. Два эльфа несли ее, словно трофей! Впереди, на вытянутых руках!

— Гривой не трясти!!! — возмущались все.

Сначала подушку ткнули под нос Ольги на опознание. Ольга немного растерялась, но присмотрелась и кивнула. Бережно, словно сокровище, подушку положили на траву и стали искать волос.

Никогда еще в окрестностях дворца великого Императора Бельфегора не было слышно такое сосредоточенное сопение.

— Да не трусите своими швабрами! — гневно сверкнул глазами Асмодей.

— Да у него что? Волосы не выпадают? — спросила Дарина, присматриваясь к волосине.

— Твоя? — тыкали в лицо Ольге волосами.

Сейчас она напоминала свидетеля, которого привели опознавать труп.

Ольга расстроилась окончательно. Раньше она была уверена, что у нее здоровые волосы. И реклама шампуня на клею “От выпадения волос” с экстрактом ПВА не про нее.

— Мой, — сознавалась Ольга, опусти глаза на волосы. Она словно спрашивала их, что их, сволочей, не устраивало на ее голове, раз они решили сбежать в таком количестве!

Это напоминало массовый исход евреев из Египта. А подушка напоминала поле боя времен первой мировой. Мертвые солдаты лежали на ней, напоминая про огромные суммы, потраченные на шампуни, бальзамы, кондиционеры и маски.

Ольге так и хотелось взвыть, когда ей принесли очередной волос. Что же вам не сиделось?!! Что я вам такого сделала? Я не делала химической завивки и почти не красилась!

С каждым принесенным на опознание волоском, Ольга чувствовала как ее лысина блестит на солнышке.

— Нашел! — послышался чей-то голос придыханием. Все переглянулись и разучились дышать. Дрожащие пальцы с когтями одного из демонов охранников держали белый волос. Единственный. Все смотрели на волос и старались разучиться дышать окончательно.

Подушку отбросили в сторону. А на ней улегся хомяк.

— А что? — заметил Витириэль. — Почему бы и нет?

Его фантазия рисовала бархатную подушку и двух эльфов, которые несут ее чинно, словно корону.

Волосок Литаниэля бережно завернули в бумажку. И назначили хранителя.

Вечерело, ведьма все задерживалась. Вокруг костра были вытоптаны нервные тропки.

— Где эта старая карга? — психовал Асмодей. Ему все чудилось, что откуда-то со стороны дворца раздается знакомый рев Бельфегора.

Демоны тоже посматривали в сторону дворца. Отдохнувший и набравшийся сил Император летает намного быстрее измученных обитателей дворца.

— Если что буду просить политическое убежище у эльфов, — прокашлялся Асмодей, успокаивая себя.

Его воображение рисовало светловолосых эльфов, медитирующих на цветы и жрущих шишки. Он видел, как его уши становились острее, как темные волосы светлели с каждым укусом шишки… И вот он уже улыбается каждой бабочке и бегает голенький по полю, раскинув руки.

— Нет, лучше умереть! — отогнал наваждение Асмодей. — Надо же, какие странные мысли посещают голову.

— Где эта старая карга? — психовали демоны.

Эльф и демоны обогащают словарный запас друг друга новыми ругательствами. Где-то из маленькой хижины, затерянной в лесу, должен был слышаться громкий ик!

Ведьма появилась с первым лучом заката. Когда уже все устали ждать. Когда закончились все красочные эпитеты. Когда уныние воцарилось в уставших и голодных рядах, потерявших всякую надежду.

— Вот, — произнесла ведьма, доставая огромный пузырь.

Все переглянулись. Почему-то казалось, что это будет маленький пузырек в котором будет две — три капли драгоценной жидкости. А никак не трехлитровый бутылек.

— Эльф должен это выпить до капли, — заметила ведьма. Она потрясла жидкостью цвета канализационной речки возле Ольгиного дома.

— За месяц? — поинтересовалась Ольга, вспоминая, как отмечала стаканы воды, выпитые в день.

— А он не лопнет? — спросил Асмодей, поглядывая на остальных.

— Это сколько же его придется держать, — переглянулись стражники.

— А это чайный гриб? — спросила Ольга, глядя на какой-то гриб, который лениво ворочался в бутылке.

— Догадалась. Я пошутила, — заметила ведьма, лихо отхлебывая из бутыля. — Зелье вот!

Она достала маленький пузырек. И все выдохнули с облегчением.

Если буду мрачные пророчества выдавать, отберете, — кивнула ведьма, делая еще один глоток. — Потому что потом я начну их воплощать.

Драгоценный пузырек из рук ведьмы взял Асмодей. Белый волос опустился в пузырек и растворился в нем. Из горлышка пошел зеленый дымок.

— Теперь нужно придумать, как его напоить, — занервничали все.

— А он вообще пьющий? — спросили демоны. — Может, ему бутылку подарить?

— Нет, Литаниэль себя очень любит. И не пьет. Он бережет свое здоровье! — заметил хомяк, вальяжно развалившись на подушке.

— Помните, у него был грибной чай? — спросил Асмодей.

В этот момент побледнели все, кроме Дарины. Она единственная из всех присутствующих не пробовала этот нектар богов. Ольгу замутило, и она присела на сырое дерево.

— Это он друзей угощает им, — вздохнул хомяк, блаженствуя и растекаясь. — Или вы думаете что? Вы к нему, а он вам гостеприимно нальет грибной чай?

Один эльф бросился в кусты и зашуршал ими.

— Что с ним? — спросили все, глядя на голову, которая высовывалась из кустов.

— А, это Сириэль… Раньше он служил при дворце Литаниэля. И Литаниэль его часто поил грибным чаем… Поэтому мы зовем его Сириэль, — ответил хомяк.

— Неужели вы вот так и сидели под гнетом Литаниэля? — спросила Дарина. — Что? У вас мужиков не было? Магов? Скинули бы Литаниэля и жили бы себе счастливо!

Дарина презирала слабых мужчин. Любой мужчина, который не мог отжаться пятьдесят раз от перекладины по определению Дарины был слаб.

— О, восстания поднимались трижды! — вздохнул хомяк. — Это грустные страницы нашей истории. Поэтому я обычно с ними хожу в туалет. Первое восстание поднялось, как только Литаниэль взошел на трон. И никто не знал, кто бы это мог быть! Розиэль, Травиэль, Листиэль, Цветиэль и Говниэль, — пять смелых и храбрых эльфов решили поднять восстание.

Голос Витириэля был грустен..

— Но оно с треском провалилось. Среди эльфов затесался предатель… — голос Витириэля дрогнул. — Предателя так и не нашли…

— Вот странно… — заметил Асмодей. Все тоже так посчитали.

— Второе восстание началось примерно так же. Удалось отвоевать три куста и четыре дерева, — вздохнул хомяк. — Мимозиэль держался, как мог. Говниэль ему помогал… Но опять! Снова! Кто-то предал! И опять не нашли предателя!

— Это нужно постараться, — выдохнул Асмодей. — Погоди, сейчас расскажу про третье восстание… Какой-нибудь Короэль решил напасть на дворец, но с ним был опытный Говниэль. И кто-то снова предал!

Хомяк посмотрел на Асмодея. Внимательно.

— Зачем я рассказываю? Вы и так прекрасно знаете нашу историю! — опустил голову хомяк.

— Ой, а как бы меня звали на эльфийском? — спросила Ольга.

Все понимали, что нужно было думать над планом. Но узнать про эльфов побольше не помешало бы. Вдруг появится какая-то зацепка.

— Ольгиэль? — спросила Ольга, представляя себе красивый лес и цветы.

— Да, и как можно… эм… переехать к эльфам? Типа политического убежища? — спросили демоны из охраны. Им тоже не хотелось попасть Императору под горячий меч, руку и дубину.

Тем более, что в случае провала нужно было перестраховаться.

— Эльфийские имена — это древнее искусство! — сморщился хомяк. — Это часть великой культуры эльфов! И никаких Ольгиэлей! Мы даем имена в честь того, что можно найти в лесу!

Идея с политическим убежищем начинала нравится все больше.

— У нас не заняты имена, — прокашлялся хомяк. Он полез за щеку и достал список. — Просто эльфы не любят повторяться.

Бумажка прошуршала.

— Итак, Сосинэль, — зачитал хомяк. И посмотрел на желающих стать Сосинэлью или Сосинэлем. — Желудиэль? Есть желающие? Учтите, свободных имен осталось мало!

— Ой, а можно я сменю имя? — спросил один из эльфов.

— Да, пожалуйста! — махнул рукой хомяк. — Хочешь быть Желудиэлем? Отлично! Пишу, Грибиэль взял имя Желудиэль! Растешь! Молодец!

Эльф радостно закивал!

— Шишиэль, — осмотрелся хомяк. — Кто хочет быть Шишиэлем? Никто, понятно. Дуплиэль? Есть желающие? Дуплиэль! Отличное, редкое, а главное — очень древнее имя. Идеально подходит как мужчинам, так и женщинам.

Все молчали. Была еще надежда, что в конце списка затерялась парочка приличных имен.

— Дятлиэль! Чудесное имя! — хомяк искренне удивлялся, почему предыдущие имена еще не расхватали. — Звучное, яркое! Подходит натуре упорной, деятельной и настойчивой! Есть такие?

Демоны переглянулись. Асмодей молчал. Что было на него совсем не похоже. Дарина стоически понимала, что будет сражаться до конца.

— Выдриэль? — мельком глянул хомяк. — Что? Тоже нет? Оппосумиэль! Вы только послушайте, как оно звучит! Учтите, тут еще два имени осталось! Соплиэль! Что-то вроде “утрешь всем сопли!”. Очень боевое имя! Лохиэль! Растение такое! Лох!

— Вы говорили, что можно найти в лесу, — осторожно заметила Ольга, все еще находясь под впечатлением. — Соплиэль разве есть в лесу?

— Соплиэль есть везде! У нас остались Блохиэль и Трупоэль! — закончил список Витириэль. — Ну как? Что-то понравилось?

Демоны переглянулись. И решили, как и Дарина, стоять насмерть. И если что погибнуть в неравном бою! Даже Ольга, которая тоже подумывала приобщится к древней культуре эльфов решила стоять насмерть.

— Я предлагаю выманить Литаниэля и влить в него зелье! — тут же стали предлагать воодушевленные демоны.

— Можно попробовать. Но тогда он будет знать, что мы от него хотим! — заметил Асмодей. — Нужно изящней! Принц далеко не идиот!

— Может, ему что-то подарить? — предложила Дарина.

— Кисточку для чистки пупка? — усмехнулся Асмодей.

— Есть! Сто сорок одна штука, — отозвался хомяк с подушки, требуя, чтобы ему почесали спинку.

— Нужно исходить из того, что у нас есть! — спорила Дарина.

— Так, а что у нас есть? — все стали осматриваться по сторонам.

— У нас есть ствол! — показал Асмодей на поваленное дерево. — Мы вооружены и очень опасны! Еще предложения!

Внезапно со стороны ствола послышался хрипловатый голос: “Конец света близок!”. Ведьма сидела с бутылкой в руках. И смотрела куда-то вдаль.

После короткой схватки, грибной компот был отобран и вылит под пенек.

— Знаете, наверное, я сейчас скажу глупость, — осторожно вклинилась Ольга. — Но люди, которые страдают нарциссизмом всегда очень самоуверенны. Они переоценивают свои силы. И считают всех вокруг идиотами, не стоящими внимания. А идиоты, как известно, ни на что не способны.

— Ты предлагаешь сыграть на его тщеславии, — заметил Асмодей. — Облизать его чувство собственной важности?

— А почему бы не прикинуться … ну что-то типа торговцами? — спросил демон из охраны.

— Ага, а как будто он нас в лицо не знает! Да у нас на рожах написано, что нас недавно жизнь била! — хмыкнула Дарина.

— Мы бы могли предложить ему что-то, что позволит ему стать лучше, красивее! — осмелела Ольга.

— Есть идея, — усмехнулся Асмодей. — Вряд ли он догадывается о том, что хранится во дворце Императора Бельфегора. Мы поместим пузырек в какую-нибудь комнату. Что-то вроде тайника. И демонстративно проберемся во дворец. И сделаем так, чтобы нас как бы поймали. Часть успеет уйти, а кто-то останется. И тот, кто будет уходить, крикнет, чтобы не говорили про зелье… эм…

— Вечной красоты! — закивал один эльф.

— Что-то типа того. За которым мы пришли, чтобы забрать его из дворца. Такое зелье заинтересует эльфа, — в голосе Асмодея слышалось коварство.

— Очень заинтересует! — поддакнули эльфы. И переглянулись.

— Оставшиеся будут молчать, как партизаны. А потом неохотно… Словно это действительно страшная тайна, начнут говорить, где оно… Но при этом не забывать плакать, стонать и кричать, что ничего больше не скажут! — продолжал демон. — После долгой комедии его проводят к зелью, тот разумеется, заинтересуется им. И возможно выпьет сразу.

В лесу воцарилась зловещая тишина.

— Только смотрите по дозировке… Я же не знаю, сколько ему надо? Как увидите, что он ведет себя странно, отбирайте зелье… А то будет идиотом, как прежде! — простонала ведьма.

— Так, так, так, — оживились все, собираясь в круг. — Сыровато, но уже интересно!

— А что если упростить его! Дескать, мы кого-то выгоняем из ополчения! Демонстративно и со скандалом! Мол, пошел вон отсюда! Предатель! И предатель под окнами орет, что расскажет Литаниэлю про зелье красоты… Мы пытаемся остановить предателя… А он успевает добежать до эльфа. Все, дело сделано. Дальше все просто.

Все шептались, обсуждали, отклоняли и предлагали варианты.

— Ладно, сюжет понятен. Остально найти предателя! — заметил Асмодей. — Пусть идет хомяк!

— Что?!! — заорал с подушки хомяк. — Да он мне не поверит! Я его шесть раз отравить пытался!

— А как будто мне поверит! — усмехнулся Асмодей. — Мне он точно не поверит! Я его два раза в пропасть столкнул! Чтобы не мешался!

— Тут начался такой галдеж! Каждый перебирал, чем нагадил в душу эльфу.

Такое чувство, словно мы — не силы добра, — заметила Ольга. — А силы зла какие-то! Мы какие-то не очень добрые для добра… Вы не находите?

— Что это вы на меня смотрите! — заартачился один из стражников. — Вы что? Не помните, как я его связывал! Он на меня тогда смотрел что-то вроде, вот тебя я точно запомню! И никогда не прощу!

— Я вас не запоминаю! — возмутился Асмодей. — А тут эльф!

— Эльфы — очень злопамятные, между прочим! — доказывал хомяк. — И вообще, я считаю, что этим Дермиэлем должна быть … девушка! К девушкам больше доверия!

Воцарилась тишина. Ведьма вздохнула.

— На меня не смотрите, — философски заметила ведьма. — Я уже минимум три тысячи лет, как не девушка…

Все посмотрели на ведьму. Захотелось тут же познакомится с этим самоотверженным мужчиной!

Ольга молчала. Она вздыхала, стоя в сторонке. Никто не знал, что в этот момент она слышит призрачный голос своей матери: “Тише едешь — дальше будешь! Сиди и не высовывайся! Да что ты можешь? Ничего ты не можешь! Вон, с примером два часа возишься!”

— Я пойду, — вздохнула Дарина, проверяя хват меча.

— Знаешь, — заметил хомяк, глядя на Дарину. — Что-то мне вот очень кажется…

Дарина сделала взмах мечом. Он со свистом описал круг.

— Что она мало похожа на трусливого предателя, — закончил хомяк. — Чего-то в ней не хватает…. Короче, я бы не поверил!

— Может, попробуем платье? — предложил кто-то из демонов.

— Да-да-да! — закивал Асмодей. Если бы ему кто-то сказал, что ради того, чтобы увидеть Дарину в платье, придется просидеть два дня в лесу… Он бы согласился.

Разведчики смотались во дворец и принесли розовое платье. “Ой, да ладно тебе! Может она! Ты же девочка! Пусть другие снимают котенка с дерева!”, - звенел голос матери в голове Ольги.

— Предатель должен выглядеть безобидно! — доказывали все. — А она похожа на наемного убийцу! Такое чувство, словно ее подослали убить его!

Дарина ушла в кусты и вернулась в платье. Она смотрела на него с кислой миной. И чувствовала себя круглой дурой. Дарина вообще ненавидела и не понимали платья и рюши.

— Обалдеть, — прошептал Асмодей, лаская взглядом каждую складочку платья, облегающего спортивную фигуру.

— Жуть, — постановила Дарина. Она чувствовала себя неуютно. И постоянно пыталась расправить несуществующие складки на юбке. И постоянно дергала плечами.

— Хорошо! — командовал хомяк, который знал Литаниэля лучше, чем все вместе взятые. — А теперь представь, что ты без памяти влюбилась…

Лицо Дарины не изменилось.

— Ну, и где любовь? — спросил хомяк.

— Внутри, — ледяным голосом произнес Дарина.

— Жуть, — поежился хомяк. — Легенда какая. Ты решила предать всех ради любви к принцу Литаниэлю. И в обмен на его любовь принесла волшебное зелье вечной красоты… В надежде, что принц подарок оценит. И так далее… Такой жест польстит его самолюбию!

— С чего ты решил? — заметил кто-то из демонов.

— Я вам не рассказывал, — вздохнул хомяк. — Принц привык, что ради него женщины идут на всякие безумства! Одна принесла ему очень древний артефакт. И сказала, что отдаст только в том случае, если Литаниэль на ней женится. Разумеется, он забрал артефакт и вышвырнул ее из дворца. Но это очень польстило его самолюбию!

Дарина стояла и разминала руки, готовясь оторвать чье-то самолюбие!

— Может, ее цветочком украсим? — спросил кто-то из эльфов. Дарина подняла на него глаза, словно уже украсила его могилку цветами.

— Ну-ка давай, скажи что-то вроде: “Женись на мне!”, - руководил хомяк.

— Женись на мне, — произнесла Дарина. Командным голосом, разумеется.

Все тут же притихли.

— Звучит, как угроза… — осторожно заметил хомяк. Он поймал себя на мысли, что в тот момент, когда Дарина выдала это, чуть не женился с мыслью: “Выжить любой ценой!”.

Его опасения разделяли все, кроме Асмодея. Он просто любовался платьем, которое, по впечатлению Дарины, сидело на ней, как чехол на танке!

— Мне кажется, что после такого он вполне себе может и жениться, — осторожно прошептал один из эльфов.

— У меня тоже складывается такое впечатление, — закивал второй, глядя на Дариную взглядом: “Тетечка, не бейте меня! Я согласен!”

— Плохо, — постановил хомяк. — Ничего не получается. Нужно пробовать другие варианты.

“Не лезь на гараж доставать мяч! Ты же девочка! Пусть мальчики лезут! А ты — девочка!”, - продолжала из детства воспитывала мать Ольгу. Ольга уже перечитала кучу книг на эту тему, прошла десятки тренингов. Но так и не смогла преодолеть.

“Сейчас или никогда!”, - шептала Ольга.

“Не вздумай! Ты ни на что не способна!”, - твердила мать.

“Способна!”, - спорила Ольга. Она спорила сама с собой. А потом почувствовала такое раздражение, что …

— Может, я? — спросила Ольга. Если честно, ей не терпелось снова увидеть Литаниэля. — Если речь идет о спасении любимого, то…

“Что я наделала!”, - ужаснулась Ольга, едва не зажав рот рукой. Ей стало ужасно страшно. Раньше она такого себе не позволяла. Жаль, что нельзя забрать свои слова обратно, и…

— Мира от любимого, — уточнил хомяк. — Ты на себя посмотри! Ты вообще не в его вкусе!

Губы Ольги дрожали. “Вот зачем я это сказала!”, - укоряла себя Ольга.

— Да ее нельзя к нему отправлять! Мало ли, а вдруг она предаст по настоящему! — возмутились все. — Она эту кашу заварила! Это все из-за нее! Кто просил влюбляться к эльфа! Она нам Литаниэля подложила! Да если бы не она, мы бы сейчас во дворце ночевали, а не под открытым небом!

Ольга молчала, выслушивая все, что свалилось ей на голову. С одной стороны она радовалась, что ее маленький подвиг, акт самопожертвования никому не нужен. Что на нее возложили скорее некий орган, чем ответственность.

А потом, когда все выдохлись, сказала. Сказала, и сама от себя офигела.

Никто не обязан оправдываться за любовь! И никто не имеет права тыкать пальцем, кого любить, а кого нет!

Ольга сжала кулаки, чувствуя, как ее несет по рельсам.

— Я видела в Литаниэле то, чего не видели вы! Я видела в нем доброту, милосердие, заботу и … от него шло что-то такое светлое и теплое. Да, он казался смешным, иногда надоедливым, своеобразным.

Все притихли.

— Вы постоянно паритесь каким-то проблемами, придумываете их себе, потом решаете! А если решить не можете, то бегаете к психологу. На, психолог, решай! Придумай мне, как решить проблему! А я тебе денюжку заплачу, — несло Ольгу. И губы ее дрожали.

Демоны и эльфы переглянулись.

— Пришли, вылили негатив, поплакались, поныли, заплатили и ушли. А психолог сидит потом и отмывается от негатива. За день успеешь послушать и про мужа-тирана, про родителей — сволочей, про детей неблагодарных, про обиды и обидки, — голос Ольги дрогнул. — Как в аду, честное слово! Ты живешь в этом негативе! Каждый день! Каждый сраный день!

Ольга обвела взглядом всех.

— Но ты любишь эту работу. И ты пришла на нее не из-за денег. А потому что хотелось помогать людям! Потому, что веришь в то, что людям удастся помочь!

Девушка едва не сорвалась на крик.

— И после всего этого грязного, мерзкого, черного, депрессивного, уродливого хочется чего-то светлого, чистого, красивого и счастливого… Вечного солнышка, которое заставляет улыбаться! Который умеет удивлять и ничего не воспринимает близко к сердцу.

На глазах у Ольги появились слезы.

— Не сборник негатива, не вечного нытика, не страдальца, не параноика! А того, кто всегда в хорошем настроении. Того, кто улыбается в любой ситуации. Причем, его улыбка искренняя! Вам этого не понять! Вам никогда не понять, за что можно любить Литаниэля!

— Все молчали, словно пристыженные. Кто-то даже опустил голову.

— Не понять, — заметил хомяк нарушая тишину. Все загалдели: “Реально, не понять! При чем здесь негатив?”

— Поэтому, пойду я! — резко ответила Ольга. — Зелье сюда!